§ 4. ОТРАЖЕНИЕ НАЦИОНАЛЬНЫХ И СОЦИАЛЬНЫХ ИСКАНИЙ В ЛИТЕРАТУРЕ

§ 4. ОТРАЖЕНИЕ НАЦИОНАЛЬНЫХ И СОЦИАЛЬНЫХ ИСКАНИЙ В ЛИТЕРАТУРЕ

Мы не пишем историю белорусской литературы, поэтому мы дали только беглые указания, характеризующие общее направление периода ее возрождения. Да в данный момент история белорусской литературы и не нуждается в помощи неспециалиста. Имеется очень дельный обзор истории белорусской литературы Максима Горецкого; из более ранних очерков необходимо напомнить об изданном в Вильне в 1918 г. обзоре произведений наших поэтов («Наши песняры») Антоном Новиной. Покойный М. Богданович в «Украинской жизни» поместил статью под заглавием «Белорусское возрождение», представляющую собой небольшой, но хорошо написанный очерк дореволюционной литературы. Имеются отдельные очерки Е. И. Хлебцевича, Фарботки, Л. И. Леущенки, много интересных сведений о белорусской литературе находится в книге Василевского «Литва и Белоруссия», вышедшей на польском языке. 3-й том «Белорусов» академика Е. Ф. Карского дает детальный библиографический обзор нашей новейшей литературы. Если критические замечания Карского не в достаточной мере охватывают существенные черты литературных направлений, то новейшие статьи по отдельным вопросам, принадлежащие таким знатокам нашей литературы, как З. Жилунович, М. Бойков, В. Игнатовский, Пиотухович, М. Горецкий дают более отчетливую картину литературных направлений этой эпохи.

Новейшая белорусская литература имела, как мы знаем, своих предшественников. Она покоится и на предшествующем изучении родины и генетически связана с поэзией предшествующих десятилетий — Барщевского, Янки Лучины и других. Но есть большая разница в направлении предшествующей эпохи возрождения. Различие тут имеется и количественное, и качественное.

Девятисотые годы дали такой прилив к нашей литературе богатых дарований, они дали такую тягу к литературному творчеству, какую редко мы встречаем у других народов и какую может вызвать только эпоха народного пробуждения, эпоха подъема национального чувства.

Это замечательнейший период в нашей истории, период мощного подъема, период великой любви к родине, период страданий о ее настоящем и призыва к светлому будущему.

Д. Ф. Жилунович в своем очерке белорусской литературы справедливо указывает на то, что белорусское национальное возрождение получило особенно сильный размах с 1905 г.: «Той размах, тая шыр [якія раптам] ахапiлi беларускi народ хвалямi самапазнаньня… Адначасова заварушылiся i гарады, i мястэчкi, і сёлы. Беларусь пакрылася нацыянальнымi, палiтычнымi і сацыялiстычнымi гурткамі [колкамі] i грамадамi. Студэнты, вучнi, iнтэлiгенцыя i, асобна цiкава, работнiкi i сяляне, — усе дазналi патрэбу часу i няйначнасць паражэньня выпухнутых iм задач: „Аслабаняй себя з усiх бакоў i назвамi рвi ланцугi усякага прыгону!“, — гучэў бадзеры воклiч i спыняўся ў гушчы грамадскага жыцця беларускага народу.

Рабiлася дзiва з дзiў, тым болей, што беларускi нацыянальны рух глыбяй усяго якраз запаў у слаi працоўнага народу, — сялян i работнiкаў,— i толькi вярхова датыркнуўся да iнтэлiгенцыi i буржуазii. Выяўлялася, што першы прыклад робiць гiсторыя, калi знiзу чуецца голас, смела празываючы рэчы сваiмi. Прачынаўся сапраўды беларускi народ, выяўляючы сабраныя вякамi скарбы свае захаваннасцi…».

Этот высокий подъем национального возрождения проявился, прежде всего, в литературе и особенно в прекрасной поэзии.

Эта поэзия оказалась разнообразной по своему содержанию. Совершенно несправедливо, как это уже выяснено критикой, белорусской литературе отказывали в широте общечеловеческих ее мотивов. Не только профессор Погодин, который изучал эту литературу в эпоху ее зарождения (ст[атья] 1911 г.), но даже, к сожалению, и академик Карский склонялись видеть в ней только местную литературу, лишенную общелитературных тем и мотивов. Конечно, такой взгляд несправедлив. Наша литература данной эпохи вышла из младенческого периода, свойственного и другим возрождающимся народностям. Этот период оставлен белорусской литературой позади, он кончается девятисотыми годами. Мы говорим о периоде, когда местная литература дает только местные образы, близкие к народному творчеству, когда она имеет целью дать поученье крестьянину, а своему брату-интеллигенту рассказать смешной анекдотец из народного быта. Такой период интеллигентской литературы миновал. Наступил период творчества самого народа, для народа, когда писатель проникается мотивами общечеловеческими, когда он возводит и темы национального колорита в великие общечеловеческие идеи, ибо и национальная идея есть идея общечеловеческая.

Этими чертами наша литература эпохи возрождения качественно отличается от предшествующей эпохи.

Предоставляя историкам литературы разбираться в ней с точки зрения литературной критики, мы подойдем к мотивам нашей поэзии с точки зрения историка. Поэзия и литература отражают в себе настроение эпохи. В них не только ценна внешняя красота творчества, но и тот общественный и национальный дух, которым пропитаны эти образы. В этом отношении наша литература представляет собою богатейший источник для историка. Темы ее разнообразны, настроение рельефно отражает чувства и настроения народной массы. Это — литература из недр народной души, она говорит о народе и для народа.

С этой точки зрения мы и подойдем к затронутому вопросу, предупреждая, что нас интересует выяснить отражение в литературе общественных настроений в дореволюционную эпоху, о которой все время речь идет.