Зашифрованное свидетельство

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Зашифрованное свидетельство

Итак, немалое число улик, допускающих разные толкования. Множество гипотез — и ни одного неоспоримого доказательства. Таков был обескураживающий результат предпринимавшихся в течение более чем девяноста лет попыток пролить дополнительный свет на преступление в театре Форда. И лишь незадолго до столетия со дня убийства Линкольна появились свежие аргументы. На этот раз не новые, еще более изощренные комбинации известных фактов и построенных на этой основе более или менее обоснованных домыслов, а самые настоящие доказательства «из первых рук», подлинность которых, правда, первоначально была поставлена под сомнение. Еще более удивительно, что открытие их было результатом чистой случайности.

…Однажды химик по специальности и историк-любитель Р. А. Нефф из Нью-Джерси зашел в букинистический магазин в Филадельфии и приобрел за полдоллара переплетенный томик — номера журнала «Colburn’s United Services Magazine» за вторую половину 1864 года.

Через несколько месяцев этот случайно купленный журнальный комплект послужил основанием для совершенно неожиданного доказательства, что Стентон был организатором убийства Линкольна, а Лафайет Бейкер был отравлен по приказу того же военного министра с целью сохранения тайны заговора.

Как же было сделано это открытие? Перелистывая как-то купленный томик, Нефф заметил значительное число цифр и букв, написанных карандашом слева на полях. С помощью специалиста по кодам Нефф сумел выяснить, что эти записи являются двумя зашифрованными посланиями. Шифр оказался довольно сложным и, главное, часто меняющимся от страницы к странице. Первое послание, находившееся на страницах 181, 183, 185–211 и датированное 2 мая 1868 года, гласит: «За мной постоянно следят. Они профессионалы. Мне не удастся их обмануть. В Новом Риме жили-были трое — Иуда, Брут и шпион. Каждый считал, что станет королем, когда Авраам умрет. Один не доверял другому, но (так) они приближались к тому дню, ожидая решающего момента, когда с пистолетом в руке один из сыновей Брута сможет проскользнуть за спину этого обреченного человека и всадить пулю ему в голову и отбросить его неуклюжее тело прочь. Когда павший лежал, умирая, прибыл Иуда со знаками почтения тому, кого он ненавидел; когда наконец он увидел его умирающим, он сказал: „Ныне он принадлежит истории, а нация ныне принадлежит мне“. Но, увы, судьба решила, что Иуда постепенно впал в немилость и вместе с ним Брут был низвергнут на подобающее ему место. Однако, если кто-либо захочет узнать, что произошло со шпионом, я могу уверенно сообщить Вам, что это был я». Это все подписано: «Лафайет К. Бейкер».

Второе послание, записанное на страницах 106–120, 126, 127 и 245, было зашифровано значительно проще первого — просто под нужными буквами печатного текста расставлены точки: «10 апреля шестьдесят пятого я впервые узнал, что план осуществляется. Экерт[3] устанавливает все связи, дело будет сделано четырнадцатого. Я не знаю имени убийцы, но мне была известна большая часть всего остального, когда я заговорил с Э. С. об этом. Он одновременно выразил удивление и недоверие. Потом он сказал: „Вы тоже участвуете в этом. Подождем и посмотрим, что выйдет из этого, и тогда мы будем лучше знать, как нам следует поступить в данном случае“. Я скоро обнаружил, что он подразумевает под тем, что я являюсь участником этого дела, когда на следующий день мне показали документ, который, я знал, являлся подделкой, но хорошей подделкой. Из него явствовало, что мне поручено руководство заговором с целью похищения президента с вице-президентом в качестве подстрекателя. Я превратился, таким образом, в участника дела, хотя и не имел такого намерения» (последнюю фразу можно расшифровать и по-иному: «Из него явствовало, что мне поручено руководство заговором с целью похищения президента. С вице-президентом в качестве подстрекателя я превратился, таким образом, в участника дела, хотя и не имел такого намерения». Это менее вероятная расшифровка, в ней меньше смысла).

Далее в послании указывалось: «Тринадцатого он узнал, что президент приказал, чтобы разрешили сессию законодательного собрания штата Виргиния для решения о прекращении действий войск штата против США. Он немедля возбужденно разразился безумной тирадой. Тогда впервые я осознал, насколько он неуравновешен психически и его безумную фанатическую ненависть к президенту. Немногие военные министры уважают президента или его стратегию, но мало кто из них отменит приказ, отданный президентом. Однако в такой момент безумия он послал генералу Вейтцелю телеграмму, в которой отменял приказ президента от двенадцатого числа. Потом он рассмеялся смехом, от которого мороз пробирает по коже, и сказал: „Если он пожелает узнать, кто аннулировал (в тексте recinded вместо правильного rescinded) его приказ, мы предоставим Люциферу сообщить ему об этом. Ступай, Том, и проследи за приготовлениями. Здесь нельзя допускать ошибок“. Тут я впервые узнал, что он был одним из ответственных за организацию заговора с целью убийства. Всегда ранее я думал, что либо он не доверяет мне, так как он на деле никому не доверяет, либо он покровительствует кому-то, пока ему не будет выгодно его предать. Но ныне я знаю правду, и это меня страшит бесконечно. Я боюсь, что могу каким-то образом стать козлом отпущения.

В заговор было вовлечено не менее одиннадцати членов конгресса, не менее двадцати армейских офицеров, три офицера флота и по меньшей мере 24 гражданских лица, из которых один был губернатором лояльного штата.[4] Пятеро были крупными банкирами, трое — журналистами, известными всей стране, и одиннадцать — влиятельными и богатыми промышленниками. Вероятно, были еще и оставшиеся мне неизвестными.

Имена этих известных заговорщиков указаны без комментариев или шифровки в первом томе этой серии. Указанные лица внесли восемьдесят пять тысяч долларов для дела. Только восемь лиц знали детали заговора и имена остальных.

Я опасаюсь за свою жизнь. Л. К. Б.».

Легко понять, что подобная сенсационная находка на первых порах была почти единодушно всеми принята за мистификацию. Подобное письмо легко мог составить любой шутник, обладающий известными познаниями в американской истории. Подозрения падали и на самого Неффа. Однако постепенно скептические голоса стали замолкать, особенно после публикации Неффом в журнале «Civil War Times» к столетию гражданской войны в апреле 1961 года некоторых результатов своих изысканий. Первым шагом для преодоления недоверия должно было стать доказательство, что купленный том старого журнала действительно принадлежал бывшему главе американской контрразведки. При обработке выцветших страниц различными химикалиями Неффу удалось проявить надпись «Л. К. Бейкер», написанную невидимыми чернилами того состава, которые употреблялись разведчиками в годы гражданской войны. Видный эксперт Стенли Смит в июне 1961 года официально признал эту подпись при сравнении ее с известными подписями Бейкера неоспоримо подлинной. Но это мало кого убедило, опыт научил подходить с осторожностью к подобного рода заключениям самых добросовестных и авторитетных специалистов.

Однако Неффу благодаря редкой удаче удалось найти новые документы, которые произвели впечатление даже на заядлых скептиков. Он занялся изучением последних лет жизни Бейкера. Как отмечалось, его уволили в отставку в феврале 1866 года, когда президент Джонсон обнаружил, что чрезмерно усердный и чрезмерно любопытный Бейкер установил тайное наблюдение за Белым домом. Покинув службу, Бейкер переехал в Филадельфию, где и скончался 3 июля 1868 года. Нефф решил начать поиски в огромном городском архиве Филадельфии в надежде найти ключ к разгадке. Ему посчастливилось разыскать завещание Л. Бейкера от 30 апреля 1866 года, в котором генерал назначал своими наследниками жену, трех братьев и трех сестер. Далее было обнаружено свидетельство о смерти Бейкера от менингита, между тем как газеты сообщали, что отставной шеф контрразведки скончался от брюшного тифа (эта разница в диагнозе была уже известна давно). Душеприказчиками Бейкера были назначены лейтенант Лютер Бейкер, отказавшийся от этой роли, и некий Джозеф Стидфол, который сообщил, что не обнаружил никакого имущества, принадлежащего покойному. Это уже было странным.

Не ограничившись первой находкой, Нефф проверил дела четвертых свидетелей, подтвердивших завещание Бейкера. В бумагах одного из них он обнаружил дополнение к завещанию Бейкера, передававшее все его книги, дневники и бумаги нефинансового характера некоей Лауре Лювал из Вашингтона. На этом дополнении была отметка, что данная статья завещания была отвергнута 6 января 1879 года. Значит, было формальное заседание суда, принявшего это решение. Начались новые поиски. Оказалось, что первое слушание этого дела состоялось еще 14 и 15 октября 1872 года. Нашелся и протокол. Во время этого заседания показаниями ряда свидетелей было установлено, что на генерала Бейкера незадолго до его смерти было совершено несколько покушений — в него стреляли, пытались поразить кинжалом, что он находился в здравом рассудке и не был склонен изобретать несуществующие опасности.

Интересно, что в зале присутствовал представитель военного министерства, некий мистер Смолвуд, стремившийся поставить под сомнение эти показания.

Дальше выяснилось, что врач, лечивший Бейкера, вовсе не был уверен, что генерал умер от менингита, не было исключено и отравление мышьяком, хотя свидетель считал, что все домочадцы бывшего главы секретной службы были вне подозрения. Один из свидетелей — Вильям Картер, в прошлом подчиненный генерала, за несколько дней до смерти Бейкера видел его заносившим шифрованные записи в какую-то книгу. Генерал заявил, что он пишет мемуары. Свидетель, знакомый с кодами, не смог разобрать шифр, каким Бейкер сделал свои записи, о чем и сообщил. Картер потом взглянул на книгу, в которой была сделана запись, — это был английский военный журнал. С разрешения Бейкера Картер взял книгу с шифром почитать домой. Этот журнал так и остался у Картера. Несколько раз он пытался разгадать шифр, но безуспешно. Дальше было установлено, что бумаги, книги и другие вещи Бейкера перешли к свидетельнице Мэри Бейкер, жене кузена генерала, жившей по соседству. Она уже скончалась ко времени рассмотрения дела.

Представитель военного министерства Смолвуд снова вмешался, потребовав от имени правительства, чтобы ему была передана часть бумаг, которые в Вашингтоне предпочитали бы сохранять в секрете. Позднее Смолвуд по рекомендации суда взял назад эту просьбу.

Выявленное имущество генерала было в 1879 году распределено между лицами, упомянутыми в завещании, и наследниками Мэри Бейкер. Судьба бумаг так и осталась неизвестной. Возможно, они находятся среди массы других документов городского архива Филадельфии, а может быть, мистер Смолвуд сумел окольным путем добиться цели. Сохранился перечень книг Д. Бейкера, оставшихся после его смерти. В нем фигурируют и переплетенные комплекты «Colburn’s United Services Magazine» с 1860 по 1865 год. Отсутствует лишь том за первую половину 1864 года — как раз тот, где, если верить шифрованному посланию, Бейкер перечислил имена заговорщиков и который он дал почитать Картеру. Возможно, что комплект за вторую половину 1864 года был кем-то похищен и таким образом почти через столетие попал в букинистический магазин. Попытки найти том, оставшийся у Картера, успехом не увенчались.

Нефф пытался разыскать могилу Бейкера, чтобы произвести химический анализ трупа и выяснить, был ли генерал отравлен. Это оказалось невозможным: часть кладбища, где покоился его прах, в 1922 году передали под другие цели, в связи с чем было произведено перезахоронение трупов, и найти точное место могилы Бейкера не представляется возможным.

Протокол, открытый Неффом, содержал немало загадок. Одной из них был установленный в 1872 году факт, что личное состояние генерала достигало 250 тыс. долларов. Малопонятно, каким путем Бейкер скопил столь крупную для того времени сумму денег.

Что ж, допустим, преодолевая естественные сомнения, что зашифрованные послания действительно были написаны Лафайетом Бейкером. Не вызывает особых вопросов и их содержание. Иуда — это явно Эдвард Стентон, недаром в послании воспроизводятся знаменитые слова министра у постели умершего президента: «Теперь он принадлежит истории». Брут — это, несомненно, Бут, ну а шпион — это, как уже прямо разъяснено в самом тексте, Бейкер. Упомянутый инцидент с отменой приказа Линкольна относительно созыва законодательного собрания штата Виргиния имел место 6, а не 12 апреля. Приказ был отменен самим Линкольном, правда, по настоянию Стентона и его единомышленников, не желавших даже косвенного признания законными конгрессов мятежных штатов. К тому же 13 апреля Бейкера не было в Вашингтоне, и он не мог беседовать со Стентоном.

Все это, однако, не опровергает полностью возможности того, что в шифрованных записях Бейкера нашли отражение подлинные факты. Но можно допустить и мистификацию, только не со стороны какого-либо любителя шуток, а самого Бейкера, все равно, просто ли он забавлялся (на эту мысль как будто наводят внутренние рифмы, которые он явно сознательно ввел в свое первое послание) или начинал какую-то интригу с целью запугать Стентона, против которого генерал уже выступал публично во время расследования конгрессом обстоятельств убийства Линкольна. Наконец, даже если Бейкер был отравлен, преступление могли совершить многие люди по самым различным мотивам. У «американского Фуше» не было недостатка во врагах.

Таким образом, и после исследований Неффа доказанными остаются лишь грубые упущения Стентона в организации охраны президента, промахи в преследовании преступников, подтасовка фактов при осведомлении публики. Однако все это может быть объяснено и попытками Стентона извлечь максимальные политические выгоды из уже совершенного убийства Линкольна, без того чтобы военный министр организовывал или сознательно потворствовал этому преступлению.