Андре Каспи Повседневная жизнь Соединенных Штатов в эпоху процветания и «сухого закона»

Андре Каспи

Повседневная жизнь Соединенных Штатов в эпоху процветания и «сухого закона»

Можно любить Соединенные Штаты Америки, не восхищаясь Ку-клукс-кланом.

Анри Озер. Живая Америка

Предисловие

Процветание… Это период одновременно странный и непризнанный. Странный в силу своих контрастов — модернизма и архаизма, раскрепощения нравов и нетерпимости. Непризнанный и даже представляемый в несколько искаженном свете, так как наиболее часто его считают временем Бэббита,[1] «сухого закона» и Аль Капоне.

Следует внимательно проанализировать двадцатые годы и оценить их своеобразие. Можно наверняка считать, что этот период не был яркой страницей в политической жизни США. В самом деле, в первой половине XX века два человека сыграли решающую роль в политической жизни страны: Вудро Вильсон и Франклин Рузвельт. Два блестящих лидера, два выдающихся президента в период войны и мира. Оба познали поклонение толпы внутри страны и за ее пределами и в то же время беспощадную критику некоторых. Вильсон покинул Белый дом в 1921-м. Рузвельт занял его в 1933-м. А между этими двумя датами — ни одного яркого политического лидера на посту президента.

Уоррен Г. Гардинг был весьма заурядной личностью. Став сенатором от штата Огайо, он о большем и не мечтал. Но его жена питала амбиции, которых был лишен муж, а руководители республиканской партии искали кандидата на пост президента, честного и скромного. Времена суперменов в политике прошли. Заручившись поддержкой партии, Гардинг добивается высшего поста. Он победил без особого труда своего конкурента — демократа Джеймса Кокса. В новом кабинете три человека выделялись своей эрудицией и компетентностью: Чарлз Эванс Хьюз, государственный секретарь, Эндрю Меллон, министр финансов, и Герберт Гувер, министр торговли. Ближайшее же окружение президента, «банда Огайо», отличалось алчностью и погрязло в коррупции. В разгар скандала, связанного с результатами расследования их деятельности, Гардинг умирает от инфаркта 2 августа 1923 года. Печальное правление, жалкий президент.

Его преемник — вице-президент Калвин Кулидж. Жесткий, консервативный политик не смог подняться до уровня, соответствующего званию президента. До 1920 года он занимал различные должности в штате Массачусетс, но в 1919-м, став губернатором штата, неожиданно вышел из тени на сцене политической жизни. Кулидж выступил против бастующих полицейских, произнеся фразу, которой аплодировала вся Америка. «Никто, нигде и никогда, — заявил он, — не имеет права на забастовку против общественной безопасности». На следующий день он стал символом закона и порядка, был избран от республиканцев на пост вице- президента, а после внезапной смерти Гардинга становится президентом. К сожалению, его способности как политика были весьма ограничены. Кулидж решал с грехом пополам текущие дела, сохранив вокруг себя большинство советников Гардинга, чем способствовал снижению роли президента и федеральной власти. Он не осознал, что его государство в двадцатые годы больше не представляло собой сельскую демократию XIX века, а если и был вновь избран без труда в ноябре 1924-го,[2] то только потому, что его соотечественники мало интересовались политикой. Нет, Кулидж не был лидером, он был лишен харизмы политика.

Герберт Гувер,[3] напротив, был намного сильнее своих предшественников. Он верил в «твердый индивидуализм» и восхвалял его силу и эффективность. Во время Первой мировой войны он руководил организацией экономической помощи Бельгии, а по окончании войны — продовольственной помощи разрушенной войной Европе. К несчастью для него самого и для американцев, Гувер не оценил всю серьезность экономического кризиса, разразившегося вскоре после его вступления на пост президента. Он, оставаясь либералом, не проявил должной активности и, как большинство других, не смог найти выхода из кризиса. Он надеялся, следуя своей неудачной формулировке, что «процветание — где-то за утлом», будто достаточно некоторых мер предосторожности, призыва к доброй воле, чтобы «обогнуть мыс, и корабль снова поплывет в спокойных водах процветания». Это заблуждение усугублялось еще и тем, что Гувер как политик был не способен заражать своими идеями. У него не было контакта с массами. Напротив, Франклин Рузвельт, выдвинутый демократической партией во время президентских выборов 1932 года,[4] не имел четкой программы, но умел убеждать. Его обаяние покоряло аудиторию и собеседников. Он был симпатичен как личность. Рузвельт провозгласил «Новый курс», и этого было достаточно, чтобы его избрали.

«Возврат к нормальной жизни», провозглашенный республиканцами в 1920-м, который они продолжали защищать в течение последующих десяти лет, оказался обманчивым и иллюзорным. Иной была их международная политика. США отказались от программы Вильсона, вступления в Лигу Наций, подписания Версальского договора, навязываемых альянсов, но они не изолировались от международной жизни. Их волновала проблема выплаты военных долгов. Они считали также первостепенной проблему немецких репарационных выплат. Американские дипломаты участвовали в переговорах, результатом которых явились план Дауэса,[5] план Юнга[6] и мораторий Гувера, предусматривающий отсрочку на один год выплаты всех международных правительственных долгов. В 1921–1922 годах в Вашингтоне состоялась конференция по вопросам разоружения военно-морского флота с участием всех великих держав. Несколько позже был заключен пакт Келлога—Бриана,[7] объявивший «войну вне закона». Таким образом, политика США — это постоянное внимание к происходящему в мире, твердая решимость избегать любых коалиций и международных организаций, но в то же время никакого изоляционизма.

Между тем международная политика составляла сферу интересов ограниченного круга людей: дипломатов, банкиров, бизнесменов. Большинство простых граждан оставались к ней безразличны. Их главные заботы и интересы ограничивались собственным домом, городом, штатом. Остальной мир казался достаточно далеким, если живешь на Среднем Западе или в районе Скалистых гор. Этот мир казался также слишком сложным, излишне запутанным. Не стоило рассчитывать на Гардинга, Кулиджа и даже на Гувера, чтобы вызвать большой интерес общественности. Нет, своеобразие двадцатых годов — не в политической жизни с ее рутиной выборов и интриг, а в тех изменениях, которые произошли в американском обществе, — экономических, социальных, культурных, неожиданно сделавших из США модель, удивившую американцев и порой их дезориентировавшую.

Обратим наше внимание на потрясения и трудности, сопровождавшие эти изменения. Все было не так просто.

Этот период — один из наиболее противоречивых в истории США. Кризис 1929 года, названный Великой депрессией, был тщательно проанализирован и объяснен. Ужасная паника, охватившая Уолл-стрит в октябре 1929-го; телетайпы, не успевающие передавать биржевые курсы, настолько стремительно они снижались; разорившиеся финансисты и отчаявшиеся, выбрасывающиеся из окон…. Таковы более или менее точные картины, проносившиеся в нашем сознании.

Но каково было процветание накануне 1929 года? Период чрезвычайного обогащения, безусловно, время безумного веселья, своего рода Belle Epoque (прекрасная эпоха) для наиболее удачливых, и в то же время век индустриализации, создания общества изобилия и потребления, которое американцы познали первыми в мире. И тем не менее не все было таким розовым в обществе «проносящихся с шумом двадцатых годов». Аль Капоне царил в Чикаго. Ку-клукс-клан сеял ужас в маленьких городках Юга и Среднего Запада. Фундаменталисты требовали запретить преподавание теории эволюции и придерживаться только Библии. «Сухой закон» сильно ущемлял свободу личности и стимулировал гангстеризм…

Рождалась новая эпоха! США, почувствовав головокружение, не решались изменить лицо, как будто страх перед неизвестностью мешал им принять новшества. Следует внимательно рассмотреть контрасты, которыми была полна повседневная жизнь американцев между 1919 и 1929 годами, тщательно проанализировать особенности американской жизни того периода. Это не Америка Гертруды Стайн, Скотта Фиццжеральда или Генри Джеймса. И это не только Нью-Йорк, Чикаго и Филадельфия. Это также Америка Бэббита и Зенита.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

Быль и небыль «сухого закона»

Из книги Повседневная жизнь русского кабака от Ивана Грозного до Бориса Ельцина автора Курукин Игорь Владимирович

Быль и небыль «сухого закона» С 1907 года в Государственной думе неоднократно и горячо выступал М. Д. Челышев с требованием принятия целого ряда мер, в том числе ликвидации винных «казенок» в деревнях, огряничения времени торговли спиртным. Депутат считал нужным вообще


Иммиграция как угроза для Соединенных Штатов

Из книги Повседневная жизнь Соединенных Штатов в эпоху процветания и «сухого закона» автора Каспи Андре

Иммиграция как угроза для Соединенных Штатов И все же доктрина Клана в одном из пунктов совпадала с мнением большинства. Это касалось иммиграции. По правде сказать, всегда находились американцы, требующие строго регламентировать въезд иностранцев на территорию страны.


Отдаленные истоки «сухого закона»

Из книги Повседневная жизнь Соединенных Штатов в эпоху процветания и «сухого закона» автора Каспи Андре

Отдаленные истоки «сухого закона» Следует отметить очень существенную отличительную черту этого закона: если Клан был движением крайне правых, а фундаментализм в области религии защищал реакционные взгляды, то «сухой закон» — это идея левых, которая, в конце концов,


Применение «сухого закона»

Из книги Повседневная жизнь Соединенных Штатов в эпоху процветания и «сухого закона» автора Каспи Андре

Применение «сухого закона» Увы! Чуда не произошло. Если верить Даниэлю Бурстину, американцы относились к греху по-разному. Например, их увлечение азартными играми вовсе не означало, что они готовы «запретить эти игры» (Boorstin D. The Americans. The Democratic Experience. P. 78). Подобное отношение


Кто не пил до «сухого закона»

Из книги Повседневная жизнь Соединенных Штатов в эпоху процветания и «сухого закона» автора Каспи Андре

Кто не пил до «сухого закона» Ответ непростой. Первый очевидный факт: Аль Капоне умел реагировать на требования эпохи, если хотите, на запросы американцев. Он являлся крупнейшим, вне всякого сомнения, поставщиком спиртного в то время, когда спиртные напитки были запрещены


Вступление в войну Японии и Соединенных Штатов

Из книги В ставке Гитлера. Воспоминания немецкого генерала. 1939-1945 [litres] автора Варлимонт Вальтер

Вступление в войну Японии и Соединенных Штатов Именно в это время произошло событие, которое, возможно, в большей степени, чем любой другой фактор, помогло германской верховной ставке преодолеть изменение обстановки на Востоке без более серьезных потрясений, а именно


Информационно-пропагандистская служба Соединенных штатов

Из книги Подлость союзников. Как Запад предавал Сталина автора Паркер Ральф

Информационно-пропагандистская служба Соединенных штатов В июне 1942 г. в США, помимо Управления стратегических служб (УСС), было создано Бюро военной информации (БВИ). Эти организации выполняли различные функции, однако были тесно связаны между собой.Хотя формально Бюро


1920 Введение сухого закона в США

Из книги Хронология российской истории. Россия и мир автора Анисимов Евгений Викторович

1920 Введение сухого закона в США Конгресс США под сильным давлением антиалкогольного лобби южных штатов (где запрет на алкоголь действовал с середины XIX в.) принял проект 18-й поправки к конституции о введении сухого закона. 16 января 1920 г. 18-я поправка вступила в силу. Это


Глава третья Причины принятия «сухого закона»

Из книги Тайны русской водки. Эпоха Михаила Горбачева автора Никишин Александр Викторович

Глава третья Причины принятия «сухого закона» Версия № 1. Конспирологическая. Бытовая. Личностная «Спасибо партии родной, Горбачеву Мишке, Мой миленок бросил пить — Поднялася шишка». Водка – персонифицированный враг Горбачева и перестройки. Самый страшный и самый


Глава первая Алкогольный ассортимент времени «сухого закона»

Из книги Тайны русской водки. Эпоха Михаила Горбачева автора Никишин Александр Викторович

Глава первая Алкогольный ассортимент времени «сухого закона» «Раньше пили каждый день, А теперь – с получки. Этот хрен с пятном на лбу Нас довел до ручки». Частушка До «сухого закона» в СССР бойко шла торговля дешевыми винами, креплеными и сухими, которым народ давал


Судебный процесс «Народ против авторов „сухого закона“»

Из книги Тайны русской водки. Эпоха Михаила Горбачева автора Никишин Александр Викторович

Судебный процесс «Народ против авторов „сухого закона“» Фрагменты заседанийАдвокат. Например, чукчи видят реальности мира иначе, чем, скажем, жители Москвы или Санкт-Петербурга. Басню Крылова Ивана Андреевича «Соловей и Осел» они просто не желают понимать. Как так,


О лозунге Соединенных Штатов Европы

Из книги Полное собрание сочинений. Том 26. Июль 1914 — август 1915 автора Ленин Владимир Ильич

О лозунге Соединенных Штатов Европы В № 40 «Социал-Демократа» мы сообщили, что конференция заграничных секций нашей партии постановила отложить вопрос о лозунге «Соединенные Штаты Европы» до обсуждения в печати экономической стороны дела[48].Дискуссия по этому вопросу


«У нас не осталось подарков для Соединенных Штатов»

Из книги Россия и русские в современном мире автора Нарочницкая Наталия Алексеевна

«У нас не осталось подарков для Соединенных Штатов» Уткин Анатолий Иванович, доктор исторических наук, профессор, директор центра международных исследований Института США и Канады РАН, академик Академии гуманитарных наук, член ассоциации политических исследований США,