Виноградники и деревья

Виноградники и деревья

О винах Этрурии нам тоже известно довольно много. Еще во времена Александра Македонского этрусские вина были популярны в Греции{251}, Дионисий Галикарнасский ставил их в один ряд с фалернским и с винами Colli Romani{252}. Испанец Марциал признавал, что они не уступают таррагонскому{253}. Другие авторы уточняют, что лучшим считалось вино из Луны на границе с Лигурией{254}. Виноградники Грависки, несмотря на окружавшие их малярийные болота, и Статонии на холмах в верховьях Фьоры давали превосходное вино{255}. Но в окрестностях Вей, к великой досаде желудков Горация, Персия и Марциала, удавалось получить только розовое вино из виноградных выжимок с густым осадком, которое доставляло удовольствие разве что кошелькам скупых амфитрионов[23]{256}. В Цизальпинской Галлии были известны вина из Адрии и Цезены и некий «Меценатиан», вероятно, поступавший из поместья Мецената{257}. Таковы были общепризнанные марки вина.

Интересно, что сами этруски предпочитали мускатные вина, сладость которых, как говорили, нравилась пчелам (apes), поэтому их стали называть Apianae{258} — поэтическая этимология, поскольку, по всей вероятности, это название восходит к имени производителя вина Аппия: известно, что как раз во Флоренции жил некий Aviles Apianas = Aulus Appianus{259}. Во всяком случае, именно этим сладким вином, ударявшим в голову, упивались пирующие на фресках. Среди прочих местных сортов были предки кьянти и орвьето: в Тоди, на границе с Умбрией, — «тудернис», в Арретии — «тальпона» (это название восходит к родовому имени Talpius, Talponius{260}). Разнообразие сортов говорит о большом опыте в области виноградарства, о навыках прививания дичков для создания гибридных сортов, о методичном создании виноградников путем сопоставления разных растений. Плиний рассказывает о лозе под названием «мургентина», привезенной с Сицилии в Кампанию, где она получила имя «помпейяна», которая давала особенно богатый урожай на плодородной почве холмов Клузия{261}. Но хотя этот саженец был завезен относительно недавно, вряд ли именно вкус его вина внушил галлам, привлеченным Аррунсом из Клузия, желание завоевать Италию{262}.

* * *

Мы видели, что Тарквинии в конце III века до н. э. специализировались на выращивании льна и производстве полотна для парусов; Плиний об этом уже не упоминает. Ткацкое производство было традиционным и в стране фалисков: поэты часто облачали своих легендарных героев в просторные льняные одежды, хотя римлянам они казались признаком изнеженности{263}, и еще в эпоху Августа фалиски сохраняли за собой первенство в изготовлении охотничьих силков — «столь прочных, что их было не рассечь клинком, столь тонких, что их можно было пропустить сквозь кольцо, и столь легких, что один загонщик запросто нес на плече столько сетей, что ими можно было опутать целый лес»{264}.

Что же касается оливковых деревьев с их серебристо-зелеными кронами — символа современной Тосканы, — то они, как ни странно, в античной Этрурии были мало распространены. Во времена Тарквиния Старшего олива была еще неизвестна в Италии{265}, и хотя во II веке до н. э. Катон с любовью описывал оливковые насаждения в области Венафро, на северо-западной оконечности Кампании{266}, он даже намеком не указывал на то, что в Этрурии имелось нечто подобное. Не то чтобы этруски потребляли мало масла — они, как и латиняне, очень давно позаимствовали название этого продукта у греков. Одна из самых древних этрусских надписей, сделанная на глиняном сосуде, гласит: aska eleivana — сосуд (askos) для масла (elaion){267}. Но масло это они долгое время ввозили из Аттики в бесчисленных амфорах, так часто встречающихся на кладбищах Цере и Спины.

В те времена, когда, восторженно восхваляя Италию, Варрон заявлял, что она «так густо засажена деревьями, что кажется сплошным фруктовым садом»{268}, Этрурия не должна была быть исключением из правила. Но не надо забывать, что большинство современных овощей и фруктов древним жителям Италии было неизвестно, они были туда завезены на протяжении веков вместе с другими изысками Востока. Неслучайно Вергилий в четвертой книге «Георгик» доверяет сад своей мечты садовнику, только что прибывшему из Киликии{269}. То было время, когда вишня, привезенная в 73 году до н. э. богачом Лукуллом с Понта, после победы над Митридатом{270}, еще считалась экзотическим плодом, а лимон в стране «wo die Zitronen bluhn»[24] использовали только как противоядие или для освежения дыхания{271}. Связи Этрурии с Карфагеном, где садоводство было превосходно развито{272}, и большое количество рабов с востока, пополнявших собой их familiae, возможно, позволили им опередить римлян. Достаточно полистать «Словарь латинских ботанических терминов» Жака Андре, чтобы убедиться, что слово «цитрус» или «цедра» взято из неиндоевропейского языка через посредство этрусского{273}, а среди разных сортов вишни был один необыкновенно яркого цвета — cerasum Apronianum, выведенный неким Апронием, который, верно, родился где-нибудь в Перузии{274}. Но когда агрономы античности перечисляют самые сочные плоды полуострова, то называют яблоки из Америи, груши из Тарента, фиги из Геркуланума и миндаль из Пренесте{275}; Этрурия в этом списке не значится, и Овидий говорит только, что в стране фалисков много садов{276}.

То же самое относится к овощам: все нахваливали лук-порей из Ариции, редис из Нурсии, репу из Амитерны, лук из Тускулума, спаржу из Равенны, но по поводу этрусских огородов — странное молчание. И даже капуста, которой Катон пел потрясающие дифирамбы{277}, капуста — мечта чревоугодников и лекарство от всех болезней, особенно от язвы и меланхолии, капуста, заставлявшая соперничать все города Италии — Арицию, Ардею, Тиволи, Сигнию, Капуя, Каудиум и прочие{278} — в выведении новых сортов — кучерявой, сочной, крупнокочанной, острой, цветной и реповидной, — даже капуста оставляла Этрурию равнодушной к этому соревнованию. Это значит, что в прибрежных латифундиях садоводство и овощеводство особо не поощрялись, а в долинах предпочитали выращивать злаки и виноград.

Что касается более древних времен, о них остается судить по цветочным мотивам на фресках в гробницах и на предметах искусства, хотя возможно, что кое-что было! позаимствовано из художественной традиции Востока. Вполне узнаваемы артишок, вьюнок, плющ, карликовые пальмы и дуб — представители местной флоры, а также занесенные извне крокус, акант, лавр, кипарис, лилия, мак, гранат и т. д.{279} Гранат появляется на рисунках Цере, относящихся к VI веку: это «пуническое яблоко», malum punicum на латинском; честь его открытия приписывали себе карфагеняне{280}. Благодаря фрескам из гробниц Барона и Триклиния{281} можно представить себе прекрасные сады в Тарквиниях: пальмы, лавровые деревья, гранатовые деревья, всевозможные кустарники, ветви которых сгибаются под тяжестью больших голубых соцветий, являют собой для танцующих фон, возможно, восходящий к давним представлениям о «рае» в древней Персии{282}. Среди этрусских текстов, дошедших до нас в переводе, один посвящен зловещим растениям: «Крушина, кизил кровяной, папоротник, черный инжир, остролист, дикая груша, шиповник, ежевика, иглица»{283}. Все это образчики адской флоры, разрастание которой возвещало гаруспикам о грядущих ужасных бедствиях, и именно из них состояли заросли колючих кустарников, которые приходилось беспрестанно выкорчевывать земледельцам.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

Виноградники    

Из книги Повседневная жизнь Европы в 1000 году автора Поньон Эдмон

Виноградники     Виноградники приходилось разводить во всех районах, поскольку вино, потреблявшееся везде и являвшееся неотъемлемой составной частью мессы, было невозможно перевозить в больших количествах, как, впрочем, и другие товары. Похоже, что именно по этой


7.7. Вьетнамские деревья-листовки

Из книги Стратагемы. О китайском искусстве жить и выживать. ТТ. 1, 2 автора фон Зенгер Харро

7.7. Вьетнамские деревья-листовки Сигналом к началу десятилетнего Вьетнамского сопротивления (1418–1428) диктату китайской династии Мин (1368–1644) явилось восстание в Ламь-Суне (в нынешней центральной вьетнамской провинции Тхань-Хоа) под руководством Ле Лоя (ум. 1433), богатого


Виноградники

Из книги Повседневная жизнь средневековых монахов Западной Европы (X-XV вв.) автора Мулен Лео


Таинственные деревья и колеса в океане близ Кадикса

Из книги Чудовища морских глубин автора Эйвельманс Бернар

Таинственные деревья и колеса в океане близ Кадикса История «полипа» из Картейи, которая будет повторена, причем в нескольких вариантах, экс-герцогом Генуи Баттистой Фрегозо (литературный псевдоним Фульгозиус), не единственное упоминание Плиния о головоногих моллюсках


Одинокие деревья

Из книги Сакура и дуб (сборник) автора Овчинников Всеволод Владимирович

Одинокие деревья Оправдана ли английская система воспитания? Идет ли она в конечном счете на пользу психологии и характеру детей? На сей счет могут быть разные мнения. Но вряд ли вызовет споры вывод о том, что система эта не проходит бесследно для самих родителей.


Блуждающие деревья

Из книги Сказки и легенды маори автора Кондратов Александр Михайлович

Блуждающие деревья Когда-то, давным-давно росли две таллипотовые пальмы с длинным именем Ти-Факаавеаве-а-Нгаторо-и-Ранги. Конечно, это было слишком длинное имя для двух пальм, терзаемых ветром на безводном плоскогорье Каингароа. Но послушайте сначала старинную


Священные деревья

Из книги Славянская энциклопедия автора Артемов Владислав Владимирович


4. ДЕРЕВЬЯ ИЛИ ОВЦЫ? ПРОБЛЕМА ОПРЕДЕЛЕНИЯ ЦЕННОСТЕЙ В ЭКОЛОГИЧЕСКОЙ ИСТОРИИ

Из книги Природа и власть [Всемирная история окружающей среды] автора Радкау Йоахим

4. ДЕРЕВЬЯ ИЛИ ОВЦЫ? ПРОБЛЕМА ОПРЕДЕЛЕНИЯ ЦЕННОСТЕЙ В ЭКОЛОГИЧЕСКОЙ ИСТОРИИ Экологическую историю обычно пишут с критическим подтекстом, однако степень критичности обычно не указывается и тем более не обсуждается. Даже сегодня экологическая политика еще далека от


Глава 12 Прыгающие на деревья

Из книги Злая корча. Книга 2 автора Абсентис Денис

Глава 12 Прыгающие на деревья Спустя много дней Анна узнала, что Васька наелся спорыньи. Повстречал на ржаном поле мальчишек, они собирают с колосьев угольно-черные рожки, едят. Кое-кто из мальчишек уже пошатывается. — Мы поспорили, у кого башка крепче! — объяснил друг


А) Деревья, кусты

Из книги Энциклопедия славянской культуры, письменности и мифологии автора Кононенко Алексей Анатольевич

А) Деревья, кусты Акация. Берёза. Боярышник. Бузина. Бук. Верба. Вишня. Волчьи ягоды. Граб. Груша. Дуб. Ель. Жостер. Калина. Каштан. Кедр. Кипарис. Клён. Клюква. Лещина. Липа. Малина. Можжевельник. Облепиха. Ольха. Орех. Осина. Паслён. Платан. Рябина. Сирень. Сосна. Тёрн. Тис. Тополь.