Подъем экономики

Подъем экономики

Территории, вошедшие в состав государств двух королей, из которых впоследствии возникнет Сербия Нового времени, сильно различались между собой. Области в Македонии, дольше всего принадлежавшие Византии и завоеванные последними, были гуще заселены, более развиты в экономическом отношении и в большей степени урбанизированы. В эпоху византийского владычества и в северных областях Сербии античные города Сирмий, Белград и Браничево получили вторую жизнь — в мирное время через них проходили византийские и венгерские торговые пути. И все-таки эти города оставались на окраине Империи, в пограничных областях, которые были непривлекательны для заселения. Византийцы специально оставляли эти края в диком состоянии: они были труднопроходимыми. Когда в XII в. крестоносцы двигались по долине Великой Моравы, им приходилось продираться сквозь дебри мрачного «болгарского леса». Но до XV в. пейзаж этих мест в корне изменился. Французский рыцарь Бертрандон де ля Брокиер, проходя по этому же пути в 1433 г., видел «много больших лесов, холмов и долин, а в этих долинах — великое множество сел и хорошей еды, а особенно хорошего вина».

Изменения в этих краях произошли уже в XIII и XIV вв.: периоды мира и непрерывная связь с областями на юге создали условия для притока населения. Ранее византийцы поселили в Северо-Восточной Сербии группу армян, а во время вторжения татаро-монгол 1241–1242 гг. туда пришли куманы; позднее в эти края хлынул поток колонистов из соседних сербских и болгарских областей, среди которых помимо славян были и влахи. Данные монастырских грамот, датируемых последней четвертью XIV в., свидетельствуют о существовании густой сети поселений, окрестности которых соприкасались друг с другом.

Увеличение численности населения — главное условие внутренней колонизации и появления поселений неаграрного типа — было обусловлено не только возросшим количеством посевных площадей, но и прогрессом в аграрной технике и технологии обработки почвы. Начали применяться усовершенствованные орудия для вспашки (плуг с лемехом и колесами), севооборот (так называемая система трехполья) с озимыми и яровыми посевами и третьей частью земли под паром. Больше всего выращивалось зерновых культур (пшеница, овес, ячмень, рожь), причем некоторые из них — в комбинации пшеница и ячмень или пшеница и рожь — росли одновременно на одном поле. Затем шли просо и бобовые культуры (бобы, турецкий горох, чечевица, фасоль, ноне современная, а родственная бобам), а также некоторые виды технических культур (хмель, лен, конопля). Виноград сербы начали выращивать, только уже живя на Балканах, и в течение всего Средневековья эта культура распространялась по стране и появилась даже в областях с неблагоприятными условиями для ее выращивания.

В Сербии было два типа организации сельского хозяйства. Первый, о котором известно по королевским указам, применялся в больших монастырских владениях. Второй, о котором мы узнаем из сохранившихся городских архивов, — в небольших пригородных имениях Приморья, где была каменистая почва и мало плодородной земли. Монастырские владения, по желанию ктиторов, обеспечивались всем необходимым для ведения сельского хозяйства: полями, садами, пастбищами, землями под сенокос, источниками воды, ветряными мельницами, охотничьими и рыболовными угодьями. Монастырские владения располагались в основном вблизи монастыря, а чтобы в них могли работать зависимые от него люди, то они размещались и рядом с селами земледельцев и рыбаков, скотоводов, пасечников, ремесленников. Примером тому могут служить владения монастыря Дечаны, которые в год его основания (1330) состояли из 2166 домов земледельцев и 266 домов скотоводов. В Законнике царя Душана (1349) предписывалось содержать 50 монахов на 1000 домов.

В то время как крупные монастырские владения существовали за счет трудовых и натуральных повинностей (работа и поданак), которыми облагались люди, жившие на монастырской земле или подаренные монастырю вместе с ней, в небольших пригородных имениях Приморья между хозяином и крестьянином заключался договор, в котором прописывались обязанности обеих сторон. Хозяин должен был предоставить крестьянину помимо земельного участка, дом, сад, часть семян, а крестьянин (посадник) в ответ отдавать хозяину часть урожая, преподносить дары в течение года и выполнять за хозяина некоторые работы.

Основной и самой тяжелой трудовой повинностью была пахота. Каждый зависимый земледелец (меропх, сокалник) должен был вспахивать определенную площадь земли, а с середины XIV в. меру вспашки стали считать и в днях (крестьянин должен был пахать два раза в неделю). Другие, менее тяжелые трудовые повинности могли быть различными и зависели от того, чем занималась отдельная семья или отдельное село: иногда повинностями облагали отдельные семьи, а иногда каждого, «кто может держать косу». Были и всеобщие трудовые повинности, как, например, участие в охоте на зайцев, от которой освобождались только священники.

Среди натуральных податей самой распространенной была десятина, которую отдавали продуктами овцеводства, свиноводства, пчеловодства, а также хлебом и вином. За предоставленный для обработки земельный участок платили четвертую часть (четвртину) урожая. Натуральные повинности, так же как и трудовые, зависели от того, какой работой занимались в селах и кто в них жил — крестьяне или ремесленники.

Важную роль в экономике Сербии играло скотоводство — продукты скотоводства (копченое мясо, сыр) и изделия (шкуры, грубые шерстяные ткани — раша, скьявина, клашне, пуст[10]), изготовленные в Сербии, стали первым товаром, шедшим на экспорт и включенным в международный торговый оборот. Скотоводы были потомками автохтонного населения Балкан — влахов и арбанасов. Весной влахи и арбанасы выгоняли овец и лошадей на горные пастбища и оставались там вместе с ними до осени, а осенью возвращались в долины, где находились их зимовья. В поисках подходящих пастбищ скотоводы часто оказывались в непосредственном соседстве с земледельческими областями. А некоторые скотоводческие братства не спускались в долины и жили в горах, имея там постоянные пастбища. Их основной натуральной повинностью была десятина, а трудовой — перевозка грузов. Влахи, принадлежавшие какому-либо феодальному владению, должны были заниматься разведением лошадей для господ.

Экономическая самостоятельность. Серебряные деньги, которые чеканили сербские правители с XIII по XIV в.: а) король Стефан Урош I (1243–1276); б) король Стефан Урош II Милутин (1282–1321); в) король Стефан Душан (1331–1345, царь — 1345–1355); г) князь Лазарь Хребельянович (1362–1389); д) деспот Джурадж Бранкович (1427–1456); е) город Смедерево (столица Сербии в 1430–1459 гг.) Фото Б. Стругара

Помимо упомянутых продуктов скотоводства на экспорт шли также мед, воск, меха. Импортировались в Сербию соль, ткани, вино, пряности, различные изделия ремесленников: все эти товары доставляли купцы из Приморья. Большие изменения как в товарообороте, так и в общем направлении развития экономики произошли в середине XIII в., когда вскоре после татаро-монгольского нашествия в Сербии появились саксонцы — германские рудокопы, скорее всего переселенцы из Венгрии. Саксонские рудокопы, владевшие особой технологией горного дела, начали помимо традиционной добычи и производства железа, унаследованного сербами еще из общеславянской материальной культуры, добывать и производить серебро, медь и свинец, причем в некоторых рудниках серебро стали смешивать с золотом (гламско сребро). Сначала они появляются в Брсково (у города Мойковац на реке Тара), затем основывают еще несколько рудников. В конце XIII в., согласно источникам того времени, было уже пять, чуть позже семь рудников, а в середине XIV в. в Сербии было уже несколько бассейнов по добыче руды с целым рядом новых рудников. Дольше других функционировали: Рудник (в городке с тем же названием в Шумадии), Трепча (близ Косовской Митровицы), Янево (недалеко от Приштины) и Ново-Брдо (между Приштиной и Гниляном). Ново-Брдо некоторое время был крупнейшим и самым производительным рудником на Балканах.

В добычу и производство металлов были широко вовлечены сербы: они выступали в качестве рабочей силы и обеспечивали горняков всем необходимым. Со временем саксонцы ассимилировались с окружавшими их сербами. Саксонцами стали называть всех горняков, а также представителей горняцких общин; это название сохранялось и в период турецкого владычества. Саксонцы перенесли в Сербию не только особое горное право и высококвалифицированное судопроизводство, но и формы автономной организации поселений. Их поселения представляли собой католические оазисы, увеличившиеся за счет притока купцов из Далмации. В православном государстве, таким образом, существовали католические приходы, а в отдельных горняцких поселениях даже по два или три прихода. Саксонцы оставили в наследство сербам германскую терминологию и горное право, сохранившееся впоследствии в сербских и турецких сводах законов.

Развитие металлургии способствовало появлению целого ряда инноваций в экономической жизни Сербии. Правитель получил новый значительный источник доходов от 10-процентных налогов на руду (урбура) и расплавленный металл. Со времени правления Уроша I этот доход дополнительно увеличился за счет появления собственных монетных дворов и чеканки серебряных денег (динар, грош). Горное дело приносило доход окрестным жителям, которые снабжали рудник всем необходимым, обеспечивало заработком людей, работавших на руднике, и было выгодно купцам, доставлявшим в Сербию, взамен изделий из металла, товары приблизительно той же ценности. В горно-добывающих областях происходило корчевание лесов и освобождалась земля для посевов. Появлялись островки денежной экономики и рыночных отношений, окруженные областями с традиционным типом ведения хозяйства.

Вместе с открытием рудников и производством серебра в Сербии началась чеканка серебряных денег. В период расцвета Византийской империи никто из ее вассальных правителей, даже самые заклятые враги Византии, например болгарский царь Симеон, не решались чеканить собственные деньги. И только временное падение Византии в 1204 г. нарушило императорскую монополию на чеканку денег. Уже в 1214 г. упоминаются сербские перперы (yperperi Sclavonie), но среди сохранившихся экземпляров монет они не обнаружены. Радослав, будучи королем, чеканил медные деньги по образцу монет эпирской династии Ангелов, чеканившихся в Салониках.

Постоянная чеканка серебряных денег началась во время правления Уроша I и продолжалась вплоть до падения Сербского царства. Урош I считал образцом венецианские серебряные монеты (гроши), повторяя их и по весу (хотя бы на первом этапе), и по изображению сербского короля и святого Стефана на том месте, где на венецианских монетах изображались дож и святой Марк. Сербия включилась тогда в новую систему денежного обращения, в которой имели хождение уже не только унаследованные ею и ограниченные локальным рынком денежные единицы времен династии Каролингов, но и более «авторитетные» деньги (denarii grossi), имевшие самое широкое применение, а золотые монеты, чеканившиеся тогда в Венеции, во Флоренции и в Генуе, служили платежным средством на огромной территории, связывая весьма далекие друг от друга земли.

Названия денег пришли в Сербию отчасти с Запада (динар, грош), а отчасти с Востока (перпера, от греч. иперпирон, атрибут золотой монеты). Перперов в обращении не было: это были платежные единицы, состоявшие из 12 динаров. Позже появилось и название аспра, распространившееся в Византии и по соседству, с тех пор как перестали чеканить деньги из золота. Было установлено отношение гроша к медным или мелким монетам — обычно один грош составлял 30 или 24 таких монеты, — а также соотношение гроша и золотого. Со времени, когда Сербия начала чеканить деньги, до второй половины XIV в. один золотой (дукат, цекин) составлял 24 динара. Позднее этот курс изменился, не столько из-за соотношения благородных металлов и примесей, составлявшего приблизительно один к десяти, сколько из-за уменьшения содержания серебра в динарах и, соответственно, их веса. О широком хождении сербских динаров свидетельствуют их находки в кладах не только в соседних Болгарии и Румынии, но и в далеких от Сербии местах — Вероне в Италии или Дельфах в Греции.

Ворота в Средиземноморье: Котор. Древнейший план города конца XVI в. (из атласа Viaggio da Venezia a Constantinopoli Джузеппе Росаччо (Giuseppe Rosaccio). Венеция, 1598 г. 

Развитие металлургии дало толчок урбанизации: в районах добычи и производства металлов возникали поселения, а прибывавшие в эти поселения купцы, число которых по сравнению с прошлыми периодами сильно выросло, разворачивали предпринимательскую деятельность. Открытие рынка благородных металлов непосредственно повлияло на положение приморских городов. Так, в XII в. почти все они обладали примерно равным авторитетом, славясь своими трудолюбивыми мастерами и купцами и имея статус епископств. А уже к концу XIII и в XIV в. значительное положение сохранили только Котор и Дубровник. Эти города располагали достаточным капиталом, и в них нашлись способные предприниматели, сумевшие воспользоваться открывшимися в связи с появлением рудников в Сербии и Боснии возможностями.

У каждого из городов были свои преимущества: Котор принадлежал сербскому королю, а Дубровник находился под верховной властью Венеции. В то же время он имел предоставленные сербскими правителями гарантии неприкосновенности границ и свободы передвижения и деятельности своих граждан в Сербии. В договорах между Сербией и Дубровником, действовавших в течение более чем двух столетий, были разработаны механизмы решения споров, как приграничных, так и в рудниках и на рынках. Повышение торговой активности на полуострове отражалось и на отношениях между самими приморскими городами — наиболее успешные люди переселялись из небольших городков в более перспективные. Многие жители Дубровника и Котора породнились: в Дубровнике появляется достаточно большое число семей, члены которых были потомками выходцев из Котора.

Последствия экономических изменений становятся очевидными уже к концу XIII в.: Сербия времен короля Милутина обладала серьезной военной мощью, а король мог себе позволить содержать наемную армию. Экономический подъем проявился и в невиданных прежде объемах строительной деятельности, которую развернул Милутин.