1. ЭКОНОМИЧЕСКОЕ РАЗВИТИЕ ЗАПАДНОУКРАИНСКИХ ЗЕМЕЛЬ ВО ВТОРОЙ ПОЛОВИНЕ XIX в.

1. ЭКОНОМИЧЕСКОЕ РАЗВИТИЕ ЗАПАДНОУКРАИНСКИХ ЗЕМЕЛЬ ВО ВТОРОЙ ПОЛОВИНЕ XIX в.

Грабительская сущность реформы 1848 г. Развитие капитализма на западноукраинских землях связано с реформой 1848 г., в результате которой в Галиции и на Буковине были отменены феодальные повинности крестьян. За утраченную феодальную ренту помещики получали выкуп, который крестьяне выплачивали дополнительно к прямым налогам.

Общая сумма выкупа составляла в Восточной Галиции 46,4 млн. золотых рынских[480], а на Буковине — приблизительно 4 млн. золотых рынских. На эту сумму помещики получали пятипроцентные облигации, которые

ежегодно погашались. Проценты, выплачиваемые крестьянами за выкупленные долги, а также расходы на содержание администрации по проведению выкупных операций, намного увеличили сумму выкупа, и выплата его затянулась на десятки лет. В 1897 г. И. Франко писал, что «в этом году, 50 лет после отмены барщины, край не только заплатил за нее свыше 121 миллионов золотых рынских из собственных дополнений (к прямым налогам. — Ред.), но имеет еще почти что 9 миллионов долга в государственную казну, который должен выплатить в несколько лет»[481].

Ежегодные платежи крестьян за «освобождение» в Галиции превышали годовые доходы помещика от пахотной земли. Сохраняя помещичье землевладение, реформа обрекала значительную часть крестьянства на голодное существование. Например, на Буковине 10 960 дворов получили надел размером до 1,15 га, 14 180-от 1,15 до 2,87, 14 120 — от 2,87 до 5,75 га. Подобные грабительские условия «освобождения» крестьян имели место и в Галиции. Ленинская «Искра» 1 октября 1902 г. отмечала, что в 1848 г. галицкие крестьяне «получили земли столько, сколько было необходимо, чтобы гарантировать регулярную выплату платежей и налогов»[482].

Аграрная реформа не решила и проблемы сервитутов. Помещики сразу же после отмены барщины почти полностью лишили крестьян даже тех прав на сервитуты, которые закрепила за ними реформа 1848 г. Это значительно ухудшило их положение.

В Закарпатье, как и в Венгрии, отмена крепостного права проводилась по закону, изданному венгерским сеймом 18 марта 1848 г. и дополненному законодательными актами 1853, 1868 и 1871 гг., на таких же кабальных для крестьян условиях, что и в Восточной Галиции и на Буковине. От барщины и других феодальных повинностей освобождались с землей только крестьяне, внесенные в урбариальные списки, т. е. крепостные, которые пользовались земельными наделами с правом передачи их в наследство. Но даже и после реформы они должны были выполнять различные повинности за пользование лесами и пастбищами до окончательного урегулирования вопроса о сервитутах. Закон обошел крестьян-арендаторов и дворовых людей, работавших в помещичьих имениях и мастерских. В результате реформы большинство закарпатских крестьян были «освобождены» без земли или получили небольшие земельные наделы.

Правительство приложило все усилия к тому, чтобы максимально сохранить за помещиками их привилегии. В Закарпатье они получили из казны большую денежную компенсацию — 4,4 млн. форинтов. Фактически ее должны были уплатить крестьяне в форме дополнительного налога. Выкупные суммы определялись путем двадцатикратного увеличения стоимости годовых повинностей и поборов, которые раньше выполнялись и уплачивались крестьянами в пользу помещика.

После проведения грабительской реформы 1848 г. в экономике западноукраинских земель остались значительные феодальные пережитки, из которых главным было крупное помещичье землевладение. «Слабость пролетариата в Пруссии и Австрии была причиной того, что он не мог помешать аграриям и буржуазии совершить преобразование вопреки интересам рабочих, в самой невыгодной для рабочих форме, с сохранением и монархии, и привилегий дворянства, и бесправия в деревне, и массы других остатков средневековья»[483], — отмечал В. И. Ленин.

Засилье помещиков было поистине огромным. В 1889 г. на табулярную собственность[484] в Восточной Галиции приходилось 41,1 % всей земельной площади края. Причем большая часть земли принадлежала крупным помещичьим латифундиям. Так, в 1902 г. на имения площадью свыше 5 тыс. га приходилось 899 989 га земли, от 2 тыс. до 5 тыс. га — 408 165 га, от 500 до 2 тыс. га — 652 654 га, до 500 га — 268 661 га земли. В Северной Буковине 238 крупным землевладельцам принадлежало в 1900 г. 40,5 % земельных угодий. В конце XIX в. в Закарпатье крупные землевладельцы с участками свыше 114 га владели более 40 % всей земельной площади.

Буржуазно-помещичьи правительства Австрии и Венгрии проводили аграрную политику, полностью отвечавшую интересам крупных землевладельцев. Так, в результате введения в действие нового сервитутного законодательства галицийские крестьяне до 1896 г. лишились 2098 тыс. га различных угодий, которые перешли во владение помещиков. Во многих местностях Закарпатья и Северной Буковины крестьян полностью лишили лесов и пастбищ. Все это усиливало зависимость широких масс крестьянства от помещиков.

Выгоды получали помещики и от классификации земель, согласно которой худшие крестьянские земли относились к лучшим, а лучшие помещичьи земли — к худшим и в соответствии с этим определялся размер земельного налога. Таким образом значительная часть налогового бремени ложилась на плечи крестьян. Как правило, с максимальным учетом интересов помещиков производился и отбор земель, на которых должны были осуществляться мелиоративные работы.

Длительное время после реформы 1848 г. сохранялся такой феодальный пережиток, как пропинация, т. е. право помещиков, а также лиц, пользовавшихся религиозными и стипендиальными фондами, государства и городов, на производство и продажу спиртных напитков. Помещики получали от пропинации значительные прибыли, и правительство не спешило ликвидировать эту феодальную привилегию. Когда прибыли помещиков от пропинации начали уменьшаться, она была отменена (1875–1876). За потерю этого права помещикам выплатили большие суммы: в Галиции — 66 млн. золотых рынских, на Буковине — 7 млн.

Развитие капитализма в сельском хозяйстве. Реформа 1848 г., несмотря на сохранение многочисленных пережитков феодализма, создала определенные условия для развития капиталистических отношений. Производительные силы получили возможность развиваться быстрее, крестьяне стали лично свободными. Возникла резервная армия наемных рабочих, которые включались в промышленное и сельскохозяйственное производство. Открывался путь к образованию внутреннего рынка.

Буржуазная аграрная эволюция на западноукраинских землях происходила в условиях колониальной отсталости края. Слабо развитая промышленность не могла полностью поглотить излишек рабочей силы. В результате в 1890 г. в сельском хозяйстве, лесоводстве и родственных с ними отраслях экономики Восточной Галиции было занято 74,9 % всего населения, в промышленности — 9,7, в торговле и транспорте — 9,07 %, в Северной Буковине — соответственно 75, 11,1 и 7,6 %, тогда как в Нижней Австрии — 24,8, 41,8 и 17,1 %. В Закарпатье в 1900 г. в сельском хозяйстве было занято около 85 % всего населения.

Сложившиеся в западноукраинской деревне во второй половине XIX в. отношения свидетельствовали о том, что развитие сельского хозяйства происходило здесь прусским путем. Крепостническое помещичье хозяйство медленно перерастало в буржуазное, обрекая крестьян на десятилетия самой мучительной экспроприации и кабалы при выделении небольшой части богатых крестьян[485]. В. И. Ленин отмечал, что «во всех европейских странах наблюдаем мы, после падения крепостного права, разрушение сословности землевладения, мобилизацию земельной собственности, обращение торгово-промышленного капитала на сельское хозяйство, рост аренды и ипотечной задолженности»[486].

После реформы 1848 г. галицкие и буковинские помещики утратили монопольное сословное право на землю. Она превращалась в буржуазную собственность, характерную для капиталистического производства. Об этом говорят, в частности, значительные изменения, происшедшие в табулярной собственности. В 1879–1889 гг. в Галиции было продано и куплено табулярной земли на сумму 90,9 млн. золотых рынских, а в 1890–1900 гг. — на 234,3 млн. золотых рынских. На Буковине в 1880–1889 гг. продано и куплено табулярной земли на сумму 7,8 млн. золотых рынских, а в 1890–1898 гг. — на 17,8 млн. золотых рынских.

Получила распространение парцелляция (продажа по частям) помещичьих имений. В связи с парцелляцией появилось много посредников-спекулянтов, которые покупали у помещиков землю, а затем продавали ее мелкими участками крестьянам, заставляя платить на 25–50 % дороже ее стоимости.

Особенно распространенной формой отрыва землевладельца от земли на западноукраинских землях была аренда, носившая в значительной мере предпринимательский характер. Массовое распространение она получила в Восточной Галиции в последней четверти XIX в. По официальным данным, здесь в одном только 1893 г. помещики сдали в аренду 333 340 га земли, что составляло 29,84 % всей земельной площади (без леса). В Северной Буковине крупные земельные собственники редко сами вели хозяйство, и большей частью сдавали землю в аренду. Однако основную часть земель арендовали не крестьяне, а предприниматели, которые мелкими участками передавали ее в аренду крестьянам на тяжелых для них условиях. В Закарпатье распространена была сдача в аренду земли не только помещиками, но и крестьянами. Свыше половины всех крестьянских хозяйств арендовали землю. Беднейшие крестьяне арендовали ее из-за нужды. Для капиталистов-арендаторов и кулаков аренда представляла собой средство получения прибыли за счет крестьянской бедноты.

Такая форма эксплуатации, как отработка, постепенно отходила на второй план. Правда, в первые десятилетия после реформы 1848 г. они занимали в помещичьем хозяйстве еще важное место. Помещики требовали от крестьян отработок за аренду земли, за лесоматериал, за взятые в долг деньги, зерно, картофель и т. п. Отработки сочетались с сохранением, хотя и в измененной форме, личной зависимости крестьян от нанимателей — помещиков. В последней четверти XIX в. роль вольнонаемного труда значительно возросла. К концу XIX в. он уже преобладал над отработками.

В 1900 г. в сельском хозяйстве, лесоводстве и родственных с ними отраслях экономики в Восточной Галиции было занято свыше 110 тыс. постоянных рабочих и более 173 тыс. поденщиков; в Северной Буковине — около И тыс. постоянных рабочих и 33 тыс. поденщиков. Количество сельскохозяйственных рабочих в Закарпатье в том же году составило 76 тыс. В качестве рабочей силы постоянные сельскохозяйственные рабочие и поденщики широко использовались в помещичьих имениях и хозяйствах кулаков.

С развитием капитализма в помещичьих и кулацких хозяйствах все большее распространение получили усовершенствованные плуги, веялки, соломорезки и т. п. Так, в 1850 г. в Восточной Галиции многие помещики применяли в своих имениях конные молотилки. В Северной Буковине в начале 70-х годов в сельском хозяйстве был только 1 паровой двигатель, а в 1890 г. уже 29 (не учитывая винокурен). В 1902 г. в сельском хозяйстве Восточной Галиции и Северной Буковины насчитывалось 2 паровых плуга, 194 машины, предназначенные для внесения в землю удобрений, 1942 сеялки, 665 косилок, 8104 молотилки, 170 180 соломорезок, 6859 крупорушек, 27 269 очистительных и сортировочных машин, 322 лущильника кукурузы, 130 прессов. В 1895 г. в Закарпатье насчитывалось 108 паровых молотилок (в 1874 г. — 30), 752 конные молотилки (в 1874 г. — 57), 289 сеялок (в 1874 г. — 133). В конце XIX в. здесь насчитывалось 124 локомобиля и 17 двигателей.

Одним из признаков капиталистического развития сельского хозяйства был рост его товарности. В пореформенный период хлеб и скот в большом количестве сбывался не только на местных рынках, а и вывозился за пределы западноукраинских земель. Однако товарное хозяйство вели в основном помещики и кулаки. Что касается мелких крестьянских хозяйств, то они сбывали свою продукцию в силу необходимости — для уплаты податей, долгов и т. п.

В сельском хозяйстве западноукраинских земель происходила хозяйственная специализация отдельных территорий. В горных районах преобладало экстенсивное мясное животноводство, а в равнинных — производство пшеницы.

Процесс эволюции пореформенного сельского хозяйства западноукраинских земель, перерастание его в товарное неразрывно связаны с развитием внутреннего рынка, хотя большинство крестьян все еще вели полунатуральное хозяйство.

Одной из мер, направленных на интенсификацию сельского хозяйства, была постепенная замена трехпольной системы земледелия, свойственной феодальному хозяйству, более прогрессивными, рациональными севооборотами. Постепенно росло применение минеральных удобрений. Но в целом сельское хозяйство оставалось экстенсивным.

Важная роль в капиталистическом преобразовании сельского хозяйства на западноукраинских землях принадлежала банкам. Их деятельность, однако, во второй половине XIX в. сводилась главным образом к посредничеству в платежах. Такую же роль играли многочисленные капиталистические кредитные общества, созданные на основе буржуазной кооперации. Только в Восточной Галиции в 1896 г. их насчитывалось 295.

Одним из проявлений развития капитализма в западноукраинском селе был активно происходивший процесс классового расслоения крестьянства на две противоположные группы — сельский пролетариат и сельскую буржуазию. В 1847–1859 гг. в Восточной Галиции бедняцкие крестьянские хозяйства, владевшие участком земли до 5,75 га, составляли 66,3 % всех дворов, середняцкие — от 5,75 до 11,5 га — 25,4 % и кулацкие — свыше 11,5 га — 8,3 % хозяйств. К 1902 г. количество пролетарских и полупролетарских крестьянских хозяйств (с участками земли до 5 га) возросло до 80 %, середняцких (5 — 10 га) уменьшилось де 14,6 %, а кулацких (10 — 100 га) — до 5,1 %. В Северной Буковине бедняцких хозяйств было 87,03 %, середняцких — 8,52 и кулацких — 4,45 %. В Закарпатье в конце XIX в. бедняцкие хозяйства составляли 73 %, середняцкие — 17 и кулацкие — 10 % всех хозяйств. Грубой фальсификацией исторической действительности является утверждение украинских буржуазно-националистических историков о том, будто бы все западноукраинское крестьянство представляло собой единый пролетаризированный класс, угнетаемый эксплуататорами только других национальностей. Не преуменьшая эксплуататорской роли последних, следует подчеркнуть, что так же жестоко угнетали трудящиеся массы и «свои» кулаки и помещики.

Развитие капитализма в промышленности. На западноукраинских землях, несмотря на их колониальное положение, развивалась, хотя и замедленными темпами, капиталистическая промышленность. Промышленный переворот, начавшийся здесь в пореформенные годы, затянулся на долгие десятилетия из-за колониальной политики, проводимой правящими кругами Австрии и Венгрии. Правительства этих стран разработали целую систему мер колониального угнетения западноукраинских земель. Одной из них было пошлинное законодательство, вынуждавшее трудящихся покупать промышленные товары по повышенным ценам. К тому же предприятия, находившиеся на этих землях, облагались более высокими налогами, чем промышленные предприятия в Австрии и Венгрии.

Всячески тормозилось строительство предприятий обрабатывающей промышленности. Большинство банков на западноукраинских землях зависело от австро-венгерских. В важнейших отраслях промышленности доминировал иностранный капитал, в частности австро-немецкий, венгерский, английский и французский. Украинский капитал был сосредоточен в таких объединениях торгово-промышленного характера, как «Краевой кредитный союз» с капиталом 1,6 млн. золотых рынских, «Союз товарищества для сбыта скота» с капиталом 3 млн. рынских и др. Несмотря на то что украинская буржуазия занимала в них не первое место, в ее руках сосредоточились значительные средства.

Отрицательно сказался на промышленном развитии западноукраинских земель отрыв их от основной части Украины. Тем не менее начиная с 60-х годов здесь наметилось определенное промышленное оживление, а 70 — 90-е годы стали периодом становления фабрично-заводской промышленности. В эти годы в крае возникли десятки средних и крупных предприятий, возросла их энерговооруженность. Если в 1851 г. в Восточной Галиции работало лишь пять механических двигателей мощностью 52 лошадиные силы, а на Буковине в начале 70-х годов — 18 механических двигателей мощностью 153,5 лошадиных сил, то в 1890 г. в Восточной Галиции мощность действующих механических двигателей в обрабатывающей промышленности составляла уже 5,6 тыс. лошадиных сил. В конце XIX в. в Закарпатье насчитывалось 219 паровых двигателей мощностью 3 тыс. лошадиных сил. В последней четверти XIX в. ускорился процесс промышленного переворота. Определились основные направления западноукраинской промышленности, ее структура и специализация.

Промышленная выставка во Львове. 1894 г.

В Восточной Галиции с середины XIX в. начала развиваться нефтяная промышленность. В 1869 г. от примитивных ручных методов добычи нефти перешли к бурению при помощи паровых машин. Однако только с началом применения в 1887 г. глубинного бурения произошли существенные изменения в нефтедобыче. Если в 1874 г. было добыто 20,9 тыс. тонн нефти, то в 1900 г. — уже 326,3 тыс. тонн. В последней четверти XIX в. нефть из Галиции экспортировалась в Германию и другие европейские страны. Галицийская нефть перерабатывалась на австрийских и венгерских нефтеперегонных заводах. В течение нескольких лет австрийское правительство вообще не позволяло строительства нефтеперегонных заводов в Восточной Галиции. На вывозимую неочищенную нефть ввели более низкие пошлины, чем на вывозимые нефтепродукты, поощряя таким образом нефтедобычу и ограничивая переработку нефти на местах.

Изобретение способа получения из земного воска парафина дало толчок к развитию озокеритной промышленности. В 1879 г. было добыто 9 тыс. тонн озокерита. Но вскоре добыча его стала падать. В 1889 г. она составляла 7,7 тыс., а в 1899 г. — 5,8 тыс. тонн. Тенденция к упадку озокеритной промышленности обусловливалась не только уменьшением спроса на озокерит, но и уменьшением его запасов вследствие грабительской эксплуатации озокеритных залежей главным образом австрийским и французским капиталом.

В пореформенные годы развивалась буроугольная промышленность, представленная небольшими шахтами в Золочевском, Снятинском, Коломыйском и Жовковском уездах Восточной Галиции. Как правило, на каждой шахте работало до 20 рабочих. Подъем в буроугольной промышленности наблюдался в 90-е годы. Если в 1858–1867 гг. добыча угля составляла всего 72 тыс. тонн, то в 1890–1900 гг. — 506,3 тыс. тонн.

Добыча нефти ручным способом на бориславских промыслах. Вторая половина XIX в.

В Восточной Галиции в 1865 г. действовало девять солеварен, но только на трех из них (в Калуше, Косове, Стебнике) применялись паровые машины. Продукция солеварен постепенно росла: с 69,9 тыс. тонн в 1865 г. до 145,8 тыс. тонн в 1900 г. Правительство сознательно ограничивало развитие этой отрасли промышленности в интересах австрийских капиталистов. В Закарпатье добыча соли в 1900 г. составляла всего 5,9 тыс. тонн.

На базе имевшихся на западноукраинских землях больших лесных ресурсов значительное развитие получила лесопильная промышленность. Мелкие водяные лесопильни в конце 60-х годов начали заменяться паровыми. Если в 1884 г. в Восточной Галиции насчитывалось 51 паровая и 140 водяных лесопилок, то в 1890 г. — соответственно 56 и 77. На Буковине лесопильная промышленность была ведущей отраслью хозяйства. В 1890 г. здесь было 14 паровых и И водяных лесопилок.

Первый паровой лесопильный завод в Закарпатье был открыт в Ужгороде в 1869 г. Много лесопильных заводов возникло здесь в конце XIX в. Среди них выделялись своей оснащенностью и объемом продукции 10 заводов, на каждом из которых работало от 50 до 250 рабочих.

Большая часть заготовленной в Закарпатье древесины сплавлялась реками в Венгрию, где она поступала на деревообрабатывающие заводы и отправлялась за границу. Из Восточной Галиции и Северной Буковины древесина шла в Германию, Австрию, Италию, Англию, Францию, Турцию и другие страны.

Если лесопильная промышленность на западноукраинских землях развивалась быстро, то мебельное производство и другие отрасли деревообрабатывающей промышленности возрастали очень медленными темпами. Иностранные капиталисты не проявляли заинтересованности в их развитии, поскольку для этого нужны были значительные капиталовложения.

Пищевая промышленность на западноукраинских землях тоже не могла развиваться надлежащим образом, хотя имела здесь довольно значительную сырьевую базу. Так, самая важная ее отрасль — мукомольная — в Восточной Галиции и Северной Буковине оставалась отсталой из-за высоких пошлин на муку, установленных Германией.

В 1874 г. в Восточной Галиции насчитывалось 2415 мельниц, из них паровых 32, водяных 2328 и ветряных 55. На протяжении 1874–1884 гг. количество паровых мельниц уменьшилось на 13. При этом закрылись самые мелкие предприятия, что свидетельствовало о процессе централизации производства. В 1861 г. на территории, которая подчинялась Буковинской торгово-промышленной палате, мукомольная отрасль была представлена около 580 примитивными мельницами. Вскоре, однако, положение изменилось, и с 1871 г. в Северной Буковине действовало уже 8 паровых мельниц. В Закарпатье в 1885 г. было 383 мельницы, из них паровых 32, водяных 344 и конных 7. Вследствие конкуренции владельцев венгерских мельниц производственная мощность закарпатских паровых мельниц полностью не использовалась. Кроме того, введение в действие паровых мельниц вызвало сокращение количества водяных и конных мельниц.

Выплавка озокерита в Бориславе. Конец XIX в.

После некоторого оживления в 30 — 60-е годы пришло в упадок сахарное производство. В 1876 г. перестал действовать сахарный завод в Товмаче, в 1881 г. — в Устье Борщевского уезда. Лишь в 1902 г. открылся новый сахарный завод в Лужанах в Северной Буковине.

Спирто-водочное производство в Восточной Галиции и Северной Буковине было тесно связано с помещичьими хозяйствами, которые сбывали спирт-сырец не только на месте, но и вывозили его в Австрию, Венгрию. В 1875 г. в Восточной Галиции насчитывалось 480 винокурен, а в 1900 г. — 537. В 1875–1890 гг. винокурни производили здесь по 170–230 тыс. гектолитров спирта в год. В Северной Буковине и Закарпатье в конце XIX в. действовало около 80 винокурен.

Все больше увеличивались размеры производства в пивоварении. В Восточной Галиции производство пива возросло с 334,1 тыс. гектолитров в 1885 г. до 641,4 тыс. гектолитров в 1900 г. В то же время количество предприятий уменьшилось с 108 до 79, что свидетельствовало о процессе концентрации производства в пивоварении. Аналогичные явления наблюдались в Северной Буковине. В конце XIX в. в Черновцах был создан картель, объединивший механизированные пивные заводы. Несколько мелких пивоваренных предприятий появилось в Закарпатье.

Табачное производство в Восточной Галиции представляли фабрики в Винниках, Монастыриске, Заболотове и Ягольнице. В 1890 г. на этих фабриках работало 3400 человек. Табачные фабрики за этот год выработали 3281,8 тонны изделий.

Количество кирпичных предприятий в Восточной Галиции возросло со 165 в начале 70-х годов до 299 в 1890 г. Однако почти все они были мелкими, отсталыми в техническом отношении. Еще менее развитым было известковое производство. В 1890 г. в Восточной Галиции действовало 58 известковых заводов, преимущественно мелких. В стеклянной промышленности количество предприятий сокращалось. В Восточной Галиции с начала 70-х годов до 1890 г. количество их уменьшилось с 14 до 9. К концу 90-х годов в Северной Буковине почти полностью прекратилось производство стекла. В Закарпатье во второй половине XIX в. действовало всего несколько стеклянных заводов.

Развивалась строительная промышленность, особенно в конце XIX в. Она была сосредоточена преимущественно в больших городах, в частности во Львове и Черновцах. Строительные работы имели в основном сезонный характер.

Слабо развивалась на западноукраинских землях металлургическая и машиностроительная промышленность. Из-за низкого качества железной руды и конкуренции импортных железных изделий металлургическая промышленность приходила в упадок. В 1890 г. в Восточной Галиции осталось только 4 металлургических предприятия, на которых работало 70 рабочих, тогда как в 1856 г. существовало 11 предприятий с 550 рабочими. В Закарпатье во второй половине XIX в. действовало 13 мелких железоплавильных и металлообрабатывающих заводов с отсталой техникой производства. В конце XIX в. они заметно уменьшили выпуск продукции. Машиностроительная промышленность развивалась медленно. В 1856 г. в Восточной Галиции действовало 10 машиностроительных предприятий, а в 1890 г. — 13, на которых работало 495 человек. В Северной Буковине машиностроительная промышленность только зарождалась.

В связи с развитием железнодорожного транспорта во Львове и Стрые возникли крупные мастерские по ремонту паровозов и вагонов, занимавшиеся также производством оборудования для промышленных предприятий.

Медленно развивалось спичечное производство. В 1856 г. в Восточной Галиции действовало четыре спичечные фабрики, в 1890 г. — шесть. На большинстве из них было занято по 100–150 рабочих.

В бумажной промышленности, несмотря на отсталую технологию производства, проявлялась тенденция к концентрации. Если в 1856 г. только на территории, которой ведала Львовская торгово-промышленная палата, существовало 11 предприятий по производству бумаги со 189 рабочими, то в 1890 г. на территории всей Восточной Галиции производство бумаги сосредоточилось на четырех больших предприятиях (в том числе в Сасове и Черлянах), на которых работало 588 рабочих.

Легкая промышленность западноукраинских земель не могла успешно конкурировать с австрийскими, венгерскими и заграничными промышленными изделиями и потому развивалась очень медленно. Так, в Восточной Галиции в 1890 г. действовало всего 13 кожевенных предприятий, на которых было занято 145 рабочих, а также несколько текстильных предприятий. На самых крупных из них было занято по нескольку десятков рабочих.

Наконец, полиграфическая промышленность в Восточной Галиции и Северной Буковине в 1890 г. насчитывала 48 предприятий с 650 рабочими.

В условиях колониальной отсталости и обусловленного ею медленного становления фабрично-заводской промышленности на западноукраинских землях надолго сохранилось мелкое ремесленное и кустарное производство. В 1870 г. на территории, подчинявшейся Львовской торгово-промышленной палате, насчитывалось 11 255 ткацких станков, на которых было переработано 2,2 тыс. тонн сырья и изготовлено 3,7 млн. локтей[487] льняного и конопляного полотна. На территории Буковинской торгово-промышленной палаты кустари ежегодно изготавливали около 1 млн. локтей полотна.

Обувное производство представляло собой мелкие ремесленные и кустарные предприятия. По неполным данным, в середине 80-х годов в Восточной Галиции было 10,9 тыс. сапожников. Получила распространение такая форма капиталистического производства, как работа на дому: предприниматель передавал сапожникам-халупникам сырье, изготовленную ими продукцию сам реализовал на рынке. На территории, которой ведала Буковинская торгово-промышленная палата, в 1871 г. насчитывалось около 550 сапожников-мастеров, имевших 400 наемных рабочих и около 550 учеников.

В Закарпатье только в Мукачево в 1864 г. работало 209 ремесленников 38 профессий. В течение последующих 30 лет количество ремесленников увеличилось. Больше всего было сапожников, за ними шли столяры, портные, кожевники, гончары, кузнецы, колесники, пекари. Среди крестьянских промыслов в Закарпатье значительное распространение получило производство корзин.

Развитие промышленности и внутреннего рынка на западноукраинских землях требовало улучшения путей сообщения. Но власти не спешили с их строительством. Железнодорожное строительство началось лишь в 50-х годах и преследовало главным образом стратегические цели. В 1900 г. в Галиции на 1 тыс. км2 территории приходилось всего 45,7 км железных дорог, а в Буковине — 46,6, тогда как в Нижней Австрии — 98,8 км, в Верхней Австрии — 74,7. В конце XIX в. протяженность железных дорог в Закарпатье составляла 500 км (3,3 % всех железнодорожных линий Венгрии).

Развитие капитализма во второй половине XIX в. вызвало рост городского населения. В Восточной Галиции в 1881–1890 гг. население городов возросло на 12 %, а в 1891–1900 гг. — на 11,7 %. Во Львове количество жителей увеличилось со 109,7 тыс. человек в 1880 г. до 159,9 тыс. в 1900 г. Кроме Львова и Черновцов разрастались Стрый, Станислав, Коломия, Дрогобыч и другие города. В Ужгороде, Мукачево, Береговом и Марамарош-Сигете население в течение 1850–1900 гг. увеличилось в общем с 22,2 тыс. до 53,6 тыс. человек.

Торговля. Дальнейший рост общественного разделения труда, хозяйственная специализация районов обусловили оживление торговли. Важной формой торговых связей были ярмарки и базары. Они собирались во всех городах. Только в Ужгороде, Мукачево, Хусте и Марамарош-Сигете бывало по 30 ярмарок в год. На ярмарках и базарах шла торговля как промышленными, так и сельскохозяйственными товарами. Большое значение приобрела лавочная, т. е. постоянная торговля.

В 1879 г. во Львове состоялась первая краевая хлебная ярмарка, организованная по инициативе Галицийского экономического товарищества из-за низких и нестабильных цен на хлеб и трудностей его сбыта за границей. На ярмарке кроме местных торговых фирм были представлены также заграничные. Свою продукцию прислали 150 помещиков. Одной только пшеницы было продано свыше 2 тыс. тонн. Значительное количество разных сельскохозяйственных продуктов продавалось на ярмарках и в последующие годы. Часть ее предназначалась для Германии и Чехии. В Северной Буковине в середине 70-х годов на местные ярмарки поступало в среднем 141,3 тыс. гектолитров зерна в год. Продукция земледелия в Закарпатье сбывалась на рынках в Мукачево, Береговом, Ужгороде и других городах.

Важное значение приобрело торговое скотоводство. В 1885 г. из Галиции экспортировали 171 тыс. голов крупного рогатого скота, в 1886 г. — 205,5 тыс. и в 1887 г. — 206,2 тыс. голов. В Северной Буковине в 60-е — начале 70-х годов XIX в. при винокурнях ежегодно откармливали для продажи от 3 до 8 тыс. волов. На ярмарках в середине 70-х годов ежегодно в среднем продавали 115,5 тыс. свиней. Часть своего скота ежегодно сбывали на рынке крупные хозяйства Закарпатья.

Помещикам основную часть дохода приносила продажа товарного зерна, тогда как крестьянам — продажа скота, главным образом свиней. Значительных размеров достигла продажа фруктов.

Анализ внешнеторговых оборотов западноукраинских земель показывает, что в край ввозили главным образом промышленные изделия, а вывозили сельскохозяйственные продукты, лес, полезные ископаемые, нефть.

Западноукраинские земли являлись рынком сбыта для промышленных товаров метрополии и ряда западноевропейских стран. Часть промышленных изделий, которые поступали на местный рынок, изготовлялась из сырья, происходившего из западноукраинских земель. Перерабатывалось сырье в Австрии, Германии, Франции и Англии. Таким образом, торговля западноукраинских земель с западными странами носила колониальный характер.

Важное значение имели постоянные торговые связи между западноукраинскими землями, с одной стороны, и основной частью Украины и Россией — с другой. Товарооборот между ними ежегодно возрастал. В 1886–1895 гг. через западноукраинские таможни в Россию и Надднепрянскую Украину поступило товаров на сумму 90,3 млн. руб. Значительная часть этой суммы приходилась на лес, соль, нефть и ремесленные изделия из западноукраинских земель. Экспорт из России и Надднепрянской Украины на западноукраинские земли был еще большим. Сюда завозились хлеб, скот, разные сельскохозяйственные продукты, промышленные изделия. Западноукраинские купцы принимали участие в ярмарках Киева, Харькова, Москвы, Одессы, Полтавы и других городов, поддерживали деловые контакты с их промышленными и финансовыми кругами. Наиболее тесными были хозяйственные связи Восточной Галиции и Северной Буковины с Волынью, Подолией и Бессарабией. Все это способствовало росту экономических связей западноукраинских земель и основной части Украины, формированию украинской буржуазной нации.

Таким образом, в пореформенный период капиталистические отношения на западноукраинских землях, несмотря на феодальные пережитки, постепенно становились господствующими в промышленности и в сельском хозяйстве.