Когда глина могла говорить

Когда глина могла говорить

Большая библиотека, которая считается самой древней в мире, склонна сопротивляться времени лучше, чем ее младшие сестры: ее и сегодня можно увидеть, ощутить ее вес, прочесть значительное количество из ее книг — и все это благодаря прочности ее текстов, доверенных непосредственно строительному материалу: самые первые письменные документы, еще до того как в 2500-х гг. до н. э. возникло желание их сохранить, спас каменщик из Урука, стремясь побыстрее возвести свои стены.

В местах добычи глины между Тигром и Евфратом на ней выдавливали знаки шумеро-аккадского языка, вульгарно обозначаемого как «клинопись», которые служили письменностью для доброй дюжины разнообразных языков. Табличка высушивалась на солнце, что делало ее хрупкой, или в печи, после того как в них начали делать достаточно искусные дымоходы, чтобы таблички не трескались. Табличка становилась долговечной, если только кто-нибудь в ожесточении не разбивал ее на мелкие осколки, что, конечно же, случалось. Но бывало и так, что целые стеллажи с книгами обрушивались друг на друга с течением времени и что их прогнившее дерево оставляло после себя только письменные документы, которые эти стеллажи содержали, предлагая таким образом какому-нибудь удачливому археологу от начала и до конца восстановить их первоначальное расположение. Что же до пожаров, ответственных за исчезновение большинства библиотек в истории, то здесь они могли лишь превратить ту или иную страницу в стекло, сохранив ее навечно.

Уже шумеры рассортировывали свои тексты и архивы по ивовым корзинам, кожаным мешкам и деревянным ящикам, снабженным этикеткой, естественно, тоже из обожженной глины. В музее штата Филадельфия хранится табличка со списком из шестидесяти двух наименований литературных произведений, датируемая 2000 г. до н. э. Позже в Вавилоне династия Хаммурапи оказалась падка на тексты, написанные в других городах-государствах. Это было, если можно так выразиться, предначертано: первая крупная государственная энциклопедическая библиотека могла появиться только в Месопотамии. И именно так и случилось, но это стало известно не так давно.

В 1850 г. молодой и энергичный Генри Остин Лейярд практически случайно наткнулся на место, где когда-то была Ниневия, — курган Куюнджик, «овечка», перед Моссулом. Французский консул Поль-Эмиль Ботта обломал себе на ее поисках все зубы, если только не все ногти; Лейярд же насмехается в своих «Мемуарах» над ним и над его слишком осторожной манерой вести поиски. Искатель приключений, спонсируемый Британским музеем, без церемоний вскрывает половину из семидесяти одного зала дворца Сеннахерима, «дворца, равных которому нет», присваивает тысячами бронзовые статуэтки, вазы, оружие и изделия из слоновой кости, но особенно — гигантские рельефные стенные плитки и человекоголовых быков. Попутно он видит, по его рассказам, что «на полах комнат лежат маленькие прямоугольные таблички из сырой глины темного цвета»; в некоторых местах его ботинки даже погружаются на тридцать — пятьдесят сантиметров в то, что он принимает за осколки сосудов. Даже специалисты по Ассирии на тот момент были убеждены, что эти дыры в глине «сделаны исключительно для того, чтобы, по капризу художников, служить своеобразным украшением стен дворца». Три года спустя к юго-западу от телля отряды археологов являют свету «комнату львиной охоты», украшенную известнейшими ныне барельефами, ценность которых в глазах британцев гораздо выше, чем ценность груд хаотично разбросанной гончарной глины, которые они вновь топчут с лихорадочным треском. На этот раз ею заполнены два зала: мы находимся во дворце внука Сеннахерима, по имени Ашшурбанипал. Он тогда был совершенно неизвестен: его имя не упоминалось в античности. Теперь он стал знаменитым благодаря своей гиргинакку, библиотеке на шумерском языке.

Ашшурбанипал, царствовавший начиная с декабря 669 г. до н. э., приказал собрать в Ниневии наиболее значительную из когда-либо учреждавшихся библиотек, разослав переписчиков во все уголки империи: в Ашшур, Ниппур, Аккад, Вавилон, — а также отыскать все древние тексты, которые еще существовали, так что они были собраны, пересмотрены и скопированы заново — часто его собственной рукой, — а затем размещены в его дворце, благодаря чему он мог наконец сказать: «Я, Ашшурбанипал, стяжал мудрость Набу, овладел искусством письма на табличках… Я разрешил древнюю тайну деления и умножения, которая не была ясна… Прочел изысканные тексты шумеров и туманные слова аккадцев, расшифровал надписи на камне, сделанные до Потопа». О клинописной палеографии он очень мило сообщает, что слова ее «невнятны, трудноразличимы и запутанны».

Отдельные пластинки, относящиеся к тысяче двумстам различным текстам, показывают, что представляла собой царская библиотека двадцать пять веков назад: с нашей точки зрения, в ней было больше неотесанной поэзии, чем законов. Мольбы, записи обрядов, описания гаданий, словари шумерского языка, эпические повествования, среди которых «Сказание о Гильгамеше», рассказ о сотворении мира, миф о первом человеке Адапе (который, возможно, иначе остался бы нам неизвестен), руководства и научные трактаты, народные сказки, такие, как «Бедняк из Ниппура», — предшественники «Тысяча и одной ночи». Вследствие исчезновения Ашшурбанипала и полей его интеллектуального наследия, источники начиная с 631 г. до н. э. умалчивают о судьбе этого первого страстного книголюба, его смерти и разрушении его владений. Известно только, что Ниневия была стерта с лица земли союзными силами вавилонян, скифов и мидян в 612 г. до н. э., то есть всего через сорок лет после его смерти, и считается, что найденные таблички упали с верхнего этажа вместе с полками во время пожара во дворце. Эти богатства также приводят к убеждению, что речь идет о малой толике царской библиотеки, собрания которой были размещены по залам, посвященным каждый своей теме. Но у «овечки» дело идет быстрее: 30 000 табличек, изъятых между 1849 и 1854 г., сгребли лопатой, и все вместе составило 100 кубометров, что эквивалентно 500 нашим книгам по 500 страниц ин-кварто; их бросают вперемешку на дно ящиков и корзин, чтобы доставить в Басру, а затем в Лондон, где некий Генри Ролинсон должен сложить кусочки мозаики; то, что он там находит, заставляет неожиданно назначить его ответственным за исследование Ниневии. Раздосадованный Лейярд бросает археологию; тогда государство, признательное за золотое дно, которым ему обязаны музеи, делает его министром, послом и дворянином[1].

Асархаддон, отец Ашшурбанипала, писал в июле 672 г. до н. э.: «Этот дворец состарится и превратится в руины; воссоздайте эти руины, и подобно тому, как я поместил свое имя рядом с именем моего отца, породившего меня, сделай так же ты, тот, который будет править после меня, сохрани известность моего имени, возроди мои надписи, воссоздай жертвенники, поставь мое имя рядом со своим». Цитировавший его Иоахим Менан в 1880 г. добавлял по поводу этих фантастических открытий: «Невозможно предвидеть, что нам в этом отношении готовит будущее». Это, однако, было несложно: еще больше грабежей, бомбежек и нелепых разрушений, как мы вскоре увидим.

Гиргинакку «царя всего, царя Ассирии» могла включать, как считают некоторые исследователи, полмиллиона табличек и около пяти тысяч наименований. Предполагается, что, ввиду прочности, свойственной книгам этого типа, большая часть их до сих пор захоронена в холмах Куюнджика, подвергаясь опасности прямых и косвенных повреждений, наносимых периодическими войнами в Персидском заливе. Западных хранителей музеев это приводит в отчаяние: им теперь официально запрещено приобретать похищенные древности. А что такое ассиро-вавилонская табличка в отрыве от своего контекста, от, возможно, других частей той же книги, лишенная исторической и научной информации, которая могла бы сопровождать ее обнаружение археологом, если не кучка пыли в витрине техасского или еще какого-нибудь коллекционера?

На расстоянии тысячи километров и три века спустя обычай использования глины для письма уже вышел из употребления. Душа другой библиотеки, на этот раз действительно превратившейся в дым, иногда вечерами витает над террасами дворцов Дария I и Ксеркса в Персеполисе. Один из их темных залов носил имя «оплота текстов»; говорят, что там хранились выгравированные на свинце и олове архивы ахеменидских царей. Кроме того, в зале № 33 здания, которое, по преданию, занимало казначейство, под метровым слоем осколков и обломков кедрового каркаса обгоревшей кровли археологи обнаружили слой толщиной от 45 до 75 сантиметров, состоящий из грубо сделанных круглых бляшек с печатями и изображениями лиц: это были ярлыки. При их изготовлении горсть сырой глины обжимали ладонью на шнурке, обвязанном вокруг ценного предмета. После этого на глине ставили печатью клеймо царя-владельца. От жестокого пожара, опустошившего эти места, это все запеклось, и предметы, помеченные этими ярлыками — согласно Джорджу Кэмерону, это были свитки с текстами, — исчезли. А предполагается, что там должны были находиться единственные две уникальные рукописи жреца Зороастра, «книга книг Персии». Легенда — не сколько преувеличивая — утверждает, что в этом экземпляре содержалось двадцать раз по сто тысяч строк, написанных золотыми буквами на пяти тысячах двухстах коровьих кожах, и добавляет, что он избежал пожара, чтобы быть сожженным в Александрии почти три века спустя. Но такая отсрочка гибели должна была оставить следы. Как и в беотийских Фивах и в Тире, это плачевное бедствие было организовано по приказу Александра Македонского в 330 г. до н. э. Но там это был несчастный случай, нашептывает его призрак, тогда как все авторы начиная с Ариана единодушно обвиняют его без возможности обжалования. Решение разрушить дворец в Персеполисе вместе со всем его содержимым так плохо согласуется с образом легендарного завоевателя, что это оставляет место для сомнений, прежде всего среди льстецов.

Заклинания, мечты, расчеты и легенды человечества неотделимы от материала, на котором они написаны. А этот материал с течением времени, без предвидения последствий, меняется в сторону все большей тонкости и легкости. И с каждым изменением он становится более уязвимым.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг:

Могла ли нам помочь Женевская конвенция?

Из книги Великая оболганная война автора Пыхалов Игорь Васильевич

Могла ли нам помочь Женевская конвенция? Как я уже говорил в главе, посвящённой Ленинградской блокаде, Великая Отечественная война не была обычной войной. На состоявшемся 30 марта 1941 года совещании руководящего состава вермахта Гитлер ясно и недвусмысленно заявил: «Речь


Говорящая глина

Из книги Письмо шло пять тысячелетий [илл. Лев Хайлов] автора Кублицкий Георгий Иванович

Говорящая глина Тут нарисовано что-то похожее на кусок мыла. Только исчерченный какими-то клинышками.Это письмо. Оно слеплено из глины. А клинышки — вместо привычных нам букв. Они продавлены на влажной глине трёхгранной тонкой палочкой из тростника. Клинышки разные, есть


«Не говорить, не вспоминать…»

Из книги Москва подземная автора Бурлак Вадим Николаевич

«Не говорить, не вспоминать…» Если верить преданию, существовала какая-то загадочная связь между Иваном Грозным и Кудеяром. Они встречались тайком в Первопрестольной, пока знаменитый атаман не ушел из подмосковных лесов на Волгу, а затем на Дон.Несколько раз Иван


Где могла развиться водная обезьяна?

Из книги Запретная археология автора Бейджент Майкл

Где могла развиться водная обезьяна? Где же могла быть эта водная среда? Существует много теорий африканского происхождения. И именно в Африке, согласно ортодоксальной теории, обнаружены древнейшие следы человека. Однако представляется, что мы не могли развиться в


Ифе и Бенин. Бронза и глина

Из книги 7 и 37 чудес автора Можейко Игорь

Ифе и Бенин. Бронза и глина Конец прошлого века – период окончательного раздела Африки между европейскими державами. Спеша, сталкиваясь лбами, замирая на новых границах империй при виде пушек конкурентов и разражаясь в газетных статьях «благородным» негодованием в


Зачем говорить, если не о чем говорить?

Из книги История одной случайности [или происхождение человека] автора Вишняцкий Леонид Борисович

Зачем говорить, если не о чем говорить? Наличие «теории чужого сознания» является необходимым условием языкового общения. Ведь разговаривая с кем-то или, например, обмениваясь жестами, мы, как правило, рассчитываем, воздействовать на мысли и/или поведение собеседника, то


Могла ли Клеопатра носить бриллианты?

Из книги Другая история Средневековья. От древности до Возрождения автора Калюжный Дмитрий Витальевич

Могла ли Клеопатра носить бриллианты? Изобретателями стула, сиденья со спинкой, историки считают древних египтян. Они же, как полагают, придумали подлокотники для кресел своих правителей, сделав, по сути, трон. Много лет спустя древние римляне владели стульями и


11.4. Универсальная ошибка, которая могла привести к хронологическим сдвигам при написании истории древности Пример: Х.III век означало когда-то: Христа III век

Из книги Введение в Новую Хронологию. Какой сейчас век? автора Носовский Глеб Владимирович

11.4. Универсальная ошибка, которая могла привести к хронологическим сдвигам при написании истории древности Пример: Х.III век означало когда-то: Христа III век Сформулируем предложенную А.Т. Фоменко гипотезу, которая может объяснить причину возникновения некоторых


С. Семанов Ось, которая могла бы перевернуть мир…

Из книги Несостоявшаяся ось: Берлин-Москва-Токио автора Молодяков Василий Элинархович

С. Семанов Ось, которая могла бы перевернуть мир… В.Э. Молодяков. Несостоявшаяся ось: Берлин – Москва – Токио. M.: «Вече», 2004.Данная книга, выполненная на высочайшем уровне современных научных требований, посвящена вопросам геополитики. В знаменитом словаре В. И. Даля


Глина и керамика

Из книги Археология. В начале автора Фаган Брайан М.

Глина и керамика Предметы из глины относятся к одним из самых прочных археологических находок, но гончарное дело является сравнительно недавним открытием. С древнейших времен люди использовали шкуры животных, корзины из коры, скорлупу страусиных яиц и дикие тыквы для


«В России проблема могла быть только поставлена… Она не могла быть решена в России» (Роза Люксембург)[14]

Из книги Левые коммунисты в России. 1918-1930-е гг. автора Геббс Ян

«В России проблема могла быть только поставлена… Она не могла быть решена в России» (Роза Люксембург)[14] Контрреволюция, последовавшая во всем мире за великим революционным подъемом 1917–1923 гг., породила миф о большевизме как специфическом продукте российской


О чем говорить, когда не о чем говорить?

Из книги Загадка Розуэлла автора Шуринов Борис

О чем говорить, когда не о чем говорить? Действительно, о чем говорить, если спрашивают о вскрытии, а сказать нечего? Можно о комнате, где все это происходит. И профессор Михач отметил, что комната, где проводилось вскрытие, никак не напоминает настоящего стационарного


ГЛИНА, ЗМЕЯ И КАЛЕНДАРЬ.

Из книги Четвёртый ингредиент автора Брук Михаил

ГЛИНА, ЗМЕЯ И КАЛЕНДАРЬ.         Реки-каналы и каналы-«змеи». Белая, белая смерть. Тень  дерева «сарбату». Секрет «висячих садов». В честь Змеи. Первый календарь. Этикет земледельца.Мотыга и кисть  художника.         Не один Нил ужасал людей картинами первобытного хаоса.


О чем говорить!

Из книги Творцы и памятники автора Яров Ромэн Ефремович

О чем говорить! Рано утром в «Большую Нижегородскую» — гостиницу, где жили Шухов и Бари, — явился посланец из канцелярии министра. Он вошел в роскошный — с лепными карнизами и нимфами на потолке — номер Бари, не присаживаясь ни в одно из обитых бархатом и плюшем кресел,