Завещания супругам

Завещания супругам

С начала XVIII в. и до отмены крепостного права в поведении дворян-завещателей отмечалось мало изменений. Впрочем, в XIX в. важность брачных уз нашла осязаемое выражение в заботе мужчин и женщин о материальном благосостоянии своих супругов. В группе мужчин, имевших детей, жены составляли 16% получателей недвижимости в наследство, в то время как мужья представляли всего 2% наследников по завещаниям жен. Неудивительно, что этот процент был выше у бездетных завещателей. Мужья составляли 16% наследников недвижимости бездетных женщин; у бездетных мужчин жены составили 30% наследников. Однако было бы опрометчиво заключить на основании этих данных, что русские дворянки не любили своих спутников жизни: 80% завещательниц с детьми в этой выборке пережили своих мужей. Бездетные завещательницы реже оставались вдовами — их 53% в группе, — а потому им чаще доводилось обеспечивать своих мужей.

В первой половине XIX в. появилось поразительное множество просьб со стороны дворян обоих полов о разрешении оставить супругам пожизненное право на свои имения^{393}. Многие при этом писали, что их просьбы вызваны привязанностью, которую они испытывают к мужьям или женам. Генерал-майор Жеребцов, регистрируя свое завещание в 1799 г., объяснил, что «по любви и дружбы к жене моей» он не хочет, чтобы она пострадала от утраты доходов с его имения после его кончины. Поэтому он просил разрешить ей пожизненно пользоваться его собственностью, после чего имение должно было вернуться в его род. Подобное же завещание составила Мария Жеребцова, оставившая мужу пожизненное право на ее имение в 2 тыс. душ^{394}. В 1860 г. князь Семен Воронцов, с намерением позаботиться о будущем жены («желая обеспечить судьбу супруги моей»), выделил ей по завещанию гораздо большую часть своего имущества, чем полагалось по закону^{395}. Обычно вдова, принявшая пожизненное право на имение мужа, отказывалась от претензий на свою законную долю этого имущества, но так бывало не всегда: в 1852 г. Николай I разрешил тайному советнику Василию Шереметеву оставить жене пожизненное право на доходы с имения в 2892 души и одновременно подтвердил, что она имеет полное право на одну седьмую часть его земли^{396}.

Вполне естественно, что щедрость многих завещателей к их супругам проистекала из отсутствия прямых наследников, но далеко не во всех случаях. Так, князь Павел Щербатов отписал все свое родовое имение единственной дочери, но притом дал жене сверх положенной ей доли два дома^{397}. Мужчины, имевшие детей, также оставляли женам пожизненное право на доходы с имений — возможно, чтобы гарантировать послушание со стороны сыновей и дочерей. Сенатор Неплюев оставил свое внушительное состояние под контролем жены, так как желал, «чтобы по смерти моей навсегда сохранился союз между женою моею и детьми нашими»^{398}. Другие супружеские пары, покупая землю, безоговорочно завещали ее друг другу. В 1799 г. Макар Михайлов завещал жене купленное имение и все свое движимое имущество, объяснив это решение бездетностью и взаимной любовью^{399}. Генерал-лейтенант Репнинский вверил жене Елизавете все свое состояние навечно — на содержание ей самой и их троим детям^{400}.