В древнем Трансваале

В древнем Трансваале

Что же за народы жили, процветали и страдали в Мапунгубве и окрестных районах? С настоящими трудностями Фуше и его коллеги столкнулись, пытаясь найти ответ именно на этот вопрос. До сих пор считалось, что рудниковые и каменные культуры южного плато созданы банту, происхождение и внешний вид которых во многом напоминают их нынешних потомков – машона и басуто. Казалось, вещественные свидетельства в виде посуды и металлических предметов Мапунгубве подтверждают эту точку зрения. Однако в Мапунтубве было найдено также немало скелетов, и исследование их антропологами показало ее полную несостоятельность. Удалось установить, что эти скелеты, 11 из которых оказалось возможным исследовать тщательно, принадлежат представителям народа, которому «почти не свойственны» негритянские черты. Этот народ, по словам Галлоуэя, представлял собой «однородное боскопбушское (то есть готтентотское или почти готтентотское) население, по физическим признакам близкое к послебоскопским обитателям прибрежных пещер» Южной Африки. У этих скелетов имеются некоторые негритянские черты, но их значительно меньше, чем у скелетов банту в теперешней Родезии и Южной Африке.

Как же объяснить это противоречие? Создавалось впечатление почти такое же, как если бы скелеты Вильгельма Завоевателя и его норманских рыцарей были извлечены из своих могил и оказались скелетами людей англо-саксонского происхождения.

Противоречие еще не объяснено. Все предположения опровергаются. Допустить, что «королевское погребение» Манунгубве было погребением банту, – значит признать возможность почти неузнаваемого изменения физических типов в течение нескольких столетий, а это, конечно, неверно. Более того, трупы в «королевских погребениях» лежат в согнутом положении, а банту, как известно, укладывают покойников совсем по-иному. Стать на противоположную точку зрения, то есть считать эти погребения готтентотскими, было бы столь же ошибочно; это означало бы, что готтентоты использовали металлы значительно раньше «и на значительно более высоком уровне развития», чего, как известно, в действительности не существует.

Даже теперь, после того как Гарднер проделал огромную работу, достоверное объяснение еще не найдено. Наверняка можно сказать только одно: все находки в Мапунгубве, без сомнения, чисто африканского происхождения; не исключено, что они прямо связаны с народом Зимбабве в Южной Родезии; это вполне возможно, хотя еще не бесспорно.

В общих чертах вырисовывается следующая картина. Народы каменного века жили в Мапунгубве в магозианский период, незадолго до появления земледелия в Южной Африке, но, конечно, значительно раньше освещаемого здесь периода. За этими народами последовали другие. Гарднер обнаружил в районе, который он обозначил К-2 (Фуше назвал его Бамбан-дьянало), следы древних поселений пастушеского народа каменного века, относящегося к готтентотам или родственным им племенам. По-видимому, этот народ уже научился добывать и использовать медь, хотя еще не знал железа. В результате исследования найденных здесь скелетов Галлоуэй назвал этот народ К-2 «донеграми». Этот народ хоронил скот с теми же церемониями, что и людей. «Погребения животных» у народа К-2 Гарднер считает остатком древнего хамитского культа, который можно сравнить с погребениями животных во времена неолита в древнем Египте. Радиокарбоновый анализ древесного угля, обнаруженного им в одном из таких погребений, указал его примерный возраст – тысячу лет. Таким образом, заселение района К-2 относится примерно к 900 году, а возможно, и к еще более раннему периоду.

Готтентоты каменного века, жившие в пастушеской простоте, пережили нашествие народов Севера, которым было известно сельское хозяйство и черная металлургия. Пришельцы, бесспорно, вступавшие в брак с женщинами народа К-2, построили свои жилища в целях предосторожности на вершине Мапунгубве. Здесь мы впервые находим следы народа, занимавшегося земледелием. В скале проделаны отверстия, по которым в хранилище спускали мясо и зерно. Люди стали приносить сюда землю из окрестностей.

Теперь возникает основной вопрос: кто же были эти пришельцы и когда они здесь появились? Существует распространенное мнение, что это были мигрирующие ветви народов, которые выстроили и заселили Зимбабве и подобные ему места: басуто, машона, а также бавенда – народы банту, потомки которых населяют сейчас значительную часть Африки (Басутоленд, Южную Родезию и Трансвааль). Последними из них были бавенда, на смену которым в XVIII веке, по-видимому, пришли другие, готтентотские племена; поздних пришельцев рассеяли матабеле, явившиеся сюда с юга в 1824 году.

По мнению Гарднера, последние готтентотские завоеватели восприняли некоторые элементы культуры у бавенда, в частности заимствовали великолепные золотые орнаменты, найденные впоследствии Фуше и его коллегами. Предметы с этим орнаментом они использовали при погребальных обрядах. Таким образом, скелеты принадлежат готтентотам, обряды погребения – также готтентотские, но золото принадлежит банту.

Такое решение антропологической загадки Мапунгубве, основанное на результатах огромного труда, пока еще не завоевало всеобщего признания. Может быть, мы узнаем точный ответ, когда будет опубликован весь материал Гарднера, а может быть, придется ждать, пока между Мапунгубве и Индийским океаном в бассейне Лимпопо не будут сделаны новые открытия.

Но каким бы ни был конечный вывод, сейчас уже считается бесспорным, что металлургическая культура Мапунгубве, развивавшаяся много веков, была не чем иным, как результатом распространения цивилизации железного века в центральных и южных районах Африки к югу. Будущим исследователям предстоит дать окончательный ответ на вопрос о точной принадлежности народов, породивших и впервые разработавших здесь древнюю цивилизацию, иными словами о точной природе того африканского народа, который археологи называют народом А-1 родезийского железного века.

Но когда же началось это распространение на юг?

Некоторые специалисты, основываясь на племенных преданиях, считают, что первая волна переселения банту к югу не докатилась до реки Лимпопо к концу средневековья, то есть к XII веку. Поэтому они относят начало железного века на Лимпопо к данному периоду. По их мнению, басуто пересекли реку и вышли в район теперешнего Трансвааля в середине XV века или около того, а машона появились здесь чуть позже. Впоследствии на этой территории возобладали племена баротсе и бавенда, которые подчинили культуру Зимбабве и отправили в свою очередь мигрантов дальше к югу. Возможно, такова была участь поздних мигрантов; но ни в коем случае не ранних. Есть какая-то неправильность в объяснении, в соответствии с которым культура железного века не достигла Лимпопо к XII веку, – ведь известно, что в нескольких сотнях миль к северу, в легкопроходимых равнинах, она утвердилась уже за 600 или 700 лет до этой даты. Кроме того, имеются свидетельства прибрежных поселений. Всего лишь 400 миль отделяют Мапунгубве от устья Лимпопо, а мы знаем от Идриси, который писал в 1154 году, что в его время недалеко от устья Лимпопо существовали прибрежные поселения, где не только выплавляли железо, но и вывозили его в значительном количестве. Эти поселения, несомненно, были связаны с внутренними районами, лежавшими неподалеку.

Раскопки в Мапунтубве и его окрестностях, таким образом, обогатили и кое в чем изменили наши первоначальные представления о цивилизации железного века в Южной Африке. Однако они не изменили сущности этих представлений, заключающейся в том, что современные народы Африки, говорящие на языках банту, – продукт многолетней миграции и смешения. И это все, что подтверждается свидетельствами, обнаруженными здесь. Пока мы можем сделать единственное ценное заключение относительно происхождения большинства коренного населения Южной Африки: их предки появились в результате смешения однородных донегроидных племен с последующими волнами негроидной миграции с севера; эта миграция началась еще полторы тысячи лет назад, она была многократной и могущественной в районе порогов Лимпопо с начала нынешнего тысячелетия, а возможно, и значительно раньше.

Народы Южной Африки, которых описывают европейцы XIX века, утвердились здесь, согласно всем свидетельствам, примерно в XV-XVI веках. Но им предшествовали другие африканские народы, негроидные или не негроидные, и некоторые из них сыграли важную роль в развитии древней цивилизации. Решающие достижения сельского хозяйства и черной металлургии медленно распространялись к югу в течение I тысячелетия н. э., и те народы, которые несли с собой эти достижения, были, по-видимому, прямыми предками нынешних банту. Возможно, это были народы другого происхождения, но с течением времени банту стали доминировать. Они брали в жены женщин тех народов, которых встречали на своем пути. Они смешивались с этими народами и оседали на их территории. Они стали отцами тех, кто создавал Зимбабве и его башни, и погребал своих вождей и героев на холме Мапунгубве.