Устная история и история повседневности: методические и методологические перекрестки

Устная история и история повседневности: методические и методологические перекрестки

История повседневности (everydaily или every day life story), как и устная история, является новой отраслью исторического знания. Предметом ее изучения является сфера человеческой обыденности во множественных историко-культурных, политико-событийных, этнических и конфессиональных контекстах. В центре внимания истории повседневности, по мнению исследователей, находится "комплексное исследование повторяющегося, нормального и привычного, конструирующего стиль и образ жизни, их компоненты и их изменения у представителей разных социальных слоев, включая эмоциональные реакции на жизненные событии и мотивы поведения. В русском языке синонимы слова "повседневность" — будничность, все-дневность, каждодневность, обыденность — указывают на то, что все относимое к повседневному привычно, "ничем не примечательно, имеет место изо дня в день"… т. е. регулярно, повторяемо"[109]. Для историков этого направления задачами исследования является выявление условий бытования человека, от обустройства жилой среды до средств и технологий самосовершенствования и развития среды обитания. Их интересуют и большие сдвиги в условиях и факторах личной и производственной жизни человеческого сообщества, и мелочи, которые окружают его и каждодневно служат ему в повседневной жизни.

Как многие новые или новационные направления зарубежных и отечественных исторических исследований, повседневная история, или every day life story, в определенной степени является "хорошо забытым старым". В этом плане можно провести аналогии между устной историей и историей повседневности. История повседневности как подход к исследованию исторической жизни встречается в первых исторических описаниях греческих и римских историков. Ее элементы встречаются и в работах отца истории Геродота, которому не чуждо было описание среды, в которой жили его герои, в трудах Тацита, Плиния и других античных фиксаторов исторической жизни. Оформление ее как самостоятельной сферы знаний происходит в XX в. В частности, ее истоки мы находим в так называемой "бытовой истории", очень популярной у исследователей 1900-1920-х гг. В эти же годы происходит становление устной истории как метода исторических исследований.

В формировании современного представления об "истории повседневности", в отличие от ее предшественницы — бытовой истории, по мнению Н. Л. Пушкаревой, выявились два подхода. Первый связывают с французскими исследователями "макроконтекста жизни людей" и собственно с Ф. Броделем, который ввел понятие "структуры повседневности" и относил к ней все, что окружает человека и опосредует его жизнь изо дня в день: географические и экологические условия, трудовую деятельность, потребности (в жилище, питании, одежде, лечении), возможности их удовлетворения, "спектр соответствующих взаимоотношений и межвидовых коммуникаций, поступков, действий, желаний, надежд, идеалов, ценностей и правил, регулирующих поведение людей, индивидуальных и коллективных практик, форм и институтов брака, семьи, анализ религиозных культов, политической организации социума".

Второй подход сформировался в германской и итальянской историографии. Он призывал "обратить все силы на изучение "микроисторий" отдельных рядовых людей или их групп, носителей повседневных интересов"[110]. Это позволяет говорить о методологических точках соприкосновения устной истории и истории повседневности. Более ранний глобальный броделевский макроподход сформировался в рамках социальной истории и отражал интерес к жизни макросоциумов. Второй подход сформировался уже в послевоенное время в постнацистских обществах Италии и Германии. Как ответ на вызовы фашистской идеологии в обществах этих стран возник интерес к судьбе и жизни рядовых людей, попавших в чудовищные идеологические эксперименты.

В устной истории также реализуются и элитарный, и демократический подходы. Но главное, что устная история и история повседневности как самостоятельные исторические субдисциплины "родились как "история снизу" или "изнутри", дав голос "маленькому человеку", жертве модернизационных процессов: как необычному, так и самому рядовому, сделав интересным для потомков его поведение и жизненные ориентиры тех, кто жил и страдал, кто именовался маленьким человеком"[111]. Закрепили этот интерес кардинальные техногенные модернизации среды бытования человеческого общества в 1950-1980-е гг. Они приобрели перманентный характер.

Это создает огромные возможности и перспективы и для устной истории, и для истории повседневности: например, сравнение условий труда в колхозе в 1950-е гг. (преобладание ручного труда, начало механизации ферм и токов, распространение малогабаритной техники), в 1980-е гг. (гигантизация сельскохозяйственного производства, электрификация всех производственных процессов, распространение крупногабаритной техники) и на современном этапе (развал колхозно-совхозной производственной базы, фермеризация и товаризация подсобного хозяйства), а также быт и использование технических средств в семье колхозника в 1950-е гг. (время этажерок, промартельной мебели, начало радиофикации и электрификации жилых домов), 1980-е гг. (оснащение домашнего производства электробытовой техникой и средствами передвижения) и на современном этапе (компьютеризация, информатизация, новое цифровое поколение бытовой техники); реконструкция городской квартиры в 1950, 1980, 1990-е гг. и в наши дни. Интерес представляет и изменение представлений о зажиточности семьи, о внедрении в повседневную жизнь технических достижений, моральная и денежная ценность предметов быта, представления о благополучии семьи, возможностях работы и отдыха. Например, телевизор — роскошь или часть обихода в 1960, 1990, 2010-е гг.: черно-белые, цветные; ламповые; аналоговые, цифровые телевизоры и т. д.; появление первого радиоприемника, первого видеомагнитофона, первого компьютера, мобильного телефона и т. п.

Можно говорить о значительном совпадении методологического и концептуального подхода двух субдисциплин: устной истории и истории повседневности, недаром в германской историографии произошло их фактическое слияние. Среди точек соприкосновения — "человек в истории", его ощущения и условия проживания в той или иной эпохе, и "история снизу" — внимание к самому массовому участнику исторической жизни — представителю нижних этажей общественной лестницы. Эти совпадения вызвали и междисциплинарный методический обмен — использование методов опроса и устной историей, и историей повседневности. Среди отличий можно назвать то, что предмет исследования истории повседневности более хронологически углублен. Историки повседневности скрупулезно изучают повседневность античности по документальным памятникам, повседневность средневековья — по архивным документам. Устные историки, для которых главный предмет исследования — коллективная и индивидуальная историческая память, также используют коллекции древних документов и манускриптов, находя в них элементы устной информации: например, пересказы современников в исторических трудах Тацита или Плиния, фрагменты устной информации в средневековых летописях и хрониках, устные свидетельства в памятниках народного творчества и т. д. Известно упоминание об использовании устных рассказов при написании истории Фукидидом: "…Что касается речей, произнесенных одними и другими… очень сложно воспроизвести с точностью содержание; также и когда я лично слышал от всякого, кто мне докладывал о тех или иных событиях, я писал то, что, по-моему, они могли бы сказать и что лучше бы отвечало ситуации…"[112].

Но все же доминирует интерес к недавнему прошлому, с погружением в него до уровня исторической памяти дедов и прадедов. При совпадении хронологических границ исследования основным инструментом исследования становится интервью. Историческое интервью как вид качественного интервью обладает уникальными возможностями в изучении повседневного жизненного мира человека, позволяет проникнуть в тот мир, с которым респондент встречался и встречается каждый день в быту и на производстве, найти путь к изучению взаимодействия людей в человеческом мире.

Наконец, общий интерес к человеку и его бытованию в исторической жизни способствовал тематическому сближению двух исторических субдисциплин. Среди перспективных направлений работы в рамках истории повседневности с использованием методов, источников и подходов устной истории является изучение повседневной жизни советского города и советской деревни. Каждое из этих направлений дробится на самостоятельные темы и подтемы. Например, в изучении повседневности советской деревни в 1930-1950-е гг. можно выделить следующие проблемы:

— повседневная жизнь колхозников и членов совхозов в советское время;

— условия быта и обучения детей в школе в довоенный период, в годы Великой Отечественной войны, в послевоенный период;

— быт и жизнь на полеводческой бригаде;

— досуг и развлечения колхозников и рабочих совхозов в нерабочее время;

— государственные, общественные и семейные праздники в колхозном и совхозном обществе и семье колхозников;

— санитарно-бытовая культура сельского населения в 1920-1940-е гг. и т. д.

При этом заниматься повседневной историей села в советское время можно как в селе, так и в городе. Большинство современных горожан "родом из деревни". Советская модернизация, индустриализация, урбанизация, аграрная политика вели к большому оттоку населения из деревни в город. Если в 1926 г. на территории Алтайского края было около 5800 сельских населенных пунктов, то в 1989 г. — 1624, в 1991 г. — 1611, в 1992 г. снято с учета 6 населенных пунктов, в 2002 г. — 9[113]. По численности сельское население с 1926 г. (92,2 %) уменьшилось более чем в два раза: в 1939 г. — 82,6 %, в 1959 г. — 66,6 %, в 1970 г. — 52,8 %; после 1975 г. в селе проживала половина населения Алтайского края — 50,5 %, а в 1989 г. — 42,1 %.

Кроме того, колхозно-совхозный период в истории деревни Алтайского края являлся уникальным советским экспериментом по переустройству крестьянского мира на "новых основаниях", но, как показывает история, кардинально не противоречащим ментально-этническим традициям мироустройства. В мировой истории он остался как политико-идеологический и национально-этнический эксперимент, в отечественной истории — как самостоятельный цельный период исторического развития России, прежде всего в крестьяноведении в силу преобладания в стране аграрного населения. В отличие от тенденций развития в странах Старого и Нового света, крестьянство России повели "другим путем". Колхозно-кооперативное движение и советско-совхозное строительство ускорили "раскрестьянивание" и в корне изменяли мировоззрение и жизненные ценности.

Изучение повседневной истории горожан является самостоятельным интересным направлением исследований. Развитию советского города были более присущи общемировые тенденции, в нем быстрее происходили изменения в бытовой сфере, в повседневной жизни. В жизнь городской семьи быстрее входили электрификация, радиофикация, механизация. Модернизацией и переходом от традиционного общества к индустриально-аграрному объясняется интерес к повседневной жизни советского, прежде всего сельского общества, когда друг на друга наложились техногенные, политические и идеологические процессы. В период глобализации и всеобщей унификации повседневная история советской деревни и советского города представляет большой интерес. Среди включенных в Приложение 5 вопросников могут использоваться вопросники "Санитарно-бытовая культура сельского населения в 1920-1940-е гг." (№ 21), "Повседневная жизнь советских крестьян в колхозах или совхозах в мирное время" (№ 22) и др.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

Что такое устная история?

Из книги Речи немых. Повседневная жизнь русского крестьянства в XX веке автора Бердинских Виктор Арсентьевич

Что такое устная история? Девятнадцатый век дал значительное число разнородных источников по истории русского крестьянства, но в силу целого ряда причин — прежде всего политических — в следующем веке они оказались невостребованными. Реальная и полноценная история


7. Методические рекомендации по самостоятельной работе студентов при изучении учебного курса "История России"

Из книги История России автора Мунчаев Шамиль Магомедович

7. Методические рекомендации по самостоятельной работе студентов при изучении учебного курса "История России" Методические рекомендации по самостоятельной работе студентов при изучении учебного курса "История России" составлены с учетом требований государственного


3.5. Устная история: перспективы и методы

Из книги Источниковедение новой и новейшей истории автора Рафалюк Светлана Юрьевна

3.5. Устная история: перспективы и методы Данное задание служит формированию у студентов первичных навыков в области устной истории, что возможно только с помощью обращения к непосредственной исследовательской практике. С этой целью планируется осуществление


Зачем нужна устная история

Из книги Устная история автора Щеглова Татьяна Кирилловна

Зачем нужна устная история Предлагаемое учебное пособие подготовлено автором на основе многолетних исследований в области теории и практики устной истории, апробировано в полевых исследованиях и стационарной работе, а также в магистерских программах высшего


Устная история в учебной работе

Из книги Устная история автора Щеглова Татьяна Кирилловна

Устная история в учебной работе На современном этапе привлечение устной истории для методической организации учебной деятельности диктуется компетентностным подходом как одним из инструментов модернизации образования. Он усиливает практическую направленность


Устная история и краеведение

Из книги Устная история автора Щеглова Татьяна Кирилловна

Устная история и краеведение Наряду с методическими вопросами обеспечения устноисторической работы в образовательных учреждениях в учебном пособии обращается внимание на научное обоснование устной истории в краеведении.Опрос всегда использовался в краеведческой


Государственные архивы и устная история

Из книги Устная история автора Щеглова Татьяна Кирилловна

Государственные архивы и устная история В последнее время архивисты активно обсуждают проблему отбора документов в архивы, чтобы сохранить для будущих поколений социокультурный опыт прошлого. Особенно остро стоит вопрос о том, какая информация должна быть признана


Устная и социальная история: перспективы взаимодействия, или устная социальная история

Из книги Устная история автора Щеглова Татьяна Кирилловна

Устная и социальная история: перспективы взаимодействия, или устная социальная история Социальная история как направление исторических исследований и самостоятельная отрасль исторической науки в отечественной практике окончательно оформилась в 1990-е гг. За рубежом ее


Устная история и история ментальностей: взаимопроникновение и взаимодополнение

Из книги Устная история автора Щеглова Татьяна Кирилловна

Устная история и история ментальностей: взаимопроникновение и взаимодополнение История ментальностей рассматривает влияние внутренних механизмов поведения человека и общества, заложенных на психологическом уровне, на исторические процессы. Научное направление


"Устная история" в отечественной историографии[123]

Из книги Устная история автора Щеглова Татьяна Кирилловна

"Устная история" в отечественной историографии[123] Устные свидетельства в ранней истории: летописание, хроники. Записной приказ и история XVI–XVII вв. Сбор и использование устной информации в истории и краеведении в XIX в. В. Я. Богучарский и сбор воспоминаний о революционном


Устная история: определение, дискуссии

Из книги Устная история автора Щеглова Татьяна Кирилловна

Устная история: определение, дискуссии Определение устной истории. Ее предмет, цели и задачи.Термин "устная история" (Oral history): его появление и трактовки. Синонимы устной истории в зарубежной практике: звуковая история, слуховая история, контактная история и т. д. Статус


Устная история как метод

Из книги Устная история автора Щеглова Татьяна Кирилловна

Устная история как метод Количественные и качественные методы исследования. Методические рекомендации по составлению вопросника. Типы вопросов: открытые и закрытые; общие, уточняющие, провоцирующие, наводящие, зондирующие и др. Вопросы, направленные на поиск смысла.


Устная история как источник

Из книги Устная история автора Щеглова Татьяна Кирилловна

Устная история как источник Актуальные проблемы источниковедения в устной истории. Определение источника устной истории. Специфика устного исторического источника. Преимущества устного исторического источника. Проблемы репрезентативности устных источников.