ПРИЛОЖЕНИЕ З Казачьи песни Крымской и Первой мировой войн

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

ПРИЛОЖЕНИЕ З

Казачьи песни Крымской и Первой мировой войн

Здесь представлены лишь две казачьи песни, между которыми 60 лет, то есть свыше двух поколений. Имена авторов, к сожалению, не дошли до наших дней. Но поражает их удивительная цельность и гармоничность, будто это писал один человек.

Песни зародились еще в глубокой древности. Иногда их слова и мелодии создавались одним человеком, но потом изменялись, совершенствовались и становились произведением общенародным.

У казаков эти творческие силы проявлялись всегда особенно отчетливо. Имеется пятитомное собрание казака А. М. Листопадова («Песни донских казаков», Музгиз, 1953), содержащие 1200 песен, широко распространившихся по свету. Обычно успех им создает не так содержание, как оригинальное звучание мелодии. Казаки «играют» песни. Но в данном случае перед нами завершенные литературные произведения, два романа, две судьбы, освещенные необыкновенно емко и мужественно.

Песня 1

Всем всем мальчик был доволен

Всем всем мальчик был доволен, никакой нужды не знал.

Всем всем мальчик был доволен, никакой нужды не знал.

А теперь все испытал,

В Севастополе бывал,

В чистом поле

Страх там и горе.

Каждый день и каждый час

День мы мокнем,

Ночь дрожим,

Всю-ю ноченьку не спим,

Прослыхали да наши уши,

Чтоб врага нам не проспать.

Море Черное шумит,

В кораблях огонь горит,

Огонь тушим,

Турок душим.

Слава донским казакам!

Слава русская большая,

Ей гордимся мы всегда.

Коник верный подо мною,

Пика — слава казака!

Коник верный подо мною,

Пика — слава казака!

Шашка — верная подруга И винтовка на врага!

Песня 2

Заря кровавая сгорела,

Заря кровавая сгорела.

На башне филин прокричал,

На башне филин прокричал.

Зачем ты снишься мне, станица.

И та, с которою гулял,

И та, с которою гулял.

И та, которой любовался,

Как на лазоревый цвяток,

Мне служба трудна предстояла

Царю — Отечеству служить,

Царю — Отечеству служить,

А служба царская чижола.

Трявогу вахмистр кричить.

Какая может быть трявога,

Вчера мы столько верст прошли,

Вчера мы столько верст прошли,

Прошли мы польскую границу,

Прошли немецкое село,

Нас пули вражьи бьют жестоко,

Осколки будто град секут,

Осколки будто град секут.

И много раненых-убитых

Один с оторванной рукой.

Никто по нас не загорюет,

Окроме матушки родной,

Окроме матушки родной.

И здесь, далеко от России,

Мы все безвестно полегли,

Курганом головы сложили,

Но честь казачью сберегли.

Но честь казачью сберегли!