§ 5. ИНДУСТРИАЛИЗАЦИЯ

§ 5. ИНДУСТРИАЛИЗАЦИЯ

60-е годы, являясь продолжением крепостной эпохи, представляли собой весьма бледный фон промышленной деятельности. Массу городского и местечкового населения обслуживают еще ремесленники, которых в 60-х годах насчитывается 36 тыс. человек. Господствует ремесло на заказ и даже на дому у заказчиков. То, что тогдашние статистические сведения называли фабриками и заводами, большей частью были только более развитыми ремесленными мастерскими, ибо в среднем на каждую фабрику и завод приходилось всего 5,7 рабочих (данные 1866 г.) с суммой производства в 4,8 тыс. рублей. Настоящим фабричным районом можно признать только Гродненскую губ., которая охватывала 36 % всех рабочих, 41 % всего производства и 30 % всех фабрично-заводских предприятий. Впрочем, здесь было много мелких заведений, ибо в среднем каждое фабрично-заводское предприятие Гродненской губ. имело 6,8 фабрично-заводских рабочих. По не совсем точным данным начала 70-х годов можно отбросить все мелкие заведения с числом рабочих до 10, и тогда в Белоруссии можно было насчитать, без винокуренных заводов всего 156 фабрично-заводских предприятий с 9,4 тыс. рабочих с производством в 7 млн. рублей. Но половина всего этого производства и рабочих приходилось на Гродненскую губ.

Сущность процесса белорусской промышленности выражалась в том, что ее фабрика укрупнялась и производительность росла быстрее нежели укрупнение самой фабрики. Если в 1866 г. принять за 100, то в 1913 г., т. е., примерно, за 50 лет количество фабрично-заводских предприятий уменьшилось вдвое, количество рабочих выросло в 3 3/4 раза, а сумма производства в 6,3 раза. Если исходить из роста в среднем каждого предприятия, то 1913 г. к 1866 г. выразится в таких соотношениях: среднее количество рабочих выросло в 6,5 раз и сумма производства в среднем на одну фабрику выросла в 10,6 раз.

Это очень почтенный рост. В 1908 г. число рабочих Белоруссии составляло 2,2 % рабочих всех русских фабрик, а в 1913 г. мы уже имели 3,5 % всех рабочих. Наши фабрики составляли 10,6 % всех фабрично-заводских предприятий бывшей империи (без горных заводов) в 1908 г. и уже 11 % в 1913 г.

Правда, фабрично-заводские предприятия все еще носили характер мелкой промышленности, но наблюдается процесс ее укрупнения. В 1902 г. только 17 % ее, считая по числу рабочих, могло быть отнесено к разряду крупной промышленности, а в 1913 г. — уже 22,3 %.

Этим отмечается рост индустриализации страны. Но, конечно, все же промышленность еще не достигла размеров крупного экономического фактора. Пока ясна только тенденция этого развития. Мы все же отставали от всей остальной России, если брать ее в целом, ибо уже в 1908 г. производительность русской промышленности на одного жителя в среднем выражалась в 30 руб., а в 3-х губерниях Белоруссии — только в 6 руб. Правда, уже в 1913 г. эти соотношения уже несколько поднялись.

Наша промышленность сосредотачивала главным образом свое внимание на переработке продуктов местного производства. Исключение относится к той части обработки волокнистых веществ, которая перерабатывала хлопок и частью привозную шерсть, к табачным фабрикам и к обработке металлов. Но в то же время, как обработка волокнистых веществ несколько снижалась, обработка металлов, химическое производство (спички), писчебумажная [промышленность] давали значительный рост.

К сожалению, рынок Белоруссии не изучен, тем не менее, можно заметить крупные изменения, которые в нем происходили в последние 10–15 лет. Вывоз сырья, притом сырья грубого, характеризовал наш экспорт в первые десятилетия изучаемой эпохи — лесного товара в непереработанном виде, льна, пеньки. Ввоз состоял преимущественно из продуктов земледелия. Но данные 1900 г. уже показывают, что наряду с грубым товаром, наряду с 262 млн. пудов лесных материалов, мы отправляли 1,3 млн. пудов продуктов питания, т. е. молочных и мясных продуктов. Тогда же мы получили 24 млн. пудов ископаемых и металлов в сыром виде (для переработки в стране бедной этим сырьем), мануфактуру и, наконец, 23 млн. пудов хлебных продуктов.

Но накануне войны уже отмечается изменение в формах нашего экспорта. Количество вывозимого льна за 10 лет увеличивается на одну треть. Растет отпуск коровьего масла, яиц, сыра, живой и битой птицы, фруктов, и, вообще произведений интенсивных продуктов, частью на русский, частью на заграничный рынок. Идет вывоз картофеля. Количество ввозимых лошадей превышает количество вывоза их, что представляет положительное явление. Довольно значительный отпуск живого рогатого скота снижается и затем даже дает повышение получения скота над вывозом. И это явление положительное, ибо потом скот вывозился от нас в переработанном виде. Вывоз лесных продуктов в грубом, неотделанном виде падает. Но зато растет вывоз переработанного леса. Железных изделий ввозится в три раза меньше, нежели железа и стали. Следовательно, идет переработка этого сырья на местных заводах. Напротив, вывоз сельскохозяйственных машин и орудий начинает играть крупную роль наряду с крупным же их ввозом. Это значит, что не вырабатывающиеся в Белоруссии машины и орудия поступают к нам, а с другой стороны, наши изделия находили себе рынок за пределами страны. Вывоз белорусских изделий дает возможность ввозить из других районов по 15 арш[ин] ситца в год на каждого жителя, по 8 фун[тов] сахару, по 0,2 пуда керосина, недостающий хлеб и пр.

И неудивительно, что национальный доход стал быстро возрастать. В этом смысле Белоруссия не отставала от других районов России. Весь ее национальный доход с 1900 г. по 1913 г. вырос вдвое, поднявшись с 576 млн. до 1 миллиарда, или до 770 млн. в 1913 г. по ценам 1900 г. (расчеты Г. Горецкого). Но важно знать то, что в составной части национального дохода, доход от промышленности дает наиболее резкий подъем. В 1900 г. сельское хозяйство Белоруссии дало 54 % всего национального дохода, а промышленность — только 15 %. Лесной промысел снизился на 3,3 %, менее значительное снижение наблюдается в других отраслях. Но к 1913 г. промышленность дала увеличение на 5,6 %, и участие нашей промышленности в доходе Белоруссии стало приближаться к размеру участия всей промышленности империи в ее национальном доходе (24 %).

Все это ряд таких бодрящих явлений, которые говорят нам, что при бедности почвы, мы сделали большие успехи в технике сельского хозяйства (по исследованию В. Обухова). По урожайности ржи Гродненская губ. сделала наибольшие успехи в сравнении с другими губерниями Европейской России, на 3-м месте стояла Минская, на 5-м Виленская. На 11-м месте — Могилевская и только 2 губернии оказались в середине. По развитию и переработке животноводческих продуктов, по укреплению травосеяния Белоруссия сперва выдвигалась среди других губерний, по применению сельскохозяйственных машин и орудий, наконец, начинала даже равняться со всей остальной Россией в области промышленности. Это означает не только абсолютный рост благосостояния, но и зарождающуюся возможность удерживать в недрах Белоруссии избыточное население. И важно еще подчеркнуть то обстоятельство, что если промышленность переходила в руки крупного капитала, что вполне естественно при условиях буржуазного строя, то в области сельского хозяйства выступала крестьянская масса, и можно почти безошибочно сказать, что почти половина национального дохода при слабости помещичьего хозяйства, была результатом ее труда. Единственной отрицательной стороной в положении крестьянского класса, исправляемой ныне революционным правительством, было значительное расслоение деревни.