К главе «Восстание и бои в Мешико»

К главе «Восстание и бои в Мешико»

1 Эрнан Кортес во втором письме-реляции (от 30 октября 1520 г.) императору Карлу V сообщает: «Мой посланец вернулся оттуда [(из Мешико)] через двенадцать дней и принес мне письма от алькальда [Педро де Альварадо], оставленного там, в которых он мне сообщал, что индейцы атаковали крепость [(дворцовый комплекс Ашаякатля)] со всех сторон, подожгли ее во многих местах и сделали подкопы, и что испанцы там находятся в большой опасности и были бы уже все перебиты, если бы упомянутый Мотекусома не приказал прекратить сражение; и еще, что они все равно окружены, поскольку хотя индейцы не атакуют, но и никто из них и на два шага не отошел от крепости. И что за время этой осады они израсходовали большую часть продовольствия, оставленного мной, и что были сожжены те четыре бригантины, которые я там построил, и что они находятся в крайне тяжелом положении, и просят, ради любви к Богу, быстрей, как только можно, оказать им помощь».

2 Вот несколько сообщений современников конкисты об этих событиях. Бернардино де Саагун во «Всеобщей истории Новой Испании» сообщает: «(Книга XII, глава XIX, версия текста на языке науа) Тут сообщается, как испанцы расправились с мешиками, справляющими праздник Уицилопочтпи. И это произошло неожиданно и в отсутствии их предводителя [Кортеса], в то время отбывшего на побережье из-за прибытия Панфило де Нарваэса. Затем ходатайствовали мешики о празднике Уицилопочтли [(Праздник Тошкатль, проходивший ежегодно в конце мая — один из самых значительных праздников у мешиков)]. И испанец [Педро де Альварадо] захотел увидеть праздник, хотел удивляться и смотреть, каким образом его празднуют. Затем, согласно порядку Мотекусомы, некоторые мешики подошли к дому Вождя [(casa del Jefe)] и передали эту просьбу. И когда получено было разрешение оттуда, где был заключен Мотекусома, тотчас женщины, постившиеся в течении года, начали молоть семена мака, а делалось это в патио [(внутреннем дворе)] Храма. И вышли многие испанцы со своим оружием. Они приготовились, они готовы к бою. Они идут все вместе и останавливаются все вместе, обходят [(стену главной храмовой площади Мешико)], двигаясь друг за другом, двигаются туда, где мололи. А поскольку их увидели, они расположились у большого Королевского Дворца [(нового дворцового комплекса Мотекусомы II)], так как поняли, что уже в это время может распространиться слух, что они задумали убийство людей, выходящих [с праздника] мужчин. А перед наступлением праздника Тошкатль, вечером, приготовили статую в виде человека, фигуру Уицилопочтли в человеческом облике, во всем похожую на человека. Эту человеческую фигуру сделали из смолотого зерна, смешанного со смолотыми семенами мака, уложив это на каркас из прутьев, скрепленных — проколотых острыми концами шипов, чтобы держались крепче. Когда уже была вылеплена эта фигура, ее украсили перьями, сделали лицо, присущее ему [(Уицилопочтли)], раскрасили как положено полосами поперек лица, около носа и раскрасили вокруг глаз. Покрыли его уши мозаикой из бирюзы в форме змей, и с его ушей с бирюзой свисало по кольцу с шипами. Из золота были пальцы его стопы, так искусно сделанные, как настоящие пальцы стопы. Носовой знак отличия ему сделали из золота со вставленными драгоценными камнями, он был в виде золотой стрелы с инкрустированным драгоценными камнями оперением; также и носовое кольцо висело в его носу, оно было с поперечными полосами и шипами. Изготовив это лицо с полосами поперек него синего цвета и желтого цвета, на его голову поместили магический убор из перьев колибри. Затем также поместили так называемый anecuyotl из перьев в форде цилиндра, но сделав часть верхушки заостренной в виде конуса. Потом приладили к его шее украшение из желтых перьев попугаев; концы перьев свисали уступами, подобно прядям волос на голове мальчиков. И кроме того — накидку в виде листьев крапивы, выкрашенную в черный цвет, на ней было пять пучков хвостовых орлиных перьев. Он был укрыт накидкой до пят, на ней бали изображения черепов и костей. А [спереди] верху виднелась безрукавка, и на ней были изображены оторванные части человеческих тел: там были изображены черепа, уши, сердца, внутренности, торсы, руки, ноги. Его maxtlе [(набедренная повязка маштлатль — maxtlatl)], весьма богато украшенная, была тоже с изображениями оторванных частей тел, ширина ее была одна куарта [(cuarta — пядь, мера длины = 21 см)], а длина — двадцать, она была с бахромой из бумаги, то есть из местной бумаги [(аматль — amatl, из агавы)], окрашенной вертикальными полосами светло-синего цвета. За спиной его было расположено, как ноша, знамя цвета крови. Это знамя цвета крови было из местной бумаги. Оно было красным, как кровь. Он держал кремневый жертвенный нож, который был сделан из бумаги, и местами был также красным, как кровь. Он держал щит, сделанный из тростника, сплетенный из тростника; в четырех местах украшенный пучками хвостовых орлиных перьев, украшенный этими хвостовыми перьями; это называлось «tehuehuelli». И привесь щита также была окрашена цветом крови, как и знамя за спиной. И было четыре соединенных стрелы за щитом. Лента в виде браслета была на каждой его руке, ленты из шкуры койота, и с них свисали нарезанные кусочки бумаги. После тоге, как начался рассвет праздничного дня, очень рано утром, открыли лицо [идола Уицилопочтли] те, кто дал обет совершить это. Они расположились цепочкой перед идолом и начали воздавать хвалу… И вот уже вознесли его, поставили на пирамиду. И все мужчины, все молодые воины радостно готовились провести праздник… И когда все собрались, праздник начался, и открылся он пением и танцем змеи… И те, кто постился одну двадцатидневку, и те, кто постился год, двигались во главе процессии… те, кто постился год, были особенно уважаемы и получали почетный и особенный титул «братья Уицилопочтли»… (Глава XX)… между тем мешики радостно празднуют, они уже танцуют, уже поют, уже одна песня следует за другой, и песни сменяют друг друга как волны, и в этот самый момент испанцы решили убить этих людей. Они были здесь рядом, все со своим вооружением. Они перекрывают все входы и выходы: Ворота Орлов, и у маленького дворца, и у Акатльийакапана [(«Участок ристалищ с тростниковыми копьями»)], у Тескакоака [(«Зеркал Змеи»)]. И после того, как они перекрыли все входы, заняв их, уже никто не мог покинуть [главную храмовую площадь]. Сделав это, они тут же вступают в Священное Патио [(Patio Sagrado — главную храмовую площадь Мешико)] для убийства людей. Идут пешком, несут свои деревянные щиты, а некоторые из металла, и свои мечи. Они тут же окружают тех, кто танцует, бросаются к месту, где бьют в атабали [(небольшие барабаны)], накидываются с мечами на того, кто играл на них, и отрубают ему обе руки, тут же обезглавливают его, и далеко откатывается его голова. И в этот момент все [конкистадоры] начинают колоть и рубить людей. Они отрубают им руки и головы, пронзают мечами, копьями всякого, кто попадается им на пути, рассекая одним головы, других раня в руки, плечи, животы и во всякие другие места; они учиняют невиданную резню. Некоторые мешики пытаются спастись бегством, но у выходов их ранят и убивают. Другие стараются взобраться на стены, но не могут спастись; иные прячутся в храмовые постройки. Некоторые прячутся на земле, среди убитых и притворяются мертвыми, дабы избежать страшной участи. Те, кто притворился мертвым, спаслись, а если кто шевелился или вставал на ноги, его тут же закалывали. И кровь воинов-мешиков лилась ручьями, текла повсюду, как вода во время сильного дождя, образуя лужи; и тошнотворный запах крови и распоротых внутренностей стоял в воздухе. А испанцы рыскали по [храмовым] постройкам, своим оружием протыкая занавеси, если им казалось, что там кто-либо скрывается, и если находили, то убивали. И когда они обыскивали постройки, они одновременно и грабили. И когда это произошло, раздался клич: «Военачальники, мешики… поспешите сюда! Идите со всем вооружением: своими воинскими знаками, щитами, копьями! Скорее бегите сюда, мертвыми лежат наши военачальники, мертвыми лежат наши воины!.. Они умерщвлены, о военачальники мешиков». После этого послышался шум, поднялись крики, кричали люди, ударяли себя по губам. И тут же собрались все военачальники, вызвали воинов, которые прибыли со своими копьями, со своими щитами. После этого началась битва, они метали свои дротики, стрелы и еще метательные копья и гарпуны, которыми охотятся на птиц, свои неистовые дротики и быстрые копья, которые как желтый тростниковый покров над испанцами находились… (Глава XXI)… Загнав испанцев в королевские постройки [(дворцовый комплекс Ашаякатля)], они сражались с ними на протяжении 7 дней и держали в осаде в течение 23 дней. За эти дни были расширены и углублены каналы, стены которых стали более отвесными; повсюду переправа через каналы затруднилась… На улицах возводились баррикады… и повсюду проходить по городу стало труднее…» А вот что сообщает Диего Дуран в «Истории индейцев Новой Испании и островов у материка»: «Когда наступил упомянутый праздник, индейцы, не подозревая ничего плохого, явились ублажить своего бога [Уицилопочтли] и показать величие Мешико… Там собралось для хороводов и танцев 8 000 или 10 000 знатных мужей, все люди известные и благородной крови… Тогда Педро де Альварадо приказал поставить к четырем входам во двор [(главную храмовую площадь Мешико)] 40 солдат, по 10 к каждому входу, чтобы через ворота никто не мог выйти, и приказал 10 другим подойти к тем [мешикам], которые били в атабали, туда, где как ему казалось, находились наиболее знатные персоны, и убить бивших в атабали, а затем и всех остальных. И эти «апостолы святой веры» или, лучше сказать «последователи дьявола', не медля ни минуты, исполнили приказ. Они вошли в толпу этих несчастных, почти обнаженных, только в накидках из хлопчатобумажной ткани, не имевших в руках ничего, кроме роз и перьев, с которыми они танцевали, и перерезали всех кинжалами». Бартоломе де Лас Касас утверждает, что конкистадоры во главе с Педро де Альварадо убили на этом празднике 2 000 мешиков. Согласно Хуану Альваресу, конкистадору, находившемуся в то время в Мешико с Педро де Адьварадо, когда последний вернулся во дворец Ашаякатля после резни, устроенной на празднике мешиков, он начал распрашивать Альварадо и получил такой ответ: «Слава Богу, мы накрыли этих мерзавцев. Они хотели на нас напасть, но мы их опередили. Среди мошенников выигрывает тот, кто ударит первым». И последнее. О желании Альварадо захватить роскошные драгоценности мешиков — участников этого праздника, на это указывают Франсиско Лопес де Гомара, Сервантес де Саласар и другие. А в уже упоминавшемся (в прим. 1 к главе «ПЛЕНЕНИЕ МОТЕКУСОМЫ») судебном деле Педро де Альварадо говорится: «…В то время, когда прибыли испанцы в этот город Мешико, чтобы его завоевать и пленить Мотекусому, упомянутый Педро де Альварадо присвоил и награбил большое количество золота, жемчуга, драгоценных камней, одежды, какао и украшений… и все это не стал делить с товарищами, как следовало делать по обычаю и закону войны… и забрал себе все, не дав никому ничего и не уплатив пятую часть добычи Вашему Величеству…»

3 … в день, Сеньора Сан Хуана … — 24 июня 1520 г. по старому стилю, а по новому — 4 июля 1520 г. (см. прим. 39 к главе «ЭКСПЕДИЦИЯ В ТАБАСКО»). Вот что рассказывает Бернардино де Саагун о возвращении Кортеса в Мешико во «Всеобщей истории Новой Испании»: «(Книга XII, глава XXII) И договорились между собой мешики, что не станут препятствовать им [(возвращающемуся в Мешико Кортесу)], а сами спрячутся, укроются так, точно смерть встала над землей. Никто не промолвил ни слова, все внимательно наблюдали за ними через щели в закрытых дверях и бойницы в стенах. И если бы испанцы видели, как много [в Мешико] собралось воинов, они догадались бы, что мешики нападут на них». Когда Кортес вступил в дворцовый комплекс Ашаякатля, блокада продолжалась, но мешики не атаковали.

4 По некоторым источникам, эти башни сконструировал сам Кортес. Следует упомянуть, что до этого Кортес отличился в одной из вылазок. Так, согласно Антонио де Эррере-и-Тордесильясу, после одной из контратак, когда конкистадоры отступали в свой лагерь, Кортес увидел в одном из переулков своего друга Андреса де Дуэро, окруженного множеством мешиков. Стащенный с коня Дуэро яростно защищался латой. Не раздумывая, Кортес на своем боевом коне наскочил, разогнал мешиков, отбил у них скакуна Дуэро, подсадил своего друга в седло, и они пробились к своим. И этот поступок, по словам Эрреры, сам Кортес считал самым ярким подвигом своей жизни и очень гордился им. А вот что говорит об осаде мешиками лагеря конкистадоров Бернардино де Саагун во «Всеобщей истории Новой Испании»: «(Книга XII) И пронесся боевой клич мешиков… Камни, дротики и стрелы градом падали на головы испанцев. А испанцы отвечали выстрелами из арбалетов и залпами пушек; много народу погибло от их стрел и ядер. Арбалетчики хорошо прицеливались и метко направляли стрелы в тех, кого хотели поразить. И горестно было слышать, как пронзительно свистели их стрелы. И стрелы никогда не миновали цели, многих поразили они… И аркебузы, и пушки были направлены точно на людей и убивали их».

5 Эрнан Кортес об этом эпизоде в своих письмах-реляциях Карлу V не сообщает. Кортес прекрасно знал, что взятие главного храма у мешиков и других индейских народов обозначало победу над врагом и его подчинение, поэтому и атаковал главный храм Мешико. Вот что об этом бое сообщает Бернардино де Саагун во «Всеобщей истории Новой Испании»: (Книга XII) После четырех дней боев собрались вместе самые отважные, самые искусные воины. И вот все те, кто был особо опытен в военных делах, поднялись на вершину [пирамиды главного] храма [(Мешико-Теночтитлана — бога войны Уицилопочтли)]. Они втащили туда два бревна и множество стволов дуба, который считается божьим деревом, а втащили они их затем, чтобы обрушить сверху на испанцев… Видя это испанцы сразу же стали подниматься на вершину [пирамиды главного] храма… Один за другим, один за другим. Солдаты с аркебузами шли впереди, поднимались они очень медленно, стреляя по команде из своих аркебуз. За ними шли арбалетчики, те, кто пускал стрелы; потом шли те, кто был вооружен мечами и щитами, а затем вооруженные алебардами. Тщетно оборонялись касики, сбрасывая сверху дубовые стволы на испанцев — те подставляли щиты и отбрасывали их… А достигнув вершины [пирамиды] храма, конкистадоры начали убивать людей там… Касики прыгали на опоясывающие нижние террасы [пирамиды] храма, спускались, как черные муравьи, а испанцы сбрасывали вниз всех касиков, которые взобрались туда. Все были сброшены вниз, ни одному не удалось спастись». Взятие главного храма не дало ожидаемого результата. Кортес приказал своим сделать вылазку ночью; под покровом темноты конкистадоры подожгли около трехсот домов, расположенных около лагеря испанцев; в огне погибли сотни жителей Мешико-Теночтитлана.

6 Приведем и другие свидетельства о смерти Мотекусомы II. Сам Эрнан Кортес во втором письме-реляции императору Карлу V так сообщает об этом: «И упомянутый Мотекусома, который все еще находился в плену вместе с сыном и другими многими сеньорами… сказал, что хочет выйти на плоскую крышу крепости [(дворцового комплекса Ашаякатля — лагеря конкистадоров)] и поговорить с предводителями этих людей [(мешиков)], предложив им прекратить войну. Я приказал его вывести, и, выйдя на площадку, которая выступала за пределы крепости, и обратившись к людям, которые там сражались, он получил от них удар камнем по голове такой сильный, что через три дня умер». А бывший там солдат Кортеса, впоследствии ставший монахом, Франсиско де Агиляр в «Кратком сообщении о завоевании Новой Испании» рассказывает, что некоторые индейцы, штурмовавшие дворцовый комплекс Ашаякатля, не были мешиками и не узнали Мотекусому II, прикрытого щитом, и лишь щит был немного убран, чтобы он мог обратиться к индейцам, как один круглый камень попал ему в лоб; «Мотекусома, раненый в голову… в этот вечерний час находился в своих покоях, где присутствовали и другие весьма знатные сеньоры, пленные, как и он. И всех их упомянутый Кортес с согласия своих капитанов приказал убить, не щадя никого». Трупы убитых были выброшены за пределы дворцового комплекса Ашаякатля, где их увидели мешики и с громким плачем погребли согласно своим законам и обычаям. Диего Дуран в своей «Истории индейцев Новой Испании и островов у материка» сообщает, что Кортес заставил Мотекусому II подняться на плоскую крышу дворцового комплекса Ашаякатля и попытаться как-то успокоить мешиков, бой моментально прекратился, но мирного разговора не получилось; в адрес Мотекусомы II посыпались угрозы и ругательства, ведь был уже избран новый верховный правитель; и тут неожиданно один из индейцев сильно бросил камень, попавший Мотекусоме II в лоб; «и хотя Мотекусома был ранен, его жизнь, находилась вне опасности… Другие же говорят, что он был одновременно ранен в ногу стрелой… Когда же оставшиеся в живых испанцы бежали из Мешико [в «Ночь печали»]… пришли мешики во дворец [Ашаякатля] искать Мотекусому, чтобы наказать его, и, бродя в поисках по комнатам, нашли его мертвым с цепью на ногах и пятью ножевыми ранами в груди, и вместе с ним многих своих плененных испанцами сановников и сеньоров, и среди них Какаму [(Какамацина)], всех убитых кинжалами…» Бернардино де Саагун во «Всеобщей истории Новой Испании», ничего не сообщая ни о разговоре на крыше, ни о ранении Мотекусомы II, повествуя со слов своих информаторов-индейцев из Тлателолько, указывает, что конкистадоры убили Мотекусому II и Ицкауцина: «(Книга XII, глава XXIII, версия текста на языке науа) Тут рассказывается, как убив Мотекусому и главного знатного из Тлателолько, испанцы принесли и бросили их тела у ворот строений, в которых они находились. 1. — Через четыре дня после того, как был оставлен храм [Уицилопочтли], испанцы пришли [из дворцового комплекса Ашаякатля] и бросили тела убитых Мотекусомы и Ицкауцина на берегу [канала] с водой в месте, называвшемся Теоайок, там было искусное изображение черепахи из камня; этот камень был очень похож на черепаху. 2. — И когда их увидели, когда узнали, что один из них — Мотекусома, а другой — Ицкауцин, то подняли на руках Мотекусому и отнесли его [к святилищу] в одно место, называвшееся Кополько. Там поместили его на дрова погребального костра, затем поднесли огонь, разожгли огонь. И вот затрещало пламя, разбрасывая искры, и взметнулось ввысь длинными языками. 3. — И тело Мотекусомы пахло горелым мясом, и сгорая, очень плохо воняло [(вероятно, он был убит несколько дней назад)]». Фернандо де Альба Иштлильшочитль в своем труде «Реляции» рассказывает: «(«Тринадцатая реляция, о прибытии испанцев и начале Евангельского Закона, написанная доном Фернандо де Альбой Иштлильшочитлем»)… 28. — …говорят, будто один индеец попал в него [(Мотекусому II)] камнем, и поэтому он и умер, но его вассалы уверяют, что его убили сами испанцы, вонзив ему меч в нижнюю часть тела. 29. — А по прошествии семи дней, после столь великих событий [(начиная со дня возвращения Кортеса в Мешико)], испанцы со своими друзьями — тлашкальцами, уэшоцинками и из прочих народностей — оставили город [Мешико], ухода по дороге [на дамбе], ведущей в Тлакопан, а перед уходом из города они убили короля Какамацина…» Антонио де Солис-и-Рибаденейра в своей «Истории завоевания Мешико» сообщает: «(Книга IV, глава XV).. .[когда раненого Мотекусому II испанцы уговаривали принять католическую веру, то] он давал всегда отрицательный ответ и следовал в том своим страстям — огорчению и гневу. Он не думал ни о чем, лишь об обидах, ему нанесенных испанцами; не говорил ни о чем, лишь о мщении, и впал в полное отчаяние… После чего испустил дух, будучи в совершенном отчаянии». Вполне вероятно, что именно конкистадоры убили Мотекусому II и других, поскольку он уже не мог воздействовать на мешиков и необходимость в нем и других пленниках-заложниках отпала, они стали опасной обузой. Так было с Анакаоной, Куаутемоком, Атауальпой и многими другими индейскими правителями, которых конкистадоры брали в плен, а затем убивали. Суда по всему, Мотекусома II был убит конкистадорами в период с 27 по 30 июня 1520 г. (по старому стилю, а по новому — с 7 по 10 июля 1520 г.). В заключение приведем слова хрониста-индейца из Тлашкалы, Диего Муньоса Камарго, из его «Истории Тлашкалы»: «…умер несчастный Мотекусома, управлявший с такой мудростью и достоинством, что его боялись и почитали более чем кого-либо, равного ему по рождению, и во много раз больше, нежели любого, когда-либо восседавшего на престоле в этом западном мире».

7 То есть тот «великий касик, сеньор Матлацинко, правитель поселения Тула», о котором говорится на стр. 155, 159 (глава «НЕУДАЧНЫЙ ЗАГОВОР. ПРИСЯГА МЕШИКО») и на стр. 163-164 (глава «ЗОЛОТО»); наследником мог быть также и сын Мотекусомы II — Чимальпопока, который также находился в плену у Кортеса.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг:

16.2. Битва за Мешико

Из книги Завоевание Америки Ермаком-Кортесом и мятеж Реформации глазами «древних» греков автора Носовский Глеб Владимирович

16.2. Битва за Мешико Аналогично, одним из главных событий похода Кортеса был захват Мешико-Теночтитлана, ацтекской столицы царства Мешико. В первый раз, не так давно, конкистадоры вошли в нее мирно, по разрешению или даже по приглашению Мотекухсомы. Однако через некоторое


24. Мы утверждаем, что атаман Ермак-Кортес был первоначально похоронен в Мешико, столице Мексики

Из книги Завоевание Америки Ермаком-Кортесом и мятеж Реформации глазами «древних» греков автора Носовский Глеб Владимирович

24. Мы утверждаем, что атаман Ермак-Кортес был первоначально похоронен в Мешико, столице Мексики 24.1. Вокруг захоронения Ермака-Кортеса потом долго шла какая-то закулисная борьба Как мы уже сообщали, по словам романовской версии, «неверные» в конце концов похоронили


Послы из Мешико

Из книги Правдивая история завоевания Новой Испании автора Кастильо Берналь Диас дель

Послы из Мешико В Святой Великий четверг вся армада прибыла в гавань Сан Хуан де Улуа, пилот Аламинос хорошо знал ее, так как там мы были вместе с Хуаном де Грихальвой, затем приказано было встать на якорь севернее в стороне [у материка], где суда были в безопасности, и на


Путь в Мешико

Из книги Правдивая история завоевания Новой Испании автора Кастильо Берналь Диас дель

Путь в Мешико Две недели пробыли мы в Чолуле, которая успокоилась и оживилась, совсем как раньше. Затем мы выступили в Мешико1. Но накануне еще прибыло новое посольство от великого Мотекусомы с обычными подарками тысячи в две песо: высказав свое сожаление за события в


Чудеса Мешико

Из книги Правдивая история завоевания Новой Испании автора Кастильо Берналь Диас дель

Чудеса Мешико Как говорилось, уже четыре дня мы находились в Мешико1, и никто из нас, и даже предводитель, не выходил из нашего лагеря, лишь только в строения дворцового комплекса [Мотекусомы]2. Кортес сказал нам, что было бы хорошо сходить на главную торговую площадь и


Неудачный заговор. Присяга Мешико

Из книги Правдивая история завоевания Новой Испании автора Кастильо Берналь Диас дель

Неудачный заговор. Присяга Мешико Когда Какамацин, сеньор города Тескоко, второго по величине и значению города после Мешико, узнал о пленении своего дяди Мотекусомы, а также, что мы понемногу овладеваем всеми средствами государства и что клад Ашаякатля нами найден, но


Восстание и бои в Мешико

Из книги Правдивая история завоевания Новой Испании автора Кастильо Берналь Диас дель

Восстание и бои в Мешико Первое известие о боях в Мешико принесено было двумя тлашкальцами; вскоре последовали и другие, а также письмо Педро де Альварадо1… Нас точно громом сразило! Ясно было, что помощь нужна немедленная. Решено было идти форсированным маршем со всей


Окружение Мешико

Из книги Правдивая история завоевания Новой Испании автора Кастильо Берналь Диас дель

Окружение Мешико На мешикскую территорию прибыли мы лишь на второй день, к вечеру. Шли мы медленно, с опаской, ибо наслышались о засадах в горных теснинах. Ночь мы провели в предгорье при очень большом холоде; а наутро подошли к главному перевалу, который оказался


Взятие Мешико

Из книги Правдивая история завоевания Новой Испании автора Кастильо Берналь Диас дель

Взятие Мешико Ожесточенными нападениями в Мешико дело не ограничилось. Куаутемок, пользуясь временным своим успехом, разослал послов с головами лошадей и с кожами, содранными с лиц, ногами, руками наших солдат из числа тех 78, принесенных в жертву, во многие окрестные


К главе «Послы из Мешико»

Из книги Правдивая история завоевания Новой Испании автора Кастильо Берналь Диас дель

К главе «Послы из Мешико» 1 …Святая Великая пятница Креста (Viernes Santo de la Cruz) - (Страстная, Крестовая, Великая) непосредственно предшествующая Пасхе Святого Воскресения, в 1519 г. отмечалась римско-католической церковью 22 апреля (по старому стилю, а по новому — 2 мая 1519 г.).2 Пасха


К главе «Путь в Мешико»

Из книги Правдивая история завоевания Новой Испании автора Кастильо Берналь Диас дель

К главе «Путь в Мешико» 1 От Чолулы до Мешико оставалось менее 100 км. Как сообщает Кортес во втором письме-реляции Карлу V, он заявил прибывшим в Чолулу послам Мотекусомы II, следующее: «… я им сказал, что не подабает такому великому сеньору послав ко мне самых видных


К главе «Чудеса Мешико»

Из книги Правдивая история завоевания Новой Испании автора Кастильо Берналь Диас дель

К главе «Чудеса Мешико» 1 Согласно Берналю Диасу, конкистадоры вошли в Мешико 8 ноября 1519 г. по старому стилю, таким образом получается 11 или 12 ноября 1519г. (по ст. ст.) - 21 или 22 ноября 1519 г. по новому стилю.2 Берналь Диас объясняет, что конкистадоры наносили визиты Мотекусоме II,


К главе «Неудачный заговор. Присяга Мешико»

Из книги Правдивая история завоевания Новой Испании автора Кастильо Берналь Диас дель

К главе «Неудачный заговор. Присяга Мешико» 1 Матлацинко (Matlatzinco) - более правильное; у Берналя Диаса — Маталцинго (Mataltzingo). Этот подчиненный Мотекусоме II вождь правил и городом Тула (Tula) - древней столицей государства тольтеков, которую отождествляют с легендарным городом


К главе «Окружение Мешико»

Из книги Правдивая история завоевания Новой Испании автора Кастильо Берналь Диас дель

К главе «Окружение Мешико» 1 Коанакочцин (Coanacochtzin), брат Какамацина, стал правителем Тескоко, убив своего другого брата, недолго правившего Тескоко, Куикуицкацина (Cuicuitzcatzin), которого вместо Какамацина назначил правителем Кортес. Коанакочцин после своего бегства в Мешико,


К главе «Взятие Мешико»

Из книги Правдивая история завоевания Новой Испании автора Кастильо Берналь Диас дель

К главе «Взятие Мешико» 1 Малиналько (Malinalco), Тулапа (Tulapa) - такие же названия этих поселений и у Берналя Диаса.2 То есть, цомпантли (tzompantli). Из письма-реляции Кортеса не ясно, какой корпус конкистадоров занял с боем главную храмовую площадь с главным храмом Уицилопочтли


Основные черты классического иудаизма (Относительно термина "классический иудаизм" см. примечание 10 к главе 2 и 1 к главе 3)

Из книги Еврейская история, еврейская религия автора Шахак Исраэль

Основные черты классического иудаизма (Относительно термина "классический иудаизм" см. примечание 10 к главе 2 и 1 к главе 3) Оставим в стороне эти "темные века" и рассмотрим период между 1000 и 1200 годом, о котором у нас вполне достаточно информации. Мы располагаем общирными