4. О работе мужского тела: разнообразие видов спорта

Появление современных видов спорта не было простым или единообразным процессом. Игры с мячом сильно отличались от атлетики или спортивной борьбы. Последние были лишены понятия командной солидарности, к которой обязывало маневрирование круглым или овальным объектом. Однако и игры с мячом были очень разнообразны: каждая требовала своих навыков и умений. Как, например, сравнить партию игры в гольф и матч регби? В Великобритании гольф и регби являлись спортом для среднего класса: было абсолютно очевидно, что с возрастом большинство игроков в регби перемещались на площадки для гольфа. А ведь сложно себе представить более различные формы физического упражнения. Регби — довольно грубый командный спорт, требующий умелой работы рук и ног, а также энергии, смелости и стратегического мышления. Гольф, напротив, — занятие индивидуальное, не предполагающее никакого физического контакта между соперниками, кроме разве что рукопожатия в начале и в конце партии. Гольф требует владения сложной техникой, а также чувства дистанции, почвы, атмосферных условий. Он подразумевает высокую степень физического и психологического самообладания, в то время как регби — игра откровенно агрессивная. С той же точки зрения можно проанализировать, например, футбол и теннис, атлетику и бокс, крикет и плавание, греблю и велоспорт и т. д. Большинство спортсменов рубежа веков занимались сразу несколькими видами спорта (иногда пятью или шестью) в зависимости от времени года. В футбол и регби играли с осени по весну, в крикет — летом, тогда же занимались атлетикой. Гольф и теннис составляли летний отдых для высшего класса и для верхушки среднего класса, и эти игры проходили скорее в дружеской, чем в соревновательной атмосфере.

Наибольшей популярностью пользовались командные игры с мячом. Они задействовали самым сложным образом все способности и возможности тела. Их распространение было связано с поисками таких упражнений, которые можно было бы выполнять зимой. В XIX веке установилась идея непрерывной деятельности, и она касалась также физических упражнений. Новый урбанистический мир не воспринимал смену времен года так остро: горожане работали в течение всего года и играть хотели все это время. Необходимы были такие виды спорта, которыми можно заниматься в холод и дождь, формируя закаленное тело, способное терпеть боль и выполнять поставленные задачи даже в очень плохих условиях.

Во время матча по регби приходится бегать, бросать мяч, бить по воротам, прыгать, задерживать противника. Футбол требовал целого ряда похожих способностей, за исключением игры руками. Научиться играть тяжелым кожаным мячом, уметь его вести, пасовать и бросать очень трудно, для этого нужны годы тренировок. На начальном этапе проведения этих игр еще не существовало «разделения труда»: все игроки следили за мячом, все старались забить гол или занести попытку. Им была отвратительна мысль о закреплении за каждым определенной роли, и манера их игры отличалась индивидуализмом. Когда одному из первых футболистов, лорду Киннарду, сделали замечание за то, что он не передал мяч игроку своей команды, тот ответил, что играет прежде всего для собственного удовольствия и не стоит указывать ему, что делать. Тем не менее, вскоре стало очевидно: чтобы выиграть, необходимо распределить роли. После блестящего матча между «Олд Итонианс» и «Блэкберн Олимпик», о котором мы уже упоминали, стало понятно, что для победы требуется куда более сложная техника, чем принятая в то время. Логично было предположить, что группа, в которой игроки умеют передавать друг другу мяч, выиграет у группы индивидуалистов, где каждый сам за себя. Футбол и другие командные игры вскоре стали предлагать свою, внутреннюю логику, подразумевающую совсем другие возможности тела, нежели те, что превозносились создателями игр. Такое положение вещей сохраняется и в наше время. Футболисты — профессиональные спортсмены, проходящие специальную подготовку и тренировку[921].

Командные виды спорта формируют «коллективное тело». Хорошая команда состоит из группы игроков, чьи физические и тактические способности сбалансированы. Игра за коллектив добавляет к физическому обязательству, которое берет на себя тело, психологическую и социальную составляющие. Чрезвычайно важно «не подвести своих»: это выражение даже вошло в повседневный язык. Оно означает, что во время матча нужно полностью и до последней секунды отдавать всего себя, даже если ты знаешь, что игра проиграна. Очень важно не допустить унижения. Проигрыш — явление допустимое, но только если каждый член команды играл в полную силу. Стыдно признать себя побежденным или не пытаться победить. Игроки, обладающие незаурядными способностями, но отказывающиеся выложиться полностью или обвиняющие в неудаче другого, ведут себя недостойно. Командная игра требует максимум усилий, прилагаемых в течение заданного времени и с учетом заданной цели. Если действия команды хорошо согласованы, то целое оказывается более эффективным, чем сумма отдельных частей.

Командные игры создают психологическую и физическую зависимость между игроками. Это особенно справедливо в случае с контактными играми, такими как регби, футбол и американский футбол, но также и в случае с крикетом и бейсболом. Если один игрок хочет помочь своей команде выиграть, ему приходится столкнуться с сопряженными силами всех членов команды–соперницы. Для командного спорта, где язык тела весьма существенен, важно, чтобы перед началом матча игроки обсудили, в какой они форме, каких травм стоит опасаться, какую тактику применить. Игрок одевается и раздевается перед своей командой, следит за коллегами во время матча, требует передать ему мяч, открыто выражает эмоции при забитом голе или удачной попытке; по свистку арбитра игроки пожимают друг другу руки или обнимаются. Совершенно необходимо, чтобы игроки научились с помощью своего тела становиться частью тела общего. О смелости, честности, скромности и сопротивлении спортсмена можно судить по одному лишь взгляду на него. Командные игры предоставляют сцену, на которой можно свободно демонстрировать свои физические таланты при том условии, что соблюдены все правила.

Спортсмену могут удаваться не все аспекты игры. Некоторые компенсируют недостаточную ловкость ожесточенной решительностью. На том уровне, на котором работало большинство футболистов и игроков в регби, было достаточно относительно скромного таланта. Система спортивных лиг предлагала каждому найти подходящее место. Невысокие и порывистые становились крайними нападающими, самые быстрые — центральными нападающими, самые сильные — защитниками. Некоторые игроки свободно владеют мячом, а значит, могут ловко его передавать: их место впереди или ближе к центру. В 1890?е годы валлийские команды осознали, как важно иметь в группе хороших блуждающих полузащитников, способных быстро передавать мяч. Игроки, блестяще выполнявшие обманные движения, продолжая при этом бежать на огромной скорости, как это умел делать Артур Гоулд, звезда валлийского регби 1890?х годов, вызывали восхищение. Пресса не уставала превозносить «гибкое и энергичное изящество» Гоулда. Один из хроникеров писал, что тот был «полон грации, быстр, неуловим, уклонялся то влево, то вправо так, что ничьей руке не удавалось его коснуться»[922].

Когда–то некоторые, не всем доступные занятия, такие как фехтование, охота и верховая езда, уже требовали большого мастерства, так что сложная спортивная техника не является изобретением XIX века. Жё–де–пом, который практиковался не один век, был ничуть не менее сложным и изнурительным видом спорта, чем современный теннис. «Теннис, — отмечал в конце XVII века ученый Роберт Бойль, — в который наши благородные господа играют в качестве развлечения, занятие куда более утомительное, чем те, которыми многие зарабатывают на жизнь»[923]. Известно, что уже с конца XVIII века атлеты и главным образом боксеры переходят к сложным физическим тренировкам. Однако в целом спорт стал более сложным и техничным только к концу следующего века. Разумеется, распространение образования и кодифицированных форм нового спорта (в особенности это касается футбола, регби и крикета в Великобритании и бейсбола в США) открывало дорогу авторам учебников и инструкций. Начиная с 1890?х годов подобным изданиям не было числа.

Задача этой новой литературы состояла прежде всего в том, чтобы любой человек мог поучаствовать в приятной социальной деятельности. Редко кто начинал заниматься спортом в надежде действительно в нем преуспеть. Перечни физических недостатков игроков, хранящиеся в архивах гольф–клубов, дают нам неплохую информацию о том, что представляли собой начинающие спортсмены. Большинство из них (как это всегда и бывает) страдали от серьезных недугов, не были очень способными и, более того, вовсе не стремились стать великими спортсменами (к тому же почти ни один клуб не имел площадок для тренировки). Они хотели стать частью социального института, внутри которого можно предаваться приятному упражнению и знакомиться с людьми, занимающими приблизительно то же положение в обществе.

Тело спортсмена выдает его социальную принадлежность. В элитарных видах спорта ценились элегантность движений и утонченная техника в ущерб грубой силе и выносливости. Разумеется, были и исключения. Регби, идеальный образец грубого спорта, набирало в свои ряды всех заинтересованных людей, как из высшего класса, так и из простонародья. В то же время буржуазный спорт, в общем и целом, ценил превыше всего стиль, выражавшийся в манере приносить команде очки и в общей атмосфере элегантности, царящей во время игры. Это наглядно демонстрируют репрезентации гольфа и тенниса. Расслабленные, шикарно одетые молодые люди, сидящие за столом, выпивают и непринужденно разговаривают, а на заднем плане разворачивается чья–то игра… Вот наиболее распространенное описание этих спортсменов[924].

В этом отношении особый интерес представляет гольф. Ударить по маленькому неподвижному мячу так, чтобы с точностью отправить его вдаль, гораздо труднее, чем может казаться. Гольф требует идти против своей интуиции. Чтобы мяч летел далеко, нужно повернуться всем телом, но сохранить в этом движении регулярный и сдержанный ритм: речь идет о сложном техническом навыке. Первые игроки держали клюшку как придется и считали, что достаточно посильнее ударить по мячу. Профессионалы конца XIX века разработали техники, которые с тех пор используются во всем мире. Самый известный гольфист того времени — Гарри Вардон: он выиграл свой первый Открытый чемпионат Британии (British Open) в 1896 году, а последний — в 1912?м. Ему принадлежит изобретение нового способа держать клюшку. Кроме того, при нанесении удара он мог стоять прямо и при этом описывать элегантную, словно вычерченную дугу. Его стиль оказал огромное влияние на развитие гольфа в XX веке[925].

Способность человеческого тела быть энергичным и элегантным, особенно заметная в игре в гольф, проявлялась и в других видах спорта — например, в теннисе. Техники удара справа, реверса и подачи стали разрабатываться уже в конце XIX века. Свеча (мяч, пролетающий над головой противника) и укороченный удар (падение мяча прямо у сетки со стороны противника) — вершины мастерства — уже рассматривались игроками с точки зрения эстетики. Многие из них в течение хотя бы нескольких секунд испытывали радость, чувствуя, как их телу удался тот или иной прием. Мужчина или женщина некрупного телосложения могли выиграть партию одним ударом ракетки.

Диапазон игроков включал как совершенно неумелых, так и очень одаренных. Часто тот, кто обладал небольшими природными способностями, но был воодушевлен самой игрой, с помощью упорных тренировок добивался успеха. Применять образовательные принципы в спортивной практике начал средний класс. Стало понятно, что при хорошей подготовке можно научиться играть и что природный талант — не единственный критерий. Управляющие гольф–клубов, недовольные тем, что им приходилось предоставлять оборудование и поддерживать его в рабочем состоянии, нанимали профессиональных инструкторов. Крупные школы пользовались услугами бывших игроков в крикет, которые обучали молодых людей правильно подавать и пользоваться битой. Впрочем, интерес к технике игры пока находился в зачаточном состоянии по сравнению с одержимостью оборудованием и воспитанием. Так, игре в футбол почти не обучали: мальчики учились играть на улице и в парках. По–прежнему считалось, что способности — явление врожденное. Ведь именно так обстояло дело с лучшими спортсменами, такими как игрок в крикет Ч. Б. Фрай, удерживавший несколько лет подряд рекорд в прыжках в длину: всерьез он никогда не тренировался.

Помимо футбола и регби, одним из любимых зрелищ в Великобритании и США конца XIX века был бокс. Во Францию он проникает в Прекрасную эпоху, а первым известным французским чемпионом становится Жорж Карпантье[926]. Бокс представляет собой смесь архаичной жестокости и в высшей степени сложной техники. С 1860?х годов кулачный бой, подразумевавший борьбу голыми руками до признания противником поражения, уступил место новой форме столкновения, разворачивающегося в соответствии с правилами, разработанными маркизом де Куинсберри. Боксерские поединки длились ограниченное время, участники были обязаны носить перчатки и применять лишь определенные удары. Все эти приемы были призваны снизить уровень жестокости бокса и сделать его более приемлемым для зрителей. Тем не менее он оставался одним из самых брутальных видов спорта, и в нем принимали участие в основном представители рабочего класса, не видевшие в уличных потасовках ничего непривычного.

Бокс был примитивным и в то же время инновационным спортом, кровавым и техничным, сочетавшим старые и новые представления о теле. Лучшими боксерами становились те, кто овладевал техникой быстрого перемещения, хука слева, парирования и других элементов того, что называлось «благородным искусством». Боксеры также должны были обладать «инстинктом убийцы»[927]. При этом многие из них, менее подвижные, отличались поистине животным мужеством, требовавшимся для того, чтобы нанести удар или его выдержать. Новый бокс возник как реакция на противоречивые чувства публики относительно того, что составляет спортивную мужественность. Зрителей восхищали скорость и техника, но также такие старые качества, как стойкость и грубая сила. В США бокс был, ко всему прочему, заражен атмосферой глубокого этнического противостояния и расовых предубеждений. Джон Салливан, так называемый «ирландский боец» (fighting Irish), был первым боксером, одержавшим победу в матче, проведенном по правилам Куинсберри в 1889 году. У него была репутация жесткого спортсмена. Другого боксера, Джека Джонсона — чемпиона мира в тяжелом весе с 1908 по 1915 год — несмотря на его неоспоримый талант, ненавидели за то, что он был чернокожим. Боксеры могли одержать победу исключительно количеством очков, то есть не отправляя соперника в нокаут, но бокс все равно оставался примитивным спортом, в котором мужская агрессия выплескивалась в самой что ни на есть физической форме: у соперника должны быть избиты лицо и тело[928].