45. Ричард III и его звёздный прорыв в непостижимо далёкое будущее

45. Ричард III и его звёздный прорыв в непостижимо далёкое будущее

Шторм, разметавший остатки флота повстанцев, к концу осени 1483 года воспринимался как акт Божественного Вмешательства — "знамение великих свершений", "ветер будущих перемен", из которых самые обнадёживающие ожидания связывались с правлением молодого и энергичного короля Ричарда III: «Сам Господь послал его нам на благо!» — говорили о нём современники.

И с этим трудно было не согласиться: с момента восшествия Ричарда III на престол (вопреки всем слухам, которые распространяли о нём во время правления и после него) английское королевство получило такого монарха, о котором в те времена можно было только мечтать. Да и в наше "неприхотливое" время такой выдающийся деятель, мудрый и гуманный правитель- реформатор, дальновидный политик и дипломат, беспримерно отважный воин, успешный полководец, талантливый юрист и гениальный экономист был бы для любой сверх — державы настоящим подарком судьбы.

Сохранились письменные свидетельства современников, из которых следует, что Ричард III был мудрым и справедливым монархом, храбрым воином, великодушным к своим противникам и побежденным, обаятельным и мужественным человеком.

На ту пору в Европе были два "титана Возрождения", феноменально и всесторонне одарённых, рождённых в один и тот же год, под крылом, видимо, одного и того же ангела, — это великий учёный, художник и изобретатель Леонардо да Винчи (1452—1519) и английский король Ричард III (1452 —1485) — гений административных, юридических и экономических технологий.

С момента восшествия Ричарда III на престол для Англии наступили счастливые времена, которых с нетерпением ждали жители королевства и о которых они мечтали долгими предыдущими столетиями, но которые, к сожалению, длились очень недолго: 2 года и 2 месяца — всего! Но это был звёздный прорыв английской монархии в непостижимо далёкое будущее, по пути беспримерно смелых, беспрецедентных и невероятно успешных реформ.

И если Леонардо да Винчи в то время ломал голову над изобретением фантастически сложных приспособлений, которым суждено было послужить человечеству только спустя четыреста с лишним лет, то Ричард III легко и непринуждённо проводил в жизнь фантастически смелые, опережающие своё время проекты, над которыми и современные нам правители сто раз подумают и поломают голову, прежде чем решатся их утвердить. А он их успешно внедрял!

Ричард III был единственным английским монархом, соблюдавшим Великую Хартию Вольностей (подписанную английскими королями, начиная с Иоанна I, и преспокойно игнорируемую всеми, кроме Ричарда III) И он был единственным в то время правителем, уважающим парламентские права и полномочия в полной мере.

Ричард III был первым английским королём, который задолго до принятия конституции фактически правил страной конституционно и своей первоочередной задачей считал уважение и защиту гражданских, политических и имущественных прав всех своих соотечественников, вне зависимости от социального статуса. И именно этот вопрос он взял под свой личный, приоритетный, королевский контроль, проводя свои гуманные и справедливые административные реформы.

Если перечислить все заслуги этого выдающегося государя и подсчитать, сколько всего хорошего и полезного сделал он для своей страны, в этой книге не хватит ни строк, ни страниц…

Прежде всего, он известен своими беспрецедентно демократическими, для того (да и для нашего времени) судебными реформами: он перевёл всё судопроизводство на английский язык. Тогда как в других европейских странах оно по — прежнему велось на латыни, и большинство подсудимых понятия не имели, в чём их обвиняют и за что приговаривают.

При Ричарде III обвиняемые получили возможность защищать свои (и чужие) права оправдывать и оправдываться, входить в диалог с судьями. Раньше у них такой возможности не было.

Вторая важная часть судебной реформы, — утверждённый королём Ричардом суд присяжных: 12 человек, одного сословия с подсудимым, — чтобы все друг друга поняли. Под страхом сурового наказания Ричард запрещал давить на присяжных. И строго за этим следил.

Признавалось право и на защиту частной собственности обвиняемого (пока суд не признал человека виновным, его имущество нельзя было конфисковать). Наряду с этим, обвиняемому предоставлялось право быть выпущенным под залог.(Размеры минимальных залогов были довольно скромными, посильными даже для бедняков.)

Ричардом был введён принцип: «дети за отцов не отвечают». Семьи обвиняемых репрессиям не подвергались. За детьми осуждённых признавалось право наследовать имущество их родителей.

Другим "событием века" были его беспрецедентные социальные и экономические реформы.

Впервые, за всю историю человечества вообще и Европы в частности, государство не только сократило налоги и отменило часть поборов, введённых предыдущим королём, но и стало прощать недоплаты налогов малоимущим и социально незащищённым слоям населения. Мало того, населению начали выдавать дотации, субсидии, социальную и материальную помощь на бедность — непостижимая по тем временам реформа, невиданная и неслыханная мера! Вот, как писал о Ричарде III современник: «Он умел успокоить и утешить, как никакой другой правитель. Многим беднякам, долгие годы терпевшим нужду и лишения, он оказал помощь и поддержку [119]»

А от щедрот государевых, тем временем, всё не убывало, а наоборот, прибывало! Страна "раскрутилась" по какой — то странной, экономически успешной программе: доходы росли, государство богатело, благосостояние народа повышалось.

А рука "дающего" государя всё не оскудевала. Субсидии росли и были щедрыми.

Им были учреждены стипендиальные фонды для одарённых студентов. Он лично опекал некоторые старейшие университеты Англии. Так, например, при всей своей занятости, нашёл время посетить Итонский колледж незадолго до своей смерти в 1485 году.

Другие его реформы были подстать предыдущим. И могли бы присниться и современникам в волшебных снах: это и

   • отмена принудительных поборов (беневоленций),

   • защита прав на покупку земли,

   • предотвращение коммерческой нечестности в торговле тканью,

   • практика протекционизма (защита интересов отечественной торговли),

предотвращение мошеннической практики сбора налогов

А так же:

   • защита прав отечественного производителя

   • ограничение бюрократического и судебного произвола,

   • и развитие промышленности и торговли,

   • и поддержка и развитие малого бизнеса,

   • и интенсивное развитие фермерских хозяйств.

(И это только то, о чём историки перестали сейчас умалчивать!)

Одни только обещания всего вышеперечисленного могли бы украсить политическую программу любого претендента на высшую государственную должность.

А Ричард III ни экономике, ни социологии в университетах не обучался, он просто проводил все эти прогрессивные преобразования в рамках обычной, текущей работы.

Так, например, назначив графа Линкольна, своим заместителем в должности Наместника Северных Графств, Ричард III передал ему перечень обязанностей и предписаний, включающих в себя множество чрезвычайно важных положений управления и администрирования. Как ведомственный устав этот документ сохранил свою актуальность и в семнадцатом веке, что свидетельствует о высоко профессиональных и прогрессивных технологиях, используемых Ричардом — государем и администратором.

Другой пример: парламент Ричарда от января 1484 года принял закон, побудивший сэра Фрэнсиса Бэкона описать Ричарда как "хорошего законодателя, призванного для утешения души и облегчения жизни простых людей".

Откуда Ричард III брал знания для всех этих проектов? — гадают историки.

Рискнём предположить, что он черпал эту информацию из природной базы данных своего психотипа «ЛИЭ». Он повёл страну фантастически успешным, для того (и для нашего) времени, курсом, и страна начала богатеть.

Его социальные реформы были глубоко позитивны, гуманны и прогрессивны. Невероятно удачны и успешны! Можно сказать, это был первый правитель в Европе, который управлял государством не просто мудро, а эволюционно мудро и экологически мудро, развивая Англию, как благодатную среду обитания, глубоко позитивную для англичан.

Любое предприятие ему приносило высокий доход. Любое начинание — высокую прибыль. От каждой реформы он получал высокую "отдачу", от каждого дела — высокий КПД. За что бы ни взялся, всё «расцветало» и «плодоносило» в его руках, оборачивалось новой пользой и приносило огромную выгоду. Страна, истощённая и изнурённая бесчисленными столкновениями и войнами, "Столетней войной", войной "Алой и Белой розы" (а также многочисленными междоусобными столкновениями крупными и мелкими крестьянскими восстаниями), благодаря королю Ричарду III начала развиваться интенсивными темпами.

Но ещё поразительней была его внешняя политика: он самым непостижимым образом быстренько передружился со всеми, нужными ему для политического баланса державами.

Ричард III не только знал, что нужно сделать для страны, но и делал это более, чем успешно. И даже намного лучше, чем следовало бы всё это делать правителю его времени. А для человека, живущего в эпоху "победившего мракобесия", это считается не достоинством, а непростительной ошибкой.

Казалось бы, что плохого, если государь на сто с лишним лет опережает своё время и развивает потенциал страны в своих реформах? По видимому, Ричард считал, что экономический, социальный и политический потенциал страны может это "потянуть". А страна и тянула. Похоже, даже не слишком напрягалась. Со временем стал бы актуальным вопрос расселения, расширения жизненного пространства. Но для островитян, интенсивно развивающих торговый и военный флот, это не было бы проблемой. Отказавшись (на время) от продолжения Столетней войны, Ричард взял курс на всемерную централизацию и оздоровление экономики. Со свойственной ему мощной интуицией и врождённой технологической сноровкой, он развивал страну как живой, плодоносящий организм, как зерно, которое успешно прорастает в самом себе, оказавшись в благодатных условиях.

Ричард "гнал" свои реформы с такой скоростью, с какой англичане не разгоняли первый свой паровоз, когда поставили его на первые в истории рельсы. У кого?то с перепугу засвистело в ушах. Засучив рукава, этот уникальный для всех времён и народов правитель работал без отдыха и срока, не покладая рук и не разгибая спины, желая воплотить в жизнь вселенскую мечту о человеческом счастье и сделать её доступной хотя бы для своих подданных и современников, англичан. И что самое интересное, — тот, кого на пол тысячи лет выставили извергом рода человеческого, тот, кого предали, прокляли и осмеяли его же любимые им соотечественники, по сути дела был первым английским мессией! Если бы ангел на ту пору сошёл с небес, вряд ли он нашёл бы другой путь умиротворить и оздоровить общество и экономику страны на всех её социальных и политических уровнях.

Эта тема тоже проступает в истории о короле Ричарде. Впечатляет и тот факт, что умер он, не дожив двух месяцев до тридцати трёх лет и "получил" своего "Иуду — предателя" в лице лорда Уильяма Стэнли, направившего против него войска на поле боя.

Получил король Ричард и свою "Голгофу" — вошёл в мировую историю как страдалец — великомученик, которому пришлось после смерти отвечать за чужие грехи, чужие изуверские измышления, за чужую клевету, которую вот уже пол тысячи лет распускают о нём по всему свету. Пятьсот лет он уже простоял у этого позорного столба и ещё неизвестно, сколько этот позор будет продолжаться, потому что добрые дела его и успехи пока широко не афишируются. О нём, в этой связи, пока ещё говорят с улыбкой неловкости и смущенья: дескать, "Да, оговорили человека, но что делать? Не брать же вину на себя? Ему это уже не поможет, а нам повредит".

Зато о его вымышленных "преступлениях" по-прежнему пишут в учебниках истории и кричат со всех театральных подмостков! Ежедневно служитель — экскурсовод Тауэра, проводя туристов по коридорам замка, рассказывает о "злодеяниях" короля Ричарда и о его "убиенных племянниках", которых закопали "вот, под этой лестницей, нет, извините, под той!"

Хотя единственной "виной" Ричарда III перед англичанами было только его глубокое убеждение в том, что в средневековой Англии, усилиями всего лишь одного энтузиаста -короля, наделённого широкими полномочиями, можно построить совершенное и гармоничное общество всеобщего благоденствия. Таких тружеников на королевском престоле за всю историю Англии было не так уж много. Начиная с XV века, они рождались по одному в столетие. И то не в каждое. Но король Ричард III ушёл далеко вперёд и по этой шкале оценок: он так уверовал в осуществимость этой мечты, так увлёкся и так усердно начал воплощать её в жизнь, что не заметил, как за его спиной начали готовить новый заговор все те, кого его реформы били по карману, по потенциалу, по должностям.

И именно в то время, когда невероятно деятельный государь, усердия которого с избытком хватило бы на всех европейских монархов его времени, трудился, не разгибая спины и не покладая рук, и нагружал себя работой всё больше и больше, заговорщики воспользовались этой ситуацией, чтобы войти в доверие к королю, который так нуждался в деловых и инициативных людях, что рад был любому человеку, готовому предложить свою помощь…