1. Политическая характеристика периода 1711-1848

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

1. Политическая характеристика периода 1711-1848

Заключение мира в Сатмаре в 1711 г. и его утверждение сеймом в 1715 г. положило конец периоду гражданских войн и вообще откровенных вооруженных конфликтов на территории Венгрии. Примирение венгерских сословий с правящей династией открыло простор для усиления ее влияния на внутренние дела посредством напрямую контролируемых из Вены органов (особенно Наместнического совета, 1724 г.) и регулярной армии. Могущество династии было продемонстрировано и включением на сейме 1722—23 гг. в свод венгерских законов «Прагматической санкции» 1713 г., вследствие чего сословия лишили себя возможности поставить под сомнение наследование венгерского трона. Постепенно восстанавливались исконные границы Венгрии, даже несмотря на то, что из-за неудачной войны с Османской империей (1736—38) часть отвоеванной территории была временно потеряна. Освобожденные от турок земли становились ареной экспериментов венского двора, целью которых было добиться более эффективного хозяйствования и управления территорией. Попытки реформирования, сопровождаемые активной политикой колонизации пустовавших земель, являлись предвестием политики реформ, которая с середины XVIII в. и в самой Венгрии приобрела весьма интенсивный характер.

Однако урегулирование обстановки внутри империи сопровождалось осложнением ее международного положения. С трудом добытое признание европейскими державами «Прагматической санкции» утратило свое значение после смерти Карла VI (1740 г.), когда набирающая силу Пруссия отказалась признать престолонаследие Марии Терезии. Захват Силезии прусской армией стал началом широкого международного конфликта, в который вступила и Венгрия как главная опора молодой монархини: ведь не только Силезия, но и Чехия сразу же после начала военных действий были оккупированы французскими и баварскими войсками. Венгерский сейм (1741 г.) утвердил предоставление 40-тысячного военного контингента, с помощью которого Австрии удалось переломить ход войны и даже занять Баварию. Конфликт, который поначалу угрожал самой целостности государства, хотя и закончился потерей Силезии, но, с другой стороны, в результате удалось избежать опасности потерять другие территории в Италии и Бельгии.

Первая война за Силезию обнажила слабость и зависимость монархии от союзников (прежде всего от Англии), которые нельзя было устранить ничем иным, кроме как провести масштабные реформы. В наследственных землях, где сила сословий была подорвана еще гораздо раньше, государственное и налоговое управление укрепились посредством реорганизованных или новых органов власти, которые начали проводить в жизнь многочисленные реформы. А в Венгрии Марии Терезии для реализации своих замыслов приходилось получать согласие сейма, который не горел желанием согласиться на ослабление «привилегированного» положения Венгрии и ограничение действия ее конституции — в конечном счете она давала присягу на верность ей. Сейм 1751г. прошел под знаком борьбы по поводу повышения военного налога, который вскоре понадобился для ведения новой войны. В ходе Семилетней войны (1756—1763) Мария Терезия безуспешно пыталась вернуть Силезию, причем венгерские соединения снова сыграли существенную роль в военных операциях. Однако и это не могло скрыть того факта, что после заключения мира в Губертусбурге (1763 г.) квота Венгрии в нормализацию положения дел в монархии в общем была несоразмерно низкой. Диспропорции между ней и западной частью монархии были слишком велики главным образом вследствие того, что в потенциально богатой стране все еще не удалось ввести налогообложение дворянства и духовенства, и вклад Венгрии в развитие всего государства не соответствовал ее возможностям.

Исправить положение входило в задачу сейма, созванного по-прежнему в Братиславе в 1764 г. Императрица намеревалась совместить дебаты о повышении налогов с предложением реформ всей экономики. Дополнительное налоговое бремя податного сословия (феодально-зависимых крестьян) должно было компенсироваться его правовой защитой от необоснованных требований помещиков, а с другой стороны, определенной формой налогообложения дворянства, которому надлежало отказаться от своей воинской обязанности (так называемой инсурекции[56]). Если первая мера воспринималась как серьезное вмешательство в частноправовую сферу дворянства и в его отношения с зависимыми крестьянами, то второй пункт означал бы отмену одного из символов свободы сословий в Венгрии. Масла в огонь подлила публикация трактата историка Адама Франтишека Коллара[57] о праве венгерских монархов вмешиваться в компетенцию и в назначение высших иерархов церкви (т. е, первого сословия) в Венгрии, Таким образом, сословия в Венгрии снова оказались в конфронтации с представителями центральной власти, которая постаралась исправить положение, между прочим, и путем конфискации скандальной книги, хотя она и была направлена на защиту позиции императрицы. В результате Мария Терезия, опасаясь обострения обстановки, решила больше не созывать сейм, а реформы и другие мероприятия проводить посредством рескриптов и постановлений. Тем самым повышалось значение не только центральных органов власти, находившихся в Вене (Венгерская придворная канцелярия, государственный совет[58]), но и их исполнительного органа, Наместнического совета. Его глава, с 1765 по 1780 гг. — князь Альберт Саксен-Тешинский, одновременно исполнял и обязанности палатина, должность которого с 1765 г. оставалась незанятой. Точно так же поступали и с высшей церковной властью в Венгрии, с функцией примаса (архиепископа эстергомского). Так сословная система в Венгрии постепенно приходила в расстройство, а параллельно шло формирование подконтрольной центру и преданной государству бюрократии.

Несмотря на дальнейшее вмешательство в права помещиков в виде урбариальной реформы (1767 г.), в обществе сложилось положительное отношение к царствованию Марии Терезии. В последнее десятилетие ее правления Венгрия получила назад территорию (часть Спиша), которая была отдана в залог Польше, а целый комплекс реформ направил страну на путь модернизации. При этом территория Словакии в данный период все еще носила характер экономического и культурного центра страны. Часть образованного общества, уже знакомая и с европейским (главным образом с немецким) Просвещением, связывала свои реформаторские ожидания прежде всего с Иосифом II (с 1765 г. — император Священной Римской империи). В его лице к власти пришел правитель, стремящийся путем унификации и централизации всего государства добиться участия всего населения в достижении общей цели — создания всеобщего блага (bonum publicum) и воплощения его в жизнь. Но методы правления Иосифа, не принимавшего во внимание специфическое положение Венгрии, ее традиционные общественные отношения и статус привилегированных слоев (готовилось даже их налогообложение), вызывали у большой части аристократии сопротивление. Когда же вследствие неудачного хода военной кампании против Османской империи и волнений в Габсбургских Нидерландах император был вынужден пересмотреть свои реформаторские замыслы, это породило недовольство и у его прореформаторски настроенных последователей.

Все же ход событий после смерти Иосифа II (1790 г.) не означал отката к дореформенным порядкам. Леопольду II (1790—1792) удалось сравнительно быстро закончить войну с Османской империей и заняться нормализацией обстановки в Венгрии. Он добился этого путем восстановления действия венгерской конституции и согласия вернуться к состоянию на 1780 г. Этот шаг не привел, однако, к отказу от всех реформаторских мероприятий, которые проводил его предшественник. В частности, введение принципов Патента о веротерпимости (1781 г.) в венгерское законодательство открыло больше возможностей для свободы вероисповедания некатоликов в Венгрии, чем раньше. О том, что после смерти Леопольда ожидалось продолжение социальных реформ, свидетельствовало разочарование и радикализация приверженцев реформаторского курса, надежды которых были обмануты консервативным характером политики Франца II. Но в тот период на ситуацию уже сильно влияла интервенция против Франции и боязнь распространения революционных идей в империи Габсбургов. Поэтому движение так называемых венгерских якобинцев (1794 г.), которые выступали за демократизацию Венгрии и требовали принятия новой конституции с наделением гражданскими правами в том числе и непривилегированных слоев, правящие круги расценивали как государственную измену. Семерых главных участников тайного общества, среди которых многие были родом из Словакии (Йожеф Хайноци, Ференц Абафи и др.), в 1795 г. казнили. Идеям создания гражданского общества и предоставления прав народностям Венгрии, как они сформулированы в одном из документов движения (проект конституции Игнаца Мартиновича), пришлось ждать следующих своих глашатаев несколько десятилетий.

Укрепление режима во всей империи Габсбургов и борьба с французской экспансией обусловили политические рамки периода на рубеже XVIII—XIX вв. На заседаниях венгерских сеймов, которые созывались опять в Братиславе, обсуждались главным образом проблемы обороноспособности государства. Реформы социальной и экономической системы, предлагавшиеся некоторыми комиссиями сейма еще в 1790—1791 гг., все время откладывались. Только по окончании войн с Наполеоном, в ходе которых Австрия одно время выступала его союзником, в период стабилизации режима при канцлере Меттернихе начали задумываться о неотложных мерах по модернизации Венгрии. Дело в том, что в условиях мирного времени экономический прогресс в Венгрии стал очевидным фактом: появились широкие возможности для промышленного производства, и в мануфактурах стали появляться первые паровые машины. Однако принципиальных изменений — отмены крепостного права в сельском хозяйстве сейму не удалось добиться даже после массовых крестьянских волнений в области восточной Словакии летом 1831 г. Во время так называемого «долгого сейма» (1832—1836) начала формироваться либеральная оппозиция из представителей мелкого и среднего дворянства во главе с Ференцем Деаком и Лайошем Кошутом, которая приняла программу перехода к современному гражданскому обществу и восстановления независимости венгерского государства. Объединяющим фактором и средством оформления народности в политическую категорию венгерской нации должен был служить венгерский язык как официальный и государственный язык всей страны. Тем самым открывался простор для мадьяризации, первые признаки которой стали проявляться уже в начале XIX в. Пагубная политика мадьяризации, целью которой было сделать население однородным в языковом, а со временем и в культурном отношении, вызвала национальное движение словаков, постепенно принимавшее все более радикальный характер, и обострение межэтнических отношений в Венгрии. Национальный вопрос стал одним из главных в ходереволюции 1848 г. в Венгрии, а игнорирование этой проблемы со стороны лидеров венгерской революции привело к расколу демократических сил и к поражению революции.