«Вервольфы» из состава армейских частей

«Вервольфы» из состава армейских частей

Когда нация видит, как ее армия терпит крушение за крушением, как страна все ближе приближается к краю военной катастрофы, то в сердцах многих патриотов вспыхивает неистовый огонь и возникает желание самим взяться за оружие и помочь своему Отечеству. В практике многочисленных войн случались ситуации, когда отставшие или попавшие в окружение военные формирования продолжали вести боевые действия, фактически находясь за линией фронта, в тылу врага. Такие отряды могли возглавляться фанатиками, но ими могли руководить и обыкновенные люди, которые желали помочь своим соратникам, своей стране. Российская история знает множество примеров, когда регулярные части становились, по сути, партизанскими отрядами. Подобная тактика была само собой разумеющейся в условиях, когда не существовало четкой линии фронта и не было связи с Верховным командованием. Но немецкий офицерский корпус традиционно не доверял таким новшествам. К ним относились в лучшем случае со скепсисом. Немецкий офицер привык проводить четкую разделительную черту: по одну ее сторону находились вооруженные силы, по другую — гражданское население. На одном краю бушевала война, на другом — шла мирная жизнь. Немецкий офицер едва ли не с пеленок привык отделять фронт от тыла. Не стоит забывать, что соблюдение подобных четких границ позволяло защищать права военнопленных, которые были продиктованы Женевской конвенцией. К тому же подобный порядок позволял избежать хаоса во время войны. Для немецких военных партизанская война была некой предтечей анархии. Тем не менее, когда армия отступала, а поражение становилось фактически неизбежным, возникала необходимость в мобилизации всех сил. Даже, несмотря на сомнения, военные профессионалы были вынуждены признать, что тактика партизанских действий была вполне оправданной. Германский вермахт столкнулся с подобной ситуацией в 1944–1945 годах.

В последние четыре месяца накануне капитуляции Германии вермахт фактически превратился в скопище партизанских отрядов. Подобная ситуация была наиболее характерной для Западного фронта. После войны один британский офицер вспоминал, что немецкая армия, казалось, раскололась на множество мобильных подразделений, которые внезапно появлялись и так же внезапно исчезали. Моральный облик бойцов в подобных отрядах был разным. Некоторые сдавались в плен полным составом, иные сражались до последнего патрона. На тактическом уровне бои с такими отрядами были чем-то непредсказуемым, как была непредсказуема и сама партизанская война.

Подобные партизанские методы начались, когда вермахт был выбит с территории Белоруссии и Франции. Армейские части, которые защищали Северо-Западную Германию, были в срочном порядке обучены тактике ведения партизанских действий («индейской войны»). Призывники, оказавшиеся в составе полков «фольксгренадеров», проходили обязательные курсы, которые включали в себя навыки маскировки и диверсионных акций. Кадеты в военной школе города Хайнберг использовали для изучения тактики партизанской войны рейнскую деревушку Биргден, которая была занята 43-й Уэссекской дивизией. Ночью в ней не раз пропадали британские солдаты. Армейская контрразведка долгoe время не могла понять, почему именно в этом месте происходило множество «таинственных» происшествий. Согласно показаниям жителей Эльзаса и Лотарингии, которые были допрошены в 1945 году, здесь были сформированы отряды, частично состоявшие из французских добровольцев, частично — из служащих Ваффен-СС. Подобные подразделения создавались и при вермахте. В задачи этих «стрелков-невидимок» входили трехдневные рейды по тылам противника, который должен был отвлечь несколько подразделений на поиски диверсантов. Гиммлер попытался поощрять работу таких команд. Для этого он установил четкое вознаграждение для снайперов: 10 доказанных убийств вознаграждалось сотней сигарет, 20 — внеочередным отпуском. За 50 убийств снайпер награждался Железным крестом и именными часами. За 100 убийств предполагалось вручение именного оружия, которое должен был вручить лично рейхсфюрер СС. Неудивительно, что, как только Союзники вступили на территорию Германии, на них началась форменная снайперская охота. В 1944 году командование вермахта специально оставляло на занятых Союзниками территориях множество снайперов, дабы те вели отстрел офицеров противника. О подобных отстрелах, которые стали едва ли не обыденным явлением, неоднократно сообщала американская армейская газета «Звезды и полосы». В этих заметках отмечалось, что огонь велся из самых неожиданных мест. Урон от подобных вылазок был ощутимым. В Рётгене (Рейнланд) 20 сентября 1944 года три офицера из состава военной полиции были заманены в засаду, где их без проблем перебил немецкий снайпер. Их тела были найдены лишь утром, когда с момента инцидента прошло несколько часов. В некоторых случаях разведывательные отряды немцев были обнаружены облаченными в гражданскую одежду. Подобный случай произошел в Лотарингии, когда была обезврежена группа, состоявшая из двух человек. Снайперам удалось уничтожить одного офицера из состава Третьей армии США.