«ЗИГЗАГ ИСТОРИИ»

«ЗИГЗАГ ИСТОРИИ»

В 1978 году Гумилев получил роскошный заказ на очерк о Хазарии для научно-популярного альманаха «Прометей». Альманах выпускала редакция популярнейшей серии «Жизнь замечательных людей». Он поступал, кажется, во все библиотеки Советского Союза, тираж достигал 100 тысяч. Впервые Гумилев писал для столь массового издания.

Повторять «Открытие Хазарии» Гумилев не стал. Он написал совершенно новое сочинение, более художественное, чем науч ное. В истории идей оно сопоставимо разве что с «Протоколами сионских мудрецов». Но «Протоколы» были просто фальшивкой, а гумилевский «Зигзаг истории» соединял историческое исследование с фантазией незаурядного писателя.

«Зигзаг истории» рассказывает о том, как евреи захватили власть в Хазарском каганате, кагана обратили в иудаизм, местную тюркскую знать частью истребили, частью выгнали и создали химерное государство, где немногочисленная еврейская община господствовала над многочисленным, но бесправным хазарским населением. Реальная власть теперь принадлежала не кагану, а еврейскому «царю», которого называли или тюркским словом «бек» (князь), или арабским словом «малик» (царь). Хазарское простонародье в иудаизм не обращали, потому что иудеем (равно как и персом-зороастрийцем или индусом) надо родиться.

Основой хазарской экономики служила международная торговля: купцы-евреи контролировали не только Великий шелковый путь (из Китая в Западную Европу), но и торговый путь по Волге и Каме в Биармию (Великую Пермь). К тому же еврейское правительство Хазарии вело успешные завоевательные войны. Побежденные народы – буртасы, аланы, булгары, славянские племена северян и радимичей – вынуждены были платить дань, а некоторым приходилось и хуже: аланов заставили отказаться от христианства, а русам (полянам), жителям побежденного Киевского каганата, пришлось воевать во имя хазарских интересов с мусульманами на южном берегу Каспийского моря и с византийцами на Черном море.

Конец «хазарскому игу» положил князь Святослав, который разрушил столицу каганата Итиль, древнюю столицу и резиденцию хазарского наместника – Семендер и донскую крепость Саркел. «Хазарские евреи, уцелевшие в 965 г., рассеялись по окраинам своей бывшей державы. Некоторые из них осели в Дагестане (горские евреи), другие – в Крыму (караимы). Потеряв связь с ведущей общиной, эти маленькие этносы превратились в реликты, уживавшиеся с многочисленными соседями. Распад иудео-хазарской химеры принес им, как и хазарам, покой».

Как ни странно, гумилевская версия хазарской истории не противоречит фактам. Беда в другом – фактов очень мало, потому что трехсотлетняя история Хазарского каганата слабо освещена источниками, да и сами источники противоречивы. Даже дата разгрома Хазарии Святославом точно не установлена. Согласно «Повести временных лет» Святослав разбил хазар в 965 году. Арабский географ и путешественник ибн-Хаукаль датирует это событие 358 годом Хиджры, что соответствует 968/969 годам от Рождества Христова. Кому верить? Конечно, ибн-Хаукалю. «Повесть временных лет» составляли в начале XII века при дворе киевского великого князя, а ибн-Хаукаль жил в середине Xго, то есть был современником Святослава. В русской летописи упомянут только разгром Саркела (Белой Вежи), а ибн-Хаукаль писал о разрушении Итиля и Семендера. Наконец, ибн-Хаукаль был профессиональным разведчиком, так что умел сведения добывать и перепроверять, а для монаха Киево-Печерской лавры хазары были уже далекой историей. Тем не менее большинство историков, в том числе и Гумилев, датируют поход Святослава именно 965 годом.

Это только одна из множества исторических проблем, связанных с историей Хазарского каганата. Споры вызывает всё – от происхождения хазар (это неразрешимая проблема) до границ государства.

Гумилев не останавливается там, где смолкает документ, а продолжает, пытаясь восстановить неизвестное по немногим сохранившимся сведениям. Все историки Хазарского каганата не могут обойтись без реконструкций, но Гумилев реконструирует больше и смелее, чем другие. К тому же он не бесстрастен, не объективен, а, напротив, крайне заинтересован в совершенно определенном, заданном изначально результате исследования. Разделить в сочинении Гумилева литературу, науку и политику совершенно невозможно.

Взгляд Гумилева на историю Хазарского каганата не абсолютно оригинален. Многое Лев Николаевич заимствовал у своего учителя, Михаила Илларионовича Артамонова.

Лев Гумилев, научный редактор «Истории хазар», еще в пятидесятые разделял его взгляды.

Из письма Льва Гумилева Петру Савицкому 19 декабря 1956 года: «…евреи, просочившись из Византии в Итиль, захватили "по блату" (другого термина не могу подыскать) все видные должности и, опираясь на наемную туркменскую гвардию, установили в Хазарии деспотический режим, жертвой которого оказались простодушные хазары…» Но в сочинении Гумилева были и принципиальные отличия от артамоновской «Истории хазар». Михаил Илларионович не верил, что хазары могли подчинить Киевское княжество (каганат), а для Гумилева это одна из самых главных идей.

Хазары, или хазарские евреи, и в самом деле собирали дань не только с вятичей и северян, но и с полян, то есть с жителей Киева и киевской округи.

Из Повести временных лет: «И набрели на них хазары, на сидящих в лесах на горах, и сказали хазары: "Платите нам дань". Поляне, посовещавшись, дали от дыма по мечу, и отнесли их хазары к своему князю и к старейшинам своим и сказали им: "Вот, новую дань нашли". Те же спросили у них: "Откуда?" Они же ответили им: "В лесу на горах над рекою Днепром". Опять спросили те: "А что дали?" Они же показали меч. И сказали старцы хазарские: "Не на добро дань эта, княже: мы добыли ее оружием, острым только с одной стороны, — саблями, а у этих оружие обоюдоострое – мечи. Им суждено собирать дань и с нас, и с иных земель". И сбылось все это, ибо не по своей воле говорили они, но по Божьей воле».

Еще Карамзин справедливо называл этот рассказ «басней», сочиненной много позднее, «в счастливые времена оружия российского», когда от поверженного Хазарского каганата остались только развалины крепостей. Для Гумилева же главным источником о столкновении русов с хазарами послужили не скупые и туманные записи русского летописца, а уже знакомый нам «кембриджский документ» – сохранившийся отрывок из письма безымянного хазарского еврея к Хасдаю ибн-Шапруту, придворному врачу правителя мусульманской Испании, известному дипломату и покровителю евреев. В этом письме говорится о том, как «достопочтенный Песах», хазарский военачальник, разбил русского князя и даже заставил его начать в интересах Хазарии войну против византийского императора Романа Лакапина (неудачные походы князя Игоря на Царьград в 941-м и 944-м).

Историк Яков Лурье, последовательный критик Гумилева, в подчинение Руси хазарским евреям не верит, а «кембриджский документ» считает источником «сугубо недостоверным». По словам Лурье, это не письмо хазарского еврея, жившего в середине X века, а «сочинение византийского еврейского автора XII или XIII в.».

Когда Яков Соломонович писал свою статью, он, несомненно, был убежден, что знает источники гораздо лучше Гумилева. Между тем еще в 1982 году, то есть за двенадцать лет до статьи Лурье, американский гебраист Норман Голб доказал подлинность «кембриджского документа». Более того, теперь известен еще один документ, которого не было в распоряжении Гумилева, — письмо еврейской общины Киева о сборе денег для выкупа задолжавшего соплеменника. Письмо составлено на иврите, но на письме есть тюркская руническая надпись «я прочел это», сделанная, как предполагают, представителем хазарской администрации Киева. Если толкование надписи верно (а на этот счет есть большие сомнения), то подчинение Киева и Русской земли Хазарскому каганату было даже более унизительным, чем предполагал Гумилев.

Истина на стороне Гумилева, вот только что это нам дает? Хазарское иго не миф, но как долго оно продолжалось? Несколько лет или несколько десятилетий? Насколько тяжким оно было? Вятичи в шестидесятые годы X века платили уже не по белке с дыма, а «по щелягу с сохи». Много это или мало, мы не знаем. Щеляг – серебряная монета неизвестного достоинства, само слово «щеляг» (искаженное «шиллинг») появилось намного позднее описанных летописцем событий X века.

Гумилев расписывает хазарское иго черными красками, а вот археолог Владимир Петрухин, ведущий научный сотрудник Института славяноведения РАН, считает, будто хазарское господство пошло славянским племенам на пользу: «Эпоха Хазарского каганата являлась одновременно и расцветом славянской колонизации лесостепи Восточной Европы, когда славяне доходят до Дона и их поселения существуют в относительной безопасности: кочевники не угрожали им до тех пор, пока сильна была власть кагана». Кстати, таких взглядов на русско-хазарские отношения придерживался еще Ключевский, хотя в его распоряжении не было этих археологических источников.

Последние станицы «Зигзага истории» посвящены экскурсу в историю антисистем. Хазарский каганат Гумилев называет не только этнической химерой, что, может быть, и верно, но и «антисистемой». Где он там нашел антисистему, понять трудно. Правда, Гумилев пишет, что евреи принесли в Хазарию маздакизм – учение персидского визиря Маздака, которое Гумилев считает жизнеотрицающим. На мой взгляд, Гумилев не прав, но не будем спорить по мелочам. Только вот сам Гумилев все в том же «Зигзаге истории» утверждает, что евреи-маздакиты, переселившись в Хазарию в VI веке, позабыли не то что маздакизм, а даже основы собственной религии, которую пришлось восстанавливать другим, более «интеллигентным» евреям, переселившимся в Хазарию уже в VIII столетии. Так откуда же взялась антисистема?

Может быть, дело в иудаизме? Если исходить из классификации религий, предложенной самим Гумилевым, то иудаизм – позитивное вероучение, лишенное даже тех элементов жизнеотрицания, что есть в христианстве. Мир для иудеев – творение Божие, жизнь иудея ориентирована в первую очередь на успех в материальном, посюстороннем мире. Получается, что Гумилев из неприязни к евреям готов вступить в противоречие не только с логикой и смыслом, но и с собственным учением об антисистемах? Более того, в монографии «Древняя Русь и Великая степь» он напишет: «На души киевских славяно-россов посягали и жрецы Перуна, и латинские прелаты, и греческие монахи. Было не исключено и появление мусульманских мулл. <…> Но представителей антисистем не было и в помине, хотя печальный и алчущий дух, Сатана, бродил по опаленным солнцем холмам Лангедока, по пескам Сахары и Аравии, по горным теснинам Ирана и Памира, а на Востоке он даже посетил Ордос, назвавшись "бесконечным светом". Но ни на Руси, ни в Сибири в X в. он не появлялся. Это была прямая заслуга князя Святослава Игоревича».

Понятно, какой именно эпизод из жизни Святослава Игоревича упоминает здесь Лев Николаевич.

Гумилев относился к иудаизму с неприязнью. Вспомним, что ветхозаветный Яхве был для него «огненным демоном» и «лучшим другом сатаны», а в своих лекциях Лев Николаевич над священной историей Израиля едва ли не глумился: «…некий Авраам с семейством… пограбил каких-то сирийских кочевников. Он имел сына Исаака, которого хотел принести в жертву богу Яхве или какому-то своему богу, которому он поклонялся. <…> Трудно сказать точно – там называется "Элохим", то есть разные боги. Но Ангел его удержал, сказал: "Не надо"».

В апреле 1981-го редакция вернула очерк автору. Гумилев подал на редакцию в суд и добился выплаты гонорара, но напечатать «Зигзаг истории» ему так и не удалось.

Гумилев еще легко отделался, потому что в начале восьмидесятых Юрий Андропов, не терпевший русских националистов, устроил настоящий разгром «русской партии». Несколько человек лишились работы, писатель Леонид Бородин сел в тюрьму, других просто припугнули.

Только в 1989-м Гумилев включит несколько видоизмененный очерк в книгу «Древняя Русь и Великая степь», которая вышла тиражом в 50 тысяч. В своем первоначальном виде «Зигзаг истории» появится только в 1993 м году в сборнике «Этносфера: история людей и история природы», то есть уже после смерти автора.

Ружье все-таки выстрелило, пусть и с опозданием в десять пятнадцать лет. Поскольку «Древнюю Русь» переиздавали из года в год, гумилевская версия хазарской истории пошла в народ. История о стране, покоренной хитрыми евреями, которые сами не работают, но эксплуатируют и грабят несчастное, забитое, запуганное население, оказалась близка сердцу всякого антисемита. Хазария из предмета академических исследований, интересных только кружку археологов и востоковедов, превратилась в политический вопрос. В девяностые годы на страницах газеты «Завтра» одна за другой выходили статьи о «новой Хазарии» (России, ограбленной евреями-олигархами), «электронной Хазарии» (медиаимперии олигарха Владимира Гусинского). Редактор «Завтра» Александр Проханов включил «новую Хазарию» в свой бестселлер «Господин Гексоген».

«Хазария» стала мифом, который охотно использовали в своих целях даже люди, далекие от русского национализма. Одни – как литературную игру (Дмитрий Быков в романе «ЖД»), другие – как нечто большее (Герман Садулаев в романе «Таблетка»). Впрочем, садулаевская трактовка перекликается с классической, прохановской. В книгах Александра Проханова «новая Хазария» – это Россия, захваченная евреями и превращенная в нечто вроде резервного Израиля на случай гибели еврейского государства в Палестине.

Другая версия представляет Хазарию метафизической империей («глобальной Хазарией»), антиподом Святой Руси. Связь с Хазарией из сочинения Гумилева здесь просматривается не так явно, тем более что у современного хазарского мифа есть еще один источник – книга английского писателя Артура Кестлера «Тринадцатое колено – Хазарская империя и ее наследие». Идея Кестлера в следующем: хазары – тюрки-кочевники, принявшие иудаизм. Именно они, а не настоящие евреи, стали предками всех европейских и российских евреев. По свидетельству Ольги Новиковой, почерпнувшей сведения, вероятно, у самого Гумилева, Кестлер в начале семидесятых обращался к Гумилеву с предложением о сотрудничестве, но тот отказался и, более того, уже в «Зигзаге истории» подверг книгу Кестлера уничтожающей критике. Все это не помешало Татьяне Грачевой, политологу и сотруднику Центра военно-стратегических исследований Генштаба Вооруженных сил России, соединить два хазарских мифа, гумилевский и кестлеровский. Но пересказать читателю содержание ее книги «Святая Русь против Хазарии» я не в силах (слаб мой язык!), а цитировать – просто не решаюсь.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.