Глава 35 ОСНОВНЫЕ НАПРАВЛЕНИЯ ВНЕШНЕЙ ПОЛИТИКИ ИНДИИ

Глава 35

ОСНОВНЫЕ НАПРАВЛЕНИЯ ВНЕШНЕЙ ПОЛИТИКИ ИНДИИ

Индия в Движении неприсоединения

В первые годы независимости внешняя политика Индии формировалась под большим влиянием внутренних факторов. Они были связаны с решением масштабных задач строительства независимой страны, в первую очередь с ликвидацией массовой бедности и неграмотности, созданием промышленной и аграрной инфраструктуры, обеспечивающей поступательное развитие Индии. Во внешней сфере это были поиски и определение достойного места страны в мире после окончания Второй мировой войны и крушения мировой системы колониализма, что обеспечило бы Индии благоприятные внешние условия для устойчивого стабильного развития.

В итоге первое правительство Индии во главе с Неру выработало принципиально новую концепцию позитивного нейтралитета, фундаментом которого стало неприсоединение Индии к двум противостоящим мировым блокам, возглавляемым СССР и США. Индия заявила о неприсоединении в качестве ключевого элемента своей внешней политики. Это означало, что она не будет вступать в военные блоки или тесно сближаться с тем или иным лагерем в начавшейся холодной войне. Однако неприсоединение Индии не означало ее отстранения от мировых дел. Наоборот, имелось в виду, что она должна активно участвовать в мировой политике, выступая в важной роли лидера Азии и всех неприсоединившихся стран. В эти годы Индия проявила себя как борец против колониализма и империализма, за мир, стабильность и мирные перемены. По мнению Неру, Запад был прямо связан с колониализмом и империализмом. Кроме того, социалистические идеи Неру входили в известное противоречие с капитализмом. Однако он не мог не учитывать, что Запад, прежде всего США, располагал большими экономическими и военными ресурсами, а также одобрительно относился к усилиям Индии в развитии демократии.

Советский Союз имел определенное преимущество в глазах Индии, поскольку не был связан с наследием колониализма и империализма. Он выдвигал идеи, которые были во многом созвучны с представлениями многих индийцев о направлении развития их страны в 1950– 1960-е годы. СССР не рассматривался ими как угроза и, более того, мог выступать как противовес Западу, а позже и Китаю[1206].

Независимость от колониализма создала условия для зарождения Движения неприсоединения (ДН). Еще в 1946 г. Неру говорил о решимости Индии «держаться в стороне от блоков или группировок, заключающих союзы друг против друга, которые в прошлом приводили к мировым войнам и которые могут вновь повлечь катастрофы в еще более широких масштабах». Он также предупреждал: как только «иностранные дела выходят из-под вашего контроля и попадают под контроль кого-то другого, в такой же степени и в таких же масштабах вы теряете независимость…». Поэтому, продолжал Неру, мы и впредь будем считать принципом нашей политики необходимость держаться в стороне от союзов, но стараться создавать возможности для дружественного сотрудничества. «Наш подход ко всему миру зиждется на дружественной основе»[1207].

На Конференции по отношениям между странами Азии (март 1947 г., Дели), в которой приняли участие представители советских республик Средней Азии, Неру заявил, что Индия будет сотрудничать со всеми странами и народами в укреплении дела мира, свободы и демократии. Эти принципы внешней политики неоднократно подтверждались как самим Неру, так и другими руководителями Индии.

Созданию Движения неприсоединения предшествовали события, связанные с освобождением от пут колониализма большого числа государств Азии и Африки, укреплением их независимости, стремлением этих молодых государств к объединению. Крупным шагом в этом направлении было проведение в апреле 1955 г. Бандунгской конференции, в которой приняли участие 29 стран Азии и Африки. Выступая в индийском парламенте по итогам этой конференции, Неру сказал, что в Бандунге был осужден колониализм в общепринятом смысле, то есть господство одного народа над другим. Вместе с тем Бандунгская конференция обсудила и другие важные вопросы, такие как проблемы зависимых народов, экономическое и культурное сотрудничество между ними, вопросы борьбы за мир и сотрудничество между странами[1208].

К началу 1960-х годов холодная война вступила в активную стадию. Не случайно, что на XlV сессии Генеральной Ассамблеи ООН (1960 г.) Неру, Нкрума (Гана), Насер (Египет), Сукарно (Индонезия) и Тито (Югославия) совместно внесли резолюцию, призывающую США и СССР «найти решение нерешенных проблем». Позже в ООН была принята Декларация о предоставлении независимости колониальным странам и народам. Это стало началом появления в ООН, а затем и в мировом сообществе новой силы, которая позже оформилась в Движение неприсоединения.

В сентябре 1961 г. в Белграде, Югославия, состоялась первая конференция Движения неприсоединения, в которой участвовали 25 государств. Одним из главных организаторов этой конференции была Индия. Белградская декларация ДН выступила в поддержку деколонизации, против расового неравенства, за мир и разоружение, по существу – за неучастие в холодной войне. Декларация потребовала устранить наследие колониализма и империализма – экономическое неравенство между странами, указала на растущий разрыв в уровне жизни немногих богатых стран и большинства развивающихся государств. Страны – учредители ДН также заявили о необходимости расширения членства Совета Безопасности ООН.

Впоследствии на конференциях ДН в Каире (1964 г.), Лусаке (Замбия, 1970 г.), Алжире (1973 г.) и Коломбо (Шри-Ланка, 1976 г.) неприсоединившиеся страны уделяли особое внимание вопросам социально-экономических и культурных преобразований. Так, в политической декларации конференции ДН в Коломбо, в которой приняли участие 86 стран, подчеркивалось, что неприсоединение символизирует поиск мира и безопасности в мировом сообществе и решимость установить новый и справедливый международный экономический, социальный и политический порядок; оно является динамичной силой в борьбе против империализма во всех его формах и проявлениях, а также против всех других форм иностранного господства; неприсоединение поддерживает право всех народов на свободу и самоопределение, право всех государств проводить независимую стратегию развития и участвовать в разрешении мировых проблем[1209].

Премьер-министр Индии И. Ганди в марте 1983 г. на седьмой Конференции глав государств и правительств неприсоединившихся стран в Дели, которая проходила под ее председательством, развила и расширила понятие неприсоединения. По ее мнению, Движение неприсоединения представляло собой важнейший исторический процесс, в котором слились в единый поток исторические, духовные и культурные течения разных стран. Оно выражало чаяния тех, кто в течение долгого времени испытывал лишения и лишь недавно обрел свободу. В этом движении воплощалась решимость человечества выжить, несмотря на угнетение, эскалацию гонки вооружений и идеологические разногласия. Это движение было лишено догматизма и имело динамичный характер[1210].

На этой конференции ДН Индией были подняты актуальные проблемы современности. Во-первых, это право палестинского народа на создание независимого государства. Ганди выступила с жестким заявлением по этому поводу: «Мы (страны ДН) придерживаемся одного мнения в нашей поддержке смелого, лишенного родины и многострадального народа Палестины. Израиль чувствует себя свободным совершать любые насилия, неприкрытую агрессию, не задумываясь о нарушениях международного права и норм поведения. Но сможет ли он вечно препятствовать осуществлению законных прав палестинцев?». Острой критике индийского руководства был подвергнут режим апартеида в Южной Африке, который игнорировал мнение международного сообщества и возводил расизм в ранг государственной политики. Еще одной проблемой, вокруг которой были объединены усилия стран ДН, стала милитаризация Индийского океана и создание американской военной базы на острове Диего-Гарсия[1211].

На посту председателя ДН Индию в сентябре 1986 г. сменила Зимбабве. Выступая на конференции в столице Зимбабве Хараре, уходящий с поста председателя Движения неприсоединения премьер-министр Индии Раджив Ганди говорил о фундаментальных задачах, стоявших перед ДН: борьбе за достоинство и права человека, за выживание в ядерном веке, мирном сосуществовании, отстаивании принципов равенства и демократии, независимости и безопасности всех стран, устранение бедности. Отмечалась важность сотрудничества развивающихся стран (Юг–Юг) и вовлечение в него развитых государств (Севера)[1212].

В своей внешней политике Индия постоянно подтверждала, что в основе ее неприсоединения лежит национальная независимость и свобода, борьба за мир и предотвращение конфликтов и конфронтаций, равенство между странами, демократизация международных отношений, дружба со всеми, за исключением расистских правительств и тех, кто угрожают свободе других стран. На конференции И. Ганди вновь подтвердила, что Движение неприсоединения отнюдь не является расплывчатым, негативным или нейтральным.

Рост числа членов Движения неприсоединения до 100 государств к концу 1980-х годов доказал, что оно отвечало интересам сотен миллионов людей на разных континентах. Индия, как и другие его члены, выступала за коренную перестройку международных экономических отношений на основе справедливости и равноправия. Она отстаивала право каждой страны на свои ресурсы и свою политику, требовала отсрочки выплаты долгов развивающихся стран, проведения реформы международной валютно-финансовой системы, которая, по ее мнению, безнадежно устарела, стала несправедливой и неадекватной. Проблема экономического развития, по мнению Индии, была одной из важнейших. Странам, входившим в Движение неприсоединения, по большей части бедным и отсталым, было не по силам удовлетворить даже самые скромные чаяния их народов. Оставалась еще и нелегкая задача сохранения независимости из-за оказываемого на эти страны экономического, политического и военного давления[1213].

Тектонические сдвиги в международных отношениях в конце XX в. в результате распада СССР и фактически создания однополярного мира во главе с США резко ослабили Движение неприсоединения и, казалось, обрекли его на исчезновение. Однако ДН нашло в себе силы адаптироваться к новым условиям в мире и даже расширить свои ряды. В начале XXI в. в него входили более 110 стран, которые поставили перед ДН задачу обновления с учетом новых реалий. По мнению Индии, Движение неприсоединения должно в перспективе принять в качестве руководящих принципов следующее: достичь консенсуса по основным вопросам, в которых заинтересованы все развивающиеся страны; не углубляться в спорные проблемы между странами-участницами; прилагать усилия, чтобы стать полюсом в многополюсном мире; укрепить сотрудничество между странами Юга в качестве важного пункта экономической повестки дня движения; и, наконец, все страны-участники должны развивать такие ценности, как демократия, права человека и многокультурность[1214].

На встречах на уровне министров иностранных дел стран Движения неприсоединения (Дурбан, апрель 2002 г.; Нью-Йорк, сентябрь 2002 г.) отмечалась важность этих задач и необходимость полного разоружения. В свою очередь, Индия вновь подчеркнула значение Движения неприсоединения.

В ноябре 2002 г. министр иностранных дел Индии Яшвант Синха отметил, что под руководством Неру, Насера и Тито Движение неприсоединения стало серьезной политической силой, а группа 77, включавшая в себя большинство неприсоединившихся стран, превратилась в важный инструмент обсуждения экономических вопросов. Благодаря неприсоединению, сказал он, Индия играла и продолжает играть заметную роль в международных отношениях. Я. Синха прямо заявил: «Я считаю, что философия неприсоединения до сих пор является весьма актуальной для современной внешней политики, поскольку в ее основе лежит идея независимой внешнеполитической линии нашей страны»[1215].

Главной темой Xlll конференции Движения неприсоединения (Куала-Лумпур, февраль 2003 г.) было «возрождение Движения неприсоединения». Участвовавшая в ней делегация Индии во главе с премьер-министром А.Б. Ваджпаи подчеркнула, что движение должно сосредоточиться на глобальных проблемах современности, которые объединяют его членов, а не разъединяют их. Оно должно принять позитивную повестку дня с акцентом на создание многополюсного мира, реформе системы ООН, сотрудничестве между Севером и Югом и между странами Юга. Такая позиция индийского правительства во главе с Бхаратия джаната парти тем более важна, ибо ранее, находясь в оппозиции, она заявляла, что неприсоединение не может быть ни ее идеологией, ни основой внешней политики страны[1216].

Пришедшее к власти в 2004 г. правительство Объединенного прогрессивного альянса во главе с Индийским национальным конгрессом также подчеркнуло необходимость возрождения Движения неприсоединения, его реконструкции и обновления, для того чтобы соответствовать вызовам начала XXI в. При этом оно отмечало, что Движение неприсоединения и само неприсоединение не являются синонимами. Если сорок лет назад важными вопросами были колониализм, апартеид и империализм, то в начале XXI в. определилась новая повестка дня. Это финансовые вопросы, терроризм, проблемы экологии, демографии. Неприсоединившиеся страны должны также объединить свои усилия в ООН, в том числе по вопросу реформирования Совета Безопасности ООН. В нем Азия, Латинская Америка и Африка представлены всего лишь одной страной – Китаем – в качестве постоянного члена СБ, а западный мир – четырьмя странами: США, Францией, Великобританией и Россией, что абсолютно недемократично[1217].

Мысль о переориентации роли неприсоединения в период после холодной войны прозвучала в выступлении президента Индии Абдул Калама на совместном заседании обеих палат парламента 7 июня 2004 г. В свою очередь, министр иностранных дел Индии Натвар Сингх так поставил вопрос о значении Движения неприсоединения: если неприсоединение более не является актуальным, то почему же актуально существование Организации Североатлантического договора (НАТО), созданной в 1949 г.? Варшавский договор более не существует, а НАТО продвинулась к границам России. А что нужно НАТО в Афганистане, где 99% населения не видели моря, тем более океана?[1218]

В начале XXI в. Движение неприсоединения вновь начало обретать уверенность в своих силах, что получило выражение в адаптации его идей и действий к новым реальностям, сложившимся в мире. Это проявилось и в работе XlV конференции Движения неприсоединения, которая состоялась 15–17 сентября 2006 г. в Гаване, Куба (первая такая конференция в Гаване прошла в 1979 г. в разгар холодной войны). Драматические изменения за прошедшие годы отразились на работе конференции 2006 г. Несмотря на экономическую блокаду Кубы со стороны США, на конференцию прибыли представители 118 государств-членов ДН, 16 стран-наблюдателей[1219]. Характерно, что США получили приглашение участвовать в этой встрече, но даже не подтвердили получения такого приглашения.

В своем выступлении на конференции премьер-министр Индии Манмохан Сингх говорил о стремлении этих стран объединить свои усилия по защите мира и безопасности на основе международных законов, на основе культурного и политического многообразия мира. Он подчеркнул, что в Движение неприсоединения входят представители разных религий, идеологий, этнических групп и культур и призвал к сближению цивилизаций, осудив теорию их «столкновения». Он призвал к объединению усилий с другими «близкими по духу нациями» для развития демократии в процессе глобального управления, для выработки новой глобальной политики, «основанной на законе, разуме и равенстве»[1220]. «Сегодня мы снова должны выступить против угрозы раскола мира по искусственно созданным культурным и религиозным разделительным линиям. Движение неприсоединения, охватывающее все религии человечества, все этнические группы и идеологические направления, – сказал М. Сингх, – вновь занимает уникальное место, чтобы играть роль моста в достижении понимания между разными странами»[1221].

На конференции ДН в Гаване Индия заявила о необходимости решения в рамках этого движения проблем равноправного развития во всем мире, глобальной энергетической безопасности, а также более активной работы по подъему Африки[1222]. ДН выступило в поддержку демократии как универсального политического инструмента, однако указало, что ни одна страна не имеет права определять суть демократии для всего остального мира. Было также подчеркнуто, что каждая страна имеет суверенное право выбирать свою форму правления.

В целом позиция Индии на конференции отличалась взвешенностью подходов и аккуратностью формулировок, особенно по тем вопросам, которые могли бы вызвать раздражение США. Это нашло отражение в Политической декларации ДН, которую эксперты охарактеризовали как «идеологически нейтральную». И, тем не менее, в тексте декларации нашлось место для слова «гегемония», подразумевающего США[1223].

Конференция ДН в Гаване подтвердила тот факт, что в нынешнем многообразном мире растет и укрепляется тенденция к объединению усилий стран, представляющих большинство населения планеты, тех, кто не входит в «золотой миллиард». Речь идет о более эффективном сотрудничестве между странами Юга, которые к началу XXI в. заметно продвинулись в своем экономическом и политическом развитии. Об этом свидетельствует и то, что на долю стран, входящих в ДН, приходилось 43% от их мировой торговли[1224]. В отличие от 1960–1980-х годов ДН не противопоставило себя развитым странам, а выразило готовность сотрудничать с ними на равноправных условиях. Политические декларации ДН, отражающие взгляды и таких растущих держав, как Индия и Китай, сами по себе были крупным фактором мировой политики. Последующая XV конференция ДН, в которой Индия приняла участие, состоялась в июле 2009 г. в Шарм-эль-Шейхе (Египет).

В сложившихся в мире условиях в начале XXI в. Движение неприсоединения принципиально изменило свой характер по сравнению с той ролью, которую оно играло до раскола Советского Союза. На передний план вместо политических вышли вопросы экономического развития, сотрудничества как между развивающимися странами, входящими в это движение, так и с развитыми странами. Для Индии участие в новом по своей сути Движении неприсоединения означает то, что она может выступать в качестве связующего звена между этими двумя группами стран и использовать эту возможность для наращивания своего экономического и политического влияния в мире.

Индия и ООН

Индия была одной из участниц Учредительной конференции Организации Объединенных Наций в Сан-Франциско в октябре 1945 г. Но еще раньше, 5 мая 1945 г., там же, в Сан-Франциско, глава индийской делегации Рамасвами Мудалияр заявил о претензиях Индии на место в Совете Безопасности ООН. Он сказал, что Индия имеет на это право с учетом размеров ее территории, населения, экономического и промышленного потенциала, а также ее вклада в победу союзных сил во Второй мировой войне. Однако эти претензии Индии были отклонены, прежде всего, потому, что она не была независимым государством.

Вскоре после сформирования Временного правительства в 1946 г. вице-король Уэйвелл и Ганди договорились направить представительную индийскую делегацию во главе с Виджаей Лакшми Пандит для участия в первой Генеральной Ассамблее ООН. Ганди высказал пожелание, чтобы она добилась включения в повестку дня ООН протеста Индии против дискриминации индийцев в Южной Африке. «Ганди представлял себе ООН, – пишет Пандит, – как место, где дружба между нациями укреплялась, где дискуссии и дебаты проводились на самом высоком уровне и где правда и нравственность торжествовали»[1225]. Однако она не скрывала своего разочарования тем, что усилия ООН не были направлены на защиту большинства населения на Земле, страдающего от голода и лишений. Само функционирование ООН, включая огромные расходы на «бесчисленные приемы, коктейли» и т.п., вызывало многочисленные вопросы у представителей развивающихся стран. Как отмечала Пандит, «невозможно было не думать о том, что эти деньги могли бы быть потрачены на лучшие цели, если был бы сохранен тот идеализм, который привел к рождению ООН»[1226].

В середине 1950-х годов вопрос о постоянном членстве Индии в СБ был поставлен генеральным секретарем ООН Трюгве Ли. Тогда же появилась идея о принятии в качестве постоянного члена Совета Безопасности Китайской Народной Республики (КНР). Западные страны выступили против такого предложения. В то время Неру фактически отказался от союза с западными державами и начал активно развивать отношения с Китаем и Советским Союзом. Кроме того, он был разочарован позицией ООН по кашмирскому вопросу. Все это привело к тому, что КНР получила место постоянного члена в Совете Безопасности, в то время как Индия осталась вне СБ ООН. В 1963 г. была принята поправка к Хартии ООН, в соответствии с которой произошло расширение состава СБ за счет непостоянных членов[1227].

В течение более 60 лет Индия принимала активное участие в деятельности ООН, в том числе в миротворческих операциях в Корее, Конго, в секторе Газа (Палестина), Египте, Новой Гвинее (Западный Ириан), на Кипре, в бывшей Югославии, Мозамбике, Сомали и других странах.

Как и многие другие страны, Индия возлагала большие надежды на ООН как на коллективный орган, главной задачей которого должно быть предотвращение столкновений и войн и укрепление мира. Тем более что ООН была создана сразу после окончания кровопролитной Второй мировой войны. Как позже с сожалением говорила премьер-министр Индии Индира Ганди, год создания ООН был также годом, когда впервые было использовано ядерное оружие[1228].

Энтузиазм Индии в отношении ООН постепенно стал сменяться сомнениями в ее эффективности как инструмента мира. В сентябре 1963 г. Джавахарлал Неру заявил в индийском парламенте в связи с войной во Вьетнаме, что по важнейшим вопросам, таким как разоружение, создавалось впечатление, что они вряд ли могут быть разрешены Генеральной Ассамблеей ООН. Реальный прогресс достигается большими странами, а именно США и СССР[1229]. В том же 1963 г., вновь выступая в парламенте, Неру сказал: «…нынешняя структура ООН не представляет должным образом Объединенные нации. Она отражает ситуацию, которая сложилась после Второй мировой войны. Нужно что-то сделать для того, чтобы привести ООН в соответствие с условиями, сложившимися в нынешнем мире. Это требует изменения Хартии ООН». Он выступил с критикой в адрес ООН, в частности, по вопросу о праве постоянных членов Совета Безопасности на вето. «И тем не менее, – подчеркнул Неру, – само существование ООН является огромным вкладом в дело мира во всем мире… И трудно представить себе мир без ООН»[1230].

Позже критика ООН со стороны Индии стала более конкретной. Выступая в октябре 1970 г. на Генеральной Ассамблее Организации Объединенных Наций по поводу 25-летия ее основания, И. Ганди отдала должное усилиям ООН в борьбе за мир и предотвращение ряда конфликтов. Вместе с тем она поставила вопрос о необходимости внесения изменений в организационную структуру и процедуры ООН, выработку новых программ, отвечающим задачам дня. И. Ганди отметила, что и через четверть века не произошло отказа от системы односторонних действий и эксклюзивных альянсов. Сферы влияния и баланс силы в международных отношениях продолжают оставаться важной частью политики многих государств. Право народов на выбор формы их правления признано только на словах. Сильные государства по-прежнему стремятся расширить сферу своего влияния. Их военные усилия в новых регионах неизбежно ведут к противодействию со стороны других держав. Результатом такой политики являются «ограниченные войны», в том числе на Ближнем Востоке и во Вьетнаме. ООН не смогла предотвратить эти войны или разрешить эти конфликты. Тем не менее ООН следует сохранить, вдохнуть в нее новый смысл и новые цели, чтобы создать тот порядок, при котором использование силы приведет к поражению тех, кто ее применяет. «Такие страны, как Индия, недавно завоевавшие свободу, – сказала И. Ганди, – придают большое значение ООН и ее деятельности, ООН должна обеспечить, чтобы ресурсы Земли использовались не для возвеличивания отдельных наций, а для благополучия единой семьи человечества»[1231].

Глубинные перемены за шестьдесят лет со времени основания ООН не сопровождались соответствующими изменениями в ее структуре с учетом интересов развивающихся стран. За этот период число членов ООН увеличилось более чем в три раза. Ряд развивающихся стран, в том числе Индия, достигли весьма высокого уровня экономического развития и стали играть заметную роль в мировой политике. Они требовали демократизации ООН и ее перестройки. Этот призыв вновь был повторен после окончания холодной войны 103 неприсоединившимися государствами на конференции в Аккре (Гана) в сентябре 1991 г. По их мнению, сложившаяся структура ООН не соответствовала реальному соотношению сил в мире, а консервировала отжившую концепцию гегемонии великих держав[1232].

В 1993 г. в связи с предстоявшим 50-летием ООН была создана группа по рассмотрению вопросов, относящихся к расширению членства в Совете Безопасности. Однако постоянные члены СБ не были готовы разделить свои привилегии с возможными новыми членами Совета Безопасности. Кроме того, возникли противоречия между претендентами на постоянное место в СБ. Так, Германия и Япония столкнулись с оппозицией со стороны Италии и Южной Кореи. Пакистан пытался блокировать стремление Индии получить место постоянного члена Совета Безопасности.

В 1994 г. Индия публично заявила о своих претензиях на постоянное членство в Совете Безопасности ООН и с тех пор неоднократно повторяла свои требования на этот счет. Она исходила из того, что развивающиеся страны крайне неудовлетворительно представлены в Совете Безопасности, тем более в числе его постоянных членов. Из них Россия, Франция и Великобритания выражали свою поддержку Индии в ее стремлении стать постоянным членом СБ. США ограничивались заявлением, что Индия «очень серьезный и сильный претендент» на постоянное членство в СБ. Китай, в свою очередь, заявлял, что не возражает против предоставления Индии такого членства, поддержав в более широком плане идею о реформе и расширении Совета Безопасности с тем, чтобы его состав отражал изменившиеся реалии в мире[1233].

Конференция министров иностранных дел стран, входивших в Движение неприсоединения, которая состоялась в Дели в апреле 1997 г., выразила озабоченность положением, сложившимся в ООН, что эта организация не учла реалии, возникшие после завершения холодной войны, не отвечала интересам большинства ее членов. В острой форме она поставила вопрос о реформировании Организации Объединенных Наций[1234].

Представители Индии и других стран считали, что ООН утратила моральное право представлять все человечество, так как почти все развивающиеся страны оставались за рамками аппарата, принимающего решения, то есть Совета Безопасности. К тому же большинство стран подвергало сомнению право пяти великих держав фактически управлять всем миром.

Доминирование великих держав, полагали некоторые индийские ученые и политики, уходило корнями в историю последних 350 лет. И хотя число и список этих держав менялись по мере изменений в мире, они продолжали оставаться силой, имеющей особые права в международном сообществе, несмотря на попытки более слабых и малых государств положить конец такому порядку вещей. Этот гегемонизм получил свое оформление в постоянном членстве в Совете Безопасности ООН пяти государств, несмотря на провозглашенный ООН принцип суверенного равенства всех ее членов. Во время создания ООН в 1945 г. это противоречие (суверенное равенство всех государств и привилегированное положение постоянных членов СБ ООН), получило свое разрешение (хотя и не без протестов со стороны 45 «малых членов» ООН) на той основе, что дополнительная власть великих держав и их ответственность перед миром неразделимы. Однако за прошедшие десятилетия великие державы не выполнили многих из своих обязательств. Напротив, они участвовали в войнах и конфликтах: США – в Латинской Америке, Вьетнаме, других регионах, бывший СССР – в Восточной Европе, Афганистане, иных «горячих точках». Великобритания, Франция и Китай также несли ответственность за подобные действия[1235].

При создании ООН выбор постоянных членов СБ отражал сложившееся соотношение сил после окончания Второй мировой войны. СБ рассматривался как гарант мира. Однако очень скоро обнаружились разногласия и соперничество между постоянными членами СБ ООН. В этой связи не раз возникали критические или патовые ситуации. Поэтому развивающиеся страны неоднократно выступали с требованиями создания более представительного СБ.

В 1992 г. генеральный секретарь ООН выдвинул предложение включить в состав СБ дополнительно пять постоянных членов: Индию, Бразилию, Нигерию, Германию и Японию. Первые три – исходя из географического принципа и численности их населения, а также их огромного потенциала. Последние две – с учетом их экономической мощи. Имелось в виду, что широко представительный СБ должен сыграть свою роль в коллективной борьбе против бедности, голода, экономического неравенства и технологической отсталости. Вопрос не получил своего решения.

После окончания холодной войны ООН, и особенно Совет Безопасности, заметно активизировали свою деятельность. Это подтверждалось такими фактами: за 45 лет со времени создания ООН до кризиса в Персидском заливе в 1991 г. СБ принял 659 резолюций, за последующие пять лет – 350 резолюций. Но главное состояло не в количестве резолюций, а в изменении характера деятельности СБ, причем не в сторону его демократизации. Многие из 183 членов ООН ощущали свое отчуждение от СБ, в котором после окончания холодной войны господствовали три западные державы (Россия была больше занята своими внутренними делами, а Китай обычно не проявлял интереса к отдаленным районам мира). СБ, говорили его наиболее жесткие критики, стал не более чем дополнительным рычагом западной внешней политики. Новое соотношение сил в мире в конце XX в. привело к тому, что СБ ООН стал склоняться к более широкой интерпретации определенного Хартией ООН мандата по поддержанию международного мира и безопасности. По мнению Н. Коши, профессора Юридической школы в Гарварде, «ряд ситуаций, которые в прошлом считались делом внутренней юрисдикции стран, стали квалифицироваться как угроза международному миру и стабильности»[1236].

Такие изменения в деятельности СБ ООН вызывали озабоченность многих стран, в том числе развивающихся. Индия, например, выдвигала в этой связи следующие требования: во-первых, СБ ООН не должен посягать на национальный суверенитет государств под предлогом борьбы за права человека; во-вторых, решения СБ должны отражать консенсус Генеральной Ассамблеи ООН; в-третьих, СБ должен быть полностью подотчетен Генеральной Ассамблее. В таком же духе выступали и другие развивающиеся страны[1237].

В свое время создатели Хартии ООН были обеспокоены прежде всего проблемами, связанными с войнами между странами, а не конфликтами внутри отдельных государств. Обстановка, сложившаяся на планете в 1990-е годы и в начале XXI в., когда значительно увеличилось число внутренних конфликтов, потребовала новых подходов к проблеме сохранения мира и безопасности, выработки таких механизмов, которые придали бы полную легитимность действиям ООН. В противном случае неизбежным было возникновение разногласий между членами ООН по важнейшим вопросам международной безопасности. Все это могло бросить тень сомнения на правомерность некоторых решений СБ.

Так, во время дебатов по резолюции о репрессиях в отношении гражданского населения в Ираке в 1990-е годы многие члены ООН высказывались в том духе, что эта резолюция выходит за рамки мандата СБ. Представитель Индии, в частности, заявил, что право Совета Безопасности заняться этим вопросом наступает только в том случае, если существуют условия, представляющие явную угрозу международному миру и безопасности. Тем не менее, указанная резолюция была принята, поскольку общее настроение в мире склонялось в пользу того, чтобы наказать Ирак за агрессию против Кувейта. Однако вопрос легитимности решений СБ не снят с повестки дня.

Эта проблема переплеталась и с другими вопросами, не менее важными для деятельности ООН, а именно – с ее выступлениями в качестве коллективного органа по обеспечению мира и безопасности, который самостоятельно и независимо принимает решения, на основе которых затем и предпринимаются соответствующие меры. Эпизод с войной в Персидском заливе в 1991 г. достаточно наглядно продемонстрировал, что здесь было немало вопросов для раздумий по поводу роли ООН. Как пишет Г. Киссинджер, «США, не дожидаясь международного консенсуса, в одностороннем порядке направили большую экспедиционную группу [в Персидский залив в 1991 г.]. Другие страны были в состоянии оказать влияние на действия Америки, только присоединившись к тому, что было, по существу, американским предприятием, так как они не могли избежать конфликта в случае использования права вето. Кроме того, внутренние проблемы в Советском Союзе и Китае подтолкнули постоянных членов Совета Безопасности к тому, чтобы поддержать действия США. В войне в Персидском заливе коллективная безопасность была востребована для оправдания лидерства США, а не в качестве замены этого лидерства»[1238].

Некоторые индийские политологи весьма критически рассматривали роль ООН во время войны в Персидском заливе. Так, Анил Наурия полагал, что своей деятельностью во время войны и после нее ООН существенно подорвала свой авторитет[1239]. Представители развивающихся стран, в том числе Индии, подвергали критике роль ООН и в бывшей Югославии, где ряд действий в 1992-м и последующих годах сначала был предпринят западными державами, а затем уже одобрен ООН. В этом случае Россия и Китай не воспользовались правом вето, что было связано главным образом с их нежеланием и неспособностью в тогдашней геополитической обстановке противостоять Западу.

Индия, как и многие другие развивающиеся страны, предлагала сделать более «прозрачной» работу Совета Безопасности и усилить роль стран, не являющихся членами СБ, что способствовало бы более широкому их участию в выработке и принятии решений. Одной из важных проблем, стоящих перед ООН, по мнению Индии, было реформирование ее Совета Безопасности. Нынешняя его структура – пять постоянных членов СБ с правом вето и 10 непостоянных членов – является анахронизмом. Однако требования развивающихся стран, в том числе Индии, не встретили поддержки западных держав. В 1995 г. индийская парламентская делегация обсуждала проблему включения Индии в число постоянных членов СБ с генеральным секретарем ООН Бутросом Б. Гали. В этой связи сообщалось, что в ООН по этому вопросу нет консенсуса. Осенью 1996 г. Индия не смогла набрать необходимого количества голосов для избрания в качестве непостоянного члена СБ от Азии. Это место сроком на два года тогда досталось Японии.

В вопросе о расширении Совета Безопасности Индия и многие развивающиеся страны руководствовались двумя принципиальными соображениями: географически равноправным распределением мест в СБ и суверенным равенством государств. Существовало много разных вариантов реформирования СБ ООН. Все это свидетельствовало, что реформа СБ действительно назрела, но консенсуса членов ООН по этому вопросу не было и достичь его было непросто.

Индия настойчиво демонстрировала свою приверженность принципам и целям, заявленным в Хартии ООН, а также задачам создания многополярного мира. Ее представители принимали участие в обсуждении актуальных вопросов на заседаниях Генеральной Ассамблеи ООН и Совета Безопасности. В том числе таких важных проблем, как положение в Африке, Афганистане, Боснии и Герцоговине, Ираке и Кувейте, в обсуждении таких тем, как международный мир и безопасность, терроризм, положение женщин и детей и других.

Накануне войны в Ираке в марте 2003 г. Индия заявила, что вопрос о войне должен быть решен только ООН, а не в одностороннем порядке какой-либо страной. Следует избегать войны. Она выступала за мирное решение иракской проблемы коллективными усилиями ООН, призывала не проводить силовых действий без согласия мирового сообщества, урегулировать ситуацию в Ираке строго в рамках ООН с учетом законных интересов иракского народа, при уважении суверенитета и территориальной целостности этой страны.

По положению в Афганистане после начала в 2001 г. военной операции коалиции во главе с США Индия вместе с другими членами ООН выражала озабоченность проблемами безопасности, восстановления Афганистана, производства и незаконной торговли наркотиками, обустройства беженцев.

Предметом озабоченности Индии на обсуждениях в ООН была также ситуация на Ближнем Востоке. На заседаниях Генеральной Ассамблеи ООН и СБ ООН она призывала к проведению мер по улучшению социального и экономического положения палестинского народа, настаивала на мирном разрешении конфликта на основе резолюций ООН.

Индия выступала в роли одной из главных миротворческих сил ООН. До 2004 г. она участвовала в 39 миротворческих операциях ООН, вносила свой вклад во время дебатов по вопросам усиления роли миротворцев ООН и гражданской полиции, в разработке нового механизма сотрудничества между СБ ООН, Секретариатом ООН и странами, направлявшими миротворцев[1240].

Индия настойчиво подчеркивала необходимость реорганизации всей системы ООН, особенно ее Совета Безопасности, используя для этого различные формы, а не только самой ООН. Так, на встрече стран, входящих в Движение неприсоединения в 2006 г., Индия высказывалась в пользу реструктуризации Совета Безопасности ООН. Предусматривалось, что вето Совета Безопасности могло быть преодолено двумя третями стран, входящими в Генеральную Ассамблею ООН.

Генеральный секретарь ООН Кофи Аннан, принявший участие в этой встрече, поддержал призыв к реформированию ООН в интересах развивающегося мира и самой ООН. Иначе ООН рискует потерять авторитет, законность, нейтральность и независимость. Он считал, что нужно ввести новых постоянных или долгосрочных членов в состав СБ. Нынешнее представительство в этом органе, сказал Аннан, отражает реалии 1945 г.[1241] Несколько раньше, еще до этой встречи глав стран Движения неприсоединения, Индия, Бразилия, Германия и Япония сформировали так называемую Группу четырех с целью добиваться постоянного членства в Совете Безопасности. На двусторонней встрече лидеров Индии и Бразилии в сентябре 2006 г. они подчеркнули приоритетность реформирования ООН, чтобы она больше отвечала реальностям сегодняшнего дня. Оба руководителя заявили, что будут тесно взаимодействовать в рамках Группы четырех с целью добиться постоянного членства в Совете Безопасности ООН[1242]. Борьба по вопросу о расширении числа постоянных членов СБ ООН приобрела затяжной характер, в которой позиции постоянных членов СБ были достаточно осторожными. Пожалуй, наиболее определенную позицию заняли США, которые заявили о поддержке Японии в качестве возможного постоянного члена СБ. Разногласия по вопросу о реформе ООН и ее Совета Безопасности в косвенной форме отразились на борьбе за пост генерального секретаря ООН вместо уходившего в отставку в декабре 2006 г. Кофи Аннана. Кандидатом на этот пост Индия выдвинула Шаши Тхарура, одного из заместителей генерального секретаря. Основное соперничество развернулось между ним и министром иностранных дел Южной Кореи Пан Ги Муном, в поддержку которого высказывались США и Китай. Было еще пять других кандидатов – от Шри Ланки, Таиланда, Иордании, Афганистана и Латвии. Кандидат от Шри Ланки снял свою кандидатуру, а правительство этой страны поддержало южнокорейского дипломата. В результате трех рейтинговых голосований в Совете Безопасности предпочтение было отдано Пан Ги Муну, которого поддержали все пять членов СБ. США выразили глубокое удовлетворение результатами голосования. После избрания на пост генерального секретаря ООН Пан Ги Мун заявил, что его приоритетами будут реформирование и финансы ООН. Эти требования также выдвигались администрацией президента Буша[1243].

Участие Индии в международных организациях и группировках

Индия и Содружество наций. Временное правительство во главе с Неру, сформированное в 1946 г., испытало сильное давление со стороны британских властей, которые настаивали на присоединении Индии к Британскому содружеству наций с королем-императором Великобритании в качестве главы государства. Но Индия выбрала свой путь как независимая республика. Неру не мог пойти даже на символическую власть прежней метрополии над ее бывшей колонией, хотя и не желал разрывать связи как с Великобританией, так и тем более с ее бывшими колониями, входившими в Британское содружество наций[1244].

После долгих переговоров в течение более трех лет, на встрече премьер-министров стран Британского содружества наций в Лондоне 28 апреля 1949 г. было достигнуто соглашение (Лондонская декларация), что Республика Индия примет британского суверена в качестве символа свободной ассоциации независимых государств, то есть главы Содружества. Таким образом, по инициативе Индии в Содружество могли входить не только государства, находящиеся «под английской короной», но и республики, а также государства с монархическим устройством, независимые от британской монархии. В большинстве случаев все они – 54 государства – были бывшими колониями Великобритании. 16 членов Содружества признавали короля Великобритании как главу их государств. 33 члена были республиками, а еще 5 – монархиями.

В Лондонской декларации говорилось: «Правительство Индии… заявило и подтвердило желание продолжать ее полное членство в Содружестве наций и ее согласие принять Короля в качестве символа свободной ассоциации независимых государств, главы Содружества». Эта формула была принята в качестве прецедента для всех других стран. При этом Британское содружество было переименовано в Содружество наций[1245].

В своей деятельности Содружество выдвигало следующие цели: развитие демократии, совершенствование управления, защита прав человека, гендерное равенство и более справедливое распределение благ глобализации[1246]. Фактически оно было сугубо консультативным органом, собиравшимся один раз в два года, решения которого не были обязательны для его членов. Содружество было представлено в ООН его секретариатом в качестве наблюдателя. С 1 апреля 2008 г. генеральным секретарем Содружества на двухлетний срок был избран индиец Камалеш Шарма, до этого профессиональный дипломат.

Индия и Азия. В доколониальный период Индия имела обширные культурные и торгово-экономические связи с азиатским регионом. В эпоху колониализма они были во многом ослаблены и даже разорваны. После достижения Индией и странами Азии независимости начался новый период в отношениях между ними. Проводимая Индией политика неприсоединения вызывала симпатии в ряде стран Юго-Восточной Азии. Это, в частности, нашло свое проявление в том, что Индия стала в 1954 г. председателем Международной контрольной комиссии по Вьетнаму. В 1955 г. Индия была коспронсором и активным участником Афро-Азиатской конференции в Бандунге.

Однако в последующие годы она во многом утратила интерес к Юго-Восточной Азии. Внимание Индии в 1960–1980-х годах было приковано к проблемам в ее ближайшем окружении – вооруженному конфликту с Китаем в 1962 г., военным конфликтам с Пакистаном, непростым отношениям с Шри Ланкой. С другой стороны, многие государства ЮВА оказались в политической орбите США, что затрудняло развитие их отношений с неприсоединившейся Индией, которая к тому же нередко выступала на стороне СССР. Кроме того, политическая система многих азиатских стран тяготела к авторитаризму, в то время как Индия стремилась развиваться по демократическому пути. В конце 1970-х годов Индия пыталась принять участие в разрешении конфликта в Камбодже, однако ее усилия не увенчались успехом.

Индия и Ассоциация регионального сотрудничества Южной Азии. Индия придавала особое значение отношениям в ближайшем окружении. Однако во время холодной войны процесс развития связей со странами Южной Азии был заторможен и, по существу, возобновился в начале 1980-х годов. 8 декабря 1985 г. была создана Ассоциация регионального сотрудничества Южной Азии (South Asian Association of Regional Cooperation – SAARC, СААРК). Она получила свое оформление на встрече глав государств и правительств семи южноазиатских государств – Бангладеш, Бутана, Индии, Мальдивов, Непала, Пакистана и Шри Ланки, которая состоялась в Дакке, Бангладеш. Подготовительная работа к этой встрече проводилась с мая 1980 г., что свидетельствовало о немалом количестве сложных проблем, которые предстояло решить до вынесения согласованного решения по вопросу о создании СААРК.

Эта организация поставила перед собой довольно скромные задачи – развивать и укреплять «коллективное самообеспечение» среди стран Южной Азии, а также активное сотрудничество и взаимопомощь в сфере экономики, культуры, техники и науки. Налицо была явная попытка уйти от политических вопросов, а тем более противоречий, которые существовали между государствами Южной Азии. Отсюда и последующая деятельность СААРК, которая ограничивалась преимущественно торгово-экономическими и культурными вопросами[1247].