1. Рѣшеніе Временнаго Комитета.

1. Р?шеніе Временнаго Комитета.

В "Исторіи революціи" Милюков говорит, что Родзянко-Львов отправились к прямому проводу в военное министерство для того, чтобы выяснить возможность "изм?ненія" манифеста. Мы вид?ли, что об этом не было и р?чи со стороны предс?дателей Врем. Комитета и Врем. Правительства. Д?ло шло об отсрочк?, пока политическіе архитектора не договорятся между собой... "Ночь, (в?рн?е предразсв?тное время) прошла, — вспоминает Керенскій, — в р?зких и горячих спорах, так как Милюков защищал свою позицію с настойчивостью и упорством изумительными. Его поддерживал лишь отчасти (moit? ? contre coeur) Шингарев. Милюков считал, что "вс? потеряли голову"[272]. Мн?ніе Керенскаго о необходимости уб?дить Вел. Князя отречься возым?ло р?шающее вліяніе. Некрасов усп?л уже набросать и проект отреченія. Никто не знал, насколько сам Вел. Князь был осв?домлен о происходящем. Р?шено было отправиться и коллективно представить на его усмотр?ніе дв? точки зр?нія, так как Милюков, — утверждает Керенскій, — заявил, что он немедленно покинет ряды Вр. Правительства, если ему не будет предоставлена возможность изложить мн?ніе меньшинства перед Мих. Алекс.

Около полудня по датировк? Милюкова — около 10 час. по воспоминаніям Керенскаго — члены правительства кн. Львов, Милюков, Керенскій, Некрасов, Терещенко, Годнев, Львов Вл. и члены Врем. Комитета Родзянко, Ефремов и Караулов (называют еще Шидловскаго и Ржевскаго), собрались на Милліонной в квартир? кн. Путятиной, гд? временно пребывал Великій Князь. Сама хозяйка в воспоминаніях опред?ляет время собранія около 11 часов.

Около полудня по датировк? Милюкова — около 10 час. по воспоминаніям Керенскаго — члены правительства кн. Львов, Милюков, Керенскій, Некрасов, Терещенко, Годнев, Львов Вл. и члены Врем. Комитета Родзянко, Ефремов и Караулов (называют еще Шидловскаго и Ржевскаго), собрались на Милліонной в квартир? вн. Путятиной, гд? временно пребывал Великій Князь. Сама хозяйка в воспоминаніях опред?ляет время собранія около 11 часов.

Не знаю, на основаніи каких данных Маклаков иниціативу созыва сов?щанія приписывает "новому императору". Караулов, разсказывавшій 31 марта в. кн. Андрею Влад. в Кисловодск? исторію отреченія Мих. Ал., говорил, что иниціатива сов?щанія принадлежала исключительно думцам: Керенскій телефонировал Вел. Кн. в 5 час. утра, Мих. Ал. разбудили, и он отв?тил, что "ничего не знает" о том, что произошло в Псков?. Надо ли говорить, что теоретическія разсужденія Маклакова, который понял бы собраніе на Милліонной, если бы там р?чь шла о недостаточности конституціонных гарантій в акт? отреченія Царя, совершенно неприм?нимы к революціонной обстановк? утра 3-го марта, вытекавшей, конечно, не из правом?рных юридических предпосылок государствов?дов. При обрисовк? тогдашней революціонной обстановки надлежит устранить легенду, правда совершенно второстепеннаго значенія, но очень характерную для революціонной мемуарной литературы. Суханов вспомнил, как он 2-го марта, т. е. в критическій момент, когда р?шался вопрос о государственной власти, на запрос сов?тскаго комиссара на Царскосельском вокзал? ("по порученію жел?знодорожников"): возможно ли дать Мих. Ал. по?зд для прі?зда из Гатчины в Петербург, "без всяких сов?щаній", отв?тил, "что по?зда Исп. Ком. не разр?шает "по случаю дороговизны угля" — "гр. Романов может придти на вокзал, взять билет и ?хать в общем по?зд?" Этот, воспроизводимый Черновым и др. "революціонный" отв?т теряет свой эффект и относительное остроуміе, так как Мих. Ал., прибыв в столицу 27-го, уже не мог вы?хать назад в Гатчину и находился все время в квартир? кн. Путятиной. Так засвид?тельствовала сама Путятина; это утверждает и полк. Никитин, по словам котораго Мих. Ал. в разговор? с ним высказывал особенное недовольство против Родзянко, вызвавшаго Великаго Князя и оставившаго его будто бы в военном министерств? во время вечерняго разговора со Ставкой. Однако, для переговоров со Ставкой Мих. Ал. ?здил не с Родзянко, а с военным министром Б?ляевым и на его автомобил?. Весь этот инцидент (с сухановским отв?том) нашел н?который отклик в тогдашнем сообщеніи "Русскаго Слова", но отнесен он ко времени посл? отреченія. Кто у кого заимствовал — мемуарист ли у газетнаго сотрудника или этог посл?дній у будущаго мемуариста — не знаю...

По словам Путятиной,  Мих Ал. ув?домил Родзянко только в 4 часа утра 2-го, гд? он находится (свид?тельство бол?е, ч?м сомнительное), и тогда же ему была прислана охрана из 40 юнкеров и 8 офицеров.