ОТНОШЕНИЯ С ГОСУДАРСТВАМИ ПО ПЕРИМЕТРУ КИТАЯ

ОТНОШЕНИЯ С ГОСУДАРСТВАМИ ПО ПЕРИМЕТРУ КИТАЯ

Китай возвышался над соседними странами. Китайский амбан (высокопоставленный чиновник; амбаны были цинскими резидентами в Тибете, Синьцзяне, Монголии и Цинхае. — Пер.) с 1500 солдатами контролировал Тибет. В Туркестане и Монголии было расположено гораздо больше войск. Восточные калмыцкие татары попытались создать собственную империю, но потерпели полное поражение от китайцев в 1755 г. Часть их земель была передана казахским тюркам, а другая часть — западным калмыкам, которые бежали от русских угнетателей. Формоза, ставшая рентабельной рисовой плантацией, превратилась, подобно Туркестану, в место ссылки для цинских мандаринов. На острове, отличавшемся крайне низким, неэффективным управлением, часто вспыхивали восстания.

Япония не поддерживала дипломатических отношений с Пекином, но правитель Окинавы быстро признал маньчжурскую власть и регулярно посылал посольства. Бирма выражала почтение своему «старшему брату», иногда направляя к нему государственные миссии. Большинство королей Сиама, особенно узурпаторы, искали подтверждения своего титула в Пекине. В Сеуле представители маньчжурского двора короновали каждого нового монарха. Миссии, прибывавшие к маньчжурскому двору, рассматривались как «приносящие дань», хотя очень дорогие подарки обычно возвращались, и обмен происходил в форме торговли.[141] Из Монголии привозили шерсть и мех, из Кореи — бумагу, золото и тигровые шкуры, из далекого Непала — раз в пять лет павлинов и живых слонов. Китайская администрация вассальных государств была в основном символической, но великолепие и пышность дипломатических представителей в Пекине поднимали престиж императора-дракона, позволяя Цяньлуну провозгласить: «Оказывая влияние на весь мир, я имею в виду лишь одну цель — сохранять совершенное добро и выполнять государственные обязанности».