«Партии не имеют никакого права давать нам приказы»

«Партии не имеют никакого права давать нам приказы»

Любое еврейское сопротивление должно рассматриваться в контексте нацистской политики в отношении поляков. Гитлер никогда не стремился заручиться услугами какого-нибудь польского квиелинговца: страна должна была управляться путем террора. С самого начала за любой акт сопротивления немцы казнили тысячи людей в порядке коллективного наказания. Члены ППС, бывшие офицеры, многие священнослужители и ученые, многие из людей, которых можно было заподозрить в чувстве солидарности с евреями, были убиты или отправлены в концлагеря. В то же время нацисты стремились втянуть польские массы в преследование евреев посредством материальных подачек, однако всегда существовали люди, которые были готовы помочь евреям. Самой крупной группировкой подобных людей являлась ППС, члены которой выкрали все без исключения образцы официальных штампов и печатей и изготовили поддельные арийские документы для некоторых своих товарищей из Бунда.

Ревизионисты поддерживали контакты с представителями польской армии. Тысячи поляков прятали евреев, рискуя наверняка расстаться с жизнью в случае их поимки.

Наиболее важным преимуществом, каким облагали немцы, было отсутствие у народа оружия, поскольку «полковники»

постоянно заботились о том, чтобы оно оставалось недосягаемым для гражданских лиц. ППС и Бунд никогда не занимались учебной подготовкой своих военизированных отрядов,

если не считать редких случаев организации стрельб, за что они сейчас и расплачивались. Фактически единственными винтовками были те, которые запрятали отступавшие войска, и сейчас они хранились у Армии Крайовой (?K), подчинявшейся эмигрантскому правительству, находившемуся в Лондоне.

Под давлением англичан эмигранты должны были включать в состав АК символических представителей как ППС, так и

Бунда, однако контроль над А К осуществлялся антисемит;;::i и их союзниками. Они не хотели вооружать народ из страха, что после выдворения из страны немцев рабочие и крестьяне повернут оружие против богачей; соответственно они разработали стратегическую доктрину, согласно которой время для удара по врагу должно было наступить в тот момент, когда немцы понесли бы поражение на поле боя. Они настойчиво твердили, что преждевременные действия не достигли бы цели и только заставили бы нацистов обрушить свой гнев народ. Это, естественно, означало, что помощь евреям всегда была несвоевременной. ППС, не имея собственного оружия, чувствовала себя обязанной присоединиться к АК, но ей так никогда и не удалось хорошо вооружиться, чтобы самой сколько-нибудь серьезно помочь евреям.

Те евреи, которые оказывали сопротивление польским антисемитам до войны, первыми поднялись на сопротивление нацистам. Те же, кто ничего не делал раньше, продолжал ничего не делать и теперь. Червяков настаивал на том, чтобы

Бунд выделил одного своего члена в Варшавский еврейсккл совет. Бундовцы с самого начала знали, что совет может быть только орудием в руках немцев, но сочли своим долгом согласиться на это требование, и выбор пал на Шмуля Цигельбойма. Цигельбойм был лидером партийной организации в Лодзи и бежал в Варшаву в надежде на то, что сможет продолжать там борьбу после того, как польская армия покинет город. Позднее он помог мобилизовать оставшихся в Варшаве бундовцев на борьбу бок о бок с ППС.

Цигельбойм с неохотой — согласился на составление описка людей для отправки на принудительные работы, считая, что это все же лучше, чем позволить отрядам вербовщиков произвольно хватать кого попало, но в октябре 1939 г., когда Еврейский совет получил приказ организовать гетто, он отказался продолжать подчиняться ему, заявив совету:

«Я чувствую, что не имел бы права жить, если бы… было создано гетто, а моя голова осталась бы в целости… Понимаю, что председатель обязан доложить об этом гестапо, и знаю, какие последствия это может повлечь за собой для меня лично» 16.

Члены совета опасались, что занятая Цигельбоймом позиция дискредитировала бы их в глазах евреев, если бы они послушно выполнили приказ нацистов, и поэтому отменили свое первоначальное решение подчиниться ему. Тысячи евреев пришли к зданию их штаб-квартиры, чтобы получить дополнительную информацию, и Цигельбойм воспользовался случаем, чтобы обратиться к ним с речью. Он велел им сидеть дома и вынудить немцев захватить их силой. Нацисты приказали ему явиться на следующий день в полицию. Бунд истолковал это как смертный приговор и тайно вывез его за пределы страны; однако его поступок имел тот благоприятный результат, что приказ о создании гетто был временно отменен.

Свой последний бой Бунд дал перед самой пасхой 1940 г.

Какой-то польский хулиган напал на одного старого еврея и начал таскать его за бороду. Оказавшийся поблизости бундовец увидел это и избил поляка. Нацисты поймали бундовца и на следующий день расстреляли. Польские погромщики начали совершать налеты на еврейские кварталы, в чем немцы им отнюдь не мешал«. Они хотели продолжения таких налетов как доказательство того, что польский народ поддерживает их антиеврейскую политику. Нападения на евреев далеко превосходили все, что наровцы когда-либо творили в независимой Польше, и Бунду стало ясно, что у него нет иного выбора, как рискнуть навлечь на себя гнев нацистов, пойти на открытую борьбу. Стремясь не дать никакого предлога для дальнейших набегов в случае смерти какоголибо поляка, бундовцы не пользовались ни ножами, ни ружьями, а лишь применяли металлические кастеты и куски железных труб. В течение двух последующих дней сотни евреев и членов ППС из района Волы сражались с погромщиками до тех пор, пока польская полиция не положила конец этим уличяьгм боям. Нацисты не вмешались в события. Они делали фотоснимки, которые использовали в своей пропаганде, и решили пока не наказывать евреев за их выступление 17.

Этот эпизод ознаменовал конец руководящей роли Бунда среди польского еврейства.

По прошествии нескольких месяцев немецкой оккупации лидеры сионистских молодежных организаций «Хашомер» и

«СХехалуц», также бежавшие в Литву, послали своих представителей назад в Польшу, однако отнюдь не с целью организовать там восстание. Они усматривали свой долг в там,

чтобы страдать вместе со своим народом в час его тяжкого испытания и попытаться поддерживать его моральное состояние, показывая ему пример высокой доблести. Первые военные выступления, предпринятые какой-либо сионистской группой, исходили от группировки ветеранов ревизионистского движения «Свит» («Заря»). Она поддерживала связи с «Корпусом безопасности» (КБ), небольшим польским подразделением, в ту пору неофициально связанным с АК; еще в 1940 г.

КБ направил нескольких евреев (в там числе и ряд врачей)

в район между реками Буг и Сан, где они работали совместно с некоторыми членами АК 18. Однако ни «Свит», ни КБ

не строили никаких планов организации крупномасштабного сопротивления или бегства узников различных гетто 19.

Серьезные замыслы вооруженного еврейского сопротивления начали зарождаться только после вторжения немцев в

Советский Союз. Нацисты с самого начала перестали каким бы то ни было образом сдерживаться в своей деятельности на территории Советского Союза. «Эйнзацгруппы» (отряды специального назначения) начали систематически истреблять евреев, и к октябрю 1941 г., через четыре месяца после вторжения, в результате массовых казней свыше 250 тыс. евреев погибли в Белоруссии и в Прибалтике. К декабрю 1941 г.

первые сообщения о газовых камерах в Хелмно, на польской земле, убедили молодежные организации, Бунд, ревизионистов и коммунистов, что они должны создать несколько военизированных групп, однако основная масса оставшихся в живых лидеров главных входящих в ВСО партий либо не верила в то, что случившееся в других местах могло повториться и в Варшаве, либо была уверена, что ничего сделать было нельзя. Ицхак Цукерман, один из основателей Еврейской боевой организации (ЕБО), объединявшей силы ВСО с Бундом и коммунистами, а позднее один из ведущих историографов Варшавского восстания, заявил без обиняков: «Еврейская боевая организация восстала без участия партий и против воли партий»20. После войны были посмертно опубликованы некоторые работы Керша Берлинского, члена «левой» «Поалей Циона». Он рассказал о совещании, состоявшемся в октябре 1942 г., в котором участвовали представители его организации и молодежных групп. Предметом обсуждения был вопрос о том, должна ли ЕБО находиться только под поенным командованием или же во главе ее должен стоять военно-политический комитет, причем молодежные группы в любом случае хотели избежать господства партий.

«Товарищи из „Хашомера” и „Хехалуца” отозвались о политических партиях в резком тоне: „Партии не

имеют никакого права давать нам приказы. Они сделали кое-что лишь для молодежи, они ничего больше

не будут делать. Они станут только мешать”»21.

На конференции, посвященной истории еврейского движения сопротивления, состоявшейся в апреле 1968 г. в институте Яд Вашем, историки, принимавшие участие в борьбе, и те, кто все еще стремился оправдать пассивное отношение к ней, обменялись друг с другом резкими замечаниями. Исраэль Гутман бросил одному из них, д-ру Натану Эку, свое обвинение в следующих выражениях:

«Вы что, думаете, что если бы мы продолжали ждать до самого конца и действовали бы в соответствии с указаниями лидеров партии, то восстание произошло бы все равно, или же что тогда оно не имело бы никакого смысла? Я считаю, что восстания не было бы вообще, и требую, чтобы д-р Эк привел убедительное доказательство того, что в намерения партийного руководства входила когда-либо организация восстания» 22.

Вот как видный историограф уничтожения еврейской общины Варшавы Эммануэл Рингельблум охарактеризовал психологию своего друга, члена «Хашомера» и командующего ЕБО Мордехая Аньелевича:

«Тот Мордехай, который так быстро возмужал и так стремительно поднялся до ответственнейшего поста командующего организацией боевиков, чрезвычайно сожалел теперь о том, что он и его товарищи напрасно растратили три военных года на культурно-воспитательную работу. Мы не поняли той новой стороны Гитлера, которая ныне становится очевидной, жалуется Мордехай. Мы должны были обучить молодежь пользоваться холодным и боевым оружием. Мы должны были воспитывать ее в духе отмщения величайшему врагу евреев, величайшему врагу всего человечества и величайшему врагу всех времен»23.

В центре дискуссии, проходившей в движении Сопротивления, стоял ключевой вопрос: где вести борьбу. Вообще говоря, за уход как можно большего числа молодежи в партизаны ратовали коммунисты, тогда как молодые сионисты призывали до конца сопротивляться в гетто. Коммунисты всегда являлись наиболее этнически единой партией в стране, и сейчас, когда нападению подвергся Советский Союз, они целиком отдались борьбе против Гитлера. Советы забросили в Польшу ветерана Гражданской войны в Испании Пинкуса Картина для организации там еврейского подполья. Коммунисты утверждали, что гетто невозможно оборонять и что их защитники погибли бы ни за что. В лесах они могли бы не только выжить, но и начать нападать па немцев. Сионистская молодежь серьезно подняла вопрос об уходе в леса. Красная Армия все еще была далеко, а на польскую коммунистическую

Гвардию Людову польские массы взирали весьма подозрительно из-за ее былой поддержки гитлеро-сталинского пакта,

приведшего к уничтожению польского государства*. Поэтому

Гвардия Людова обладала лишь очень небольшим количеством оружия, окружающая же местность кишела антисемитски настроенными партизанами, нередко наровцами, которые без малейших колебаний были всегда готовы убивать евреев.

Однако в умонастроениях многих молодых сионистов присутствовал еще некий элемент узкого изоляционизма. Самым ярым противником идеи партизанства был Мордехай Таненбаум-Тамаров из Белостока, хотя этот город располагался в дремучих лесах24. Он писал:

«В осуществлении мести, который мы домогаемся, постоянным и решающим является еврейский, национальный фактор… Наш подход к решению этой задачи требует выполнения нашей национальной роли внутри самих гетто (не бросать стариков на произвол их кровавой судьбы!)… И если мы останемся живы — то с оружием в руках уйдем из них в леса»25.

__________

* Главная причина гибели польского государства заключалась в профашистской ориентации и антисоветской политике его правящих кругов, отклонивших в 1939 г. все предложения Советского Союза о заключении союзного договора о взаимопомощи. — Прим. ред.

__________

Эта линия нашла поддержку в Варшаве, где Мордехай Аньелевич, считая, что мысли о возможности спастись в последнюю минуту бегством подорвали бы железную волю, необходимую для того, чтобы выстоять перед лицом неминуемой смерти, умышленно не строил никаких планов отступления 26.

Результаты этой тактики разочаровали ее сторонников: руководители «Хашомера» и «Хехалуца» надеялись, что их пример объединит узников гетто, но они не поняли, что четыре года унижения и страданий сломили дух народа. Гетто нельзя было вооружить, и поэтому те, кто в них томился, полагали, что восстание только увеличит неизбежность их гибели. Исраэль Гутман был совершенно прав, когда утверждал:

«Истина состоит в том, что еврейская общественность в большинстве гетто и не понимала, и не принимала пути и оценок, предлагавшихся бойцами… Боевые организации повсюду вели ожесточенные споры с еврейской общественностью… Молодежные движения добились в Варшаве того, чего они не добились в местах других мятежей» 27.

Варшавское гетто располагало двумя потенциальными источниками снабжения оружием: это были Гвардия Людова,

желавшая помочь ему, но слабо вооруженная, и Армия

Крайова у которой имелось оружие, но не было желания помочь. Узники гетто кончили тем, что, раздобыв небольшое количество оружия, главным образом пистолеты, они в течение нескольких дней храбро сражались, пока окончательно не иссяк их скудный арсенал. Ревизионистам пришлось сформировать свою собственную, отдельную Национальную военную организацию, поскольку остальные политические течения отказались объединиться с группой, которую они считали фашистской. Тем не менее они сумели достать для одного своего отряда немецкое обмундирование, три пулемета, восемь винтовок и сотни гранат. Некоторые из их бойцов спаслись, бежав через туннели и канализационные трубы, и были переброшены несколькими польскими друзьями в леса;

потом попали в немецкие ловушки, снова бежали, укрылись в нееврейском секторе Варшавы и в конечном счете были окружены и зверски убиты. Для Аньелевича конец наступил в гетто на двадцатый день восстания. Марек Эдельман, в ту пору бундовец и заместитель командира ЕБО, рассказывает,

что Аньелевич и 80 других бойцов застрелились в каком-то бункере28. Цукерман — другой заместитель командира этой организации — утверждает, что Аньелевич был убит гранатами, брошенными в укрытие, где он прятался29.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

Наплявать, паплявать, надоело воевать… или рекрутов не давать

Из книги Сталин. Битва за хлеб автора Прудникова Елена Анатольевна

Наплявать, паплявать, надоело воевать… или рекрутов не давать Как родная меня мать провожала, Тут и вся моя родня набежала. «Ах, куда ты, паренёк, ах, куда ты, Не ходил бы ты, Ванек, во солдаты». Демьян Бедный Одновременно с хлебозаготовками летом 1918 года красная власть


Никакого покорения не было

Из книги Покорение Сибири: Мифы и реальность автора Верхотуров Дмитрий Николаевич

Никакого покорения не было Одно из характерных свойств мифологического сознания состоит в том, что оно вычленяет из большой совокупности фактов и событий одно, два или несколько фактов, и превращает их во всеобъемлющие истины. Так получилось и в нашем случае. Единичный


Часть первая «ЛЮДИ НЕ ИМЕЮТ ПРАВА ЗНАТЬ, КТО Я»

Из книги Самая большая тайна фюрера автора Млечин Леонид Михайлович

Часть первая «ЛЮДИ НЕ ИМЕЮТ ПРАВА ЗНАТЬ, КТО Я» ИНЦЕСТАдольф Гитлер требовал, чтобы каждый немец представил документальные свидетельства чистоты своего происхождения. Но сам практически ничего не сообщал о собственных предках. Он вообще избегал разговоров о своей


Советы давать — не мешки ворочать

Из книги Любовь к истории (сетевая версия) ч.10 автора Акунин Борис

Советы давать — не мешки ворочать 16 августа, 14:46(Копирую текст из Фейсбука)Уважаемая команда Навального, я догадываюсь, что вас замучили сыплющимися со всех сторон добрыми советами. Каждый советчик твердо уверен, что он один знает, как вам надо работать, но при этом сам


Искусство давать обеды {5}

Из книги Повседневная жизнь дворянства пушкинской поры. Этикет автора Лаврентьева Елена Владимировна

Искусство давать обеды{5} «Держите хороший стол и ласкайте женщин».Вот единственные наставления, которые Бонапарте дал своему посланнику де Прадту. Кто держит хороший стол и ласкает женщин, тот никогда не упадет.Я знаю одного дипломата запоздалого, старого, изношенного,


19.10. Никакого поста для мошенника

Из книги Стратагемы. О китайском искусстве жить и выживать. ТТ. 1, 2 автора фон Зенгер Харро

19.10. Никакого поста для мошенника «У Хоу Цзина [503–552] голос шакала и глаза осы. Это проходимец с сердцем волка и вкрадчивостью лисы. Что же касается его верности долгу, то даже к своему отцу он не питает никаких чувств. Он предает своих и перебегает к врагам. Он изменил нашей


Давать ли образование Луизе?

Из книги Повседневная жизнь в Венеции во времена Гольдони автора Декруазетт Франсуаза

Давать ли образование Луизе? Видения идеальной монастырской жизни посещают, скорее всего, мужчин. Девушки же, несмотря на все предостережения, стремятся выйти замуж. Живительный венецианский воздух омолаживает: английский консул Смит в восемьдесят два года женился на


Никакого штурма Бастилии не было!

Из книги 100 великих загадок истории Франции автора Николаев Николай Николаевич

Никакого штурма Бастилии не было! Порой, если бы не легенда, сложившаяся вокруг того или иного события, о нем, быть может, давно бы забыли. Так обстояло дело и с одним из самых известных событий новейшей истории – «штурмом Бастилии», проходившем 14 июля 1789 г. С него


«Никакого отступления!»

Из книги Танковые сражения. Боевое применение танков во Второй мировой войне. 1939-1945 [litres] автора Меллентин Фридрих Вильгельм фон

«Никакого отступления!» 27 декабря 1943 года в ставке Гитлера состоялось очень важное совещание[209]. Предметом обсуждения на нем было предложение Манштейна о частичном отходе войск из большой излучины Днепра и об эвакуации из Никополя. Принятие этого предложения


10. «Нельзя давать неприятелю ни минуты»

Из книги Полтава. Рассказ о гибели одной армии автора Энглунд Петер

10. «Нельзя давать неприятелю ни минуты» В то самое мгновение, когда ослепительное утреннее солнце прорвало горизонт и отделило ночь ото дня, шведская пехота перешла в наступление. По мере того как один батальон за другим приходил в движение, пальба из редутов


«Никакого худа ни в ком не видать»

Из книги Малоизвестная история Малой Руси автора Каревин Александр Семёнович

«Никакого худа ни в ком не видать» Прежде всего стоит заметить: ни царь Петр Алексеевич, ни руководивший штурмом Батурина Александр Меншиков запугивать население Малороссии не собирались. В этом просто не было необходимости. Вместе с великорусами малорусы мужественно


3. II съезд Российской социал-демократической рабочей партии. Принятие программы и устава и создание единой партии. Разногласия на съезде и появление двух течений в партии: большевистского и меньшевистского.

Из книги Краткий курс истории ВКП(б) автора Комиссия ЦК ВКП(б)

3. II съезд Российской социал-демократической рабочей партии. Принятие программы и устава и создание единой партии. Разногласия на съезде и появление двух течений в партии: большевистского и меньшевистского. Таким образом, победа ленинских принципов и успешная борьба


Глава 5 «Разблюдовка»: где и когда давать генеральное сражение?!

Из книги Гений войны Кутузов [«Чтобы спасти Россию, надо сжечь Москву»] автора Нерсесов Яков Николаевич

Глава 5 «Разблюдовка»: где и когда давать генеральное сражение?! 21 августа Михаил Илларионович Кутузов прибыл к армии, в район села Царево Займище. Здесь Барклай сдал ему армию и доложил, что все рвутся в бой, который он под давлением общества и генералитета уже


3. II съезд Российской социал-демократической рабочей партии. Принятие программы и устава и создание единой партии. Разногласия на съезде и появление двух течений в партии: большевистского и меньшевистского.

Из книги Краткий курс истории ВКП(б) автора Комиссия ЦК ВКП(б)

3. II съезд Российской социал-демократической рабочей партии. Принятие программы и устава и создание единой партии. Разногласия на съезде и появление двух течений в партии: большевистского и меньшевистского. Таким образом, победа ленинских принципов и успешная борьба


Никто не решался давать твердый прогноз

Из книги Накануне 22 июня 1941 года. Документальные очерки автора Вишлёв Олег Викторович

Никто не решался давать твердый прогноз Говоря о причинах исключительно тяжелого для Красной Армии и всего советского государства начального этапа войны с Германией, мы, конечно, можем предъявлять счет советскому руководству тех лет за допущенные просчеты и ошибки.


Никакого Тауроггена[142] . 1920 год

Из книги Между страхом и восхищением: «Российский комплекс» в сознании немцев, 1900-1945 автора Кенен Герд

Никакого Тауроггена[142]. 1920 год Может создаться впечатление, будто некая сила исторической фантазии стояла за тем фактом, что первые непосредственные контакты офицеров обеих армий состоялись во время наступления Красной армии на Варшаву 12 августа на границе с Восточной