Кинооператор А. Шафран. Последний кадр «Челюскина»

Кинооператор А. Шафран. Последний кадр «Челюскина»

Сильный мороз и шторм — в кинематографическом отношении день явно «несъемочный». Около половины второго я был в каюте у Хмызникова. Мы почувствовали удар. Вместе вышли на палубу. Там все по-обыкновенному: Синцов возится у вьюшки, выбирая лот; Марков, измерив дрейф, спешит в рубку. На льду замечаю фигуры капитана Воронина и инженера Расса, они идут от палатки Факидова. Сквозь густой занавес пурги послышался звук торошения. Забираюсь на полубак с надеждой хоть что-нибудь увидеть, но 50-метровая видимость не дает этой возможности. На полубак приходят капитан, инженер Расс и еще несколько человек. Через некоторое время в прорывах снежного вихря можно было увидеть ледяной вал.

Сразу хочется бежать снимать. Но снимать явно нет смысла: в такую погоду снимать лед — это зря потратить так мало остающейся у меня пленки.

Приходит О. Ю. Шмидт. Обмениваемся впечатлениями о пурге, о погоде, о торошении. Говорить трудно, приходится кричать. [328]

Никакой особой взволнованности и напряженности я не заметил тогда у Шмидта. Он, как всегда, простой и спокойный.

Бегу в каюты. Там тоже все по-обыкновенному: кто работает, кто читает, кто отдыхает, а в кают-компании заядлые «козлятники» дуются в кости.

Забегаю к Ширшову, Громову, Решетникову:

— Ребята, скорее на палубу, там замечательные вещи: на нас идет ледяной вал!

И снова бегом на полубак, и снова больно хлещет по лицу ледяной вихрь.

Вал все ближе. Сквозь завывание ветра ясно слышно теперь громыхание льда. Это настоящая симфония: там звучат все инструменты, шум останавливающегося поезда и звон битого стекла.

Вал все ближе. Слышу голос капитана: «Зовите всех на борт выгружать продовольствие!»

Стремглав бегу на лед. Стараюсь перекричать пургу, зову ребят. Вернувшись на судно, вижу начавшуюся разгрузку.

Сразу включаюсь в работу. Таскаю ящики от трюма к борту. Скатываюсь по трапу на лед и начинаю оттаскивать продовольствие. Неожиданно замечаю, что нос судна стал погружаться. В голове мелькает мысль об аппаратуре, о съемке. Бегу обратно на судно по нижней палубе. Каюта — с открытой дверью. В каюте — лед!

Скорей по трапу наверх, в свою каюту. В одной-двух каютах заметил людей, собирающих вещи, инструменты. Прибежал к себе, помню только об аппаратуре и пленке. Бросаю в железный ящик снятый материал, вытаскиваю аппарат, кассетницу с последними четырьмя заряженными кассетами и штатив. Но как унести все это одному?

Окно не открывается — замерзло. Разбить его? Нет. Почему-то сразу представляется строгое лицо старшего помощника капитана Гудина. Попадет еще!

Пытаюсь открыть другое окно. К счастью, попытка увенчалась успехом. Окно открыто — и я выбрасываю на палубу все вещи.

Опять на палубе. О съемке здесь нельзя и мечтать: где поставить тяжелый аппарат на неуклюжей треноге, чтобы не помешать работающим?

Перетаскиваю аппарат на лед. Работать очень трудно. Ветер сильно бьет, засыпает объектив снегом. Линзы лупы с приближением глаза моментально потеют и покрываются тонкой коркой льда. Навести на фокус почти невозможно. Сильно болит примороженная лупой щека. [329]

Все-таки начинаю работать. Снимаю разгрузку продовольствия, спуск ледянок.

Снимать все труднее, аппарат стынет, ручка еле вращается. Приходится крутить, прилагая всю свою силу. Камера дергается на штативе.

«Челюскин» погружается все больше и больше.

Кончилась пленка.

Делаю попытку перезарядить.

Сам удивляюсь, что на таком морозе и ветре удается это сделать. Пришлось бросить рукавицы и голыми руками держать металл.

Продолжаю снимать, а в перерывах между планами подтаскиваю ящики. Руки и лицо окоченели. Нет больше сил дальше снимать. Ставлю камеру на общий план, а сам залезаю в палатку Факидова. Пытаюсь хоть немного отогреться.

В палатке пробыл недолго. Слышу крики:

— Аркадий! Скорей! Судно погружается.

Опять к аппарату.

Снимаю последний момент. Корма приподнимается, показывает руль и винт, из трюмов вырывается столб черной угольной пыли.

Через несколько секунд судна уже нет.

В этот день киноаппарат больше не работал.

Затонул, раздавленный льдами

Полярное море, 14 февраля (передано по радио).

13 февраля в 15 часов 30 минут в 155 милях от мыса Северного и в 144 милях от мыса Уэллса «Челюскин» затонул, раздавленный сжатием льдов.

Уже последняя ночь была тревожной из-за частых сжатий и сильного торошения льда. 13 февраля в 13 часов 30 минут внезапным сильным напором разорвало левый борт на большом протяжении от носового трюма до машинного отделения. Одновременно лопнули трубы паропровода, что лишило возможности пустить водоотливные средства, бесполезные впрочем ввиду величины течи.

Через два часа все было кончено. За эти два часа организованно, без единого проявления паники, выгружены на лед давно подготовленный аварийный запас продовольствия, палатки, спальные мешки, самолет и радио. Выгрузка продолжалась до того момента, когда нос судна уже погрузился под воду. Руководители экипажа и экспедиции сошли с парохода последними, за несколько секунд до полного погружения.

Пытаясь сойти, с судна, погиб завхоз Могилевич. Он был придавлен бревном и увлечен в воду.

Начальник экспедиции ШМИДТ [330]

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

Тайны «Челюскина»

Из книги Тайны пропавших экспедиций автора Ковалев Сергей Алексеевич

Тайны «Челюскина» Успешное сквозное арктическое плавание ледокольного парохода «Сибиряков» в 1932 году стало реальным ускорителем в создании Главного управления Северного морского пути (Глав- севморпуть, ГУ СМП) и в освоении Севморпути.


19. Сброшенный с башни последний царь-градский император предыдущей династии и сброшенный со стены последний наследник троянского царя Приама

Из книги Начало Ордынской Руси. После Христа.Троянская война. Основание Рима. автора Носовский Глеб Владимирович

19. Сброшенный с башни последний царь-градский император предыдущей династии и сброшенный со стены последний наследник троянского царя Приама «Тьери Лооский… схватил его (императора Мурчуфла. — Авт.) и привёз его к императору Бодуэну в Константинополь. И император


19. Сброшенный с башни последний Царь-градский император предыдущей династии и сброшенный со стены последний наследник троянского царя Приама

Из книги Основание Рима. Начало Ордынской Руси. После Христа. Троянская война автора Носовский Глеб Владимирович

19. Сброшенный с башни последний Царь-градский император предыдущей династии и сброшенный со стены последний наследник троянского царя Приама Виллардуэн говорит: «Тьери Лооский… схватил его (императора Мурчуфла — Авт.) и привез его к императору Бодуэну в


Кадр усилий

Из книги Люди средневековья автора Фоссье Робер

Кадр усилий Итак, вот и собрался многоликий коллектив: супружеская чета, ее потомки, если надо – родственники по боковой линии и даже слуги. Это и был «дом», «очаг», царство женщины, где находили убежище, ели, спали и трудились. Сколько же людей сидело вокруг очага? Это,


Трагедия «Челюскина»

Из книги ТАСС уполномочен… промолчать автора Николаев Николай Николаевич

Трагедия «Челюскина» Моряки верят в приметы, те, кто связан с морем, – тоже. Поэтому все, кто так или иначе имеет отношение к историям Челюскиных – и человека и парохода, поражаются мистике, связанной с его (парохода) короткой историей.В 1932 году уже не молодая советская


Последний бой и последний приют

Из книги История человечества. Запад автора Згурская Мария Павловна

Последний бой и последний приют Самое легкое в жизни – умереть, самое трудное – жить. А. Азад Сразу же после освобождения Влад III Цепеш включился в борьбу против турок. Считается, что это было основным условием его освобождения. Корвин начал антитурецкую кампанию, и


КАДР УСИЛИЙ

Из книги Люди средневековья автора Фоссье Робер

КАДР УСИЛИЙ Итак, вот и собрался многоликий коллектив: супружеская чета, ее потомки, если надо — родственники по боковой линии и даже слуги. Это и был «дом», «очаг», царство женщины, где находили убежище, ели, спали и трудились. Сколько же людей сидело вокруг очага? Это,


Геодезист Я. Гаккель. От мыса Челюскина до мыса Ванкарем

Из книги Поход «Челюскина» автора Автор неизвестен

Геодезист Я. Гаккель. От мыса Челюскина до мыса Ванкарем Стоянка у мыса Челюскина длилась около 16 часов. Мы расстались здесь с встречной флотилией ледоколов, и утром 2 сентября 1933 года «Челюскин» направился в дальнейший путь. Встречая то отдельные льдины, то полосы»


Инженер-физик Ибраим Факидов. Испытания корпуса «Челюскина»

Из книги Поход «Челюскина» автора Автор неизвестен

Инженер-физик Ибраим Факидов. Испытания корпуса «Челюскина» Длительные рейсы по Великому северному морскому пути предъявляют к судам специальные требования.Нужны суда двух типов: 1) мощные, крепкие ледоколы и 2) транспортные суда, пригодные для перевозки большого


Гибель «Челюскина» Капитан В. Воронин. Я сказал себе — конец!

Из книги Поход «Челюскина» автора Автор неизвестен

Гибель «Челюскина» Капитан В. Воронин. Я сказал себе — конец! В половине сентября около Ванкарема, ставшего впоследствии лагерем наших спасителей, выйдя на широкую полынью, мы спустили с «Челюскина» на воду самолет. Я вместе с Бабушкиным вылетел на разведку.В 15 милях на


Кинооператор А. Шафран. «Як Як» и другие

Из книги Поход «Челюскина» автора Автор неизвестен

Кинооператор А. Шафран. «Як Як» и другие Нас в палатке семеро: гидролог Хмызников, по прозванию «Хмызя», географ Гаккель — «Як Як», корреспондент «Известий» Громов — «Центральный», гидробиолог Ширшов — «По Пе», физик Факидов — «Сингапур», писатель Семенов — «Сергуня» и я


   Эпопея «Челюскина»

Из книги 500 великих путешествий автора Низовский Андрей Юрьевич

   Эпопея «Челюскина»    Летом 1932 г. пароход «Александр Сибиряков» впервые за одну навигацию прошел Северным морским путем. Многие рассматривал это плавание как несомненный триумф, однако скептики считали, что «Сибирякову» просто повезло: в тот год ледовая обстановка в


Шафран

Из книги Энциклопедия славянской культуры, письменности и мифологии автора Кононенко Алексей Анатольевич

Шафран Крокис, крокиш, крокош, крокус, календула (укр. «нагидки») – однолетнее травянистое и полукустарниковое растение семейства астровых с оранжево-желтыми цветами и своеобразным сильным запахом; известно около 80 видов. Название «крокус» происходит от греческого