Спальня Жака Вийона

Спальня Жака Вийона

Старший из трех братьев Дюшан выбрал псевдоним Вийон в знак восхищения автором «Баллады повешенных». Жак Вийон все время прилежно работал. Небольшая сумма в 150 франков, ежемесячно высылаемая отцом, нотариусом в Бленвилле близ Руана, города мадам Бовари, позволяла ему без особых забот предаваться творчеству, тем более что он еще подрабатывал, предлагая газетам «Асьетт о Бёрр» («Тарелка с маслом»), «Курье франсэ», «Смех» рисунки, отмеченные едким и циничным юмором, столь любимым в «Прекрасную эпоху».

Жак Вийон, получивший известность много позднее, не был доволен своими творениями и считал, что эта продукция относится «к периоду, о котором лучше не говорить».

«Я долго работал для газет, — рассказывал он, — и это научило меня внимательно относиться к улице. Я придумывал подписи, комбинировал ситуации, одним словом, улавливал главное… В ту эпоху влияние прессы на искусство было неоспоримым. Благодаря ей живопись быстрее освободилась от академизма».

Того же мнения придерживался и Аполлинер.

Хотя Вийон и не обладал хваткой Форена, он был юмористом, быстро реагирующим и умеющим использовать технические возможности газеты. Уже по рисункам Вийона можно предугадать его движение к первым картинам «Бурлаки» и «Солдаты на марше».

Больше всего он любил изображать монмартрский мирок — экзотичных персонажей богемы, содержанок, рассыльных, падших девочек, хулиганов из «Гут д’ор». Один из рисунков, присланных им в «Курье франсэ», где также сотрудничали Ван Донген и Хуан Грис, весьма характерен для его юмора. Изображена женщина, лежащая в постели с художником.

— У тебя, значит, подруга? — спрашивает сосед, внезапно открыв дверь.

— Да, старина, а теперь еще и дружок.

Меньше известно, что младший брат Жака Вийона, Марсель, приехавший к нему на Монмартр в 1904 году, тоже сотрудничал в юмористических газетах. Правда, нерегулярно и не отличаясь обязательностью, что было ему весьма свойственно. Будущий «туз» дадаизма Марсель Дюшан оттачивал свое бичующее искусство, работая в юмористической прессе. Что же удивительного, если позднее он согласится принять орден «Великого Насмешника Патафизического коллежа»!

Живя на Монмартре, Жак Вийон не бывал ни в кабаре «Проворный кролик», ни в тех бистро, где собиралась компания «Бато-Лавуар». В ответ на мои вопросы он пояснил: «Я не был особенно близок с Пикассо, когда мы жили на Монмартре, не ходил в „Бато-Лавуар“. Это удивительно, тем более что я встретил Пикассо во время его первого приезда в Париж. Он был с группой испанцев, которых я знал. Нас представили друг другу, но я не задержал на нем своего внимания. Не было причин! Потом я как-то встретил его на улице Лепик с тележкой, нагруженной скарбом и картинами: он переезжал украдкой! Думаю, его испанская гордость не перенесла моего смеха. После этой встречи он сердился на меня пятнадцать лет!»

В саге о Пикассо нет эпизода о тайном переезде. Очевидно, Жак Вийон дал насмешливую интерпретацию обычным житейским обстоятельствам.

Жизнь прилежного художника, какую вел Жак Вийон, не исключала, однако, и некоторого внимания к тем, кто его окружал. По необходимости он общался с колоритными персонажами трущоб, тем более что питал симпатию к обиженным судьбой, демонстрируя таким образом протест против буржуазной среды, в которой воспитывался. Порой его мастерская напоминала общую спальню «Армии спасения». По словам Франсиса Журдена, его соседа по площадке, здесь всегда роилась разношерстная публика — художники без мольбертов, журналисты-хроникеры без хроники, один претендент на премию Рима, юноша-колбасник, сбежавший с колбасного завода, и даже будущий посол Франции в Венесуэле, Жан-Пьер Леве, высокий, худощавый — карикатура на Валентина Ле Дезоссе.

Главным украшением этой коллекции маргиналов были Биби ла Пюре, Марселин Дебутен и Морис Константин Вейер.

Безобразный, грязный, вонючий воришка и попрошайка Биби ла Пюре в зеленом рединготе и цилиндре представлял одну из самых заметных фигур Холма. Когда Ренуар жил на аллее Туманов, передавал ему через Габриэль съестное: единственный способ от него отделаться — это хорошенько его накормить. Пикассо и Вийон охотно рисовали Биби, заинтригованные его выразительной рожей.

Вошедший в легенду бродяга, чье настоящее имя Салис де Салья, хвастался своей дружбой с Верленом, демонстрируя всем один из сборников Верлена с посвящением: «Биби ла Пюре, такому восхитительному и удивительному». Он уверял, что рубашка, которую он носил, подарена ему самим поэтом: вот вам и объяснение, почему он никогда ее не менял. С таким «поручительством» Верлена он нахально являлся туда, куда его не звали. В мастерских, где, по его сведениям, должны были собираться, он представлялся: «Биби, в прошлом студент и друг Верлена». И пользуясь этим, начинал приставать к гостям, — «Послушай, старина, одолжи мне десять су…»

Из-под полы своего редингота этот небесталанный воришка вытаскивал самые разнообразные предметы: будильники, старые книжки, кухонные принадлежности, зонтики, прихваченные по случаю в самых разных местах, даже на складе потерянных вещей при комиссариате полиции, куда он нередко просился переночевать.

В кабаре «Проворный кролик» он читал Верлена или, подражая весьма модному тогда Жану Мореасу, подвывал, как и сам автор «Стансов»: «Не надо быть негодяем… Не надо делать гадости!»

Марселин Дебутен жил у Жака Вийона недолго: он умер в 1902 году. Талантливый гравер, давний друг импрессионистов, он бывал в кафе «Гербуа», «Новые Афины» в те годы, когда там ежедневно по вечерам встречались Мане, Моне, Дега, Писсарро и Ренуар.

Привлеченный его богемным обликом, Дега попросил Дебутена позировать для картины «В кафе. Абсент» вместе с актрисой Элен Андре. Лохматый, заросший, как сторожевой пес, всегда мучимый жаждой, по вечерам он обходил бистро с одним и тем же вопросом: «Вы не видели мою бабу?», имея в виду славную женщину, которая мучилась с ним целых полвека. Так находился повод для разговора, а там, глядишь, и стаканчик предлагали. Из всех его друзей импрессионистов в это время с ним общался только Дега, вероятно потому, что Дебутен притягивал его своими байками про мастерские других художников. Дега был до них весьма охоч.

Морис Константин Вейер представлял собой человека совсем другого рода — бродягу-фантазера. Жак Вийон называл его «кузеном», хотя никакого родства между ними не водилось. Это был крупный молодой человек, умный, благодушный, молча и внимательно наблюдавший за людьми. Он жил у родителей, и ему не требовалось зарабатывать на жизнь. Он читал, изучал искусство, предавался безделью. Каждый вечер, поужинав, он выходил из дому с сигарой в зубах и не спеша, словно прогуливаясь, направлялся к мастерской Вийона. Бросая вызов комфорту своей хорошо обставленной комнаты, он шел через весь Париж, чтобы переночевать на Монмартре на кипах старых газет.

Можно было предположить, что он собирает материал для какого-нибудь романа из жизни богемы, но у него не было никакой определенной идеи, просто ему нравилась атмосфера мастерских.

Четверть века спустя, вспоминая с Франсисом Журденом годы молодости, Жак Вийон сказал: «А я сегодня вечером видел „кузена“. Знаете, он сорвал Гонкуровскую премию. Да, да, „кузен“ Константин, вы еще об этом не слышали?»

Кузен Константин — это Морис Константин Вейер. Как-то он надолго исчез, и вскоре прошел слух, что он направился в дикие районы Северной Америки. Оттуда он привез восхитительный роман «Человек склоняется над своим прошлым», имевший большой успех и получивший Гонкуровскую премию.

Однажды Жаку Вийону надоели его богемные постояльцы, толпившиеся в его мастерской днем и ночью и мешавшие работать. Он собирался жениться и считал необходимым порвать с прошлым. Уехав с Монмартра, он обосновался в Пюто, недалеко от площади Дефанс, по тем временам — у черта на куличках, в домах, утопавших в зелени и пении птиц, где тогда жили художники… Сегодня там высятся башни Дефанс. Здесь он провел полвека, работая без шумихи, а также делая копии картин великих импрессионистов и даже своих более удачливых современников — Боннара, Матисса, Пикассо. Он был счастлив, когда к концу жизни, благодаря торговцу картинами Луи Каре, его творчество получило признание. «В искусстве. — говаривал он с хитрой улыбкой, — самые трудные первые семьдесят лет!»

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

БЕСКОЗЫРКА муз. И. Жака, сл. Н. Верховского

Из книги Песенная летопись Великой Отечественной войны автора Железный Анатолий Иванович

БЕСКОЗЫРКА муз. И. Жака, сл. Н. Верховского Те, кому довелось видеть, как советские морские пехотинцы поднимаются в атаку на врага, рассказывают, что в тот момент, когда командир командовал «За Родину! За Сталина! Вперёд!», моряки все как один снимали с головы стальные каски,


ПРИКЛЮЧЕНИЯ ЖАКА САДУЛЯ (1881–1956)

Из книги Апокалипсис XX века. От войны до войны автора Буровский Андрей Михайлович

ПРИКЛЮЧЕНИЯ ЖАКА САДУЛЯ (1881–1956) Приключения Жака Садуля в России и Франции показывают, как близка была по времени Парижская коммуна от событий 1917 года.Мама этого человека только случайно не была расстреляна за активное участие в Парижской коммуне 1871-го. Отец,


Черный человек Жака Оффенбаха

Из книги Великие загадки мира искусства [100 историй о шедеврах мирового искусства] автора Коровина Елена Анатольевна

Черный человек Жака Оффенбаха Современники не воспринимали этого композитора всерьез – ведь Жак Оффенбах (1819–1880) сочинял безудержно веселые оперетты. Но мало кому приходило в голову, что он мечтает о серьезной опере. И уж совсем никто не подозревал, что в жизни Оффенбаха


Спальня и постельные принадлежности

Из книги Повседневная жизнь средневековых монахов Западной Европы (X-XV вв.) автора Мулен Лео

Спальня и постельные принадлежности Вначале существовала одна общая спальня (дормиторий) и для монахов, и для аббата. В больших аббатствах (Эбербах, Побле, Хейлигенкрейц) это было весьма просторное помещение, например, в Побле – 66 на 12 метров. Каждый, кто служил в армии,


Гаргантюа из Елисейского дворца, или Секретная страсть Жака Ширака

Из книги Великие исторические сенсации [100 историй, которые потрясли мир] автора Коровина Елена Анатольевна

Гаргантюа из Елисейского дворца, или Секретная страсть Жака Ширака Вспоминая президентство Жака Ширака (а он был 22-м президентом Франции, предшественником Саркози с 1995 по 2007 год), пресса часто уточняет: у него была особая тайна, позволившая ему дважды занимать


Показания Жака Аттали

Из книги Третий Проект. Том II "Точка перехода" автора Калашников Максим

Показания Жака Аттали Чтобы постичь суть Античеловечества, мы обратимся к свидетельству бывшего банкира Жака Аттали. Да-да, того самого, которого наша ультраконсервативная пресса в начале 90-х объявила едва ли не центром «всемирного еврейского заговора».Один из


Вадим Карелин Последняя молитва Жака де Моле

Из книги Путь к Граалю [Сборник статей] автора Ливрага Хорхе Анхель

Вадим Карелин Последняя молитва Жака де Моле Хлопнула тяжелая дверь, прервав размышления Жака де Моле. Но уже через мгновение узник вновь погрузился в блаженное состояние покоя и умиротворенности. Посланец, которого он так долго ждал, предстал перед Великим Магистром и


«ЗАПИСКИ» ЖАКА МАРЖЕРЕТА

Из книги Смута в Московском государстве автора Коллектив авторов

«ЗАПИСКИ» ЖАКА МАРЖЕРЕТА Жак Маржерет родился около 1550 или 1560 года в городке Оксон во Франции. В начале 90-х годов XVI века он воевал на Балканах офицером-наемником, размахивал шпагой, устрашая врагов императора, трансильванского князя и польского короля. В 1600 году Маржерет


НЕСКОЛЬКО СЛОВ В ЗАЩИТУ ЖАКА ДЕ МОЛЭ

Из книги Божии дворяне автора Акунов Вольфганг Викторович

НЕСКОЛЬКО СЛОВ В ЗАЩИТУ ЖАКА ДЕ МОЛЭ       690 лет тому назад, 18 марта 1314 г., в Париже был публично сожжен на костре последний «Великий Магистр Ордена бедных рыцарей Христа и Храма Соломонова», вошедшего в историю под названием Ордена тамплиеров (храмовников), Жак де


7.5.7. Воспитать человека: сверхзадача Жан-Жака Руссо

Из книги Всемирная история в лицах автора Фортунатов Владимир Валентинович

7.5.7. Воспитать человека: сверхзадача Жан-Жака Руссо Жизненный путь Жан-Жака Руссо начинался сложно. Мать умерла при его рождении в 1712 г. Отец вступил во второй брак. Мальчик учился у нотариуса, гравера, но зачастую был предоставлен сам себе. В шестнадцать лет он покинул


9.6.5. Океан Жака-Ива Кусто

Из книги Всемирная история в лицах автора Фортунатов Владимир Валентинович

9.6.5. Океан Жака-Ива Кусто В XX в. человек вышел в космос. Как ни странно, но и Мировой океан, который окружал сушу сотни миллионов лет, стал серьезно исследоваться лишь в минувшем столетии. Во многом это связано с именем французского исследователя подводного мира Жаком-Ивом


   Подводная одиссея Жака-Ива Кусто

Из книги 500 великих путешествий автора Низовский Андрей Юрьевич

   Подводная одиссея Жака-Ива Кусто    Знаменитый французский исследователь подводного мира Жак-Ив Кусто был пионером во многих областях. Еще до войны Кусто изобрел очки для подводного плавания. Это открытие вд охновило его. А что, если создать аппарат, с помощью