Идеальный внешний регулятор

Идеальный внешний регулятор

 Надо сказать, писать эту главу было тоже не весьма приятно. Но без нее картина русской истории ХХ века будет все-таки неполной. Это – история о том, как нас употребляли между большими войнами и революциями. Русские служили не только в роли пушечного мяса и «дойной коровы» Запада, но еще и как глобальный регулятор, инструмент управления, который хозяева мира использовали в своих интересах.

Почему Россия удостоилась этой сомнительной чести? Несмотря на свой периферийный характер и подчиненное положение в мировой системе хозяйства, Россия с конца позапрошлого века начинает двигаться к самодостаточности. До конца ХХ столетия наш объем экспорта и импорта к внутреннему валовому продукту был намного меньше, чем у любого другого развитого большого государства.

После 1917 года Россия, будучи самодостаточной, находилась как бы вне мирового хозяйства, выступала по отношению к нему как что-то внешнее – и политически, и экономически, и культурно-идеологически. Так же, как до последних лет вне «глобального мира» находился и Китай, который открылся только в 1980-е годы.

Мы находимся в той зоне планеты, где для поддержания жизнедеятельности нужны гораздо большие затраты ресурсов и энергии, чем в любом другом населенном регионе Земли. Резко континентальный климат с долгой студеной зимой и коротким засушливым летом, огромные массивы земель, скованные вечной мерзлотой, громадные сухопутные расстояния, которые приходится преодолевать не на дешевом морском транспорте, а на дорогом наземном – вот вечные проблемы русской экономики. Поэтому прибавочного продукта и ресурсов для развития в России всегда получали меньше, чем в других цивилизациях. Мы в последние века не славились агрессивностью. У нас на агрессию ресурсов всегда не хватало и слишком много сил уходило на борьбу с природой. Мы много воевали, и много нас осталось лежать, как в песне, у безымянного поселка, на безымянной высоте. Но, как правило, не мы лезли на рожон первыми. Нам больше приходилось защищаться.

Ресурсы, конечно, можно было бы у кого-нибудь отнять, воспользовавшись методами «добывателей трофеев». Да вот незадача: на Севере мы уперлись в Ледовитый океан, где у моржей и белых медведей много не возьмешь. На Востоке – вышли к Тихому океану. А в Европе нам мало что светило, поскольку здесь русским противостояла объективно более сильная в экономическом и более устойчивая в политическом плане цивилизация. Кроме того, Европа всегда была той цивилизацией, в которую правящая верхушка России с маниакальным упорством стремилась интегрироваться. А разве можно грабить эту культурную, милую сердцу расейских бар, господ и поздних товарищей коммунистов «страну изобилия и счастья»? Россия слишком долго хотела не использовать Запад, а стать его полезным союзником и другом.

Вот поэтому добыть ресурсы извне мы не могли, и соответственно, были неагрессивной цивилизацией, жестко замкнутой на самое себя.

Поэтому у вождей Западной цивилизации появился вполне логичный замысел: давайте используем Россию не только как дойную скотину и «пушечное мясо», но и в роли механизма для управления всем остальным миром.

Ведь если Россия замкнута в себе и самодостаточна, если она вынесена из глобального хозяйства, то можно заняться рефлексивным управлением. То есть, коли подталкивать русских к чему-то и понимать, как они станут на эти тычки реагировать, то можно Россией управлять. Так, что она станет действовать в интересах «толкателя». А значит, Россия сможет, сама того не ведая, корректировать развитие всего остального человечества.

Западники открыли еще один важный закон: для управления мировым хозяйством нужно постоянно вводить или выводить из нее внешний фактор. Ну, как особые стержни в ядерный реактор. В этот вид чужой игры мы весь ХХ век играли на трех полях – экономики, политики и идеологии.