Рождество под знаком «Графа Шпее»

Рождество под знаком «Графа Шпее»

Берлинцы в прошлом никогда всерьез не верили в возможность побед немецкого флота. В морских сражениях немцы не блистали — если не считать одиссеи немецких подводных лодок и пиратских крейсеров в период правления Вильгельма II. Однако на этот раз — уже в начале войны — они поверили в превосходство своих «карманных линкоров» и субмарин. Если активность на Западном фронте после победы над Польшей ограничивалась в основном обменом грубыми пропагандистскими листовками между французами и англичанами, с одной стороны, и их противниками — с другой, то действия немецких подлодок типа U-30 вокруг британских островов были подлинной демонстрацией силы. «Граф Шпее», самый легкий и самый быстроходный линкор в мире, к тому же имеющий лучшее вооружение, за несколько дней потопил 9 грузовых судов (общим водоизмещением 50 тысяч тонн) и успешно атаковал британские крейсеры в Южной Атлантике, после чего с быстротой молнии исчез из поля зрения своего противника. В Берлине эта новость привлекла всеобщее внимание: ее обсуждают в прессе, по радио, за столиками кафе. Геббельс пытается еще больше наэлектризовать общественное мнение накануне первого военного Рождества; в магазинах даже продают хлебные батоны и сдобные булочки в форме «карманных линкоров», а новогодние елки в домах украшают символами флота. В Вольтерсдорфе, квартале, где производят боеприпасы, люди воспряли духом. Геббельс пообещал в своем выступлении по радио, что впредь продукты питания будут распределяться более справедливо и что улучшится их качество; площади и улицы столицы ярко освещены, и кажется, будто великая метрополия непобедима. И потом скоро праздник, Рождество. Однако большинство берлинцев настроены скептически. После блестящей победы «Графа Шпее», одержанной 14 декабря, пресса хранит подозрительное молчание. А потом вдруг все узнают, что этот корабль, гордость германского флота, был потоплен собственным экипажем в эстуарии Рио де ла Платы.[160] Через несколько месяцев после того, как моряков с «Графа Шпее» интернировало правительство Уругвая (капитан судна, Лангсдорф, несомненно, руководствовался в своих действиях соображениями гуманности, а не трусостью), немецкий военный флот понес тяжелейшие потери в войне с Норвегией.

Оккупация Дании прошла без единого выстрела, но норвежцы оказали немцам упорное сопротивление,[161] как и предвидел адмирал Редер (который, правда, не предполагал, что норвежцев поддержат англичане). Подчинившись, вопреки собственному желанию, приказам Верховного командования, гросс-адмирал заранее предчувствовал, что эти приказы, «основанные на обмане и маскировке истинных целей», приведут к гибели «карманного линкора» «Германия» (получившего новое имя «Лютцов»), флагманского судна «Блюхер», кораблей «Эмден» и «Карлсруэ», а также доброй трети надводного военного флота. Английская эскадра, присоединившаяся к норвежским судам в районе Нарвика, участвовала в уничтожении немецких кораблей. Взяв Нарвик после того, как союзники оставили город, Гитлер мог сколько угодно говорить о своей «безумной радости»; на самом деле, по свидетельствам людей из его окружения, он «нервничал», «был раздражен», с ним случались «приступы слабости». Дания, этот «образцовый протекторат», получила вознаграждение за то, что, в отличие от Норвегии, не сопротивлялась оккупантам. Даже семь тысяч датских евреев пока оставались на свободе. Норвегию немцы завоевали, но это была пиррова победа.[162] Нацистский военный флот никогда больше не выйдет в открытое море.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >