МИСТИЧЕСКАЯ РЕЗОЛЮЦИЯ

МИСТИЧЕСКАЯ РЕЗОЛЮЦИЯ

В 1931 году, находясь на острове Принкипо в Мраморном море, кремлевский изгнанник написал письмо в Политбюро, предлагая совместно, помочь Испанской компартии. Он еще надеялся, что его могут «позвать» в Москву.

Сталин ответил очень жестко. Не карандашом, как обычно, а красными чернилами на письме Троцкого вождь написал: «Этого пахана и меньшевистского шарлатана следовало бы огреть по голове через ИККИ. Пусть знает свое место».

Разумеется, это не более чем случайное совпадение — в тридцать первом году Сталин еще не давал прямого указания на физическое уничтожение противника. Хотя, несомненно, есть что-то мистическое в этой резолюции — ведь Меркадер в прямом смысле этого слова огрел Троцкого по голове тупой стороной альпинистского ледоруба.

Агенты ОГПУ-НКВД следили за Троцким постоянно. Со времени высылки из СССР в 1929 году он провел за границей одиннадцать с половиной лет. С начала 1929-го до лета 1933-го года он находился в Турции, с лета 1933-го по лето 1935-го — во Франции, с лета 1935-го до конца 1936-го — в Норвегии. С января 1937-го года вплоть до покушения в августе 1940-го жил в Мексике.

Сегодня благодаря рассекреченным архивам Лубянки известны имена агентов ОГПУ-НКВД, внедренных в ближайшее окружение Троцкого. Самыми первыми из них были братья Соболевичюсы, сыновья богатого литовского торговца. Позднее они фигурировали под именами Джека Собля и доктора Ричарда Соблена. В течение трех лет они были доверенными лицами Троцкого, имели доступ к шифрам, тайным чернилам и подставным адресам, которыми Троцкий пользовался для переписки со своими сторонниками в Советском Союзе. Лев Давидович доверил им значительную часть своей переписки, которая полностью оказалась в руках ОГПУ.

В Мексике он тоже был под плотным наблюдением агентов НКВД, каждый из которых не догадывался об остальных. Даже любимый телохранитель Троцкого Роберт Шелдон Харт, на могиле которого Троцкий велел выбить трогательную надпись, был завербован НКВД.

Досье Троцкого на Лубянке постоянно пополнялось новыми документами. Это были фотоснимки, сделанные изнутри виллы. На них изображались охранники, заборы, Троцкий с женой, Троцкий с друзьями за чаем, Троцкий с собакой.

Агенты советских спецслужб действовали и в окружении сына Троцкого — Льва Седова, издававшего «Бюллетень оппозиции» и координировавшего действия сторонников своего отца. Лев Седов безгранично доверял своему помощнику Марку Зборовскому, в доме которого хранил наиболее секретные документы и архивы Троцкого. Зборовский имел даже ключ от почтового ящика Седова и забирал всю корреспонденцию, поступавшую на имя патрона. В самом кошмарном сне Седову не могло присниться, что человек, которому он доверял, как самому себе, являлся агентом НКВД по кличке «Этьен». С его помощью в 1936 году была выкрадена и доставлена на Лубянку часть архивов Троцкого.

При Менжинском и Ягоде зарубежные операции НКВД и ОГПУ против Троцкого и его сторонников ограничивались преимущественно наблюдением, внедрением агентов и дестабилизацией работы кремлевского изгнанника. С этой целью были уничтожены — один за другим — восемь его секретарей-помощников, в том числе четверо за границей.

К 1937 году относится первая попытка физического устранения Троцкого. Тогдашний начальник советской внешней разведки Сергей Михайлович Шпигельглас, находившийся в Испании, получил соответствующий приказ из Москвы.

«Летучие бригады» Шпигельгласа действовали в тылу германо-итальянских союзников генерала Франко. После проведения специальных операций они исчезали, не оставляя после себя следов.

Уничтожить Троцкого предполагалось с помощью одного из сотрудников его секретариата. Операция была тщательно спланирована, однако ее осуществление было сорвано бегством на Запад резидента советской внешней разведки в Испании Орлова (Фельдбина), который был в курсе вынашиваемого террористического акта.

Перебежчик предупредил Троцкого анонимным письмом о затеваемом против него покушении и назвал имя сотрудника его секретариата, завербованного НКВД.

Скандал был грандиозный. Шпигельгласа арестовали, обвинив в «обмане партии» и срыве важного поручения. Полгода следователи не могли добиться от начальника разведки признания в измене и своей виновности. И только с помощью физических мер воздействия у него были вырваны признания о сговоре с Орловым.

Без малого три года провел он в застенках внутренней тюрьмы на Лубянке. Его расстреляли в критические дни наступления немецких войск на Москву в октябре 1941 года. Через пятнадцать лет его реабилитировали. Невозвращенец Орлов скончался от старости за границей.

Созданное при Ежове «Управление особых задач» действовало более решительно. Разумеется, с учетом возросших требований заказчика.

Операции дали кодовое название «Утка». Ее разрабатывали Эйтингон с Судоплатовым под руководством Берии. Операцию утвердил лично Сталин.

Главная роль в ее осуществлении отводилась Меркадеру. Он зарекомендовал себя чрезвычайно умным, физически тренированным человеком, искусным актером, бегло говорил на нескольких языках и отличался редким самообладанием. В полиции его подвергли длительному психологическому тестированию, которое показало, что Меркадер обладал необычайно быстрой реакцией, почти фотографической памятью, способностью ориентироваться в темноте, умением быстро усваивать и запоминать сложные инструкции. В темноте он мог разобрать и собрать винтовку «Маузер» за три минуты и сорок пять секунд.