«Великая идея»

«Великая идея»

Зрелость и компетентность страны, которые, казалось, смогла доказать олимпиада-1896, через год были грубо растоптаны.

Породил «великую идею» греческий национализм. Когда Афины заявляли о себе как о европейской столице, группа греческих офицеров начала бойкотировать решения своего правительства, провозглашая себя единственным гарантом честной национальной политики. В 1894 году были разгромлены офисы газеты «Акрополь» за ее либеральные, непатриотичные взгляды. Через несколько недель группа офицеров основала тайное Национальное общество. В его задачи входили давление на правое крыло в правительстве и война против турок. В апреле 1897 года греческая армия под командованием кронпринца Константина атаковала турок в Фессалии. Она была разгромлена и в беспорядке бежала. Эти события явились отражением развернувшейся в Афинах борьбы политических и военных сил.

В начале апреля 1897 года стало ясно, что война не за горами. Стивен Крейн, автор отличной книги «Красный знак отваги», который написал ее, не имея никакого военного опыта, приехал в Афины, чтобы увидеть войну своими глазами. Он стал свидетелем высокого патриотического духа готовых к войне греков. Сотни молодых людей записывались добровольцами в армию. На улицах охваченные энтузиазмом толпы приветствовали армию, добровольцев и политиков, охваченных военной лихорадкой. Крейн и сам оказался заражен этой лихорадкой. Он описывал эту кампанию не как войну короля или парламента, но как войну народную.

Когда Крейн вернулся с фронта вместе с греческими поисками, позорно бежавшими из Фессалии, настроение полностью переменилось. Как только первые слухи о поражении достигли столицы, народ вышел на улицы. Надо было найти виновных в случившимся, и ими не могли стать греческие солдаты. Это должны быть их некомпетентные пожди нации, и в первую очередь королевское семейство, которые, как говорил Крейну разочарованный солдат, даже и не греки вовсе, а чужеземцы. 28—29 апреля 1897 года центр города стал опасным — тысячи людей толпились на улицах, многие греки, приехавшие издалека на помощь родине, жаждали пойти в добровольцы и все еще ждали зачисления в армию. В заливе Фалерон встали на якорь иностранные корабли. Британский посол известил короля, что английский корабль «Найл» готов принять на борт его имеете с семейством в случае необходимости.

Уильям Миллер, свидетель описываемых событий, отмечал, что в то время в Афинах не думали ни о чем, кроме как о войне и ее последствиях. Площадь Конституции уподобилась древней Агоре. Люди всех слоев общества собирались перед дворцом, чтобы обсудить слухи, приветствовать отправку солдат, обсудить газеты, выразить свои чувства. Когда появлялся мальчишка с новым выпуском газеты и выкрикивал заголовок, к нему сразу же кидалась толпа. Когда приходили новости с фронта, из гостиниц на улицу высыпали все, включая администрацию.

Поражение, нанесенное турками, стало национальным горем и имело для греческого государства тяжелые материальные последствия. Но королевское семейство выдержало бурю и тяжелый период формирования национального самоосознания, за которым последовало национальное возрождение.