Введение

Введение

В начале XVI века испанец Гарсия Ордонес из Монтальво, будил воображение европейцев: «Знайте, что справа от Индии, совсем близко к этому земному раю, находился остров Калифорния, образованный немыслимо громадными скалами. На этом острове жили, почти как амазонки, крепкие черные женщины с пылким сердцем, наделенные недюжинной силой, без единого мужчины среди них… Руки их были унизаны золотом…»

И далее он пишет: «На острове гнездилось множество не дававших людям покоя грифов, и он был полон диких зверей, не встречавшихся ни в одной другой части земли»^(1) [1].

Кортес поверил в существование сказочной Калифорнии и долго не оставлял попыток ее разыскать. В 1532 году он снарядил на ее поиски два корабля под командованием Диего Уртадо де Мендосы. Испанцы установили крест, подняли кастильский флаг на длинном полуострове, ныне носящем название Нижняя Калифорния, и вернулись в Испанию с известием о том, что открыли «остров, изобилующий самым прекрасным жемчугом». В 1535 году сам Кортес зашел в небольшой залив, названный им Санта-Крус. То была обширная, безлюдная, выжженная солнцем песчаная местность. Он провел там целый год, но не нашел ни золота, ни драгоценных камней. По его приказанию в 1539 году в очередную экспедицию отправился мореплаватель Франциско де Ульоа, обследовавший оба побережья «моря Кортеса». Он обнаружил, что «остров Кортеса» в действительности был полуостровом, но тем не менее на карте 1632 года Калифорния по-прежнему значилась как остров.

Верховный главнокомандующий Новой Испании покинул Мехико, но изыскания продолжались. Вице-король Антонио де Мендоса, подстегиваемый мифом о городах, стены которых сцементированы золотом и инкрустированы изумрудами, в 1542 году организовал еще одну экспедицию, на этот раз под началом португальского моряка на испанской службе Хуана Родригеса Кабрильо. Кабрильо обогнул западное побережье и 28 сентября бросил якорь в великолепном заливе, названном им Сан-Мигель (ныне Сан-Диего).

Испанцы продолжили исследования в северном направлении, открыли залив Санта-Монику, а также все три больших острова, расположенных недалеко от Санта-Барбары и Кабо де Лос Рейес (Пойнт Рейес), и, не заметив их, прошли мимо Золотых ворот (так назовут вход в Сан-Францисскую бухту. — Ред.). В районе нынешнего Орегона они повернули обратно в Мексику, чтобы отчитаться об экспедиции.

Отчет этот был разочаровывающим: к северу от Мексики не было «никакой богатой страны, и никакого судоходного пути… между Атлантическим и Тихим океанами». Мадридский двор потерял интерес к Калифорнии, где жили каких-то 133 тысячи⁽²⁾ голых благодушных индейцев.

В этот период испанцы были озабочены дерзкими действиями британца сэра Фрэнсиса Дрейка, легендарного и отважного пирата, который первым побывал на северном побережье Калифорнии. Он отправился из Англии 13 ноября 1577 года в кругосветное плавание, намереваясь пройти через Магелланов пролив. Дрейк поднялся вдоль американского тихоокеанского побережья до 48-й параллели, откуда был вынужден повернуть обратно «из-за сильного холода», спустился до 38 градусов 30 минут и 17 июня 1579 года бросил якорь в глубоком заливе, окруженном высокими белыми скалами. Эту неизведанную землю Дрейк назвал Новый Альбион, «в честь Ее Светлейшего Величества Королевы Англии», — читаем мы в одном из текстов того времени⁽³⁾.

Холод был не единственной причиной возвращения: суровый климат — ветер, «густые и неприятные» туманы — и неласковая природа неизвестной земли, белые обрывистые скалы напоминали ему Англию, пишет капеллан экспедиции. Дрейк провел шесть недель в порту Новый Альбион, ремонтируя свой корабль. Ему удалось наладить такие теплые отношения с индейцами, что те «плакали, когда он отплывал, буквально раздирая до крови свои тела и принося человеческие жертвы»⁽⁴⁾.

Как и Кабрильо, Дрейк проплыл мимо Золотых ворот.

Для изыскания «портов, где могли бы укрываться галионы», испанцами были организованы специальные экспедиции. В 1602 году Себастьян Вискаино поднялся до мыса Мендосино. Он целый год исследовал побережье и дал новые названия местам, открытым во время предыдущих разведывательных экспедиций: Сан-Диего, Санта-Каталина, Санта-Барбара, Пунта де ла Консепсьон, Пунта де Лос Рейес и Монтерейский залив, который был назван в честь вице-короля Гаспара де Цуниги Асеведо, графа Монтерейского. Но и на этот раз Золотые ворота — вход в восхитительную Сан-Францисскую бухту, остался незамеченным мореплавателями.