МАНЬЧЖОУ-ГО И ЦАРСКИЙ ПУТЬ

МАНЬЧЖОУ-ГО И ЦАРСКИЙ ПУТЬ

Наступило время подготавливать Маньчжурию для полномасштабной эксплуатации ее ресурсов. Прямая аннексия вышла из моды. Токийские стратеги предпочли создать «независимое» государство в рамках своей империи.

Оно получило название Маньчжоу-Го. Его императором, которому дали тронное имя и девиз правления Кан Дэ, был Генри Пу И, ребенок, которого низложили в Пекине после революции 1911 г. и который с 1926 г. пользовался убежищем в японском консульстве в Тяньцзине. Властные полномочия Пу И были теоретически такими же широкими, как и Хирохито. Ему давали «министерские советы», и его действия направляли шесть отделов, напоминавших центральные министерства (приказы) Цинской империи. Японцы установили контроль над центральным планирующим органом — Советом по общим делам, заняли большую часть высших должностей ранга «тёкунин».[438] Их консульские агенты действовали на всей территории государства.

Во время строительства Синкина, новой столицы, император обосновался в ветхом квартале в Мукдене. Ему оказывались все почести как «знаменному» принцу, включая серенады на восходе солнца, исполняемые хором из восьми поющих евнухов. Однако охрана предохраняла современного Сына Неба от всех контактов с недостойными людьми. Реальная власть принадлежала генералу Муто Нобуёси, занимавшему сразу три должности — командующего Квантунской армией, генерал-губернатора Квантунской области и посла в Маньчжоу-Го. Он был ответственным в Токио только перед Советом по маньчжурским делам. Он не разделял власть ни с МИДом («гаймусё»), ни с каким-либо другим гражданским учреждением.

Не приемля «республиканской формы правления, демократии и марксизма», новое государство вернулось к примитивизму. Хотя государство приняло «пятирасовый» флаг, оно управлялось только от имени маньчжуров. Хотя их язык почти исчез, он изучался в начальных школах. Китайцы, составлявшие 90 % населения, оказались исключенными из политики. Государство основывалось на конфуцианской этике. Маньчжоу-Го должно было стать моделью для более поздних военных правительств и испытательным полем XX в. для «императорского пути, или пути правителя» Конфуция (ван дао), почти идентичным «Кодо» японских националистов.

Западное и китайское националистическое влияние ослабевало. Первым перестал действовать международный таможенный контроль. Конкурировавшие железнодорожные системы, включая Китайско-Восточную железную дорогу, были включены в Южно-Маньчжурскую железную дорогу.[439] В 1935 г. Маньчжоу-Го вошло в зону иены. Два года спустя, в соответствии с пятилетним планом, государство избавилось от всех свободных частных предприятий. Согласно плану, Маньчжоу-Го должно было покрывать 15 % потребностей Японии в хлопке, а также поставлять большое количество риса, сахарной свеклы и растительного масла.

Монополистический капитал вложил почти два миллиарда долларов в реализацию плана. Самым большим промышленным комплексом в этот период была Маньчжурская группа тяжелой промышленности (Manchurian Heavy Industries Group), концерн, занимавшийся открытой добычей ископаемых и производством стали на основе рудных и угольных месторождений Фэнтяня. Неприязнь военных к старому концерну «Дзайбацу» привела к развитию новых корпораций, сотрудничавших с офицерами Квантунской армии и правительством Маньчжоу-Го.