«ИМПЕРАТРИЦА ИРЛАНДИИ», КАНАДА 29 мая 1914 года

Часы показывали 1:15 ночи, когда капитан Кендалл поднялся на мостик. Начинался день 29 мая 1914 года. К мысу Фатер, что на реке Святого Лаврентия, подходил огромный двухтрубный пароход «Императрица Ирландии» водоизмещением 20 тыс. т, длиной 167, шириной 20 м. Этот гигант имел 5 палуб, где могли разместиться с комфортом почти 2 тыс. человек, и паровую машину мощностью 18 900 л.с., которая обеспечивала ему скорость в 20 узлов. На комфортабельном лайнере, помимо шикарных кают и просторных салонов, были даже поле для крикета и площадка для детей.

Впереди, чуть справа, уже отчетливо виднелись огни двух небольших пароходов. Кендалл знал, что один из них, «Леди Эвелин», — правительственный почтовый пакетбот, который должен был принять с лайнера почту из Монреаля и Квебека и доставить на его борт последнюю партию государственных депеш для Великобритании. Вторым была «Эврика», она должна была принять с борта «Императрицы» Камиля Берние — лоцмана, который сейчас стоял рядом с Кендаллом на мостике.

В 1:30 Кендалл передал механикам машинным телеграфом: «Стоп машина». «Леди Эвелин» подошла к борту «Императрицы Ирландии». Лоцман, пожав руку капитану и пожелав ему благополучного плавания через океан, сошел по трапу на пакетбот, чтобы на нем добраться до «Эврики».

Перегрузка почты успешно закончилась, матросы сбросили швартовы на палубу «Леди Эвелин».

Для капитана Кендалла этот рейс был не совсем обычным. Во-первых, помимо важных правительственных пакетов, два дня назад в Монреале на борт «Императрицы Ирландии» погрузили несколько тонн серебряных слитков, которые, по курсу того времени, оценивались в миллион канадских долларов. Под ходовым мостиком на пяти палубах лайнера располагался своеобразный плавучий город с населением почти полторы тысячи человек: 420 членов экипажа и 1057 пассажиров.

Примерно в 2 часа ночи со стороны побережья Квебека на залив внезапно опустился белесый туман. Видимость ухудшалась. Кендалл, приказав старшему штурману Эдварду Джонсу сбавить ход до 15 узлов и внимательно следить за горизонтом, спустился к себе в каюту.

Пароход приближался к мысу Нок-Пойнт, который расположен в десяти километрах от мыса Фатер. Видя, что туман сгущается, Джонс послал вахтенного матроса за капитаном.

Едва Кендалл вошел в штурманскую рубку, как с фок-мачты раздался звон колокола и послышался крик впередсмотрящего: «Полтора румба справа по носу вижу верхние огни парохода». Капитан приказал изменить курс на 26’ вправо с таким расчетом, чтобы встречное судно оказалось у него в 3–4 румбах слева по носу.

Кендалл скомандовал: «Полный задний ход» — и дал три коротких гудка. В ответ из тумана послышался один длинный гудок. Его подал норвежский пароход «Сторстад», который шел навстречу, в Монреаль. Это грузовое судно валовой вместимостью 6028 регистровых тонн было зафрахтовано канадской фирмой «Доминион Коал компани» и с грузом 11 тыс. т угля сейчас подходило к мысу Фатер, чтобы взять лоцмана для следования вверх по реке. Вахту на «Сторстаде» нес старший помощник капитана Альфред Тофтенес. Сам капитан, Томас Андерсон, в эту минуту находился у себя в каюте с женой. Старпом имел указание в случае ухудшения видимости немедленно вызвать капитана на мостик. Но Тофтенес выполнил это указание слишком поздно. Нагнувшись над переговорной трубкой, он крикнул в капитанскую каюту: «Господин капитан, видимость резко снижается! Огни мыса Фатер скрываются в тумане». Но при этом он даже не сообщил капитану, что за пеленой тумана вдет встречное судно, с которым нужно разойтись!

Капитан Андерсон прибежал на мостик. В тумане, уже совсем близко, он увидел, кроме верхних, зеленый отличительный огонь правого борта большого лайнера.

В это время на «Императрице Ирландии» капитан приказал застопорить работавшие на задний ход машины и дал один длинный гудок, показывая этим встречному судну, что руль его судна положен на правый борт. Прошло всего две минуты, и Кендалла охватил ужас: с правого борта из тумана на него надвигались красный и зеленый огни парохода. Расстояние между судами не превышало ста метров. Капитан Кендалл положил руль на левый борт и дал машине полный ход вперед. Но уйти с дороги неизвестного парохода «Императрице» не удалось. Прямой форштевень «Сторстада» ударил под углом 35° в правый борт лайнера, войдя в его корпус почти на 5 м. Удар пришелся в 4 м позади водонепроницаемой переборки, разделявшей котельное отделение парохода на два отсека. В момент удара появился сноп искр, раздался сильный металлический скрежет. Инерция «Сторстада» была значительна, и его носовая оконечность, усиленная набором мощных шпангоутов для плавания во льдах, разворотила борт канадского лайнера. При этом правый становой якорь «норвежца» сыграл роль гигантского консервного ножа, он вспорол обшивку лайнера на несколько метров. Подводная часть форштевня «Сторстада» вошла внутрь продольной угольной ямы парохода, а верхняя его часть произвела страшные разрушения в жилых помещениях второго класса. Несколько человек на борту лайнера в этот момент были раздавлены.

Площадь пробоины в борту «Императрицы» составляла более 30 м2. Каждую секунду внутрь судна вливалось около 300 т воды. Приняв тысячи тонн воды в помещения, расположенные со стороны пробитого борта, пароход стал быстро крениться.

Капитан Кендалл хорошо знал лоцию реки Святого Лаврентия и решил посадить тонущее судно на мель у ближайшего мыса Нок-Пойнт. Он отдал команду: «Приготовиться покинуть судно» — и велел старшему помощнику проследить, чтобы радисты дали SOS на мыс Фатер.

Чтобы читатель мог яснее представить себе, что происходило в эти минуты на тонущем лайнере, приведем одну цитату из воспоминаний Джеймса Гранта — врача-хирурга лайнера: «Катастрофа была настолько внезапной, что десятки пассажиров так и остались в постелях, а другие оказались пленниками в своих каютах, словно мыши в западне, — пассажиры провели на судне всего один день и не успели ознакомиться с расположением его помещений. Во вспыхнувшей панике многие не смогли даже найти выход из коридоров на верхние палубы. Это в основном и явилось причиной того, что число жертв катастрофы оказалось столь ужасающе великим».

Судовой врач дал точное объяснение большому числу жертв. Позже было подсчитано, что из 717 пассажиров нижних палуб около 600 человек так и не смогли выбраться наверх из лабиринта бесчисленных проходов, коридоров, тупиков и трапов: лайнер, заливаемый водой, начал тонуть и опрокидываться на борт. Одни пассажиры погибли, даже не успев проснуться, другие стали жертвой своей медлительности: они долго одевались или складывали в чемоданы вещи; третьи оказались сбиты с ног и затоптаны бежавшей толпой, едва только вышли из кают. Многие не смогли открыть изнутри двери своих кают, потому что дверные стойки перекосились из-за крена судна, и пассажирам пришлось спасаться, вылезая в иллюминаторы, что было не так уж просто.

Через несколько минут офицеры доложили капитану, что носовая часть парохода повреждена, но не очень сильно, что форпик заполняется водой, но таранная переборка еще держит воду.

На борту «Императрицы Ирландии» имелось 36 спасательных шлюпок, рассчитанных на 1860 человек. На верхней палубе находилось около десятка деревянных спасательных плотов. Но и шлюпки, и плоты были столь прочно прикреплены к палубе, что на воду удалось спустить только шесть шлюпок — те, у которых капитан своевременно освободил стопоры. Спуск первой шлюпки закончился трагично: она сорвалась со шлюпбалки вниз, и все, кто в ней сидел, оглушенные ударом, оказались в воде.

Пассажиры спасались по-разному. Одним спасение досталось ценой невероятных усилий и мучений от долгого пребывания в ледяной воде, другие попали в шлюпку, даже не замочив ног.

«Императрица Ирландии» продержалась на плаву ровно 17 минут. Шесть шлюпок лайнера и еще четыре со «Сторстада» могли принять лишь небольшую часть находившихся на лайнере людей.

Спешившие на помощь «Эврика» и «Леди Эвелин» прибыли слишком поздно. Когда они подошли к нужному месту, из воды торчали только мачты и верхушки труб «Императрицы Ирландии».

К 3 часам ночи «Эврика» доставила на мыс Фатер 32 спасенных. В шлюпках «Сторстада» спаслись 338 человек, которые были доставлены на борт. Несколько человек умерло уже на борту «Сторстада».

Катастрофа «Императрицы Ирландии» унесла больше тысячи человеческих жизней. Было подсчитано, что из 1477 человек, которые находились в момент столкновения на борту лайнера, были убиты ударом, насмерть обварены паром, утонули 1012, из них 840 пассажиров и 172 члена экипажа. Из экипажа, кроме капитана, его первого помощника и двух радистов, погибли все офицеры корабля. Всего спаслось 465 человек. Из 138 находившихся на борту детей было спасено всего 4, из 310 женщин — 41, из 609 пассажиров-мужчин —172 и из 420 членов экипажа — 248 человек. Таковы официальные цифры, названные расследованием, которое провело правительство Великобритании. Неофициальные источники дают цифры 1023 и 1027 человек.