Государственный договор

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Государственный договор

/411/ Одну из труднейших проблем тех лет, которую Австрия сама решить была не в состоянии, представляло восстановление государственного суверенитета и независимости страны (что означало и окончание союзнической оккупации). Различные обстоятельства тормозили завершение подготовки Государственного договора (разновидность предварительного мирного договора после второй мировой войны). Территориальные претензии Югославии на Южную Каринтию перестали быть значимыми для Советского Союза лишь после начала конфликта Тито со Сталиным в 1949 г., что позволило прийти к решению в пользу существующей пограничной линии. Более сложными были другие вопросы, вроде так называемой немецкой собственности. Последняя включала:

1. Недвижимость в Австрии, которая принадлежала немцам[144]* (разумеется, как юридическим лицам) до аншлюса 1938 г.

2. Собственность, которая была переведена немцами в Австрию после аншлюса 1938 г., а также все промышленные предприятия, построенные немецким капиталом.

3. Собственность, которая была куплена немцами после аншлюса, если цена покупки соответствовала реальной стоимости вещи, а не была результатом вынужденной продажи.

Русские вступили во владение некоторыми предприятиями из числа немецкой собственности (в частности, всей нефтяной про- /412/ мышленностью и Дунайским речным пароходством), которые управлялись в качестве «предприятий УСИА»[145]*.

Переговоры о Государственном договоре, которым уже в 1945 г. многие газеты предсказывали успех, затянулись. В то время как АНП, чтобы скорее прийти к желанной цели, заняла дружественную позицию в отношении СССР, социалистическая партия вначале проводила последовательно антисоветскую политику – хотя бы ради того, чтобы не ассоциироваться с коммунистами. Только молодой государственный секретарь Бруно Крайский повел СПА тем же курсом, которого придерживались Леопольд Фигль и Юлиус Рааб.

В 1947 г. начались интенсивные переговоры о соглашении, которое называлось «Договор о восстановлении независимой и демократической Австрии» и стало зародышем будущего Государственного договора. В январе 1954 г. первые признаки оттепели, начавшейся в России после смерти Сталина, дали о себе знать и в Австрии. Советский министр иностранных дел Молотов на конференции министров иностранных дел в Берлине предложил подписать с Австрией Государственный договор – однако при условии, что оккупация должна продолжаться до заключения мирного договора с Германией. При этом он использовал одно ключевое понятие, которое еще до этого было вынесено на обсуждение австрийскими политиками – «нейтралитет». О том, что Австрия может стать нейтральным государством по примеру Швейцарии, говорил еще Карл Реннер, и СПА решительно поддерживала эту идею.

В марте 1955 г. советское правительство пригласило федерального канцлера Рааба в Москву для переговоров о Государственном договоре. Западные державы одобрили эти переговоры, которые были проведены с 12 по 15 апреля. Это был долгожданный прорыв. В Московском меморандуме Австрия брала на себя обязательство «соблюдать постоянный нейтралитет по типу швейцарского», а союзные державы выступали гарантами «неприкосновенности и целостности территории Австрии». Рааб восторженно телеграфировал из Москвы: «Австрия будет свободной».

После того как днем раньше из договора удалось изъять пункт о виновности Австрии во второй мировой войне, он был 15 мая подписан в Вене во дворце Бельведер. От имени союзных держав /413/ и Австрии его подписали министры иностранных дел Джон Фостер Даллес, Гарольд Макмиллан, Антуан Пинэ, Вячеслав Михайлович Молотов и Леопольд Фигль. Договор состоял из преамбулы и девяти частей: Австрия восстанавливалась как свободное и независимое государство; аншлюс с Германией (политический и экономический) запрещался; восстанавливались границы 1938 г. Все нацистские и фашистские организации запрещались, и любая подобная деятельность должна была быть наказуемой. В 7-й статье договора определялись – до сих пор далеко не обеспеченные – права национальных меньшинств для словенцев и хорватов. Закон 1919 г. о Габсбургах сохранял свою силу. В отношении армии вводился целый ряд ограничений, прежде всего, запрет на атомное оружие, ракеты и т. д. Союзники обязывались вывести все войска. Вместе с тем Австрия должна была выкупать немецкую собственность у Советского Союза; на протяжении шести лет было выплачено почти 150 млн. долларов, причем СССР получил концессии на нефтяные месторождения. Несмотря на огромное финансовое бремя, взятое на себя Австрией, заключение Государственного договора стало праздником, какого давно уже не видела страна.

Седьмого июня 1955 г. договор был ратифицирован парламентом, а 26 октября парламент принял Конституционный закон о постоянном нейтралитете, признанном четырьмя великими державами. Австрия взяла на себя обязательство не вступать ни в какие военные союзы, не размещать на своей территории чужих военных баз и защищать свою независимость всеми имеющимися средствами. Идея нейтралитета стала крайне важной для нескольких поколений австрийцев, сделавших ее одной из составляющих национальной идентичности. С 1989 г., в связи с началом дискуссий о вступлении Австрии в ЕС, состоявшемся в 1995 г., вопрос о нейтралитете вновь стал предметом дискуссий.

Хотя концепция нейтралитета исходила из швейцарского образца, Австрия, в отличие от западного соседа, вела и проводит политику активного нейтралитета. Уже 14 декабря Австрия стала членом Организации Объединенных Наций (Швейцария вступила в ООН лишь в 2002 г.), в 1956 г. сделалась членом Европейского совета в Страсбурге, в 1957 г. подписала Европейскую конвенцию о защите прав человека. В 1960 г. Австрия послала, в рамках акции ООН, подразделение миротворцев в Конго; австрийские миротворцы действовали также на Кипре и на Голанских высотах. Австрия ста- /414/ ла одним из основателей Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР), а Вена – местом постоянного пребывания различных международных организаций. В 1957 г. было создано Международное агентство по контролю над атомной энергией (МАГАТЭ) с резиденцией в Вене, с 1965 г. здесь размещается Организация стран-экспортеров нефти (ОПЕК). Организация ООН по индустриальному развитию располагается в Австрии с 1966 г., так же как находящийся в Лаксенбурге Международный институт прикладного системного анализа. В 1973– 1979 гг. был построен ООН-Сити, благодаря чему Вена стала третьим городом ООН, наряду с Нью-Йорком и Женевой. В 1983–1987 гг. ООН-Сити был дополнен центром для проведения конференций. В Вене также пребывают Верховный комиссар ООН по делам беженцев и Международная комиссия по европейской эмиграции.

В столице Австрии проходили многие международные встречи и конгрессы, самые значительные из них – встреча на высшем уровне Кеннеди и Хрущева в 1961 г. и встреча Киссинджера с Громыко в 1975-м. С 1972 по 1979 г. в Вене велись переговоры об ограничении стратегических вооружений, и в 1979 г. Картером и Брежневым был подписал договор ПРО-2.

Австрия поддерживает дружественные отношения с большинством стран. Они были омрачены лишь в случае с Югославией – это было вызвано спорами 1972 г. по поводу указателей с названиями населенных пунктов – и с Италией, причиной чего является проблема Южного Тироля. Часть земли Тироль отошла в 1918 г. к Италии, хотя там преобладало немецкое население. В период фашизма сюда переселялось все больше итальянцев, а немецкий язык и культура подвергались запретам и угнетению. После второй мировой войны Австрия вновь предприняла усилия по защите немецкоязычного меньшинства – при том что сотрудничавшие с Муссолини австрофашисты и национал-социалисты отказались в свое время поднимать южнотирольский вопрос. Голосование, проведенное южнотирольской Народной партией в 1945 г., показало явное преобладание сторонников воссоединения Южного Тироля с Австрией.

Но союзные державы обратили на это так же мало внимания, как и на последовавшее со стороны Австрии требование провести референдум. В соглашении Грубера и де Гаспери, подписанном в 1946 г. министрами иностранных дел обеих стран, содержался пункт об автономии Южного Тироля; это было очевидной заслугой /415/-/416/ Грубера, прежнего главы тирольского правительства. После заключения Государственного договора Австрия вновь активизировала усилия (тем временем Италия создала автономную провинцию Трентино–Альто-Адидже, в которой итальянское население численно возобладало[146]*) и поставила вопрос о Южном Тироле в ООН, где в 1960 г. было принято соответствующее решение.

В 1961 г. в Италии была создана так называемая Комиссия тринадцати, занявшаяся разработкой принципов решения проблемы. В 1964-м они легли в основу переговоров между министрами иностранных дел двух стран – Сарагатом и Крайским. Все это происходило на фоне сначала итальянского, а потом все более усиливавшегося немецкого (и немецко-национального) террора. В 1964 г. был утвержден носивший компромиссный характер «Южнотирольский пакет», вступивший в силу в 1972 г. и состоявший из 13 пунктов. Однако их воплощение в жизнь сильно затянулось и было осуществлено лишь к 1992 г. После этого Австрия выступила с заявлением об урегулировании спора.

Нейтралитет Австрии и запрещение аншлюса Государственным договором обусловили то обстоятельство, что ей нельзя было тесно сотрудничать с Европейским экономическим союзом – сообществом европейских государств, преследовавшим среди прочего политические цели и включавшим в себя Германию. Поэтому в 1959 г. Австрия вступила в Европейскую ассоциацию свободной торговли (ЕАСТ), куда входили Норвегия, Швеция, Дания, Великобритания, Португалия и Швейцария.

В европейской политике того времени Государственный договор представлял собой нечто уникальное. Последние солдаты союзных войск покинули страну в октябре 1955 г. Благодаря этому Австрия после десяти лет оккупации вновь стала свободной и отныне служила мостом между Востоком и Западом. С одной стороны, по своей политической системе и стилю жизни она определенно была западной страной, не являясь, разумеется, членом НАТО; с другой – имела многовековые связи с соседними странами, теперь принадлежавшими к организации Варшавского договора, отношения с которыми всячески акцентировались и использовались в политике. /417/

Первому испытанию австрийский нейтралитет подвергся спустя год после подписания Государственного договора. В связи с восстанием против советского господства в Венгрии появился план прохода советских войск через Австрию, однако позиция нейтральной страны была решительной и твердой. Австрия открыла границы для венгерских беженцев (более 180 тыс. человек, для большинства которых Австрия была лишь транзитным пунктом). Подобное произошло и во время кризиса в ЧССР после Пражской весны, окончившейся вступлением войск Варшавского договора в августе 1968-го, когда не только были приняты политические беженцы, но и занята ясная позиция осуждения этой военной акции. Лишь в Коммунистической партии Австрии возникли разногласия в связи с оценкой ситуации, которые привели к расколу в ее рядах.

Четкая позиция проявилась и в отношении ряда внутренних конфликтов в Польше, во время которых в Австрию вновь прибывали беженцы. Гуманитарная помощь была одной из сильных сторон австрийской политики – по крайней мере, до 1989 года. /418/-/419/