"Царь Борис" принимает решение

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

"Царь Борис" принимает решение

Третий инфаркт президента

Как мы видели, весь период перед выборами в Думу Ельцин провел либо в больнице, либо в санатории, либо в отпуске на юге. Такая «интенсивная работа», конечно, не могла не сказаться и на его собственном рейтинге, и на голосах, которые достались 17 декабря пропрезидентской партии «Наш дом — Россия». Однако в том, что на думских выборах НДР фактически потерпела провал — получила лишь 10 процентов голосов, — как мы знаем, был обвинен не Ельцин, а совсем другой человек. Ельцин как раз выступил в роли обвинителя.

Перед президентскими, еще более серьезными выборами всех волновал вопрос: стоит ли Борису Николаевичу при таком здоровье принимать в них участие?

Очередной, третий, инфаркт случился у него накануне нового, 1996-го, года. Как пишет Коржаков, Ельцина «спрятали в санатории в Барвихе».

На этот раз о болезни сообщалось скупо: ясно было, что все это как бы уже вообще выходит за рамки приличий — президенту впору не о новом сроке помышлять, а уходить на пенсию и оформлять инвалидность. Ельцина то переводили из санатория в ЦКБ, то возвращали обратно в санаторий…

Хотя в пресс-релизах, выпускавшихся президентской пресс-службой, присутствовали традиционные духоподъемные интонации — «состояние пациента стабилизировалось, несколько возросла его активность», — ясно было, что дела у кремлевского начальника обстоят неважно: третий сердечный приступ за полгода… (Слово «инфаркт», естественно, и на этот раз не употреблялось.)

Тем не менее Ельцин не оставлял намерения баллотироваться на второй срок. Как уже говорилось, Ельцин сообщил об этом своему главному охраннику где-то в начале января. Коржаков:

«В одно из моих посещений Борис Николаевич с трудом приподнял голову с подушки и тихо произнес:

— Александр Васильевич, я решил идти на выборы.

Я тут же поддержал его:

— Борис Николаевич, мы в этом никогда не сомневались. Другого, равного, кандидата все равно нет…»

Правда, несколькими строчками раньше в своих мемуарах тот же Коржаков пишет прямо противоположное — что всех в окружении президента как раз «одолевали сомнения», «можно ли в таком состоянии выдвигать Ельцина?» — но кто же из царедворцев осмелится открыто сказать об этих сомнениях самому царю!

«Выиграю, несмотря на низкие рейтинги»

Сам Ельцин в «Президентском марафоне» пишет, что решение идти на выборы он принял чуть раньше — в конце декабря 1995-го и что решение это далось ему нелегко. Но повествует он об этом, разумеется, более пафосно, чем его бывший охранник:

«…Я стоял перед жизнью, продуваемый всеми ветрами, сквозняками, стоял и почти падал от порывов ветра: крепкий организм подвел; «ближайшие друзья» — уже нашли себе замену, как стая, которая исподволь, постепенно намечает нового вожака; наконец, отвернулись от тебя и те, на кого ты всегда опирался, кто был твоим последним рубежом, резервом, — духовные лидеры нации. А народ… Народ не может простить ни «шоковой терапии», ни позора в Буденновске и Грозном. Казалось бы, все проиграно.

В такие мгновения приходит прозрение. И вот с ясной головой я сказал себе: если иду на выборы — выигрываю их, вне всяких сомнений. Это я знаю точно. Несмотря на все прогнозы, несмотря на рейтинги, несмотря на политическую изоляцию. Но вот вопрос: иду ли? Может, действительно пора мне сойти с политической сцены?

Но мысль о том, что я тем самым буду способствовать приходу к власти коммунистов, показалась нестерпимой.

Вероятно, выручила моя всегдашняя страсть, воля к сопротивлению.

В конце декабря я свой выбор сделал…»

Явные признаки предвыборного поведения Ельцин начинает проявлять примерно через месяц, в конце января: чаще мелькает на экране, направо и налево раздает всевозможные обещания и щедрые подарки.

В одном из его телевизионных появлений 27 января слышим:

— Я подписал сегодня указ о повышении стипендий студентам и аспирантам по всей России на 20 процентов…

Заметьте — «по всей России». Этакая в самом деле широта и щедрость души.

Вместе с Лужковым наведывается в «Русское бистро», демонстративно, как бы в пику «Макдональдсу», на радость «патриотам» (это как раз тот электорат, который предстоит привлечь). Нахваливает тамошнее питье:

— Хорош квасок, ядреный. С хренком.

Наверное, впервые за долгие годы — по-видимому, как раз с того времени, когда он, подобно рядовому горожанину, совершил поездку в троллейбусе, — держит в руках деньги и, расплачиваясь, осторожно пересчитывает их. Все должны видеть: президенту близки и понятны нужды простых людей.

В этот день президент сообщил, что о своем решении — идти или не идти на выборы — он объявит 15 февраля. Каким будет это решение, нетрудно было догадаться…

Всем было понятно, что без урегулирования чеченской проблемы или, по крайней мере, без каких-то серьезных шагов в этом направлении, нечего и думать об успехе на выборах. И вот 2 февраля появляется сообщение, что Ельцин на днях предложит свой вариант решения чеченского кризиса, причем основной упор будет сделан на мирное его урегулирование.

Люди замерли в ожидании.

Ельцин — кандидат националистов

Забавное происшествие случилось 11 февраля. В этот день в Петербурге состоялся Всероссийский съезд националистических партий. Основная цель съезда — согласовать действия накануне президентских выборов и выдвинуть единого кандидата на высший государственный пост.

Всего обсуждалось десять кандидатур. В их числе — Зюганов, Лебедь, Жириновский, Руцкой, Владимир Лысенко, Баркашов, Юрий Власов…

Накануне на съезде Национал-республиканской партии выбор пал на лидера КПРФ. Эту кандидатуру представители НРП и попытались навязать общему националистическому форуму. Как ни странно, однако, поддержки не встретили. В результате долгих дискуссий участники съезда пришли к «тяжелому, нелегко доставшемуся решению», к решению поистине сенсационному — «в кандидаты от националистов целесообразно выдвинуть Ельцина Бориса Николаевича».

— Я уверен, что многих это решение шокирует, — объяснял такой шаг лидер национал-большевиков Эдуард Лимонов, — но основой для него послужили ввод войск в Чечню, борьба с преступностью и так далее и тому подобное…

Объяснение, как видим, не очень внятное. Никакой такой особенной борьбы с преступностью ни в те годы, ни позже в России не велось. Напротив, неудержимо растущая повсеместная коррупция все больше подпитывала прочие формы преступности, наращивая ее общий вал. А вот чеченская война — это да. Кровавая каша, на долгие годы заваренная на Северном Кавказе, в глазах националистов в самом деле могла выглядеть выдающейся заслугой действующего президента.

Ну и, конечно, очень понравилось им, что Ельцин отправил в отставку таких людей, как Чубайс, Козырев, Филатов, Шахрай. По мнению участников съезда, все это свидетельствовало, что президент «на верном пути» и что он нуждается в новых людях: сейчас, когда от него «бегут демократы», его «социальной базой» могут стать «национально настроенные силы российского общества».

Так что — исторический казус: националисты оказались в числе первых, кто выдвинул Ельцина на новый президентский срок.

Торжественный ритуал в Екатеринбурге

О своем вступлении в избирательную кампанию Ельцин решил оповестить мир из Екатеринбурга. Так сказать, из родных пенат. Этакая трогательная патриотическая символика.

Бывший министр внутренних дел Анатолий Куликов в своих мемуарах так описывает отлет президента на Урал для участия в ритуале исторической важности:

«…Он обвел всех провожавших его чиновников знаменитым ельцинским взглядом и задушевно спросил: «Ну что скажете, может, мне не стоит ввязываться в это дело?» В ответ, конечно, прозвучал дружный хор голосов: «Ну что вы, Борис Николаевич, как же так? Обязательно надо!»

Проверка на лояльность, кажется, не столько убедила президента в искренности людей из его ближайшего окружения, сколько в том, что он по-прежнему контролирует обстановку. «Раз надо — значит, надо!» — сказал он так твердо, что ни у кого не осталось сомнений, что этот большой, мощный и очень упрямый человек давным-давно все для себя решил и не потерпит рядом с собой никого, кто бы сомневался в его силах».

15 февраля Ельцин выступил во Дворце молодежи Екатеринбурга.

— Я решил баллотироваться на пост президента России, — сказал он, — и объявляю об этом здесь, в дорогом для меня зале, родном городе, вам, моим землякам, всем гражданам России, для сведения всего мира.

Ельцин подчеркнул, что 16 июня состоятся не просто выборы президента — в этот день россиянам предстоит определить судьбу России, свою собственную жизнь. Стране грозит опасность возврата в исходное коммунистическое состояние.

— Столько пережить, стоять на пороге цивилизованной жизни и снова откатиться назад? — воскликнул Ельцин. — Это будет нашим общим поражением и позором. Можно ли мне в этой ситуации не участвовать в президентских выборах? Пока есть угроза столкновения «красных» и «белых», мой человеческий, гражданский долг, мой долг политика, стоявшего у истока реформ, — добиться консолидации всех здоровых сил общества и предотвратить возможные потрясения, вплоть до гражданской войны.

Как видим, позиция Ельцина противоречива: с одной стороны, он идет на выборы, чтобы не допустить возврата «в исходное коммунистическое состояние», а с другой — на этот раз как бы не принимает твердо сторону «белых», на которой стоял еще недавно, а выбирает для себя роль миротворца, консолидатора нации, возвышающегося над схваткой.

С начала реформ прошло уже четыре года. Жизнь людей по-прежнему тяжела. Полностью отождествлять себя с реформаторами в этой ситуации опасно. Поэтому Ельцин растолковывает слушателям, что он «за реформы, но не любой ценой», он «за коррекцию курса, но не за возврат назад».

Вновь и вновь Ельцин провозглашает: «Нам надо сделать все возможное, чтобы и мы, россияне, и наша страна не погибли под красным колесом прошлого».

Главная задача следующих пятилетий, по Ельцину, — «добиться, чтобы свобода стала достоянием всех граждан, чтобы она обернулась справедливостью, демократией и достатком, прежде всего для всех немощных и слабых». Однако на этом пути опять-таки встала угроза коммунистического реванша: уже три месяца, как иностранцы практически перестали инвестировать, вкладывать свои капиталы в Россию. Почему? Ждут президентских выборов. Хотят убедиться, останутся ли реформы или пойдут вспять. Сохранятся ли результаты приватизации или их уничтожат.

Говорил, естественно, Ельцин и о том, что «необходимо покончить с позорной практикой задержек заработной платы и пенсий». Пообещал, что все долги по зарплате будут выплачены уже в марте. При этом дал слово, что ни одного «деревянного», то есть не обеспеченного, рубля напечатано не будет.

Пообещал усилить борьбу с коррупцией. При этом сослался на уголовные дела, возбужденные против бывшего и.о. генпрокурора Ильюшенко, председателя Роскомдрагмета Бычкова и главы администрации Вологодской области Подгорнова.

О Чечне сказал обтекаемо: этот кризис должен быть разрешен в максимально короткий срок, в ближайшие месяцы.

Закончил с пафосом:

— Мы сильнее тех, кто все эти годы вставлял палки в колеса, мешал нашему движению к великой и свободной России, к достойной жизни всех россиян. Мы сильнее собственных разочарований и сомнений. Мы устали, но мы вместе, и мы победим!

«Настроен я крепко»

После выступления в Екатеринбурге Ельцин совершил короткую предвыборную поездку по Уралу. Опять-таки делал бодрые заявления по волнующим людей социальным проблемам, по Чечне, по укрощению нерадивых и нечистых на руку чиновников…

— Настроен я крепко, — уверял он рабочих Челябинского трубопрокатного завода, выступая перед ними прямо в цехе. — Сейчас нескольких министров снял за то, что не выполняют указы, несколько глав администраций снял за то, что не выполняют указы и законы. И будем так же действовать. Должны быть дисциплина и порядок, как у металлургов. Любая неточность — и уже авария. Так и у нас. Любая ошибка — и уже авария.

Пообещал, что в ближайшую неделю будет подписан указ о помощи обманутым вкладчикам, а с марта, повторил, наступит полный порядок с выплатой зарплаты.

О Чечне на этот раз сказал кое-что конкретное:

— Если только оттуда армию вывести, перережут они друг друга. Но и не выводить тоже нельзя. Поэтому мы хотим постепенно на край границы чеченской вывести, чтобы если они будут баловаться опять, мы опять их прихватим.

Рабочие реагировали на президентские обещания сдержанно. Не раз уже слышали подобное из разных уст.

…Предполагалось, что такие поездки Ельцин теперь будет совершать, по крайней мере, раз в месяц.

* * *

В тот же самый день, 15 февраля, когда Ельцин объявил, что включается в избирательную кампанию, конференция КПРФ приняла решение поддержать выдвижение Зюганова единым кандидатом в президенты от коммунистов и народно-патриотических сил (само его выдвижение — от имени «инициативной группы граждан» — произошло еще 9 января, так что Зюганов тут более чем на месяц опередил Ельцина).

Как писали газеты, коммунисты четко осознают значение предстоящих выборов для собственного будущего. Они понимают, что президентская кампания 1996 года — их «последний и решительный бой». Другого такого шанса у них уже не будет.

Чубайс объединяется с предпринимателями

То, что Чубайс так энергично и непримиримо выступил в Давосе против зюгановской лжи, имело весьма важные последствия для всей президентской избирательной кампании. Так получилось, что именно после этого выступления поток событий вовлек его в активную борьбу против избрания Зюганова на пост президента, так что он быстро оказался на самом ее острие.

Первым, однако, об этом сообщил не сам Чубайс, а президент Ельцин. В своем выступлении в Екатеринбурге 15 февраля он среди прочего упомянул и бывшего первого вице-премьера. Сказав, что тот «допустил ошибки в приватизации, акционировании и особенно в продаже акций предприятий», президент вместе с тем заявил, что Чубайс «остается в президентской команде» и «будет агитировать за президента», то есть за него, Ельцина. При этом Борис Николаевич разъяснил, в каком именно качестве Анатолий Борисович будет этим заниматься: он возглавил неформальное объединение бизнесменов, которые намерены оказывать помощь действующему президенту в переизбрании на второй срок.

У всех сложилось впечатление, что Чубайс чуть ли не приглашен работать в ельцинский предвыборный штаб. Однако на следующий день сам Анатолий Борисович опроверг распространившиеся слухи об этом, хотя и подтвердил: да, действительно после его давосской пресс-конференции к нему обратилась «группа серьезных российских предпринимателей», которые попросили его взять на себя роль объединителя «всех, кто выступает против избрания Зюганова на пост президента России».

17 февраля по прибытии в Петербург на региональную конференцию «Демвыбора России» Чубайс все разъяснил журналистам еще более определенно. В интерпретации корреспондента РИА «Новости» это звучало так. После недавней поездки в Швейцарию у Чубайса была встреча с группой «ключевых российских предпринимателей — банкиров и бизнесменов, обладающих большими, даже уникальными возможностями влиять на политическую и экономическую ситуацию». Эти люди, сказал Чубайс, прекрасно понимают, что с приходом к власти Зюганова в стране произойдет катастрофа, поэтому они готовы сделать все, чтобы этого не случилось. Речь, в частности, идет о создании центра по консолидации «всех имеющихся ресурсов» для недопущения победы на выборах кандидата-коммуниста. Чубайс, по его словам, принял предложение взяться за организацию такого центра и возглавить его.

По признанию Чубайса, ранее, уйдя в отставку, он планировал заняться совсем другим — деятельностью в сфере экономики и производства, но теперь его планы коренным образом изменились.

— Сегодня каждый здравомыслящий человек, — сказал Чубайс, — должен сделать все, чтобы не допустить прихода к власти в России коммунистов или фашистов.

При этом Чубайс особо подчеркнул: «группа поддержки демократического кандидата на президентских выборах», которую он возглавил, не обязательно будет поддерживать Бориса Ельцина — «есть и другие демократические кандидаты, которых она могла бы поддержать». Иными словами, получалось, что Борис Николаевич несколько поторопился, зачислив Чубайса со товарищи исключительно в свои помощники.

То, что президент с этим сообщением поспешил, вроде бы подтверждалось и другим обстоятельством: в тот момент в ДВР все еще продолжалась активная дискуссия, на кого именно стоит сделать ставку. Как уже говорилось, лидер партии Егор Гайдар убедил единомышленников, что не следует «суетиться» — выдвигать на пост президента его самого, Гайдара, или кого-либо другого от ДВР: это бесполезно и бессмысленно. Отпал в качестве потенциального кандидата и Черномырдин, поскольку вроде бы сделалось окончательно ясно: стать кандидатом он не согласится ни при каких обстоятельствах. Остановились на том, что сейчас необходимо четко обозначить условия, при которых ДВР поддержит того или иного кандидата, и продолжить переговоры с наиболее вероятными претендентами на эту роль. Таковыми были Борис Ельцин и Григорий Явлинский.

И все же несмотря на публичное уточнение Чубайса — о том, что он и его друзья-бизнесмены не обязательно будут поддерживать на выборах действующего президента, — Ельцин продолжал гнуть свое. 21 февраля на встрече с руководителями СМИ он вновь заявил, что Чубайс будет работать в его предвыборной команде. Дескать, уже в ближайшие часы у него состоится встреча с бывшим первым вице-премьером, на которой они обсудят тактику избирательной кампании.

По всему было видно, что Ельцин твердо решил привлечь Чубайса к работе своего предвыборного штаба, более того, по-видимому, считает, что он должен сыграть в этой работе центральную роль. В общем-то оно и понятно: вряд ли он смог бы найти другого человека с такой целеустремленной энергией, с таким организаторским, менеджерским потенциалом.

Однако и Чубайс, со своей стороны, продолжал отрицать однозначную жесткую привязку собственной персоны к персоне Ельцина. 24 февраля на заседании политсовета ДВР (на нем снова обсуждалась возможность поддержки Ельцина или Явлинского) он заявил, что «не создавал и не создает штаба по ведению избирательной кампании Бориса Ельцина», не является и «заместителем Олега Сосковца по избирательному штабу Ельцина». По словам Чубайса, два дня назад он сказал об этом «лично Ельцину с глазу на глаз» во время их встречи. Анатолий Борисович в очередной раз повторил, что члены группы из ведущих российских предпринимателей, которую он возглавил, прежде всего намерены не допустить, чтобы на июньских выборах победил лидер КПРФ. По словам Чубайса, «в случае, если президентом станет Зюганов, этим людям придется либо бороться против существующей власти, либо эмигрировать, поэтому они постараются сделать все, чтобы этого не произошло». «Я, со своей стороны, — добавил Чубайс, — постараюсь направить все ресурсы, которыми располагают эти люди, на то, чтобы Зюганов никогда не стал президентом».

Эти заявления Чубайса, неоднократно повторявшиеся в те дни, придавали импульс бодрости, уверенности всем, кто с ужасом смотрел на вполне реальную перспективу возвращения коммунистов во власть. Думалось: уж если Чубайс возглавил противостояние большевикам, так легко они эту власть не получат.

На пресс-конференции 26 февраля Егор Гайдар заявил об окончательно определившейся на тот момент позиции его партии в отношении наиболее приемлемого кандидата в президенты. Точнее говоря, эта позиция так и не определилась: по словам Гайдара, решение о поддержке того или иного кандидата ДВР примет «в ближайшие месяцы» и скорее всего выбирать будет по-прежнему между Ельциным и Явлинским.

— Очень трудно себе представить, — сказал Гайдар, — как после всего, что было сделано президентом за последние полтора года, ДВР и его единомышленники могли бы поддержать кандидатуру Бориса Ельцина. Но ясно, что если ценой неподдержки будет очередной коммунистический эксперимент, то мы можем поддержать его.

Гайдар разъяснил, какие именно требования ДВР предъявляет Ельцину и Явлинскому: действующий президент прежде всего должен создать условия для прекращения войны на Северном Кавказе и освободиться «от самых одиозных фигур в своем окружении»; что касается Явлинского, ему следует «решительно исключить» любую возможность сотрудничества с коммунистами и изъять из экономической программы «Яблока» все меры, которые могут привести к развалу денежной системы страны.

Гайдар вновь, причем в категорической форме, опроверг все еще циркулирующие слухи о том, что Чубайс намерен работать в ельцинском предвыборном штабе.

Между тем сам Чубайс для себя, по-видимому, все-таки давно уже решил, что единственный человек, который может остановить Зюганова, — это Ельцин. Между ним и Гайдаром — двумя соратниками и близкими друзьями — постоянно шёл острый спор по этому поводу. Гайдар утверждал, что к кандидатуре Ельцина следует обратиться в самом крайнем случае, если будут исчерпаны все другие варианты, а они пока не исчерпаны. Чубайс возражал, что нельзя терять время, его и так осталось слишком мало…

Чубайса прячут от избирателей

Недавно я спросил Чубайса, как все-таки обстояло дело с вот этим новым, предвыборным союзом между ним и Ельциным: действительно ли он, Чубайс, ничего не знал о том, что президент привлекает его к своей избирательной кампании, когда он громогласно объявил об этом в Екатеринбурге 15 февраля? А если все же такой союз в тот момент уже был заключен, кто был его инициатором — он или Ельцин?

— Нельзя сказать, будто я не знал, что Ельцин собирается выступить с таким заявлением, — ответил Анатолий Борисович, — что без меня меня женили. Мне об этом было известно. Инициатива исходила от президента, потому что я тогда вообще не имел возможности что-то предлагать: собственно говоря, я в ту пору был никем. Ко мне пришла Татьяна Борисовна с неким посланием от президента…

А чем объяснить, что Чубайс долго отрицал, что участвует в избирательной кампании Ельцина? И что Гайдар отрицал то же самое?

По словам Чубайса, все объясняется просто: это был один из элементов пиар-стратегии. Было ведь очевидно, что его публичное участие в избирательной кампании Ельцина дает больше минусов, чем плюсов — в электоральном смысле. Поэтому они это дело всячески затуманивали.

Думаю, помимо прочего, туман напускался еще и потому, что «Демвыбор», как уже говорилось, вообще долго не мог решить, кого ему поддерживать на выборах.

Интересуюсь у Чубайса: включаясь в избирательную кампанию Ельцина, беря на себя в ней центральную роль, не тяжело все-таки было преодолеть обиду за недавнюю отставку?

— Нет, — отвечает Чубайс.

— Вы не обидчивый человек?

— Да нет, не в этом дело. Дело в том, что я совершенно четко провожу черту между тем, что касается меня лично, и тем, что происходит в стране, какова в ней ситуация. Мало ли, какие у меня обиды на Бориса Николаевича или у него на меня. Есть вопросы поважнее. Тем более, что в тот момент я ясно понимал, что мы стоим в миллиметре от большой крови… Кстати, на пресс-конференции, которую я провел после увольнения, я сказал, что думаю о Борисе Николаевиче. Естественно, не о наших личных отношениях, а о его реальной роли в истории страны. Моя позиция и тогда, и теперь была и остается той же самой: это выдающаяся историческая личность… Хотя, конечно, обидно, когда тебя увольняют, но это другая тема. Это другая тема.

Данные социологов

(25 февраля 1996 года)

В конце февраля ВЦИОМ по заказу телепрограммы «Итоги» канала НТВ провел очередной опрос на тему «Если бы президентские выборы состоялись сегодня…» На первом месте по-прежнему Зюганов — 18 процентов голосов опрошенных. 10 процентов у Жириновского. На третье место поднялся Ельцин — 8 процентов. Столько же — у Явлинского. У Лебедя — 7 процентов. Далее идут: Святослав Федоров (6), Черномырдин (4), Гайдар (3), Горбачев (0,5).

В пересчете на тех, кто решил участвовать в выборах (их 63 процента), цифры получаются такие: Зюганов — 24 процента, Жириновский — 12, Ельцин — 11, Явлинский — 9, Лебедь — 8, Святослав Федоров — 7, Черномырдин — 5, Гайдар — 4, Горбачев — 0,6.

По мнению ВЦИОМа, шансы Ельцина на выход во второй тур теперь можно считать реальными, хотя в самом этом туре он пока не сможет выиграть у Зюганова.

Что касается деятельности на посту президента, наиболее резкую негативную оценку вызывает его политика по отношению к Чечне.