Последние годы правления Хулагу

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Последние годы правления Хулагу

Хулагу потерпел неудачу в своей попытке завоевать мусульманскую Сирию. Это произошло также в связи с тем, что его кузен – хан Кипчакии Берке выступил против него. Этот Чингизханид старшей ветви клана, который властвовал в степях Южной России, относился к исламу возможно с еще большей симпатией, чем Хулагу относился к христианству. А победы Хулагу вызывали у него неприязнь: "Он опустошил города мусульман, – так Рашид ад-Дин приводит слова хана Кипчакии, которые были сказаны в адрес хана Персии, он, не посоветовавшись со своими сородичами, погубил халифа. Если Аллах мне поможет, я потребую у Хулагу ответа за невинно пролитую кровь!" [916]

Испытывая такие чувства, Берке без колебаний сблизился с мамелюками, исконными врагами монголов, но защитниками мусульманской веры, чтобы пойти против персидского хана, главного действующего лица в монгольских завоеваниях, но покровителя христиан. Новый султан мамелюков – Бейбарс (1260-1277) по происхождению тюрок из Кипчакии, поддержал его намерения. С 1262 г. Берке приступил к обмену посольствами с Бейбарсом и объявил войну Хулагу. [917]

В ноябре-декабре 1262 г. Хулагу перешел в наступление, пересек Дербентский пролив, который на Кавказе являлся границей между двумя ханствами, продвинулся на "кипчакскую" территорию, дошел до Терека, но некоторое время спустя на него напала армия Берке под командованием Ногая, племянника Берке и он был отброшен в Азербайджан. [918]

Враждебность кипчакских ханов, проявленная с самого начала, а также последовавшая вслед за этим враждебность со стороны ханов по чагатайской линии, ограничивали действия персидского ханства, лишали активных действий путем непрерывных нападений с тыла со стороны Кавказа или Амударьи, полностью помешали вести военные действия для полного завоевания Сирии. Эти две междоусобные войны между Чингизханидами положили конец монгольским завоеваниям.

Но Хулагу по крайней мере завершил территориальное объединение Персии, ликвидировав многочисленные местные кланы. Ата-бек Мосула, старый Бедр ад-Дин Лулу (1233-1259) спас свой трон благодаря своему раболепству перед монголами, но его сыновья совершили оплошность, встав на сторону мамелюков, в результате чего Хулагу захватил Мосул, разграбил его и присоединил к своим территориям (1262). [919]

Таким образом атабек Фарса – Сельджук-шах (1262-1264) из династии Сальгуридов тоже организовал мятеж, но был убит монголами при взятии Казеруна (декабрь 1264). Хулагу передал трон Фарса сальгуридской принцессе Абиш-хатун, выдав ее замуж за своего четвертого сына – принца Мангу Тимура, брачный союз которых означал аннексию Фарса. [920]

Также другой сын Хулагу, его наследник Абака женился на Падше-хатун, наследнице династии Кутлук-шахов Кирмана. [921]

Интересным моментом по которому у нас нет достаточных сведений, является деятельность буддизма в Персии в эпоху правления Хулагу и его первых преемников. Нам известно только, что определенное количество буддистских монахов прибыли из Уйгурии, Китая и Тибета, чтобы обосноваться в царстве Хулагу и где они соорудили многочисленные пагоды, украшенные рисунками и статуями. [922]

Мы узнаем также, что хан Аргун, внук Хулагу, украсил пагоды картинами, где был изображен его портрет. [923]

Что же касается китайской живописи Юаней, то приходится только огорчаться, что она утрачена, так как ее наличие объяснило бы некоторые особенности последующей персидской миниатюры.

Наконец, несмотря на то, что Хулагу из-за своих бесчинств в Багдаде рассматривался мусульманами как бич божий, он тем не менее положительно относился к персидской литературе. Известный персидский историк Ала ад-Дин Джувейни – яркое тому свидетельство. Его отец, Беха ад-Дин (умер в 1253 г.), фамильным родом из страны Нишапура, служил уже при монгольской администрации и был назначен ответственным за финансовые вопросы Хорасана. Джувейни же сам выбрал административную карьеру. В 1256 г. он помешал Хулагу сжечь богатейшую библиотеку, собранную исмаилитами в Аламуте. Посетив дважды Монголию (1249-1251, 1251-1253) и разбираясь глубоко в проблемах Центральной Азии, к 1260 г. он написал свою замечательную "Историю Завоевателя Вселенной" (Тарихи Джахангушай), то есть историю Чингиз-хана и его преемников до 1268 г. В 1262-1263 гг. Хулагу назначил этого примкнувшего к ним перса управляющим (медиком) Багдада. Отметим, относясь к нему с почтением, что в 1268 г. в период взрыва мусульманского фанатизма, несторианец Map Денха нашел убежище в его доме. [924] Добавим, что его брат Шамс ад-Дин Джувейни был министром финансов (сахиб-диван) при ханах Хулагу, Абаке и Текудуре примерно с 1263 по 1284 г.