Центр и периферия

Центр и периферия

Резонно задаться вопросом, насколько новая организация жилых районов способствовала благоустройству города, равно как и об экономическом ее значении. Гольдони, например, не видит в ней никаких преимуществ: в «Новой квартире», комедии, написанной в 1761 г. по случаю его собственного переезда на улицу Балотто в приходе Сан-Сальваторе, дом, куда готовится въезжать его герой, юный Андзолетто, не отличается гостеприимством. По словам служанки Лючетты, это «кладбищенский дом, возле которого даже собака не пробегает», а большинство окон его выходят в «мертвый» двор,[98] и нет ни единого балкончика, чтобы подышать воздухом или поболтать с соседками: то есть «общественной» жизни в таком доме нет совсем. Новый дом Андзолетто-Гольдони весьма символичен. С его появлением отходит в прошлое прежний дом-склад (casa-stazio), получивший начало в XII в., - многофункциональный и непосредственно связанный с хозяйственной активностью аристократического сословия. На первом этаже такого дома находились склады, на «промежуточном» (meza) этаже — конторы купцов, а на последнем — жилые помещения; в доме имелось два выхода: один «служебный», — для тех, кто приходил по торговым делам, а другой — для жильцов, выходивший на улицу или площадь. Имелся также внутренний дворик (corte), окруженный строениями, где жили служащие и наемные работники; он служил местом коммерческих операций и местом общения жильцов дома.[99] В XV–XVI вв. сдвиги в экономике повлекли за собой изменения в структуре жилья. Corte утрачивает функцию «места, где происходит действие», и превращается в проходной двор, проход или перестраивается и становится calle. Дом перестает быть складом и конторой одновременно, превращается в собственно жилье и начинает приобретать «представительские» функции, то есть становится богатым жилым домом, палаццо.

Если в период расцвета торговой республики дома строились в непосредственной близости к торговым площадям (Риальто — Сан-Марко) и на Канале Гранде, то теперь они чаще строятся на периферии. Домовладельцы, вынужденные платить специальный налог, доходы от которого идут на поддержание в сохранности городских строений, из экономических соображений превращают первые этажи, прежде занимаемые складами, в лавки и мастерские и сдают их ремесленникам, а на «промежуточных» этажах устраивают квартиры. Увеличение числа квартир, сдающихся внаем, обусловлено главным образом дроблением помещений в домах, принадлежащих дворянам; одной из причин такого дробления, в частности, служит увеличение численности аристократических семейств. Однако расширение жилых площадей никак не связано ни с улучшением условий для жильцов, ни с доходностью домов для домовладельцев.

Благоустройство в каждом сестьере понимается по-разному — в зависимости от социального состава его жителей, который также со временем претерпевает изменения. В XVIII в. население Венеции делится на три сословия: дворяне (как именовал их в начале XVI в. Донато Джанотти), чаще называемые нобилями, патрициями или аристократами, читтадини (букв, «горожане», «граждане») и пополаны (простолюдины).

Дворянами являются те, кого, согласно изменению, внесенному в конституцию в 1297 г., причислили к «сеньорам, коими они отныне будут считаться и в городе, и во всем государстве морском и сухопутном». В конце XVI в. благородные сеньоры составляют 4,5 % всего населения,[100] в 1642 г. — 3,7 %. В 1766 г. процент аристократов снижается до 2,5 и остается на таком уровне вплоть до 1797 г.

Читтадини, которых французские наблюдатели XVI в. часто — и неправильно — называют буржуа, представляют собой ту часть населения, у которой, согласно Джанотти, «отцы или деды родились в этом городе, занимались почетным ремеслом, стяжали известность, определенным образом возвысились и теперь могут именоваться сынами отечества». Читтадино можно было стать также на основании прошения, из чего следует, что это звание было не наследственным, а связывалось с определенными заслугами. Звание «урожденного гражданина» (cittadino originario) и связанные с ним многочисленные права получал тот, у кого за плечами было по меньшей мере два поколения уроженцев Венеции, и при условии, что все они, включая нового обладателя звания, были законнорожденными. Чужестранцы, долго (от десяти до пятнадцати лет) прожившие в Венеции и занимавшиеся благородным ремеслом, не связанным с ручным трудом, за заслуги могли получить звание cittadino de intus и de extra, сближавшее их с cittadini originari. Вместе со званием они получали и некоторые налоговые льготы, а главное, право вести торговлю в статусе венецианца. К 1760 г. читтадини составляли 8 % населения города, но затем число их стремительно сокращается и в 1780 г. составляет только 4 %.[101]

В XVI в. cittadini перестают быть закрытой кастой для пополанов, смешение с которыми началось еще раньше. К пополанам относятся все те, кто «для поддержания жизни занимаются низменными ремеслами и не обладают никакой властью в городе», то есть все оставшееся население — ремесленники, слуги, бедняки, проживающие в приютах, нищие и монахи. В конце XVI в. они составляют 90 % городского населения, во второй половине XVIII в. число их возрастает и в 1797 г. достигнет 94 %.[102]

В Венеции всегда есть хорошие и плохие сестьере, хорошие и дурные приходы. Хорошим приходом считается приход, расположенный «возле площади», этого сердца приходской жизни, где происходят основные коммерческие, политические и культурные события. К примеру, согласно Гольдони, в Сан-Патерниано имеется целый район, где проживают судейские, и когда в 1732 г. он занимался адвокатским ремеслом, ему пришлось квартировать именно там. Начав заниматься театром, он переехал в район, где в период с 1607 по 1677 г. было построено подавляющее большинство театров. И хотя каждый театр носил имя прихода, его построившего, нетрудно заметить, что почти все они располагались вдоль Канала Гранде и торговой оси Сан-Марко — Риальто. Так, помимо театра Сан-Кассиано, сооруженного в 1607 г., были построены театр Сан-Моизе (1620), Сан-Лука (1622), Сант-Аполлинаре (1650) возле Сан-Сильвестро, Сан-Самуэле в устье Канала Гранде (1655) и Сант-Анджело (1676). Также следует назвать маленький театр Сан-Фантин возле Санта-Мария дель Джильо. Сан-Джованни Кризостомо, последнее театральное помещение, построенное в XVII в. в Канареджо, располагалось довольно далеко от Сан-Марко, равно как и театр Сан-Джованни-э-Паоло (1635–1637) и театр Новиссимо (1641), находившиеся возле церкви Сан-Джованни-э-Паоло в сестьере Кастелло. Другие театральные здания были построены в Канареджо возле церкви Санти-Апостоли (неподалеку от Сан-Джоббе) и в Дорсодуро (театр Дзаттере). Однако это маленькие театрики, и в XVIII в. они свое существование прекращают. За исключением периферийного театра Сан-Джованни Кризостомо, выживают только крупные театры в центре города: Сан-Кассиано, Сан-Самуэле, Сант-Анджело, Сан-Моизе, Сан-Лука. После 1750 г. в сестьере Сан-Марко строятся еще два новых театральных зала: Сан-Бенедетто, сооруженный в 1755 г. возле Сан-Лука, на calle Сан-Патерниано, где, в частности, проживает Гольдони, и Ла Фениче, построенный в конце века (1792) в приходе Сан-Фантин, в самом центре квартала Сан-Марко.[103]

В этих «хороших приходах» также сосредоточены лучшие гостиницы и трактиры, которые старый Гольдони вспоминает с восторгом: там, «в полночь, как и в полдень, открыты все съестные лавки, все кабачки, и в каждом трактире, в каждой гостинице вы всегда найдете превосходный ужин…»[104] Действительно, в начале XVIII в. насчитывается восемнадцать постоялых дворов, одиннадцать из которых расположены на Риальто и семь — вокруг Сан-Марко; вывески они имеют самые разнообразные: «У святого Георгия», «У двух мечей», «У порядочной девицы», «У обезьяны», «У башни», «У ангела», «У луны», «У дикаря» — один из самых известных, «У паломника», «У короны». И это не считая роскошных гостиниц, где останавливались знатные путешественники: гостиница «Руаяль» в Сан-Поло, где в 1748 г. под именем графа Гаагского останавливался король Швеции Густав III, или же «Гостиница Английской Королевы», возле моста Фузери, где в 1786 г. жил Гёте.

В периферийных сестьере приходы, напротив, плохие, ибо они расположены далеко от площади и подвержены различным превратностям. В частности, к таковым относятся несколько приходов в Дорсодуро и Канареджо: там есть доки (squerri), обширные площади отведены под склады и мануфактуры (chioveri), где варят мыло, прядут лен, красят ткани, производят красители, восковые свечи, печное оборудование, стеклянную и фарфоровую посуду, сушат табак, дубят кожи, гранят камни; в Канареджо расположены главные городские скотобойни. В приходах, окружающих Арсенал, и в районе Сант-Альвизо, где находятся учебные стрельбища, жители жалуются на шум. Обитатели Сант-Аньезе вынуждены мириться с пылью и паразитами, кишащими вокруг складов зерна, с нежелательным соседством иностранцев (греки в Сан-Джорджио деи Гречи) и проституток (Санта-Маргерита), бедняков-ткачей, большая часть которых проживает на западной оконечности Санта-Кроче, и неплатежеспособных рыбаков, основные поселения которых раскинулись на западной окраине Дорсодуро, в приходе Сан-Николо. Квартиры в этих приходах очень дешевы. Обедневший аристократ Карло Гоцци некоторое время живет в Сан-Джакомо дель Орио, на севере Санта-Кроче. Он называет этот приход «периферийным».[105] Затем он живет возле Санта-Катерина, на севере, подле церкви Иезуитов, где, как он сам объясняет, «плата за квартиру крайне низка по причине удаленности сего района от центра».[106] Да и квартиры, которыми он владеет в Джудекке или в районе Санта-Мария Матер Домини, отнюдь не выглядят роскошными.

В конце XIV в. городские сословия образуют свои компактные поселения. В Сан-Марко наблюдается большая концентрация читтадини — почти 9 % от всего населения квартала, в то время как число аристократов не превышает 5 %. Ремесленники селились в основном в Сан-Поло и Санта-Кроче, где они составляли около 85 % всего населения.[107] Но в Сан-Марко селились и бедные эмигранты из Бергамо: они находили себе работу в семействах нобилей, где исполняли обязанности носильщиков, а также в порту и при таможне. Как ни странно, но среди населения Дорсодуро насчитывается больше нобилей (почти 6 %), чем читтадини — всего лишь 4,5 %. Такое положение объясняется большой концентрацией обедневших дворян, снимавших дешевые квартиры в приходе Сан-Барнаба: эти дворяне получили прозвище «барнаботи». В XVII и XVIII вв. в составе населения некоторых приходов происходят значительные изменения; это относится прежде всего к центральным приходам, где дома, принадлежащие нобилям, ветшают (а таких домов в городе большинство) и постепенно заселяются состоятельными простолюдинами или же недавно разбогатевшими дворянами. Аристократические палаццо перемещаются на периферию, а в Сан-Марко и возле Риальто множатся дешевые квартиры. Увеличивается количество бедняков, желающих поселиться вокруг Арсенала, впрочем, Кастелло является единственным сестьере, население которого увеличилось по сравнению с концом XVI в., в то время как в Сан-Марко численность населения между 1760 и 1784 гг. сократилась на 11 %. Джудекка, привилегированный район, застроенный частными особняками, превращается в излюбленное место поселения рыбаков. Граница между центром и периферией вырисовывается все более четко.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

ЦЕНТР И ПЕРИФЕРИЯ

Из книги Апокалипсис XX века. От войны до войны автора Буровский Андрей Михайлович

ЦЕНТР И ПЕРИФЕРИЯ В России важным преимуществом коммунистов было то, что они захватили центральные области страны. Белые и враги коммунистов других политических «цветов» нападали с периферии, а красные могли перебрасывать свои войска то на один, то на другой фронт. Тем


Империализм и периферия

Из книги Социализм. «Золотой век» теории автора Шубин Александр Владленович

Империализм и периферия Направление эволюции капитализма в конце XIX века вызывало у большинства социал-демократов оптимизм. Концентрация производства и капитала росла, и это, казалось, облегчало грядущий переход к социализму. Пролетариат Западной Европы, прежде всего


ЯДРО И ПЕРИФЕРИЯ

Из книги Преданная демократия. СССР и неформалы (1986-1989 г.г.) автора Шубин Александр Владленович

ЯДРО И ПЕРИФЕРИЯ ПСИХОЛОГИЯ ПЕРВОГО ПОКОЛЕНИЯ политических неформалов была сформирована в условиях поэтапного выхода из подполья в 1986—1988 годы, постепенного расширения сферы политических и гражданских свобод. Эти свободы достигались путем постепенного самозахвата,


ПЕРИФЕРИЯ ЭЛЛИНИСТИЧЕСКОГО МИРА

Из книги Древняя Греция автора Ляпустин Борис Сергеевич

ПЕРИФЕРИЯ ЭЛЛИНИСТИЧЕСКОГО МИРА Наряду с крупнейшими эллинистическими монархиями, определявшими судьбы Средиземноморья и Передней Азии, существовали и менее значительные государства, тоже сыгравшие определенную историческую роль в III—I вв. до н. э. Одни из этих


ЦЕНТР И ПЕРИФЕРИЯ В ПОЛИТИКЕ РОССИЙСКОЙ ИМПЕРИИ XVIII ВЕКА. ФОРМИРОВАНИЕ ОСНОВ НАЦИОНАЛЬНОЙ ПОЛИТИКИ

Из книги Всемирная история: в 6 томах. Том 4: Мир в XVIII веке автора Коллектив авторов

ЦЕНТР И ПЕРИФЕРИЯ В ПОЛИТИКЕ РОССИЙСКОЙ ИМПЕРИИ XVIII ВЕКА. ФОРМИРОВАНИЕ ОСНОВ НАЦИОНАЛЬНОЙ ПОЛИТИКИ К концу XVII в. территориально-административное устройство России и соответствующая ему система управления отдельными регионами страны имели неоднородный характер.


2.14.6. Исторический центр и историческая периферия. Супериндукция

Из книги Философия истории автора Семенов Юрий Иванович

2.14.6. Исторический центр и историческая периферия. Супериндукция Как супериорные социоисторические организмы могли влиять на инфериорные, так и последние на первые. Наибольший интерес для понимания мирового исторического процесса представляет воздействие супериорных


1.3.6. Исторический центр и историческая периферия. Супериндукция

Из книги ВЫПУСК 3 ИСТОРИЯ ЦИВИЛИЗОВАННОГО ОБЩЕСТВА (XXX в. до н.э. - XX в. н.э.) автора Семенов Юрий Иванович

1.3.6. Исторический центр и историческая периферия. Супериндукция Как супериорные социоисторические организмы могли влиять на инфериорные, так и последние на первые. Наибольший интерес для понимания мирового исторического процесса представляет воздействие супериорных


5.3.8. Центр и периферия международной капиталистической системы. Капитализм центра (ортокапитализм) и периферийный, зависимый капитализм (паракапитализм)

Из книги ВЫПУСК 3 ИСТОРИЯ ЦИВИЛИЗОВАННОГО ОБЩЕСТВА (XXX в. до н.э. - XX в. н.э.) автора Семенов Юрий Иванович

5.3.8. Центр и периферия международной капиталистической системы. Капитализм центра (ортокапитализм) и периферийный, зависимый капитализм (паракапитализм) Вслед за становлением всемирного исторического пространства шло формирование всемирного капиталистического рынка,


7.4. Старая паракапиталистическая периферия

Из книги ВЫПУСК 3 ИСТОРИЯ ЦИВИЛИЗОВАННОГО ОБЩЕСТВА (XXX в. до н.э. - XX в. н.э.) автора Семенов Юрий Иванович

7.4. Старая паракапиталистическая периферия Если в центре царит расточительность, то в странах старой зависимой периферии происходило и происходит постоянное воспроизводство обездоленности, нищеты подавляющего большинства их населения. Если свобода рынка внутри


3.5. МОЗГОВОЙ ЦЕНТР «СИНДИКАТА» – «ЦЕНТР СИ». ПРОЕКТ «АНТИ-РОССИЯ»

Из книги Русский Холокост. Истоки и этапы демографической катастрофы в России автора Матосов Михаил Васильевич

3.5. МОЗГОВОЙ ЦЕНТР «СИНДИКАТА» – «ЦЕНТР СИ». ПРОЕКТ «АНТИ-РОССИЯ» Ясно, что подготовка операций в мировом масштабе требует взвешенной постановки задач, анализа возможных путей ее решения, обоснованного выбора оптимального варианта размещения финансовых средств для их


3. Исторический центр и историческая периферия. Супериндукция

Из книги Курс лекций по социальной философии автора Семенов Юрий Иванович

3. Исторический центр и историческая периферия. Супериндукция Как супериорные социоисторические организмы могли влиять на инфериорные, так и последние на первые. Наибольший интерес для понимания мирового исторического процесса представляет воздействие супериорных


Периферия мирового капитализма

Из книги Империализм от Ленина до Путина автора Шапинов Виктор Владимирович

Периферия мирового капитализма Давление на периферийные страны в эпоху неолиберальной глобализации усилилось по сравнению с предыдущим периодом кейнсианского капитализма. Если в 1960-е годы по отношению к станам «третьего мира» можно было говорить о «догоняющем


3.3. Центр и Периферия. Диспаритеты цен и доходов

Из книги Многополярный мир. Идеология и экономика [Конец доминирования Западной цивилизации. Что дальше готовит нам история?] автора Волконский Виктор Александрович

3.3. Центр и Периферия. Диспаритеты цен и доходов Центр и Периферия. Важнейшая трансформация всей экономической и политической системы связана с распространением капитализма на незападные цивилизации. Это обстоятельство создало серьезную проблему для марксистской


Бывшие советские окраины (периферия)

Из книги Русское влияние в Евразии. Геополитическая история от становления государства до времен Путина автора Леклерк Арно

Бывшие советские окраины (периферия) Breault Yann, Jolicoeur Pierre, Levesque Jacques: La Russie et son ex-empire. Reconfiguration g?opolitique de l’ancien espace sovi?tique, Presses de la Fondation Nationale des Sciences Politiques, Paris, 2003Drweski Bruno: La Bi?lorussie, PUF, Collection «Que sais-je?», Paris, 1993Joukovsky Arkady: Histoire de l’Ukraine. Des origines ? nos jours, Editions du Dauphin, Paris, 2005Kuntz Christophe: «Un nouveau choc