6. «Смотрящие» из Голыптейна

В 1762 году в результате очередного мятежа гвардии на смену герцогу Гольштейн-Готторпскому Петру III на русский престол взошла принцесса София Фредерика Августа Ангальт-Цербстская-Дорнбург или императрица Екатерина II. По матери она, как и Петр III, принадлежала к роду Гольштейн-Готторпов. Ориентация русского двора на Пруссию сохранилась. Что вполне закономерно, так как Пруссия продолжала находиться в союзе с Англией. Английская же торговля для российского режима была делом первой необходимости. Отсюда вытекало определяющее влияние Англии на внешнеполитический курс России, что хорошо демонстрирует пример Павла I – сына герцога Гольштейн-Готторпского Петра III и принцессы Ангальт-Цербстской-Дорнбург Екатерины II. «Павел, сперва враг французской революции… вдруг совершенно изменяет свою политическую систему… становится восторженным почитателем Бонапарта и угрожает войной Англии. Разрыв с ней наносил неизъяснимый вред нашей заграничной торговле. Англия снабжала нас произведениями – и мануфактурными, и колониальными – за сырые произведения нашей почвы. Эта торговля открывала единственные пути, которыми в Россию притекало все для нас необходимое. Дворянство было обеспечено в верном получении доходов со своих поместий, отпуская за море хлеб, корабельные леса, мачты, сало, пеньку, лен и проч. Разрыв с Англиею, нарушая материальное благосостояние дворянства, усиливал в нем ненависть к Павлу, и без того возбужденную его жестоким деспотизмом. Мысль извести Павла каким бы то ни было способом сделалась почти всеобщей» (Записки ф. – Визина в кн. Общественные движения в России в первую половину 19 в. СПб, 1905, с. 134). В дело вмешалась гвардия – созданный при Петре Первом инструмент обеспечения колониального вывоза из России. Участником заговора против Павла стал английский посланник в Петербурге Уитворт. Павел был убит. «Примирение России с Англией было непосредственным результатом смерти Павла, Война с этой державой, издавна богатейшим рынком для русского железа, хлеба, строевого леса, серы и пеньки, более всего восстановила общественное мнение против покойного императора. После его смерти нужно было во что бы то ни стало положить войне конец» (А.-Ю. Чарторыйский Мемуары гл. 9).

Итак, курляндские герцоги, «курировшие» английскую торговлю России, при разрыве союза Англии с Австрией была заменены на Гольштейн-Готторпскую династию. (Напомним, земля Гольштейн-Шлезвиг контролировала торговые пути из Северного моря в Балтийское, см. 2.8.1). Так же, как Курляндские герцоги были компромиссом между Англией и Австрией в период угасании на Балтике голландского доминирования, Гольштейн-Готторпская династия стала компромиссом между Англией и Пруссией.

Представители этой династии вплоть до Николая I считали себя именно управителями вверенной им России, сохраняя свою особость от коренного населения страны. Российские самодержцы отчего-то не заключали браков с представительницами русских Рюриковичей (до 20 века сохранилось восемь таких княжеских родов), но последовательно женились на принцессах Гессен-Дармштадской, Вюртембергской, Баденской, Прусской, снова Гессен-Дармштадской, Датской и снова Гессен-Дармштадской.

Обратим внимание и на следующее обстоятельство: российские императоры и императрицы, начиная с Петра I, подолгу жили в Москве. Возможно, читатель, ты думаешь, что они обитали в Кремле? Это не так. Все императорские резиденции находились в Лефортово, районе, названном в честь Франца Лефорта, командира нашего Kaptein'a Piter'а. Район этот вырос из Немецкой слободы и располагался напротив нее на левом берегу Яузы, через которую были перекинуты мосты. Екатерина II так писала о своем первом пребывании в Москве в царствование Елизаветы Петровны: «А мы жили в Москве во дворце на краю Немецкой слободы». Короновали императоров в Кремле, но даже коронационные торжества проходили в лефортовских дворцах. Здесь Гольштейн-Готторпы явно чувствовали себя комфортнее. Традиция эта была прервана лишь после Павла I.