От демократии к диктатуре – австрофашизм и национал-социализм

От демократии к диктатуре –

австрофашизм и национал-социализм

/365/ Политическая жизнь первых послевоенных лет развивалась относительно мирно, хотя идеологическое противостояние обеих больших партий было непреодолимо. Социально-христианская партия, которой вскоре после краха большой коалиции предстояло (теперь в коалиции с пангерманцами) сформировать правительство, была расколота. Одно крыло, группировавшееся вокруг Фридриха Фундера, Леопольда Куншака, Рихарда Шмица и Виктора Кинбека, выступало за сохранение монархии, другое – во главе с Йодоком Финком и прелатом Иоганном Непомуком Хаузером – за республику. В конце концов, было принято решение в пользу республики; одновременно решено было выступить за аншлюс, хотя сама по себе эта идея была социальным христианам чужда.

Выдающейся личностью Социально-христианской партии был, несомненно, Игнац Зайпель, который рассматривается исследователями либо как крупный интеллектуал и спаситель Австрии от экономической катастрофы, правоверный католик и великий государственный деятель, либо же как демонический черный человек, символ клерикального фашизма и носитель антидемократических идей. Зайпель вел свою партию в четко антимарксистском направлении; подобно своим политическим противникам, он был человеком бескомпромиссным, отвергавшим соглашения. Им все больше овладевало желание устранить из политической жизни левых, которых он ненавидел всей душой. Укреплявшиеся с годами антипарламентские и антидемократические идеи Зайпеля, выступавшего сторонником однопартийного государства под католическим знаменем, быстро распространя- /366/ лись в консервативном лагере, их разделяли и развивали деятели хаймвера. Основой последнего стали послевоенные объединения фронтовиков, располагавшие значительными запасами оружия неофициально разоруженной армии монархии. Вскоре социальным христианам удалось перестроить эти организации в нужном им направлении и создать из них партийную армию. Исполнительная власть государства (в том числе жандармерия, полиция и кадровая армия) при социально-христианском правительстве была очищена от «неблагонадежных элементов» (левых) и все больше становилась инструментом власти консерваторов. Опираясь на христианское социальное учение (провозглашенное папой Львом XIII в 1891 г. в энциклике «Рерум новарум» и в 1931 г. получившее развитие в булле папы Пия XI «Квадрагезимо анно»), ненавидевшие марксизм и демократию хаймверовцы хотели построить «сословное государство», основой которого стали бы сословия, сформированные не по признаку рождения, а по роду профессиональных занятий. Так они надеялись положить конец борьбе классов и создать «христианский» режим. Неоромантические идеи в изложении профессора Венского университета Отмара Шпанна, оказавшего влияние на целое поколение молодых консерваторов, требовали авторитарной власти и сильного «вождя». Путь к фашизму{61} был намечен.

После более или менее удавшейся «санации Зайпеля», которая в 1926 г. была закончена, 30 января 1927 г. началась череда событий, в конечном итоге, завершившихся падением демократии в Австрии. К тому времени уже сделались постоянными столкновения между хаймвером и шуцбундом. Обычно они принимали форму потасовок, что вполне было в духе «сельских народных обычаев», однако случившееся 30 января в Шаттендорфе, на юге Бургенланда, далеко превзошло все прежнее. Хаймверовцы открыли огонь по группе шуцбундовцев и убили инвалида и ребенка. В июле 1927 г. трое хаймверовцев предстали перед судом, но этот суд, состоявший из участкового судьи и судебных заседателей, вынес оправдательный приговор. С точки зрения формального права один из этих троих в самом деле был невиновен, потому что смертельными оказались лишь два выстрела, но с политической точки зрения приговор был неоправданным. Социал-демократическая «Рабочая газета» (Arbeiterzeitung) в пламенной передовой статье главного редактора Фридриха Аустерлица призвала к протесту. Пятнадцатого июля 1927 г. состоялась демонстрация рабочих /367/ у Дворца правосудия, которая закончилась пожаром в его здании. Вмешались полиция и армия, стрелявшие по безоружным демонстрантам. Восемьдесят девять из них (а также четверо полицейских) были убиты, многие получили ранения. Ответственность за приказ открыть огонь лежала на канцлере Зайпеле, получившем тогда прозвище «Безжалостный прелат», и начальнике венской полиции Шобере, прозванном «Убийцей рабочих».

Социал-демократы реагировали сдержанно и не использовали этот повод для принятия принципиальных решений. Таким образом, буржуазный лагерь одержал победу. Это усилило антидемократические тенденции и желание одолеть политического противника силой. Хаймвер все больше и больше попадал под влияние итальянского фашизма, и это укрепляло его антимарксистскую позицию. Разумеется, Бенито Муссолини помогал хаймверу не только советами, как избавляться от «красных», но также деньгами и оружием.

События 1927 г. усилили и без того свойственные социал-демократам антиклерикальные настроения.

Начались многочисленные выходы из церкви, которые, в конце концов, привели к запоздалому отказу Зайпеля от активной политической деятельности. Однако, и находясь за кулисами, он держал все нити в своих руках. Гораздо более слабые правительства социально-христианских политиков (Штрерувица, Вогуэна) или немецкого националиста Шобера оставались в тени укреплявшегося и становившегося все более радикальным хаймвера. В мае 1930 г. в «Корнойбургской клятве» хаймвер заявил об отказе от демократии западного образца и потребовал создания сословного однопартийного государства, что представляло собой чисто фашистскую программу («Мы возьмем власть в государстве. Мы отвергаем демократию и парламентаризм. Мы являемся приверженцами принципов фашизма»).

В ноябрьских выборах 1930 г. (как выяснилось потом, они на долгое время стали последними парламентскими выборами) хаймверовцы участвовали как «Отечественный блок» и получили 9 мандатов. Социальные христиане получили 66 мест, блок Шобера – 19. Таким образом, буржуазный лагерь располагал солидным большинством, но все же социал-демократическая партия с ее 72 местами в парламенте представляла собой сильнейшую партию страны. Положение усугублялось первыми, пока еще незначительными успехами национал-социалистов. Хотя они не получили ни одного мандата, за них проголосовало почти 100 тыс. человек. /368/

Паника в рядах социальных христиан возросла, когда на последовавших вскоре местных выборах поданных за национал-социалистов голосов существенно прибавилось. Еще более слабые социально-христианские правительства (Отто Эндера, Карла Буреша, «правительство слабой руки») должны были, прежде всего, бороться с проявлениями мирового экономического кризиса (начавшегося в «черную пятницу» 24 октября 1929 г. на Уолл-стрит), который поставил под угрозу успехи «санации Зайпеля». Милитаризация общества и радикализация вооруженных организаций были следствиями безработицы и неуверенности в будущем. Выдвинувшийся в это время социально-христианский политик Курт фон Шушниг{62} организовал в качестве своей опоры и противовеса хаймверу штурмовые отряды явно монархической ориентации. Части штирийского хаймвера во главе с Вальтером Пфримером попытались в 1931 г. осуществить путч, который, однако, в течение нескольких часов провалился сам со- /369/ бой. Хотя Пфримеру было предъявлено обвинение в государственной измене, он был оправдан.

В 1932 г. ушли из жизни две выдающиеся личности двадцатых годов – Зайпель и Шобер. На их место пришло новое поколение политиков, наиболее видными из которых были Энгельберт Дольфус{63} и Курт Шушниг; оба были министрами в кабинете Буреша. Огромный успех национал-социалистов на местных выборах /370/ 1932 г. – во время которых лагерь немецких националистов заметно дрейфовал в сторону свастики, а социальные христиане потеряли немало своих избирателей – убедил правящие круги в том, что новые выборы нужно, по меньшей мере, отсрочить или вообще отменить. Когда Доль-

фус возглавил правительство, многие думали, что «сильный человек» нашелся.

Экономические трудности, порожденные мировым кризисом, можно было преодолеть при помощи Лиги Наций, которая в соответствии с Лозаннским протоколом 1932 г. предоставила кредит в 300 млн. шиллингов; однако этот договор вызвал в стране бурную дискуссию, поскольку вновь содержал запрет на аншлюс. Дискуссию сопровождали столкновения и стачки. Во время парламентских дебатов 4 марта 1933 г. возникла необходимость в повторном голосовании. Решение зависело от единственного голоса, и тут председатель Национального совета социал-демократ Карл Реннер оставил свой пост: таким образом, он прибавил один голос своей партии, ибо, будучи президентом, не имел права голосовать. Председательство был вынужден принять второй парламентский президент, представитель социально-христианской партии Рудольф Рамек, что отнимало один голос у его партии. Тогда он тоже оставил свой пост, и председателем стал третий президент, немецкий националист Зепп Штраффнер. По неясным причинам он тоже отказался от своего поста. Таким образом, не осталось ни одного председателя, могущего продолжить или закрыть заседание, и сбитые с толку депутаты покинули парламент. Это был шанс, которого дожидался Дольфус. Процедурная ошибка давала повод распустить парламент (социальные

христиане говорили о «самороспуске») и воспрепятствовать новым выборам.

Когда Штраффнер, осознав свой промах, попытался вновь собрать парламент, явившихся на заседание депутатов разогнали силой. Социал-демократический шуцбунд был распущен и запрещен, равно как и коммунистическая партия; отряды хаймвера отныне становились своего рода вспомогательной полицией. Президент страны Вильгельм Миклас, один обладавший правом официально распускать парламент и назначать новые выборы, под нажимом своих партийных друзей промолчал. По совету Роберта Хехта, заведующего отделом Министерства внутренних дел, правительство воспользовалось жалобой социал-демократического правительства земли Вена, поданной в Верховный суд, для упразднения этой контрольной инстанции. Члены суда из числа социаль- /371/-/372/ ных христиан вышли из его состава, сделав его, таким образом, неспособным к принятию решений. Отныне управление страной базировалось на «военно-экономических чрезвычайных полномочиях» времен первой мировой войны.

Социал-демократы, все еще занимавшие ряд важных постов, реагировали весьма сдержанно. Было решено ответить вооруженным восстанием только в том случае, если власти станут распускать партию, запрещать профсоюзы, атаковать «Красную Вену» или осмелятся провозгласить фашистскую конституцию.

Успехи национал-социалистов на местах (в Инсбруке они получили 40 % голосов) и усиление нацистского террора привели к запрету в июле 1933 г. НСДАП[140]* в Австрии. Но после прихода к власти в Германии Гитлера это уже не было решением проблемы. Многие австрийские члены НСДАП удалились в рейх и создали там Австрийский легион, тогда как нелегальная партия развернула бурную деятельность внутри страны.

Движение к диктатуре становилось все более явным. Во время празднования в сентябре 1933 г. юбилея «освобождения от турок» (1683) и проходившего в те дни Католического съезда Дольфус заявил, что его целью является построение сословного государства с сильным авторитарным руководством. Обыски в помещениях рабочих организаций с целью найти оружие и аресты шуцбундовцев стали подготовкой к последнему шагу. В Вёллерсдорфе для политических противников был построен «лагерь интернирования» (наименование концентрационного лагеря, пусть и не вполне сопоставимого с национал-социалистическими). При поддержке католической церкви и фашистской Италии правительство решилось выступить против социал-демократии. Одиннадцатого февраля 1934 г. руководитель хаймвера и министр внутренних дел Эмиль Фей на собрании в Гроссенцерсдорфе объявил о предстоящем ударе: «Завтра мы выйдем на работу и завершим ее». Руководство социал-демократической партии отреагировало, как всегда, нерешительно-сдержанно, но руководитель шуцбунда города Линца Рихард Бернашек решил действовать. Когда утром 12 февраля хаймверовцы попытались искать оружие в отеле «Шифф», шуцбундовцы оказали сопротивление, и началась недолгая гражданская война. Центрами сопротивления были промышленные райо- /373/ ны Верхней Австрии и Верхней Штирии и, разумеется, Вена, где во многих муниципальных кварталах развернулись настоящие бои. Ослабленный многомесячными волнами арестов, шуцбунд был разгромлен превосходящими силами армии и хорошо вооруженного хаймвера, использовавшими даже артиллерию, всего за четыре дня. Причинами быстрого поражения были также отсутствие координации действий и неудача всеобщей забастовки. Потери шуцбундовцев, которые первыми в Европе с оружием в руках вступили в борьбу с фашизмом, составили 200 убитых и 300 раненых. Многие руководящие социал-демократы (Отто Бауэр, Юлиус Дейч и др.) бежали в соседнюю Чехословакию, более тысячи социал-демократов были арестованы и интернированы, девять шуцбундовцев казнены, среди них тяжело раненный Карл Мюнихрайтер, молодой венский пожарник Георг Вайссель и руководитель штирийского шуцбунда Коломан Валлиш. Социал-демократическая партия и все связанные с ней организации были распущены и запрещены. Заграничное бюро австрийской социал-демократической партии, находившееся в Брюнне (Брно), продолжало свою нерешительную и реформистскую политику, в то время как оставшиеся в стране члены партии, назвавшись «революционными социалистами», организовали сопротивление и сотрудничество с коммунистами, с которыми отчасти сблизились и идеологически.

Австрофашизм победил. Первого мая 1934 г. «именем Божьим» была провозглашена новая конституция, утвердившая принцип авторитарного руководства государством. Профессиональные сословия должны были образовать такие корпоративные учреждения, как Государственный совет, Федеральный совет культуры, Федеральный экономический совет и Совет земель, в которых заседали назначенные члены. Эти советы не обладали никакой законодательной властью, она полностью находилась в руках правительства. Все партии были распущены, осталась лишь единая партия «Отечественный фронт». Несмотря на попытки найти смягчающее обозначение этой системы управления (сословное государство, авторитарное правление и т. д.), при серьезном научном анализе невозможно пройти мимо того факта, что она была фашистской. Часто звучащее возражение, что она была мягче национал-социализма, является аргументом, уместным в пивной, но не доводом в серьезной политической дискуссии или результатом критической исторической оценки. В тот же самый день, 1 мая 1934 г., было объявлено о конкордате, который, не в последнюю очередь, был наградой /374/ для церкви за поддержку австрофашистского режима. Он действует и по сей день.

Враг слева был побежден, но расцветший в подполье национал-социализм становился все агрессивнее. Коричневый террор усиливался, а вместе с ним и внешнеполитическое давление со стороны Германского рейха. Двадцать пятого июля 1934 г. одетые в форму австрийских солдат члены нелегального 89-го штандарта СС[141]* проникли в служебное помещение канцлера и арестовали находившихся там членов правительства.

Дольфус пытался бежать и был застрелен. К этому времени уже была захвачена венская радиостанция, и населению сообщили, что Дольфус ушел в отставку, уступив свой пост Антону Ринтелену. Путч был организован крайне дилетантски – большинство членов правительства оставались на свободе и могли действо- /375/ вать – и закончился после обещания отпустить путчистов, от которого отказались при известии об убийстве Дольфуса. Сосредоточение войск фашистской Италии, покровителя Австрии, на границе у Бреннерского перевала усилило

внешнеполитические позиции австрофашистов, так что Гитлер реагировал осторожно и объявил путч внутренним делом Австрии.

Вокруг погибшего Дольфуса возник культ. Его смерть стала легендой («первая жертва национал-социалистов»), которая живет по сей день и покрывает в глазах консерваторов их собственные постыдные дела. Преемниками Дольфуса стали Курт Шушниг, являвшийся канцлером и вторым председателем Отечественного фронта, и высокородный аристократ Эрнст Рюдигер Штаремберг, отныне вице-канцлер и руководитель Отечественного фронта. Только в 1936 г., когда Штаремберг, по случаю нападения Муссолини на Абиссинию (Эфиопию), послал тому слишком радостное и дипломатически не выдержанное поздравление, Шушниг смог взять в руки всю полноту власти. Его правительство, склонявшееся к реставрации Габсбургов, подвергалось все большему давлению со стороны национал-социалистической Германии. Напряженность в отношениях с могущественным соседом вылилась в конфликт еще при Дольфусе, в 1933 г., когда баварский министр юстиции Ганс Франк был выдворен из страны из-за своих высказываний о возможности вооруженного вторжения в Австрию. В ответ на это Германский рейх вынес решение о «барьере в тысячу марок» – это означало, что каждый германский гражданин должен перед въездом в Австрию уплатить 1000 марок; это нанесло серьезный удар по австрийскому туристическому сектору (почти 40 % туристов составляли немцы из рейха).

Дальнейшая судьба Австрии во многом зависела от внешнеполитических комбинаций в Европе. Единственным надежным партнером была Италия, с которой Австрия (вместе с Венгрией) в 1934 г. подписала так называемые Римские протоколы. Конференция в Стрезе в 1935 г. в последний раз дала международные гарантии независимости Австрии со стороны Англии, Франции и Италии. С нападением Муссолини на Абиссинию «Стрезский фронт» распался. Францию и Англию вовсе не приводили в восторг попытки Италии заполучить колонии в Африке, одна лишь Германия поддержала авантюру Италии в идеологическом плане, а когда возникли военные затруднения, то и оружием. Это подготовило создание оси Берлин – Рим, за что Германия получила вознаграждение в ви- /376/ де Австрии (говорили, что стержень Берлин – Рим был тем вертелом, на котором Австрия могла бы быть поджарена «до коричневого цвета»). Новое сотрудничество двух больших фашистских держав явственно проявилось в период испанской гражданской войны, где они обе поддерживали каудильо Франко; в то же время многие социал-демократы – участники февральских боев вступали в интернациональные антифашистские бригады.

Германо-австрийский договор от 11 июля 1936 г. («Июльское соглашение») подтвердил изменившееся положение Австрии. В этом соглашении Германия гарантировала полный суверенитет Австрии, отменяла «барьер в тысячу марок» и объявляла австрийское национал-социалистическое движение внутренним делом Австрии. За это последняя должна была признать себя «немецким государством», не могла продолжать направленную против национал-социализма пропаганду, арестованные нацисты должны были быть отпущены на свободу.

Дальнейшее укрепление оси Берлин – Рим (посещение Муссолини Берлина в 1937 г.) и недостаточная поддержка европейскими державами австрийской независимости ухудшили положение страны. Так, например, некоторые британские политики совершенно открыто высказывались за аншлюс, а соседние страны гораздо больше, чем аншлюса, боялись реставрации Габсбургов. Австрия оказалась предоставленной самой себе. Австрофашистское правительство было непопулярно, оппозиция подавлена, а доля австрийцев, которые все откровеннее посматривали в сто- /377/-/378/ рону рейха, постоянно росла. Экономические успехи национал-социалистической Германии казались неоспоримыми – при этом, однако, не замечали или не желали замечать, на чем они основаны. Антисемитская политика, восстановление армии и стремительное вооружение, которые подготавливали вторую мировую войну, действительно снизили уровень безработицы и побудили многих из тех, кто не слишком внимательно всматривался в эти процессы, возложить надежды на аншлюс.

В феврале 1938 г. состоялась встреча Гитлера и Шушнига в Берхтесгадене, во время которой австрийского канцлера шантажировали угрозой военного вторжения. Он был вынужден уступить и ввел в правительство в качестве министра внутренних дел руководителя австрийских национал-социалистов Артура Зейсс-Инкварта. Шушниг не видел никакой возможности выйти из этого кризиса, кроме проведения референдума о сохранении независимости страны или присоединении к рейху; 9 марта он объявил, что последний состоится 13-го числа. Но уже за два дня до этого ему был предъявлен германский ультиматум, и Шушниг ушел в отставку, уступив пост канцлера Зейсс-Инкварту. Таким образом, захват власти национал-социалистами произошел «легально» – как и в 1933 г. в Германии, – но одновременно в Австрию вступили германские войска. Никакого военного сопротивления оказано не было – самостоятельность страны была похоронена под восторженные крики «хайль!». Австрии больше не существовало. /379/

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

Национал-социализм

Из книги …Para bellum! автора Мухин Юрий Игнатьевич

Национал-социализм Начать рассказ следует с Германии, с Гитлера, с национал-социализма. Гитлер, по национальности австриец, был выходцем из народа. С началом первой мировой войны он добровольцем пошёл на фронт, где на передовой провёл всю войну. Был ранен, отравлен газами,


Сионизм и национал-социализм

Из книги …Para bellum! автора Мухин Юрий Игнатьевич

Сионизм и национал-социализм Отвлечёмся. Сегодня мы используем понятие сионизм так, что запутываем сами себя.Тысячелетия практически во всех странах мира существуют еврейские общества, а поскольку они не ассимилируются с коренным населением и живут по своим законам, то


Национал-социализм

Из книги Крестовый поход на Восток [«Жертвы» Второй мировой] автора Мухин Юрий Игнатьевич

Национал-социализм Начать рассказ следует с Германии, с Гитлера, с национал-социализма. Гитлер, по национальности австриец, был выходцем из народа. С началом Первой мировой войны он добровольцем пошел на фронт, где на передовой провел всю войну. Был ранен, отравлен газами,


Национал-социализм и реваншизм

Из книги Если бы не генералы! [Проблемы военного сословия] автора Мухин Юрий Игнатьевич

Национал-социализм и реваншизм Я писал, что многие века немцы были хотя и честными, но все же космополитами безродными — служили тому, кто больше заплатит. Пруссия начала поднимать на свои знамена патриотизм, и ее армия уже многого достигла в войнах с Австрией и Францией


2. Транспорт: от демократии к диктатуре

Из книги Великая русская революция, 1905-1922 автора Лысков Дмитрий Юрьевич

2. Транспорт: от демократии к диктатуре Принципиальное значение в возникновении и развитии экономического кризиса в России 1914?17 годов сыграл хаос на транспорте, и в первую очередь в железнодорожном сообщении. После революции проблемы лишь усугублялись. В


Национал-социализм и церковь

Из книги История Германии. Том 2. От создания Германской империи до начала XXI века автора Бонвеч Бернд

Национал-социализм и церковь В 1933 г. около 63 % населения Германии принадлежали к евангелической церкви, а 32,5 % — к католической, и нацисты вынуждены были считаться с этим фактом. В 24 пункте программы НСДАП было записано, что партия стоит на почве «положительного


Альфред Баумлер Ницше и национал-социализм

Из книги Нацизм и культура [Идеология и культура национал-социализма] автора Моссе Джордж

Альфред Баумлер Ницше и национал-социализм Ницше и национал-социализм стоят по ту сторону традиций германской буржуазии. Что это означает? Духовными силами, которые формировали ее в течение последних нескольких столетий, были благочестие, просвещение и романтизм.


Раздел шестой НАУКА И НАЦИОНАЛ-СОЦИАЛИЗМ

Из книги Нацизм и культура [Идеология и культура национал-социализма] автора Моссе Джордж

Раздел шестой НАУКА И НАЦИОНАЛ-СОЦИАЛИЗМ Два лауреата Нобелевской премии были использованы для установления моста между наукой и нацистским мировоззрением. Филипп Ленард, получивший Нобелевскую премию в 1905 году за работы в области катодовых лучей, стал заведующим


Национал-социализм и Германия

Из книги Гитлер автора Штайнер Марлис

Национал-социализм и Германия Вопрос, который мы задавали себе тысячу раз и еще будем задавать, звучит так: почему национал-социализм развился и укоренился именно в Германии, а не где-либо еще? Как страна Гёте и Бетховена, Маркса и Эйнштейна могла пасть так низко, совершить


Национал-социализм

Из книги «Крестовый поход на Восток». Гитлеровская Европа против России автора Мухин Юрий Игнатьевич

Национал-социализм Начать рассказ следует с Германии, с Гитлера, с национал-социализма. Гитлер, по национальности австриец, был выходцем из народа. С началом Первой мировой войны он добровольцем пошел на фронт, где на передовой провел всю войну. Был ранен, отравлен газами,


9.3. Национал-социализм от Круппа до Коломойского

Из книги Иллюзия свободы [Куда ведут Украину новые бандеровцы] автора Бышок Станислав Олегович

9.3. Национал-социализм от Круппа до Коломойского Наполеону Бонапарту приписывают фразу: «Для войны нужны три вещи: деньги, деньги ещё раз деньги». Вряд ли кто-то станет спорить с французским императором. Вместе с тем противник Наполеона, прусский офицер Карл фон Клаузевиц


Глава 3. Национал-социализм.

Из книги Европейский фашизм в сравнении: 1922-1982 автора Випперман Вольфганг

Глава 3. Национал-социализм. Возникновение и ростПодобно итальянской фашистской партии, Национал-социалистская рабочая партия Германии (Nationalsozialistische Deutsche Arbeiterpartei, НСДАП) также возникла в условиях экономического и общественного кризиса послевоенных лет. Впрочем, она


Глава 3. Национал-социализм.

Из книги Европейский фашизм в сравнении 1922-1982 автора Випперман Вольфганг

Глава 3. Национал-социализм. Возникновение и ростПодобно итальянской фашистской партии, Национал-социалистская рабочая партия Германии (Nationalsozialistische Deutsche Arbeiterpartei, НСДАП) также возникла в условиях экономического и общественного кризиса послевоенных лет. Впрочем, она