1. Правление Одоакра. — Папа Симплиций (468—483). — Постройка новых церквей в Риме. — s.-stephano rotondo. — s.-bibina. — Одоакр приказывает избрать Феликса III. — Теодорих идет с остготами на Италию. — Падение владычества Одоакра. — Теодорих становится королем Италии, 491 г.

1. Правление Одоакра. — Папа Симплиций (468—483). — Постройка новых церквей в Риме. — s.-stephano rotondo. — s.-bibina. — Одоакр приказывает избрать Феликса III. — Теодорих идет с остготами на Италию. — Падение владычества Одоакра. — Теодорих становится королем Италии, 491 г.

Одоакр, представляя собой германскую силу, правил, однако, Италией в традиционных римских формах и жил в Равенне. Создать новый политический строй этот грубый воин не был способен, и с ним на развалинах Римской империи только водворилась каста воинов. Ни в чем другом условия существования римлян не изменились; императора не было, но призрак Римской империи все еще жил. Рим по-прежнему управлялся префектом, и, возможно, что с 480 г. Одоакр сам нашел нужным назначать обычных консулов для запада, которые, как и раньше, вступая в должность, одаряли народ деньгами и увеселяли его играми в цирке. Курия наследственных сенаторов, как и прежде, все еще пользовалась традиционным уважением и была государственным советом и представительницей Рима, как союз древних фамилий, к которым принадлежали консулы Василий, Симмах, Боэтий, Фауст, Венантий, Северин, Пробин и другие. Нам неизвестна только численность этой корпорации и то, как она пополнялась.

Существование самого Рима было безмятежно и прошло бесследно для истории за 13 лет благополучного правления Одоакра. Относительно этого времени мы знаем только о постройках церквей и о возрастании почитания святых. Мифология язычников продолжала развиваться на почве христианства созданием нового политеизма, который имел свое основание в прочно укоренившихся воззрениях людей. Исторические народы римского государства, латиняне и греки, не могли вполне отделаться от этих воззрений. Крещенные во имя Христа, потомки язычников не утратили своей привычки к тысяче храмов и к тысяче местных богов и требовали взамен всего этого столько же церквей и святых. Таким образом исповедание свободной от кумиров, чисто духовной веры снова стало в провинциях и городах служением местным святым и национальным патронам.

Симплиций (468—483) посвятил первомученику Стефану базилику на Целии (ныне Stefano Rotondo), которую считают за прежний древний храм в честь Фавна или причисленного к богам Клавдия. Если предположение это верно, то это была первая церковь, преобразованная из языческого храма. В пользу такого мнения говорит прекрасная круглая форма великолепного здания; такая форма, какую имеет церковь Св. Стефана, существует только в немногих церквях, и все они языческого происхождения. Постройка в форме круга производилась редко в то время, когда стремилась возводить здания в форме длинного корабля.

Тому же первомученику Симплиций посвятил еще церковь у S.-Lorenzo за стенами, а на Эсквилине, рядом S.-Maria (Maggiore) — церковь Св. Андрею, которой в IX веке было дано удивительное название Canta Barbara Patricia. Эта базилика была построена на земле, завещанной церкви Флавием Валилой, потом и генералом императорского войска. Здесь находилось древнее здание (aula), выстроенное в 317 г. консулом Юнием Бассом для других целей. Здание это представляло красивую четырехугольную залу, которая была разукрашена разноцветной мозаикой из мрамора, изображавшей мифологические сцены, охоту Дианы и т. д. Это-то здание Симплиций и обратил в христианскую базилику, присоединив к ней одну лишь абсиду, отделанную мозаикой, причем языческие украшения залы были оставлены нетронутыми; в этом сказалась характерная черта духа V века. Названные изображения еще долго сохранялись в так называемой церкви ап. Андрея, и только в XVII веке эта замечательная базилика была разрушена.

Тем же Симплицием была устроена церковь S. –Bibina в Лицинианском дворце. Vicus, в котором находилась эта церковь, стоявшая неподалеку от ворот S.-Lorenzo, на Эсквилинском поле, назывался Ursus Pileatus; но какого происхождения был дворец, неизвестно.

Смерть папы Симплиция в 483 г. дала впервые повод к возникновению спорного вопроса, которому в позднейшее время суждено было получить величайшую важность. Епископы Рима назначались по выбору всей общины или церкви города, т. е. по выбору всего народа, всеми его классами. По окончании выборов избирательный протокол представлялся императору, который сначала поручал проверить этот протокол государственным чинам и уже затем только утверждал епископа, своего подчиненного. Этим правом утверждения решил воспользоваться Одоакр. Он был патрицием и королем и заступал на место западного римского императора; но он не принадлежал к католической церкви, так как он, как все германские племена того времени, был арианского вероисповедания — учения, которое более подходило к германскому строю в начальном периоде его существования. Одоакр послал в Рим своим уполномоченным Василия, своего первого чиновника, преторианского префекта, который должен был защищать права короля перед народом и сенатом и наблюдать за новым избранием. Василий собрал духовенство и мирян в мавзолее императора Гонория, у церкви Св. Петра, и предъявил им декрет, который будто бы был признан умершим Симплицием; по этому декрету избрание папы впредь должно было производиться не иначе, как с участием королевских послов. Духовенство подчинилось воле короля, права которого были признаваемы без различия и арианами, и католиками; притом ариане еще беспрепятственно пользовались своими собственными церквями и в Риме, и в других городах. На собрании оказался избранным в папы Феликс III, римлянин из знатного рода Анициев.

Охранение церкви и государственных учреждений латинян неизбежно входило в интересы самого завоевателя. Его соплеменники и воины представляли собою не нацию, а пеструю толпу искателей приключений. Между их грубым варварством и римской цивилизацией лежала непреодолимая пропасть. Поэтому владычество Одоакра было не чем иным, как только властью военного лагеря, и как высоко, по-видимому, ни стоял Одоакр в государстве, он оставался в Равенне чужестранцем, которого боялись и ненавидели. Сохранить корону Италии своему потомству он не имел силы; византийский император видел в Одоакре узурпатора и только ждал первого случая развязаться с ним. Такой случай дан был другим, более великим германским воинствующим королем и целым народом, который решил покинуть занятые им и опустошенные области у подошвы Гемуса, чтобы поселиться в Италии. Это были воинственные остготы с их королем Теодорихом. Византия страшилась постоянно повторявшихся нападений остготов на восточное государство, которому со стороны короля готов грозила такая же судьба, на какую обрек Италию Одоакр. Поэтому император Зенон сделал Теодориха своим союзником и дал ему звание консула и патриция; для того же, чтоб удалить остготов с Востока и охранить последний от их хищнических набегов, Зенон направил их на Запад, предложив Теодориху освободить итальянскую землю от «тирана» Одоакра.

В силу формального договора эта провинция империи переходила к королю готов. В 488 г Теодорих перешел со своим народом Альпы и летом 489 г. появился на берегах Изонцо. Цивилизация Востока и Запада коснулась готов Теодориха, и они не были такими варварами, какими были народы Алариха; тем не менее по отношению к латинской образованности они не могли быть не чем иным, как только варварами. Но этот народ по сравнению с расслабленными и изнеженными итальянцами представлял необычное зрелище германской мужественности. Мир был завоеван благодаря существовавшему в германце сознанию своего достоинства, его духу свободного человека.

Борьба двух германских героев за обладание прекрасной страной была долгой и жестокой. Разбитый при р. Изонцо и вскоре у Вероны храбрый Одоакр отступил в Равенну, к своей последней опоре. Весьма сомнительным является сообщение одного летописца, который рассказывает, что Одоакр, потеряв Верону, двинулся к Риму и, раздраженный тем, что римляне не впустили его в город, опустошил Кампанью. Римский сенат, которому византийский император, без сомнения, посылал письма, вел переговоры с Теодорихом сначала тайно, а потом, когда Одоакр оказался осажденным в Равенне, открыто стал на сторону Теодориха, и уже в 498 г. король готов послал к Зенону главу сената, патриция Феста, с просьбой о присылке королевского одеяния.

Целых три года Одоакр геройски защищался в Равенне; наконец 5 марта 493 г., теснимый нуждой, он отворил Теодориху ворота города. Несколько дней спустя победитель вероломно, с византийским лукавством нарушил заключенный договор: по приказанию Теодориха Одоакр, его войска и приверженцы были убиты. Теодорих уже возвел себя в сан короля Италии и не заботился о своем утверждении в этом сане Анастасией, занявшим императорский трон по смерти Зенона (9 апреля 491 г.). Только позднее, в 498 г., было получено это утверждение: император возвратил Теодориху все те регалии римского дворца, которые были отосланы в Константинополь Одоакром. Теодорих был королем готов по праву своего народа, королем Италии — в силу завоевания, по выбору своего народа и с невольного согласия побежденных. Передача же Теодориху государственных знаков давала ему право считать себя королем Италии уже с Утверждения императора и в будущем управлять Италией так, как управляли западные императоры. Византия, однако, послала Теодориха в Италию только для того, чтобы освободить ее из-под власти узурпатора, и потому в основе не могла не считать и самого Теодориха узурпатором. Новый завоеватель, со своей стороны признавал законный авторитет империи; он питал чувства благоговения к императору, священному монарху мира, признавая себя подданным этого императора. И тем не менее Теодорих поставил себя как повелитель страны, третью часть которой он отдал в собственность своим воинам. Он поселился в Равенне и решил управлять отсюда, по римскому образцу, Римом, Италией и, может быть, всем Западом. Лишь одно обстоятельство грозило в будущем опасностью: это то, что Теодорих принадлежал к арианскому вероисповеданию. Теодорих привел в Италию еретический народ, и в священном Риме ему, Теодориху, приходилось стать лицом к лицу с могущественным уже епископом, признанным главой западной церкви.