ЛИТЕРАТУРНЫЕ ВЕРСИИ

ЛИТЕРАТУРНЫЕ ВЕРСИИ

Притча о жене,

умершей в блудном грехе,

без покаяния.

Некий человек имел у себя жену молодую и любил ее как душу свою. Она же беспрестанно в блуде пребывала с прелюбодейцами и любодеями и так и умерла в том грехе, без покаяния. Муж, горько плача и рыдая, непрестанно о ней молился Господу Богу и беспокоился о душе ее пребывала ли она в темном или светлом месте. Свершилось чудо, и однажды, идя по дороге, муж увидал ее сидящей на огненной колеснице, запряженной двумя адскими конями, и в руке у нее был кубок с горящей смолою, из которого она пила, и в сосцы грудей ее впились адские змеи. На его вопрос Кто ты? она ответила: Проклятая жена твоя сидит на огненной колеснице, что от тебя в блудном грехе пребывала беспрестанно с прелюбодеями и любодейцами, а сей кубок в руке своей держу и пью непрестанно из него горящую смолу за целование с любодеями, змеи груди мои сосут за прелюбодеяние и злотравление детей моих в утробе и сии два коня везут меня в огонь и в муку вечную, нестерпимую. И сказав это, она исчезла Муж же ее очень испугался и поведал оное страшное видение многим кого встретил.

Примерно о том же времени, в котором сочинялась эта притча, но уже о происходившем за тысячу верст от России, предлагает свою версию французский писатель и историк Жюль Мишле:

«То было жестокое общество, — пишет он. — Власть провозглашала: «Женитесь». И она же воздвигала непреодолимые препятствия, вследствие крайней бедности населения и чрезмерной, не имеющих никаких разумных оснований суровости канонических ограничений.

Результат получался совершенно обратный тому, чего добивались проповедями о целомудрии и чистоте. Под прикрытием христианства существовал азиатский патриархат.

Женился только старший брат в семье. Младшие братья и сестры работали под его началом и для него. (Очень распространенное обыкновение в древней Франции). На изолированных фермах, в южных гористых местностях, не имея поблизости никакого соседства, никаких женщин, братья сожительствовали со своими сестрами, которые были их служанками и целиком принадлежали им. Нравы, аналогичные нравам Книги Бытия, напоминающие браки персов, согласно с обычаями, существующими и поныне в некоторых общинах Гималаев.

Особенно неблагоприятна была участь матери. Она не могла сама женить сына, не могла соединить его с родственницей, подыскать невесту, которая относилась бы к ней с уважением. Сын ее (если это оказывалось возможным) женился на девушке из отдаленной, часто враждебной деревни, и ее вторжение в семью было ужасно и для детей от первого брака, и для бедной матери, так как невестка частенько выгоняла всех их из дома. Этому могут не верить, а между тем сие доказано фактами. По меньшей мере с матерью обращались ужасно, гнали ее прочь от очага, от стола.

Она должна была страшно бояться, как бы ее сын не женился. Но участь ее была немногим лучше, если он и не делал этого. Она была не в меньшей степени служанкой молодого хозяина, к которому переходили все права отца, вплоть до права бить ее.

Тем более все это могло иметь место в те дикие времена. Особенно когда возвращающийся с праздника находился в пьяном состоянии и плохо сознавал, что делал. Одна и та же комната, общая постель (двух никогда не бывало). Мать не могла не бояться. Он только что видел женатых товарищей, и это еще более раздражало его. В результате слезы, страшная слабость, небрежение всем. Несчастная мать, с сокрушенным сердцем переносившая обиды от своего единственного сына, бывшего для него Богом, живя в столь неестественном положении, доходила до отчаяния. Она старалась заснуть, не обращать ни на что внимания. Ни он, ни она не могли дать себе отчета, как это происходило в конце концов. А происходило так, как происходит еще и теперь в бедных кварталах больших городов, когда какая-нибудь несчастная, принужденная силой, угрозами, может быть, и побоями, подчиняется под конец всему. С этого времени, побежденная и, несмотря на все угрызения совести, вполне покорная, женщина влачит существование рабы. Постыдная, безрадостная жизнь, полная тоски. С каждым годом разница в летах все заметнее и все больше разделяет их. Женщина в тридцать шесть лет может удержать у себя сына, которому двадцать. Но в пятьдесят, и тем более позже, что должно случиться? С какого-нибудь шабаша, на который соберутся и дальние деревни, он может привести молодую хозяйку, неизвестную ей, жестокую, бессердечную, безжалостную, и та заберет в руки ее сына, ее очаг, весь этот дом, созданный ею.

Если верить Ланкру и другим авторам, Сатана оказывал большую услугу матери, удерживая возле нее сына, и таким образом обращал преступление в добродетель. Если так, то можно предположить, что женщина в этом деле вступилась за женщину, что ведьма действовала в интересах матери, помогая ей сохранить место у очага и избавиться от невестки, которая может отправить ее просить милостыню.

Ланкр же уверяет, что всякая настоящая ведьма рождена любовью между матерью и сыном. Подобное мнение существует и у персов относительно рождения мага, который должен будто бы непременно происходить от такого чудовищного союза. Потому- то и секреты магии являются достоянием одной семьи, возобновляющейся внутри себя.

И в своем нечестии они полагают, что подражают великой тайне земледелия, вечному обороту, проходимому растением, когда зерно родит другое.

Связи не столь чудовищные (между братьями и сестрами), имевшие место на Востоке и у греков, обычно были холодны и чрезвычайно малоплодородны. Весьма мудро они были оставлены, и к ним мог снова привести только дух возмущения, когда стесненным, не имеющими никаких разумных оснований строгостями людям оставалось только очертя голову броситься в противоположную крайность.

Так противоестественные законы порождают и противоестественные нравы.

Жестокие, проклятые времена! Времена, зачавшие отчаяние

Мы заговорились, а между тем почти рассвело. Вот-вот наступит час, обращающий всех духов в бегство.

Ведьма чувствует, как вянут на ее челе печальные цветы. Наступает конец ее царствованию, может быть конец всей ее жизни Что если ее застанет здесь день?

Во что превратить ей Сатану? В пламя? В пепел? Ничего лучшего ему и не надо. Он, лукавый, прекрасно знает, что, для того чтобы жить, вновь возродиться, есть одно средство умереть.

Может ли умереть он, обладающий могуществом вызывать мертвых, доставляющий всем плачущим единственную радость здесь на земле возвращение угасшей любви, драгоценных грез? Нет, конечно, он должен жить.

Может ли умереть он, могущественный дух, который, видя, что все творение проклято, природа повергнута во прах, что церковь, точно какого-нибудь нечистоплотного ребенка, отталкивает ее от себя, подобрал ее и вскормил своей грудью? Нет, конечно, этого не может случиться.

Может ли умереть он, единственный врачеватель средних веков, изобиловавших болезнями, он, спасающий людей ядами и говорящий им: Да ну же, живи, неразумный!

А так как он уверен, что будет жить, то он весельчак и умирает в свое удовольствие. Проделывая фокус над самим собой, он ловко сжигает свою прекрасную козлиную шкуру, а сам исчезает в огне и в пламене рассвета.

Ну а она, создавшая сатану, создавшая все добро и зло, покровительствующая стольким вещам любви, самопожертвованию, преступлению, что станется с ней? Вот она опять среди печальной пустыни.

И она вовсе не кажется страшилищем для всех. Сколько благословений посылается ей. Не один мужчина находил ее прекрасной, не один променял бы свое место в раю на близость с ней. Но кругом ее все же бездна. Ею слишком восхищаются и слишком боятся этой всемогущей Медеи с прекрасными, глубокими глазами, роскошным покрывалом черных волос, скрывающим ее тело.

Одна навсегда! Навсегда без любви! Кто достался на ее долю? Никого, кроме только что исчезнувшего духа.

Ну, Сатана, пойдем, мой милый, вместе Мне тоже хочется поскорее туда вниз. Мне больше нравится ад. Прощай мир!

Ты, которая первая создала и разыграла эту драму, недолго пережила ее. Послушный Сатана приготовил ей громадного черного коня, выбрасывающего пламя из глаз и из ноздрей. Одним взмахом вскочила она на него.

Все провожали ее глазами. И напуганные, добродушные люди говорили: «Что с ней будет?»

Уносясь, ведьма, разразилась взрывом ужасного смеха и исчезла, как стрела. Очень хотелось бы знать, но никто не угадал, что стало с несчастной.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

ЛИТЕРАТУРНЫЕ ВЕРСИИ НИКОЛАЙ ЛЕСКОВ

Из книги Блуд на Руси (Устами народа) - 1997 автора Манаков Анатолий

ЛИТЕРАТУРНЫЕ ВЕРСИИ НИКОЛАЙ ЛЕСКОВ Легендарные характеры Опыт систематического обозрения[1] (фрагмент) Тридцать лет назад, когда у нас много писали о женском вопросе, не раз было упоминаемо, будто в России репутации женщин был нанесен большой вред житийными сказаниями,


ЛИТЕРАТУРНЫЕ ВЕРСИИ НИКОЛАЙ КАРАМЗИН

Из книги Блуд на Руси (Устами народа) - 1997 автора Манаков Анатолий

ЛИТЕРАТУРНЫЕ ВЕРСИИ НИКОЛАЙ КАРАМЗИН Предания веков (фрагмент) Выслушав бумагу о преступлениях Адашева и Сильвестра, некоторые из судей объявили, что сии злодеи уличены и достойны казни; другие, потупив глаза, безмолвствовали. Тут старец, митрополит Макарий, близостью


ЛИТЕРАТУРНЫЕ ВЕРСИИ

Из книги Блуд на Руси (Устами народа) - 1997 автора Манаков Анатолий

ЛИТЕРАТУРНЫЕ ВЕРСИИ Притча о жене, умершей в блудном грехе, без покаяния. Некий человек имел у себя жену молодую и любил ее как душу свою. Она же беспрестанно в блуде пребывала с прелюбодейцами и любодеями и так и умерла в том грехе, без покаяния. Муж, горько плача и рыдая,


ЛИТЕРАТУРНЫЕ ВЕРСИИ

Из книги Блуд на Руси (Устами народа) - 1997 автора Манаков Анатолий

ЛИТЕРАТУРНЫЕ ВЕРСИИ


ЛИТЕРАТУРНЫЕ ВЕРСИИ.

Из книги Блуд на Руси (Устами народа) - 1997 автора Манаков Анатолий

ЛИТЕРАТУРНЫЕ ВЕРСИИ.


Литературные приёмы

Из книги История Древнего Востока автора Авдиев Всеволод Игоревич

Литературные приёмы Древнеегипетская литература достигла высокого художественного совершенства. Литературные произведения, как поэтические, так даже и прозаические, облекались в строго ритмическую форму. Автор всегда ставил своей целью создать ритмическое


ЛИТЕРАТУРНЫЕ ПРИЗРАКИ…

Из книги Два Петербурга. Мистический путеводитель автора Попов Александр

ЛИТЕРАТУРНЫЕ ПРИЗРАКИ… Пляшущие стулья В повести Николая Гоголя «Нос» есть небольшое, но интересное замечание: «…недавно …занимали публику опыты действия магнетизма. Притом история о танцующих стульях в Конюшенной улице была еще свежа». В 1833 году происшествие на


Литературные заимствования

Из книги История Дальнего Востока. Восточная и Юго-Восточная Азия автора Крофтс Альфред

Литературные заимствования В XX в. лишь немногие письменные произведения Восточной Азии получили известность на Западе. Ученые имеют в своем распоряжении обширные переводы исторических и философских работ (чаще на французском языке, чем на английском) и отдельных работ


1. Литературные подделки

Из книги Книга 2. Меняем даты — меняется всё. [Новая хронология Греции и Библии. Математика вскрывает обман средневековых хронологов] автора Фоменко Анатолий Тимофеевич


Литературные источники

Из книги Азовский флот и флотилии автора Коган Василий Григорьевич

Литературные источники 1. Абламонов П. Ф. Адмирал. М.: Политиздат. 1986.2. Адмирал Ушаков. Сборник документов. Т. 1. М., 1951.3. Азов. 900 лет. Ростов: Ростиздат, 1967.4. Азовский круиз. Путеводитель. Донецк: Донбасс, 1977.5. Аммон Г. А. Морские памятные даты. М..; Воениздат, 1987. в. 6.


7. Литературные влияния

Из книги Запечатленный труд (Том 1) автора Фигнер Вера Николаевна

7. Литературные влияния В эти годы всем умственным развитием своим я была обязана чтению, которому отдавалась во время вакатов по указанию матери. Но, сидя в деревне весь день за книгой, я поглощала, как и в институте, только романы, повести и рассказы, правда лучшие из того,


§ 9. ЛИТЕРАТУРНЫЕ САЛОНЫ

Из книги История русской культуры. XIX век автора Яковкина Наталья Ивановна

§ 9. ЛИТЕРАТУРНЫЕ САЛОНЫ Политические и литературные салоны возникли в Европе в XVIII веке, исполняя подчас значительную роль в культурной и общественной жизни страны. В России они стали появляться в конце XVIII века, но особого расцвета достигли в 20–30-х годах XIX века.


Литературные объединения

Из книги И смех, и слезы, и любовь… Евреи и Петербург: триста лет общей истории автора Синдаловский Наум Александрович