11. Огнестойкое знание

11. Огнестойкое знание

Трудно совершить что-нибудь великое, если просто сидишь и спокойно читаешь книги.

Олдос Хаксли

Библиотеки американских университетов избавляются от книг, чтобы меньше покупать, предпочитая тратить бюджетные деньги на электронику. Вот вам одно из последствий: «At Colorado College Special Collections, we call the small books «Small». They used to be called «Octavo», for reasons still not clear to me».

Что означает: «В отделе специальных собраний Колорадского колледжа мы называем маленькие книги «малышами». Раньше их называли «in-octavo», по причинам, которые мне пока не до конца ясны». Особа, так простодушно задающаяся этим вопросом в Интернете в 2002 г., хранитель и дипломированный архивист. Неужели самой уместной скоро будет выглядеть библиотека без прошлого?

Собрание виртуальных, то есть дематериализованных и видимых на терминале компьютера до распечатки, книг, кажется, стократно подтверждает головокружительные перспективы собрания печатных собратьев, например «Я утверждаю, что Библиотека нескончаема» Борхеса. Чтобы было легче лететь навстречу дивной бесконечности, в которой книга больше не одинока — вместе с ней кружатся в танце карты, планы, картинки и музыка, — она питается всем тем, что существовало до нее, поглощая все больше текстов: «Галлика» во Франции скоро будет иметь на своем счету 100 000 наименований, «Проект Гуттенберга» в Англии — 6267 книг на конец 2002 г., так же богата Американская мемориальная библиотека (Библиотека Конгресса), не говоря уж о «Библиотека универсалис» (Ассоциация Национальных библиотек самых богатых стран мира) и «Габриэль» (объединение Национальных библиотек Европы).

Само собой разумеется, что бесплатным является чтение только на общественном домене, однако, поскольку разграничение определено недостаточно четко, маленькие мышки легко добираются до сыра. Многие студенты поют осанну франкофонии, позволяющей им загружать самые свежие исследования на университетские сайты на краю света.

Вторым источником обогащения гигантской развивающейся библиотеки становятся тексты, звуки, картинки, ежесекундно в великом множестве выходящие из-под пальцев пользователей, опытных профессионалов и любителей; зародившись в отдаленных закоулках (впрочем, закоулков больше нет — глобализация!) планетарного мозга, они тут же легко и радостно сливаются воедино, и ни тебе самокритики, ни болтовни об авторском праве. Упоение «электронным ресурсом» — так назвали будущую библиотеку — происходит от того, что, дав команду «выложить» и привычно щелкнув клавишей, получаешь все, чем этот самый «ресурс» богат. Киберкаталог, безусловно, заменит большинству людей дорогущую традиционную библиотеку — и гораздо скорее, чем предполагалось. Но будет ли замещение полным? Интернет подобен расширяющейся галактике, он — не поддающееся количественному определению будущее. Профессионал, который каждый день, как шахтер с онемевшими от тяжести кирки пальцами, ищет сокровища, воспринимает Сеть со всеми ее заморочками, плагиатом, шелухой «сменивших окрас» сайтов как проявление головокружительной глупости и вульгарности. Сам по себе этот факт совершенно не важен, поскольку за одну человеческую жизнь невозможно переварить даже ту серьезную научную информацию, на долю которой приходится всего пять процентов общего объема, но он доказывает, что новая графическая галактика не перекрывает старую добрую энциклопедически универсальную библиотеку, где можно найти применение даже самым пустым изданиям.

Проблема, связанная с вводом астрономического количества документов в запоминающее устройство, будет решена. Может быть. И стоить это будет невероятно дорого: себестоимость вряд ли снизится, поскольку для работы с «бумажными носителями» необходимы специалисты экстра-класса. Немедленно возникает проблема точности копирования. Очень часто данные переносятся на электронные носители с микрофильмов: стоит это дорого, а результат оставляет желать лучшего, хотя ни одно слово не пропадает. А вот если человек хочет поработать с текстом, например сделать выписки, необходимо устройство распознавания букв, иначе трудно поручиться за точность цитирования. Конечно, можно нанять корректора, и он проведет постраничное сравнение копии с оригиналом: путаница всегда обходится дороже. Когда Национальная библиотека Франции в 1992 г. приступила к оцифровыванию, было решено, что на первом этапе, за три года, будут обработаны 100000 томов, то есть тридцать миллионов страниц. Однако к 1998 г. удалось проделать всего 80 % работы. Страница стоит около 0,12 евро с бумажного носителя, 0,20 — с микроформа и в 10–20 раз дороже в текстовом режиме, единственном удобном для пользователя. 350-страничная книга обходится в среднем в 42–70 евро до выкладки в Сеть, и это не считая транспортных расходов, сортировки и отдельной записи на диск; не известно, во что обходится постоянное присутствие в Сети. Даже если предположить, что хранители — во всяком случае, те, кто работает сегодня, — не станут возражать против машинного обрезания корешков книг и порчи переплетов, НБФ понадобится миллиард евро только для того, чтобы ее богатства можно было прочесть на расстоянии, и услуга эта, само собой разумеется (хотя ни в одной стране об этом не принято говорить вслух!), будет платной. Впрочем, хотя бы проблемы с авторскими правами отпадут.

То, что произошло потом, в истории уже бывало. Афинский тиран Писистрат (560–527 до н. э.) объявил, что будет покупать стихотворные сочинения Гомера и платить за них построчно. Легко себе представить, как много их внезапно обнаружилось. Грамматисты Аристарх и Зенод попытались улучшить хранившиеся в Александрии древние тексты, используя всю мощь филологической науки, как они ее понимали. «Они взяли «Илиаду», — пишет Евстафий, — и исправили ее по своему вкусу, а поскольку она была длинна и скучновата для чтения, разделили ее на множество частей». Еще Демокрит осознал необходимость составить гомеровский глоссарий редких и старинных слов, чтобы облегчить чтение. Тимон вовсе не иронизировал, ответив на вопрос, можно ли найти достойную доверия версию Гомера, датируемую III в. до Рождества Христова: «Можно, если найдешь один из давних, не исправленных ныне списков».

Возможно, превращение совокупности знаний в воздушный поток есть не более чем перевоплощение средств коммуникации. Письменные источники пережили массу перипетий, и не всегда безобидных. Так случилось, когда на смену свитку пришла рукописная книга. Расчленение документа на прямоугольники одинакового размера позволяет с легкостью их перелистывать: идею подсказали двойные восковые таблички с текстом.

Вначале новая книга была олицетворением тайны: христиане ценили ее, так сказать, за плоскую форму (толстый свиток под туникой не спрячешь!). Когда в 306 г., при императоре Константине, христианство стало государственной религией, рукописная книга перестала быть редкостью: в IV в. на смену папирусу приходит кожа, сделанные из этого материала страницы больше по размеру и прочнее. Тут и началась настоящая «чистка» (хотя никто, конечно, так ее не называл!): скопировано было далеко не все. Несколькими столетиями раньше так поступили в Александрии. История повторилась в XVIII в. в Китае, а в 1934 г. Эмиль Гаспардон, составлявший аннамитскую библиографию, написал: «Безжалостная рукописная традиция, вдохновляясь безграничным конфуцианством, постоянно ухудшала чудом уцелевшие книги». В помете «Больше не существует» — Гаспардон делает ее о каждой пятой книге — звучат уныние и печаль. Пекинские и римские пуристы «наводили порядок» на страницах книг, руководствуясь не только филологическими, конфессиональными и политическими мотивами, но в первую очередь — материалом. Чисто теоретически свиток папируса в длину мог быть бесконечным, для книги же листы требовалось обрезать с четырех сторон. Это объясняет, почему при перенесении с «носителя» на «носитель» потерялась большая часть античных иллюстраций: переписчик — не миниатюрист. Пострадал и объем, ограниченный двумя, максимум — четырьмя колонками. Тексты «подрезались», появлялись сжатые версии. Мы склонны предполагать, что одна из граней жизни в эпоху Античности была перетолкована — из лучших побуждений, чтобы сделать ее понятнее для окружающих. «Повезло лишь тем произведениям, которые в IV и V вв. считались не устаревшими и потому достойными прочтения: их переписали, и они выжили… Наш собственный культурный горизонт определялся тем, насколько широк или узок был вкус эпохи». Кроме того, слабость западных империй и вторжение мусульман прервали спасательную операцию: пришлось ждать Возрождения, чтобы восстановить то, что уцелело от эпохи Античности.

Главный, если не единственный, наряду с гипертекстом, козырь Интернета заключается в непрерывном режиме выкладывания информации. Первыми это оценили газетчики: они так широко внедрились в Сеть, что конкурируют сами с собой, готовя собственное исчезновение и наживаясь на рекламе и предоставлении услуг разного рода: торгуют всяким хламом, начиная с архивных статей (к счастью, до этого опускаются не все!) и кончая театральными билетами. Такую же ретивость должны проявить профессиональные сайты, связанные с культурой и информацией. Бог с ними, с многочисленными органами, организациями, управлениями и департаментами и их тяжеловесным электронным имиджем, но такие источники информации, как энциклопедии всеобщих знаний, должны находиться на острие прогресса. Двадцативосьми- или тридцатидвухтомные энциклопедии при печатании или записи на сидиром, естественно, сокращаются, но информация, за которую пользователь платит, должна постоянно обновляться и уточняться. Увы, так бывает далеко не всегда: Организация исламской конференции (ООН мусульманских стран) объединяет 57, а не 45 государств: онлайновая статья в «Британике» устарела в 1984 г. Французская «Универсалис» просто-напросто «вывалила» на сайт весь объем бумажного издания, не подумав о том, что экран высветит все огрехи: устаревшие данные, предвзятые мнения, пустые фразы, тенденциозные комментарии (например, о пожаре, уничтожившем Лионскую библиотеку). Постоянное профессиональное обновление могло бы освежить все это, несмотря на открывающийся простор для дезинформации.

Если ошибки свойственны подобному предприятию, что уж говорить о других промышленниках, умеющих общаться с акционерами, но не производить и не делиться знаниями? Допустимо, хоть и не слишком красиво, покупать уважаемых издателей словарей, энциклопедий, справочных изданий, чтобы удесятерить их прибыль, но мы можем спросить себя, будет ли сохранена научная строгость и точность в оцифрованных изданиях, наполнятся ли они новым содержанием, или мы придем к интеллектуальному упрощению через сокращение параграфов, фраз и слов. Кончится все тем, что, как делал некогда Фотий людям, у которых нет ни времени, ни возможности прочесть и понять книгу, будут предлагать ее краткое изложение. Луи-Себастьен Мерсье описал, как это будет делаться и к чему приведет в XXV в. Уинстон в романе «1984» подгоняет прошлые предвидения Большого Брата под имеющиеся результаты. До чего легко будет изменить смысл и значение некоторых исторических событий, когда комментарий или резюме заменят то, что называлось документом, как ловко можно будет искажать факты. Значение слова «дигитализация», все чаще заменяющего во французских СМИ термин «оцифровывание», более чем красноречивое тому подтверждение: капельное вливание ядовитой вытяжки из растения под названием дигиталис (наперстянка).

Компьютерный язык подпитывается, по сути дела, собственным невежеством. Все происходит так, как будто неосознанные искажения и неточности помогают господствовать на завоеванной территории. Икона разорвала свои связи с Россией, термин «виртуальный» заменил прилагательное «нематериальный», а ведь прежде был простым синонимом слова «потенциальный». Смысл некоторых — самых банальных — текстов нашего времени читателям послезавтрашнего дня понять будет куда сложнее, чем нам. Работы лексикографам хватит, если только они не решат «отменить» первоначальные значения.

Три или четыре неосязаемых информконгломерата в скором времени поделят между собой права на все основные труды по образованию и развлечениям, а добрые старые каменные мастодонты будут поставлять материалы для передовых исследований. Забудем о противоречивых высказываниях, дубовом языке и чудовищно медлительном формате PDF некоторых поставщиков, из-за которого читатель успевает выпить кофе в перерыве между прочтением двух страниц оцифрованной пятисотстраничной книги: все эти недостатки будут вскоре устранены, уже изобретен ebook. В 2000 г. мир восторгался цифровым редактированием и считыванием, но теперь от Интернета несет падалью, в Сети витает печаль из-за разорванных связей и закрывшихся магазинчиков. Это доказывает, что весь мир может ошибаться, особенно если к ошибке его подталкивают такие монстры, как «Microsoft» и «Adobe Systems». Впрочем, кое-кто все еще трепыхается: активность двух-трех издателей, выпускавших техническую документацию для сотрудников финансовых органов или хирургов-стоматологов, а паче того — исследования об НЛО для уфологов и «подлинные» катрены Нострадамуса для его почитателей, что подтверждает естественную тенденцию к загниванию самой идеи, которая была интересна только на бумаге. Предлагаем вернуться к проблеме лет этак через двадцать: время все расставит по местам.

Выкладывание едва ли не всей совокупности книжных собраний в Сеть выглядит единственной задачей будущего — так, во всяком случае, думают англичане. Сегодняшняя Британская библиотека жаждет превратить свинец прошлого в золото будущего благодаря введению нового ключевого поста: шефа по маркетингу. Управляя командой из сотни человек, он должен создавать имидж современного продукта и делать рекламу, чтобы ускорить доступ к виртуальным фондам максимальному числу пользователей во всем мире. Встретить будущее «с открытым забралом» можно, только приняв ряд радикальных решений: книги и газеты «дематериализуются» вагонетками, a IBM готовится получить десятки миллионов столь же нематериальных фунтов стерлингов.

Архитектурная сдержанность новой Британской библиотеки предвещает, что работать в читальных залах с верхним светом, замечательными, хоть и не дизайнерскими стульями-креслами и компетентными сотрудниками будет очень комфортно и спокойно. Национальные библиотеки всех стран будут открыты (по предварительной записи, поскольку только компьютерщиков может быть тьма, а на выдаче в зале всегда стоит один человек) для тех, кто интересуется какой-то узкой областью той или иной науки или пытается разгадать секрет текста, который сочли недостаточно интересным для «распыления» по миру, а также для всех тех, кто мечтает прикоснуться к старым книгам, перелистать их страницы, вдохнуть аромат бумаги. Это будут, скажем так, бумажные библиотеки.

Как показывает судьба мелкой торговли во всем мире, выживут и будут процветать только специализированные учреждения; исчезнет «посредник», который сейчас удовлетворяет — и самым достойным образом — нужды и вкусы «широкой публики». Франция как никто умеет пользоваться своим языком: муниципальные библиотеки теперь называются «медиатеками», а ведь корень «медиа» или «медио» говорит об усредненном предназначении.

Легко предсказать, у которого из двух читателей — книжного «пешехода» или того, кто пополняет свою библиотеку, как и свою кредитную карту, не вставая с дивана, — еще может вспыхнуть искра. Но разумеется, другая литература не замедлит появиться на свет: она покажется новой, хотя на самом деле будет всего лишь перекодированной.

Печатные книги исчезнут в силу всеобщей десубстанциализации торговли: наличных денег скоро не станет вовсе. Газеты уже начинают исчезать. В 2100 г. студентам будут рассказывать — если кого-то это заинтересует! — о чудовищном процессе сведения леса, сначала в Морване[98], потом в Амазонии (только представьте, как прекрасны были эти места, когда там росли деревья!), о том, как суперсовременные заводы отравляли атмосферу диоксином ради производства бумаги, состоящей больше из клея и мела, чем из бумажной массы, о типографиях, откуда тонны книг отправляли на склады, а оттуда — к оптовикам, которые рассылали новинки в книжные лавки, каковая, в свою очередь, могла сделать возврат либо переадресовать книги в другой магазин, где их кто-то покупал, а если не покупал, они шли под нож. Быть того не может! Все эти заморочки из-за десяти — ну ладно, из-за тридцати! — монет?! Молодые люди недоверчиво хихикают. Они конспектируют лекцию в «голосовом режиме», загружают на гибкий диск в непрерывном режиме все произведения мировой литературы вперемежку с музыкой, фильмами, ощущениями, запахами и звуками, холодом и жаром. Иногда какой-нибудь отщепенец обращается к печатному тексту, но очень быстро отказывается от своей затеи. К чему расшифровывать бесчисленные значки, которые когда-то называли буквами, если от попытки понять, какое отношение они имеют к идеям и фактам, начинает болеть голова?

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг:

Знание – сила

Из книги «Русские идут!» [Почему боятся России?] автора Вершинин Лев Рэмович

Знание – сила С течением времени те, кому выпало стать «береговыми» ака «поморами» присвоили себе более почетный (хотя никаких выгод не приносящий) статус, нежели пастухи-оленеводы. Плавать, правда, так и не научились (вода считалась обителью злых духов), но стали


Знание языков

Из книги Молотов. Полудержавный властелин автора Чуев Феликс Иванович

Знание языков Молотов говорит, что не знает иностранных языков. Однако, читает Мопассана по-французски, Каутского — по-немецки… Я помню из детства, что в газетах писали, как он в ООН поправил переводчика, неточно переведшего с английского.Сказал, что языки учил в


Знание — сила

Из книги Третий Проект. Том II "Точка перехода" автора Калашников Максим

Знание — сила Пора ответить еще на один вопрос. Что же стало катализатором для рождения Минус-цивилизации?Мы долго размышляли над этим. И пришли к неожиданной гипотезе Таким спусковым крючком процесса сплочения групп «трофейщиков» и неокочевников в одну


Знание без познания

Из книги Обитаемый остров Земля [с большими иллюстрациями] автора Скляров Андрей Юрьевич

Знание без познания Однако одной лишь необходимостью для группы представителей инопланетной цивилизации обеспечить себя достаточным количеством продуктов объясняется хоть и значительная часть поступков богов, но далеко не вся их деятельность в отношении


2 Знание

Из книги Люди средневековья автора Фоссье Робер

2 Знание Если читатель следовал за мной до сих пор, то, наверное, успел заметить, как часто я обращаюсь к миру животных, к которому я причисляю и человека, считая его одним из наиболее одаренных из них; возможно, подобные рассуждения вызвали у него раздражение. Однако нельзя


Полезное знание

Из книги Турция. Книга странствий автора Мейер М. С.

Полезное знание Немного статистики – Турция занимает площадь 779 452 000 кв. км.– По численности населения Турция находится на 16-м месте в мире – 62 610 252 чел.– В сельской местности проживает около 40 % населения.– ВНП на душу населения – 3048 $.– Государственный язык –


ЗНАНИЕ И ДЕЛО

Из книги Великая ложь нашего времени автора Победоносцев Константин Петрович

ЗНАНИЕ И ДЕЛО того времени, как проснулась и пришла в движение мысль в нашем обществе, стали нам твердить на все лады о необходимости знания; столько твердили, что самое понятие о просвещении отождествилось в умах нашей интеллигенции с количеством знаний. Отсюда —


2. ЗНАНИЕ

Из книги Люди средневековья автора Фоссье Робер

2. ЗНАНИЕ Если читатель следовал за мной до сих пор, то, наверное, успел заметить, как часто я обращаюсь к миру животных, к которому я причисляю и человека, считая его одним из наиболее одаренных из них; возможно, подобные рассуждения вызвали у него раздражение. Однако нельзя


28. Монополия на знание

Из книги Сыр и черви. Картина мира одного мельника жившего в XVI веке автора Гинзбург Карло

28. Монополия на знание В высказываниях Меноккио, как в археологическом раскопе, обнаруживаются глубинные культурные слои — столь диковинные, что задача их научного анализа кажется невыполнимой. И в данном случае, в отличие от разобранных прежде, речь идет не столько о