Василий Буслаев и мужики новгородские

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Василий Буслаев и мужики новгородские

Василий Буслаев. Художник П.Д. Баженов. 1936 г.

В славном великом Нове-граде

Ай жил Буслай до девяноста лет,

С Новым-городом жил, не перечился,

Со мужики новгородскими

Поперек словечка не говаривал.

Живучи, Буслай состарелся,

Состарелся и переставился.

После ево веку долгова

Аставалася его житье-бытье

И все имение дворянское,

Асталася матера-вдова,

Матера Амелфа Тимофевна,

И оставалася чадо милая,

Молодой сын Василей Буслаевичь.

Будет Васинька семи годов,

Отдавала матушка родимая,

Матера-вдова Амелфа Тимофеевна,

Учить его во грамоте,

А грамота ему в наук пошла;

Присадила пером ево писать,

Писмо Василью в наук пошло;

Отдавала петью учить церковному,

Петье Василью в наук пошло.

А й нет у нас такова певца

Во славном Нове-городе

Супротив Василья Буслаева.

Поводился веть Васка Буслаевичь

Со пьяницы, з безумницы,

С веселыми удалами добрыми молодцы,

Допьяна уже стал напиватися,

А й ходя в городе, уродует:

Которова возмет он за руку, —

Ис плеча тому руку выдернет;

Которова заденет за ногу —

То из гузна ногу выломит;

Которова хватит поперек хрепта, —

Тот кричит-ревет, окарачь ползет;

Пошла-та жалоба великая.

А й мужики новгороцкия,

Посацкия, богатыя,

Приносили жалобу оне великую

Матерои-вдове Амелфе Тимофевне

На тово на Василья Буслаева.

А й мать-та стала ево журить-бранить,

Журить-бранить, ево на ум учить.

Журба Васке невзлюбилася,

Пошол он, Васка, во высок терем,

Садился Васка на ременчетой стул,

Писал ерлыки скоропищеты,

От мудрости слово поставлено:

— Хто хощет пить и есть из готовова,

Валися к Васке на широкой двор,

Тот пей и ешь готовое

И носи платье розноцветное! —

Розсылал те ерлыки со слугой своей

На те вулицы широкия

И на те частыя переулачки.

В то же время поставил

Васка чан середи двора,

Наливал чан полон зелена вина,

Опушал он чару в полтара ведра.

Во славном было во Нове-граде,

Грамоты люди шли прочитали,

Те ерлыки скоропищеты,

Пошли ко Васке на широкой двор,

К тому чану зелену вину.

Вначале был Костя Новоторженин,

Пришол он. Костя, на широкой двор,

Василей туг ево опробовал:

Стал ево бити червленым вязом,

В половине было налито

Тяжела свинцу чебурацкова,

Весом тот вяз был во двенатцат пуд;

А бьет он Костю по буйной голове,

Стоит тут Костя не шевелнитца,

И на буйной голове кудри не тряхнутца.

Говорил Василей Буслаевич:

Гои еси ты, Костя Новоторженин,

А й будь ты мне названой брат

И паче мне брата родимова! —

А и мало время позамешкавши,

Пришли два брата боярченка,

Лука и Мосеи, дети боярские,

Пришли ко Васке на широкой двор.

Молоды Василей сын Буслаевичь

Тем молодцам стал радошшен и веселешенек.

Пришли тут мужики Залешена,

И не смел Василей показатися к ним,

Еще тут пришло семь братов Сбродовичи,

Собиралися-соходилися

Тридцать молодцов без единова,

Он сам Василей тритцатой стал.

Какой зайдет — убьют ево,

Убьют ево, за ворота бросят.

Послышел Васинка Буслаевичь

У мужиков новгородцкиех

Канун варен, пива яшныя, —

Пошол Василей со дружинею,

Пришол во братшину в Николшину:

Немалу мы тебе сыпь платим:

За всякова брата по пяти рублев! —

А за себе Василей дает пятьдесят рублев,

А й тот-та староста церковной

Принимал их во братшину в Николшину,

А й зачали оне тут канун варен пить,

А й те-та пива ячныя.

Молоды Василей сын Буслаевичь

Бросился на царев кабак

Со своею дружиною хорабраю,

Напилися оне тута зелена вина

И пришли во братшину в Николшину.

И а будет день ко вечеру,

От малова до старова

Начали уж ребята боротися,

А в ыном кругу в кулаки битися;

От тое борбы от ребячия,

От тово бою от кулачнова

Началася драка великая.

Молоды Василей стал драку разнимать,

А иной дурак зашол с носка,

Его по уху оплел,

А й тут Василей закричал громким голосом:

Гои еси ты, Костя Новоторженин

И Лука, Моисеи, дети боярския,

Уже Васку, меня, бьют! —

Поскокали удалы добры молодцы,

Скоро оне улицу очистели,

Прибили уже много до смерти,

Вдвое-втрое перековеркали,

Руки, ноги переламали, —

Кричат-ревут мужики посацкия.

Говорит тут Василей Буслаевичь:

Гои еси вы, мужики новогородцкия,

Бьюсь с вами о велик заклат:

Напущаюсь я на весь Нов-город битися-дратися

Со всею дружиною хоробраю —

Таковы мене з дружиною побьете Новым-городом,

Буду вам платить дани-выходы по смерть свою,

На всякой год по три тысячи;

А буде же я вас побью и вы мне покоритися,

То вам платить мне такову же дань! —

И в том-та договору руки оне подписали.

Началась у них драка-бои великая,

А й мужики новгороцкия

И все купцы богатыя,

Все оне вместе сходилися,

На млада Васютку напущалися,

И дерутца оне день до вечера.

Молоды Василей сын Буслаевичь

Со своею дружиною хороброю

Прибили ене во Нове-граде,

Прибили уже много до смерте.

А й мужики новгороцкие догадалися,

Пошли оне з дорогими подарки

К матерои-вдове Амелфе Тимофевне:

Матера-вдова Амелфа Тимофевна!

Прими у нас дороги подарочки,

Уйми свое чадо милоя, Василья Буславича! —

Матера-вдова Амелфа Тимофевна

Принимала у них дороги подарочки,

Посылала девушку-чернавушку

По тово Василья Буслаева.

Прибежала девушка-чернавушка,

Сохватала Васку во белы руки,

Потащила к матушке родимыя.

Притащила Васку на широкой двор,

А й та старуха неразмышлена

Посадила в погребы глубокия

Молода Василья Буслаева,

Затворяла дверми железными,

Запирала замки булатными.

А ево дружина хоробрая

Со темя мужики новгороцкими,

Дерутца-бьются день до вечера.

А й та-та девушка-чернавушка

На Вольх-реку ходила по воду,

А змолятца ей тут добры молодцы:

Гои еси ты, девушка-чернавушка!

Не подай нас у дела ратнова,

У тово часу смертнова! —

И тут девушка-чернавушка,

Бросала она ведро кленовоя,

Брала коромысла кипарисова,

Коромыслом тем стала она помахивати

По тем мужикам новогороцкием,

Прибила уж много до смерте.

И тут девка запышалася,

Побежала ко Василью Буслаеву,

Срывала замки булатныя,

Отворяла двери железные:

А й спиш ли, Василей, или так лежиш?

Твою дружину хоробраю

Мужики новогородцкия

Всех прибили-переранили,

Булавами буйны головы пробиваны. —

Ото сна Василей пробужаетца,

Он выскочил на широкой двор,

Не попала палица железная.

Что попала ему ось тележная,

Побежал Василей по Нову-городу,

По тем по широким улицам.

Стоит тут старец-пилигримишша,

На могучих плечах держит колокол,

А весом тот колокол во триста пуд,

Кричит тот старец-пилигримишша:

А стой ты, Васка, не попорхиваи,

Молоды глуздырь, не полетываи!

Из Волхова воды не выпити,

Во Нове-граде людей не выбита;

Есть молодцов сопротив тебе.

Стоим мы, молодцы, не хвастаем! —

Говорил Василей таково слово:

А й гои еси, старец-пилигримишша,

А й бился я о велик заклад

Со мужики новогородцкими,

Апричь почеснова монастыря,

Опричь тебе, старца-пилигримишша,

Во задор войду — тебе убью! —

Ударил он старца во колокол

А й тои-та осью тележную, —

Качается старец, не шевелнитца,

Заглянул он, Василей, старца под колоколом

А й во лбе глас уш веку нету.

Пошол Василей по Волх-реке,

А идет Василей по Волх-реке,

По той Волховои по улице,

Завидели добрыя молодцы,

А ево дружина хоробрая

Молода Василья Буслаева:

У ясных соколов крылья отросли,

У их-та, молодцов, думушки прибыло.

Молоды Василей Буслаевич

Пришол-та молодцам на выручку.

Со темя мужики новогороцкими

Он деретца-бьетца день до вечера,

А уш мужики покорилися,

Покорилися и помирилися,

Понесли оне записи крепкия

К матерои-вдове Амелфе Тимофевне,

Насыпали чашу чистова серебра,

А другую чашу

Краснова золота,

Пришли ко двору дворянскому,

Бьют челом-поклоняютца:

А сударыня-матушка!

Принимай ты дороги подарочки,

А уйми свое чадо милая,

Молода Василья со дружиною!

А й рады мы платить

На всякой год по три тысячи,

На всякой год будем тебе носить

С хлебников по хлебику,

С калачников по калачику,

С молодиц повенешное,

С девиц повалешное,

Со всех людей со ремесленых,

Опричь попов и дьяконов. —

Втапоры матера-вдова Амелфа Тимофевна

Посылала девушка-чернавушка

Привести Василья со дружиною.

Пошла та девушка-чернавушка,

Бежавши-та девка запышалася,

Нелзя протти девки по улице:

Что полтей по улице валяютца

Тех мужиков новогороцкиех.

Прибежала девушка-чернавушка,

Сохватала Василья за белы руки,

А стала ему росказавати:

Мужики пришли новогороцкия,

Принесли оне дороги подарочки,

И принесли записи заручныя

Ко твоей сударыне-матушке,

К матерои-вдове Амелфе Тимофевне. —

Повела девка Василья со дружиною

На тот на широкой двор,

Привела-та их к зелену вину,

А сели оне, молодцы, во единой круг,

Выпили веть по чарочке зелена вина

Со тово урасу молодецкова

От мужиков новгороцких.

Скричат тут робята зычным голосом:

У мота и у пьяницы,

У млада Васютки Буславича,

Не упита, не уедено,

В красне хорошо не ухожено,

А цветнова платья не уношено,

А увечье навек залезено! —

И повел их Василей обедати

К матерои-вдове Амелфе Тимофевне.

В те поры мужики новогороцкия

Приносили Василью подарочки

Вдруг сто тысячей,

И затем у них мирова пошла,

А й мужики новогороцкия

Покорилися и сами поклонилися.