Гастарбайтическое чудо

Напомним ряд тезисов статьи «Почему Гитлер начал войну и почему распался СССР?» Всю эпоху Нового и Новейшего времен в основе борьбы за мировое лидерство лежал движитель, который можно сравнить с электрической батарейкой, два полюса которой – нищета и достаток. Осуществив массовый сгон крестьян с земли, Англия 17 века создала армию пролетариев, вынужденных за гроши напряженно трудиться на английских мануфактурах, отрабатывая свой скачок из нищей сельской в более обеспеченную городскую жизнь. Процесс развивался по стандартной схеме: сгон крестьян с земли – получение за счет их труда рекордных прибылей – достижение экономического и финансового лидерства в мире/регионе – осуществление технической революции.

Техническая революция всегда есть результат этого процесса, его завершающая – а отнюдь не начальная – стадия. Так же было в Пруссии и России. В США было немного не так. Получив первоначальный импульс от труда чернокожих рабов в хлопковой промышленности (где и началось техническое перевооружение); экономика США в дальнейшем росла за счет труда иммигрантов. «В большой степени резерв рабочей силы пополнялся теперь за счет иммиграции. Место квалифицированных ремесленников занимали вчерашние крестьяне, приехавшие из Европы: их обучение проводилось быстрее и дешевле, стандартизация производства сделала рабочую силу взаимозаменяемой. Это побудило крупный бизнес активнее использовать переселенцев на крупных фабриках, в том числе и в борьбе с рабочими организациями, что в конце концов привело к снижению их активности в крупных промышленных центрах. Начиная с 1820-х гг. количество иммигрантов, приезжающих в Соединенные Штаты, стало резко расти. Столкнувшиеся с проблемами войны, бедности, дискриминации, иммигранты надеялись на лучшую жизнь в Америке» (С. Плетнев Нэйтивизм в общественно-политической жизни США на исходе XIX столетия. МТУ, Кафедра новой и новейшей истории зарубежных стран, Диплом, М. 1996).

Всего же в 1870–1890 годах в США въехали около 14 млн. человек. Вслед за притоком иммигрантов в США устремился и капитал из Европы – только в 1870–1880 годах 3 млрд. долларов. Оба эти фактора и запустили бурный рост промышленности. Заметим, что при этом широко использовались технологии, уже освоенные до этого в Англии. К середине 1890 годов США вышли на первое место в мире по объему промышленного производства. После этого в начале 20 века США выходит на передовые позиции в науке и технике, развивая автомобильную, химическую, электротехническую, строительную и другие отрасли.

Запомним эту особенность развития США. Подчеркнем, что определяющим является само наличие зазора нищета-достаток, а не источник его появления. Источником прибыли, идущим на экономическое развитие, могут стать война или экономический кризис, приведшие к обнищанию значительной части населения. Для примера скажем, что именно результаты Великой Депрессии позволили Гитлеру за счет низкой оплаты труда рабочих военной промышленности осуществлять милитаризацию Германии. К концу 30-х – началу 40-х зарплата в Германии подошла к предкризисному уровню, возникли экономические проблемы, Гитлер решил, что тянуть с Большой войной нельзя. (Напомним, что ресурс сгона крестьян с земли был Германией давно исчерпан – доля городского населения превышала 75 %, а колоний с нищим населением у Германии не было).

Как это ни парадоксально звучит, но Вторая Мировая, принесшая Германии значительные разрушения и убытки, стала основой для ускоренного роста ФРГ в послевоенные годы. К факторам роста можно добавить еще значительное количество беженцев из советского сектора оккупации.

К 1951 году промышленное производство в ФРГ достигло довоенного уровня: в 1948 его прирост составил 50 %, в 1949 и 1950 – по 25 %, в 1951–18 %. В качестве факторов роста называют мобилизацию внутренних ресурсов, поддержание на низком уровне народного потребления, большие резервы высококвалифицированной рабочей силы. При этом наблюдался активный рост монополий: в конце 1953 года на 2, 3 % от общего числа предприятий работало около половины рабочей силы и выпускалась половина продукции страны.

Принято, правда, в первую очередь объяснять этот, названный чудом, рост либеральными реформами министра экономики (впоследствии канцлера) Людвига Эрхарда. Однако несмотря на сохранение либерального курса, рост экономики в конце 50-х замедлился: в 1960-м прирост составил 8.8 %, в 1964–5.5 %. На наш взгляд, объяснение в том, что исчез созданный войной ресурс нищеты – благосостояние немцев «превысило уровень лучших предвоенных лет».

(Нельзя, конечно, совсем сбрасывать со счетов и так называемый план Маршалла. Однако по нему Западная Германия получила в общей сложности 1.3 миллиарда долларов, что составляло 2 % от ВВП 1948 года и 1 % от ВВП 1950-го. В дальнейшем мы покажем, что даже прибыль от использование гастарбайтеров в течение всего лишь одного года сопоставима с размером этой помощи. В послевоенной Германии с большой долей нищего населения прибыль от ресурса нищеты была, конечно, значительно больше американской помощи).

В 1966 экономический рост в Германии практически прекратился, а в 1967 произошло падение производства. Казалось бы, немецкому экономическому чуду пришел конец. В начале 70-х Германия вышла из рецессии, но в 1974–1975 годах происходит очередной кризис с падением промышленного производства. Однако, несмотря на это, ФРГ в 1970-х годахудалось провести структурное преобразование своей экономики – осуществить переход к наукоемким технологиям. Для решения этой задачи были существенно увеличены расходы на науку и на опытно-конструкторские разработки: к 1970-му они увеличились в 5, 2 раза по сравнению с 1960-м.

В результате Германия вышла на лидирующие позиции в металлургии, станко– и автомобилестроении, химической промышленности, средствах связи, строительстве атомных станций. Все это, несмотря на кризисы начала 80-х и середины 90-х годов, позволило ей в период с 1983 по 1990 годы достичь устойчивого роста экономики, да и в настоящее время в условиях мирового кризиса оставаться «локомотивом Европы», приводящим в движение китайские товарняки.

За счет каких ресурсов было проведено это структурное преобразование? Наш ответ: за счет гастарбайтеров из Турции, Югославии, Италии.

Численность иностранных рабочих в ФРГ возросла с 668 тысяч в 1963 году до 2, 35 миллионов в 1973-м. Попробуем подсчитать, какую выгоду получала Германия от использования труда гастарбайтеров. Считается, что экономия германских предприятий на каждом рабочем месте, занятом мигрантом, по сравнению с оплатой немецкого рабочего, составляла около 32 марок в день или 8 448 марок в год (Немец получал за аналогичную работу вдвое больше). В пересчете на общее число гастарбайтеров сумма составит почти 20 миллиардов марок в год, то есть около 7.5 млрд. долларов.

Вот это та прибыль, которую правящий класс ФРГ получил от использования труда гастарбайтеров, и которую он мог тратить по своему усмотрению, в частности на реструктуризацию германской промышленности.

Много это или мало? ВВП ФРГ в 1973 году составил 385 млрд. долларов. То есть прибыль, полученная от гастарбайтеров составила чуть менее 2 % от ВВП. Подчеркнем, что это не доля ВВП, созданная гастарбайтерами, а та добавочная прибыль, которую немецкие работодатели получили от их труда. 2 % – это вроде немного. Но посмотрим какая доля ВВП вообще возвращается обратно в экономику. (Величина этой доли как раз и является фактором, определяющим скорость развития экономики). Для США она в последнее время равнялась 15 %, для Японии – 31 %, для ФРГ – 22 %. Таким образом прибыль от гастарбайтеров в 2 % от ВВП равняется примерно одной десятой всех средств, возвращаемых в экономику в результате годового цикла. Это само по себе не мало. Но давайте взглянем на долю ВВП, которую ФРГ тратило на научные разработки. В 1975 году эти траты составили 1.6 % от ВВП страны. То есть прибыль от труда гастарбайтеров в 2 % от ВВП с лихвой перекрывала все затраты ФРГ на научные разработки, на основе которых и проводилась реструктуризация экономики. Можно сказать, что гастарбайтеры оплатили эту реструктуризацию, обеспечив ФРГ роль «локомотива Европы».

Уникальна ли в этом отношении Германия? Да нет, конечно. В начале 70-х число иностранцев вместе с семьями составляло в ФРГ 4 миллиона человек. При общем населении около 59 миллионов человек это дает 6, 7 %. Во Франции в 1976 году число иностранных мигрантов составляло те же 4 миллиона человек, то есть уже 7 % населения.

В связи с этим можно вспомнить следующий анекдот: «– Почему немецкие автомобили лучше французских? – Потому что гурки работают лучше алжирцев». Шутка, в которой, как известно, есть доля шутки, хорошо характеризует влияние трудовых мигрантов на развитие страны.

Итак, имеющая более высокий по сравнению с соседями уровень жизни – и, соответственно, зарплат – страна привлекает из-за рубежа трудовых мигрантов и, во-первых, увеличивает свой отрыв от этих самых соседей, а, во-вторых, за счет труда гастарбайтеров получает в свое распоряжение ресурс, дающий шансы в гонке за мировое/региональное лидерство. Причем, как мы показали, этот ресурс вполне может обеспечить технологический рывок.

Перейдем теперь к России. В статье «Почему Гитлер начал войну и почему распался СССР» мы изложили наш взгляд на причины распада Советского Союза: ресурс или энергия труда крестьян, «вымываемых» из нищей деревни в город, была исчерпана в СССР к середине тех же 70-х, когда уровень урбанизации приблизился к 60 % и произошел существенный рост доходов населения. Возможный ресурс, связанный с долей прибыли от вовлечения под советским техническим руководством в промышленное производство масс китайских крестьян, был утрачен СССР в конце 50-х в результате разрыва отношений с КНР. Этот ресурс китайской нищеты был, начиная с 80-х, использован США, после чего крах СССР в гонке за мировое лидерство стал неизбежен.

Выход из тяжелого кризиса был найден на пути встраивания в мировую систему эксплуатации китайского ресурса в качестве источника энергоносителей. Именно это, по существу, имел в виду Горбачев, когда заговорил об «общечеловеческих ценностях». Ценой за это вхождение в мировую экономику была названа дезинтеграция СССР. Можно называть эту дезинтеграцию трагедией, однако она, на наш взгляд, стала неизбежной после разрыва с Китаем и это уже был только вопрос времени. Дезинтеграция СССР, тем не менее, привела к появлению у России ряда потенциальных возможностей для роста.

Вначале это было общее обнищание населения в начале 90-х, за счет которого (то есть крайне дешевого труда) и происходил переход экономики на новые рельсы. Как только к этому ресурсу добавилась прибыль от продажи энергоносителей, начался стойкий экономический рост. Заметим, что непрерывный экономический рост, продлившийся до 2009 года, начался еще в 1999 году, когда цена на нефть, хоть и прошла уже минимум, но была ниже, чем в 1996 и 1997 годах. То есть начало экономического роста в России произошло именно на базе ресурса нищеты, образовавшегося в начале 90-х.

За 1999–2009 годы уровень реальных доходов населения, согласно официально статистике, вырос примерно в 2.5 раза и превысил уровень 1991 года. Таким образом, постсоветский ресурс нищеты для России был исчерпан. Однако образовавшийся более высокий уровень доходов населения по сравнению со многими соседями – бывшими странами СССР открыл перед Россией возможность использования ресурса трудовых мигрантов.

Приведем данные ФМС на декабрь 2012 года о находившихся в России иностранных гражданах: граждан Узбекистана – около 2, 3 млн., Украины – 1, 4 млн, Таджикистана – 1, 1 млн., Азербайджана – 620 тысяч, Киргизии -540 тысяч. Китая – 200 тысяч. Исходя из этого, число трудовых мигрантов в России (вместе с семьями) можно оценить примерно в 6 млн. человек Итого 4.2 % к общему числу граждан России. Сопоставление с 6.7 % и 7 % для ФРГ и Франции в середине 70-х показывает, что эти страны для своего технологического рывка привлекали по крайней мере в полтора раза большую долю гастарбайтеров.

Здесь мы в очередной раз должны заметить, что, на наш взгляд, в течение всего Нового и Новейшего времени опережающее развитие страны всегда происходит за чей-то счет: определенных групп своего населения (тех же крестьян), населения колоний/ неоколоний, гастарбайтеров. Собираемая за их счет повышенная прибыль инвестируется далее в развитие науки и технологий, обеспечивающих глобальное лидерство. На наш взгляд, пока нет другого пути и для России, если она хочет быть конкурентноспособной в окружающем мире. Задача граждан России – добиться того, чтобы образующаяся в России прибыль от продажи энергоносителей и труда иностранных рабочих не уходила из страны, а шла на ее развитие.

Заметим, что, как и сам труд гастарбайтеров, прибыль от него изначально поступает непосредственно в экономику России, создавая возможность для ее модернизации. Для сравнения – в 2008 году (с максимальным уровнем таких доходов) доходы нашего бюджета от продажи углеводородов за рубеж и налогов на их добычу составили около 110 миллиардов долларов.

При числе гастарбайтеров в России в 7 % от всего населения и при прибыли, получаемой от использования гастарбайтера вместо россиянина, в 500 долларов в месяц (что вполне сопоставимо с аналогичной прибылью ФРГ в 70-х), величина общей прибыли от труда мигрантов будет равна 60 миллиардов долларов в год. Причем, в отличие от бюджетных денег, эта прибыль уже изначально будет находиться в экономике страны. Еще для сравнения: расходы на науку в бюджете России в 2012 году – около 10 миллиардов долларов.

Таким образом, правильно использование ресурса гастарбайтеров вполне может обусловить российское экономическое чудо. И отказываться от этого ресурса означает заведомо похоронить все надежды на экономический прорыв.

Нельзя, конечно, не сказать о социальных напряжениях в обществе, возникающих при значительном количестве гастарбайтеров. Объективно наличие гастарбайтеров приводит к увеличению уровня безработицы и снижению/ограничению роста зарплат местного населения. В принципе, это ограничение роста зарплат и потребления также может быть использовано, как ресурс для рывка, как это было во время «экономического чуда» в Германии. Более серьезной, на наш взгляд, проблемой, является безработица.

Приведем данные о безработице в ФРГ времен структурной модернизации: в 1970 году она составила 0, 6 %, в 1975–4, 3 %, в 1980–3, 5 %, в 1984–9, 2 %. Для Франции соответствующие цифры: 1, 3 %, 4, 15 %, 7, 2 % и 11, 1 %. Безработица в России в последние годы колеблется на уровне 6–7 % от трудоспособного населения. Что почти в два раза превышает уровень безработицы в ФРГ во второй половине 70-х, когда шло массовое использование труда гастарбайтеров.

Исходя из этого, повышение доли гастарбайтеров в России, должно сопровождаться созданием новых рабочих мест, без чего неизбежен уровень безработицы, угрожающий социальными и межэтническими конфликтами.

У меня есть надежда, что российское правительство понимает все те вещи, о которых я написал в своей статье. Хорошо бы, чтоб их понимало и российское общество.

08.2013