Глава 5

Глава 5

Остров Матагорда протянулся на семьдесят миль в длину, а ширина его постоянно меняется. Во время прилива при южном ветре она составляет не более одной мили, а когда начинается отлив или дует северянин, увеличивается до пяти. Со стороны Мексиканского залива берег усеян дюнами, вдоль которых тянется сравнительно ровный пляж. Противоположный же изрезан многочисленными бухточками и заливами, в большинстве своем мелководными. Местность здесь заболоченная, но низкие холмы покрыты лесом. Ближе к центру на равнине растет сочная густая трава, на которой может прокормиться большое стадо.

Матагорда — это царство мескитовых деревьев и опунции, среди которых обитают гремучие змеи, зайцы и олени.

Тэп Дюварни приехал на остров в сопровождении Велта Спайсера, Джуда Уолкера и Дока Белдена. Они обнаружили здесь множество бычков, большая часть из которых имела клеймо Киттери. Однако среди них паслась дюжина старых коров с телятами, которые не имели никакого клейма.

— Док, — сказал Тэп, — у тебя есть приспособления для клеймения? Разожги костер и приложи их.

К полудню они отловили и заклеймили пятнадцать животных. На их шкурах появилось клеймо Тэпа — сплетенные «Т» и «Д».

— Это твое клеймо? — спросил Белден. — Если оно не зарегистрировано, то надо поскорее отправиться в правление графства и застолбить его, а то кто-нибудь сделает это раньше тебя. Здесь такие правила: кто регистрирует клеймо, тот и владеет скотом.

— Спасибо за совет, Док, отправимся завтра же.

Спайсер проводил взглядом последнюю заклейменную корову и обернулся к Дюварни.

— К чему все это? Ведь у нас же есть клеймо Киттери, зачем нам еще одно?

— Если у нас общее клеймо, то как мне доказать, что мои средства вложены в этот скот? Вот я и решил часть стада заклеймить своим клеймом. Мне необходимо иметь что-то свое.

Спайсер кивнул, все еще сомневаясь.

— Будьте осторожны, — предупредил он. — Тому это не понравится.

— А меня это мало волнует. Большая часть скота в Техасе была заклеймена точно таким же способом. А кроме того, ты не забыл, что половина стада принадлежит мне?

Проехав несколько миль, Тэп и его помощники поймали еще двух коров, заклеймили их и отправились назад, в лагерь. Теперь перегон скота стал реальностью. Они собрали три больших стада: на острове Матагорда и на полуостровах.

Пока ковбои отсутствовали, Том Киттери соорудил в зарослях кустарника загон. Подъехав к лагерю, Тэп увидел, что в нем стоит двенадцать лошадей. Судя по клейму, они принадлежали Коппингенам. Осмотрев лошадей, он принялся изучать следы на земле, его внимание привлекли следы трех лошадей с всадниками. Гости собрались вокруг большого костра. Их и увидел Тэп, подойдя к нему. Его люди устроились немного поодаль, у костра поменьше.

Два всадника, прибывшие от Коппингенов, были мексиканцами — неотесанные пастухи в пропотевшей насквозь одежде. Третьим оказался худощавый, сутулый человек, с лица которого не сходила улыбка, что совсем не вязалось с холодными глазами. К его поясу была прикреплена кобура с револьвером и длинный охотничий нож.

— Лин Стокер… Тэп Дюварни — мой партнер, — представил их Том.

— Рад вас видеть, — произнес Стокер в ответ на приветствие Дюварни, смерив его с ног до головы холодным взглядом. Он начал было что-то говорить, но Тэп уселся на корточки рядом с мексиканцами.

— Ваша грулья note 2 — хорошая лошадка, как я погляжу, — сказал он, а затем, обратившись ко второму пастуху, поменьше ростом, спросил: — Ты ею доволен?

— Доволен. Это моя собственная.

— Так я и думал. Мне она тоже понравилась. — Тэп повернулся ко второму мексиканцу: — А твоя как?

Пастух пожал плечами и усмехнулся:

— Быстро бегает, но иногда взбрыкивает.

Придя к выводу, что Стокер — скользкий человек, Дюварни решил как можно меньше с ним общаться. Троица привела лошадей с ранчо Коппингенов. Значит, знала, где их искать и что они собрались гнать скот. Во время войны Том не был таким беспечным, подумал майор. Либо он постарел, либо хотел спровоцировать нападение Мансонов… Второе вернее, поскольку Мансоны еще не знают о том, что Дюварни нанял новых людей.

Тэп почувствовал, что сложившаяся ситуация начинает все больше и больше раздражать его. Поведение Тома очень беспокоило. Их соглашение трещало по всем швам. Тэп же хотел заниматься делом — и только им, а не подставлять голову под шальные пули в дурацких семейных разборках.

— Откуда вы узнали, что на грулье приехал Педро? — вызовом спросил Стокер.

— У Педро мексиканские шпоры, с большими колесиками. В том месте, где он привязал лошадь и снял седло, остались следы.

Теперь Дюварни совсем уверился, что Стокер ненадежен, поскольку высокий сутулый ковбой повсюду совал свой нос.

Тэп подошел к Тому и уселся рядом.

— Я забираю часть своих ребят и еду в Рефьюджио, — сказал он, — затем мы заглянем в Викторию. Тебе там нужно что-нибудь?

Том достал из кармана кисет и принялся сворачивать самокрутку.

— Если хочешь держаться подальше от нашей семейной распри, — сказал он, — то веди себя поосторожней. Есть люди, которые не верят в твой нейтралитет.

— Понимаю, — спокойно ответил Дюварни. — Ты настроен втянуть меня в вашу борьбу, но мне придется снова повторить — я приехал сюда, чтобы перегнать скот и получить за это деньги. А вашу безумную ссору пора кончать. Вы с Мансонами много лет ведете войну, которую никто не может выиграть. Знаю, они сожгли твой дом и убили некоторых твоих родственников, но ты ведь тоже убил кого-то из Мансонов. Пора остановиться. Меня заботит только операция со скотом, и я буду рад, если ты вместе со мной займешься делом.

Если мы доставим стадо в Канзас или, пусть дешевле, продадим его в Индианоле, у нас появятся деньги, и мы сможем купить себе ранчо где-нибудь в Вайоминге или Монтане.

— Но я же вырос в Техасе и не могу уехать отсюда, — запротестовал Том.

— Ерунда, — отрезал Дюварни. — Половина владельцев ранчо и ковбоев в тех штатах из Техаса или из Англии. Там великолепные луга, я отлично знаю те края. Мы можем продать быков в Канзасе, а телят и коров отогнать на север, на тамошние пастбища. Ты забудешь о перестрелках, станешь хозяином ранчо, женишься на Мэди Коппинген и заживешь как счастливый человек.

— Звучит заманчиво.

— Так что же ты раздумываешь? Что лучше — жить на своем ранчо с любимой женщиной или всю жизнь носиться до Техасу, охотясь за Мансонами, пока не перестреляешь их всех или кто-нибудь не подстрелит тебя?

— Когда ты собираешься начать перегон скота?

— Ровно через неделю. Мы погоним с тобой стадо, которое успели собрать. Если все сложится удачно, попробуем пробиться в Индианолу. Если же что-нибудь помешает, сделаем бросок на север, к Красной реке. Там откормим наших бычков на индейских пастбищах, а когда цены на скот в Канзасе вырастут, отгоним их туда и продадим.

Рефьюджио, сонный ковбойский городишко, меньше всего напоминал приют для усталого путника. Вдоль глинобитных и каркасных домов тянулись дощатые тротуары, над которыми кое-где нависали галереи. Четыре всадника проехали по пыльной главной улице и спешились перед зданием суда, двери которого были открыты. Тэп пересек улицу и поднялся по ступенькам. Док Белден остался присматривать за лошадьми, а Джуд Уолкер и Велт Спайсер зашли в ближайший салун.

— «Т» сплетенное с «Д»? — Чиновник открыл книгу, где регистрировались клейма. — Не припомню такого… Так что можете взять его себе. — Он зарегистрировал клеймо и, еще раз прочитав имя, которое только что записал, — Тэппен Дюварни, — поднял на гостя глаза. — А я о вас слышал, — произнес он. — Вы — друг Тома Киттери, правда?

— Мы познакомились с ним во время войны, — ответил -Тэп.

— Он с вами? Если да, то скажите ему, что Мэди Коппинген сейчас в Виктории.

К своему удивлению, новоиспеченный скотовладелец испытал радость. С чего бы это? — осадил он себя. Видно, давно не видел женщин, или?..

Он встряхнул головой, чтобы отогнать нежданную мысль, и, надев шляпу, вышел. На мгновение задержался в дверях, внимательно оглядел улицу. Чтобы избежать беды, нужно постараться заметить ее раньше, чем она тебя настигнет.

Док Белден по-прежнему стоял возле лошадей и курил, посматривая в ту сторону, где располагался салун, который Тэп от дверей суда видеть не мог. Почти не задумываясь, машинально Тэп расстегнул куртку: за поясом у него был пистолет, в кобуре — револьвер.

Он подошел к Доку и встал рядом.

— Все в порядке?

Док лукаво взглянул на него и сказал:

— Только что мимо меня проехало полдюжины всадников. Лошади взмылены, словно неслись во весь опор, чтобы поспеть сюда.

— Садись в седло, — приказал Тэп. — Поедем к ребятам, нам нужно держаться вместе.

Возле коновязи у входа в салун действительно стояли шесть взмыленных лошадей. На всех было клеймо Мансонов. Привязав своих тут же, Тэп и Док прислушались к голосам.

— Расслабься, Белден. Похоже, эти друзья приехали за нами, но я хочу сам открыть бал, — предупредил майор и распахнул двери.

В зале царили полумрак и прохлада. Спайсер и Джуд Уолкер стояли в дальнем конце бара. Двое из клана Мансонов расположились у стойки чуть поодаль, двое других сидели за столиком позади Уолкера на расстоянии всего полутора метров. Последняя пара заняла дальний столик и тоже не сводила глаз с Уолкера и Спайсера. Все пути к отступлению были отрезаны.

Мгновенно оценив ситуацию, Тэп занял позицию у двери с одной стороны, а Док Белден — с другой.

Один из бандитов, сидевших за столиком, скосил глаза, чтобы посмотреть, кто вошел. Тэп узнал его — Шэббит.

— Как дела, ребята? — спокойно спросил майор. — Не выпить ли нам по стаканчику?

С появлением Тэпа и Дока положение в корне изменилось. Теперь в ловушке оказались уже Мансоны. Если они повернутся лицом к Уолкеру и Спайсеру, то потеряют из поля зрения Тэпа и Дока. Когда начнется пальба, им придется стрелять наугад, так как солнечный свет будет бить прямо в глаза.

Шэббит заколебался, и благоприятный момент для начала потасовки был упущен.

— К стойке, джентльмены, — приказал Тэп. — Угощаю! Бармен, обслужите их… вот здесь. — И указал пистолетом на середину стойки.

Никто не видел, как он его вытащил, казалось, с ним и появился в салуне.

Один из клана Мансонов, которого Тэп видел на кладбище, отодвинул стул и встал.

— Почему бы не выпить? — произнес он без энтузиазма. — Вы теперь дружите с Киттери?

— Том Киттери — мой деловой партнер, — спокойно ответил Тэп. — Но меня не интересует ваша вражда, я не вмешиваюсь в семейные дела и не собираюсь участвовать в здешних разборках.

За этим человеком к стойке потянулись другие. Шэббит подошел последним, ругаясь про себя. Когда все Мансоны выстроились у стойки и бармен наполнил их стаканы, Дюварни сделал знак Уолкеру и Спайсеру отойти к двери. Потом подошел и заплатил за напитки.

— Окажите мне услугу, джентльмены, — сказал он. — Не отвлекайтесь от своих стаканов. Мой палец нажмет на курок при малейшем вашем движении, а мне нужно еще по крайней мере десять минут, чтобы доделать свои дела в городе. Я не хочу убивать кого-нибудь из вас только за то, что он высунул голову в дверь.

Выйдя из салуна, Тэп и его товарищи сели на лошадей и медленно поехали по улице. Они покинули город по дороге на Викторию, но очень скоро свернули с нее и поскакали к реке Сан-Антонио, добрались до нее, когда уже стемнело и, разбив лагерь на берегу, улеглись спать. Солнце еще не взошло, когда четверка снова отправилась в путь, а к полудню уже добралась до Виктории.

Спайсер и Уолкер остались сторожить лошадей, а Дюварни и Док Белден направились вдоль улицы. Неожиданно они увидели, как по дощатому настилу с противоположной стороны идет Мэди Коппинген. Тэп пересек улицу, снял шляпу и поклонился.

— Мисс Коппинген? — сказал он. — Приятно вновь встретиться с вами.

Тэп окинул взглядом улицу от начала до конца, внимательно изучая дома и даже окна на втором этаже.

— Не понимаю вас, майор Дюварни. Что нужно такому человеку, как вы, здесь, в Техасе? Том сказал мне, что у вас есть связи в Вирджинии, что вы объездили всю страну и хорошо знаете людей.

— Мне нравится Техас.

— Вам тут нравится? Трудно в это поверить.

— Конечно, женщине жить в Техасе нелегко, охотно признаю, но и городская жизнь не такая уж привлекательная.

— Все равно, любая жизнь лучше, чем эта, — перебила его Мэди. — Как бы мне хотелось… как бы мне хотелось уехать отсюда и никогда не возвращаться. Вам, мужчинам, может, и нравятся пыль, скот и потные лошади. Но я сыта этим по горло. Хочу обосноваться там, где жизнь… сплошное удовольствие.

— Пройдет время, и такая жизнь вам тоже наскучит, — заметил Тэп. Он снова окинул взглядом улицу. — У вас есть время отобедать со мной? Здесь в ресторане. Я был бы очень рад, если бы вы приняли мое приглашение.

— С удовольствием отобедаю с вами, но только после того, как куплю все, что мне надо.

Мэди отправилась по магазинам, а Дюварни вернулся к своим парням.

— Мы задерживаемся ненадолго, — улыбнулся он. — Хочу пообедать с Мэди Коппинген.

— Ну и счастливчик же наш майор, — сказал Уолкер, ухмыляясь. — Подцепить такую красотку!

— Я вам рассказывал об этой девушке, — посерьезнел Дюварни. — Она — невеста Тома Киттери.

— Никогда бы не подумал, она смотрела на тебя такими глазами, — заметил Джуд. — Но это не мое дело. — Он с беспокойством огляделся. — Нам быть поблизости? Как бы не случилось беды!

— На окраине города есть пекановая роща. Я приеду туда… через час, а вы пройдитесь по магазинам и ждите меня там.

Велт Спайсер заколебался.

— Вы уверены, что мы не понадобимся? Я слышал, что в городе полно Мансонов.

— Уверен. Будьте в роще к моему приходу.

В маленьком ресторанчике на окнах висели белые занавески, а на столах лежали белые хрустящие скатерти и салфетки. Легкой походкой Мэди вошла в зал через минуту после прихода Тэпа, и, заметив его, засияла.

— Не поверите, — сказала она, — я всю жизнь прожила рядом с Викторией, а обедаю здесь всего второй раз.

Он задумчиво посмотрел на нее. Сегодня она была необыкновенно хороша. Мэди, наверное, из тех девушек, подумал Тэп, которые любят компанию, развлечения и поездки. Да, такой тяжело сидеть на ранчо.

— Но ваша семья часто наведывается в город, — возразил Тэп. — Где же вы обедаете?

— Мы берем еду с собой, а иногда обедаем у друзей. — Она взглянула на него, и голубые глаза ее наполнились негодованием. — Вы здесь недавно, майор, и не успели еще узнать, что с наличными деньгами в Техасе сейчас плохо. У моего отца скота больше, чем у кого-либо другого в окрестностях Виктории, а наличных денег у него почти нет. Для того чтобы съездить в Новый Орлеан, мне пришлось отказывать себе во всем и откладывать каждый цент. И это вовсе не означает, что мой отец — бедняк, просто в Техасе все так живут.

Мэди выглядела очень несчастной, и Тэп задумался, любит ли она Тома Киттери. Том, несомненно, принадлежал к тому типу мужчин, которые нравятся женщинам. Он был высок и хорошо сложен, держался уверенно, легко сходился с людьми. Его семья имела обширные владения в западном Техасе, и, если бы не кровная вражда с Мансонами, Том был бы богат, во всяком случае, не беднее Коппингенов.

Однако всего этого Мэди, казалось, мало. Она хотела жить в большом городе и предаваться всем тем удовольствиям, из которых, по ее мнению, и состоит городская жизнь. Поездка в Новый Орлеан только раздразнила аппетит, но она была настолько короткой, что девушка не успела ничего понять и по-прежнему не хотела расстаться с иллюзией, что жизнь в городе — сплошной праздник. Мэди не подходила Тому Киттери, уроженцу Дикого Запада, который по складу своего характера мог жить только здесь.

— Города совсем не такие, какими кажутся вам, — осторожно заметил Тэп. — Большинство горожан и понятия не имеют о том, что вы считаете удовольствием и развлечением. Мне кажется, что жизнь здесь гораздо интереснее, лучше, чище, чем в большом городе.

Они продолжали болтать в том же духе, и Тэп, помимо своей воли, был вовлечен в разговор о Нью-Йорке и Вашингтоне, Ричмонде и Чарльстоне. Время пролетело незаметно. Прошло больше часа, прежде чем Тэп наконец распрощался с Мэди и добрался до рощи, где уже его ждали обеспокоенные товарищи.

Из разговора с Мэди майор понял две вещи: Мэди любит Тома, но разрывается между желанием стать его женой и стремлением навсегда уехать из Техаса. Мэди не верит, что Том победит в кровавой вражде. Она одержима мечтой, чтобы он забрал ее и уехал в какой-нибудь город, где они могли бы жить спокойно и счастливо. Сама по себе вражда не очень беспокоила ее.

У Тэпа создалось впечатление, что Мэди обо всем судит с чужих слов. Кто же внушил ей мысль, что Том не сможет победить в семейной распре, — ее отец? Или кто-нибудь еще? Интересно, а знает ли Том, что Коппингены не верят в его победу над врагами? Или о том, что среди них, а может быть, и среди друзей Тома есть человек, предавший его?

Опытный военный, Тэп не сомневался, что вчера кто-то сообщил Мансонам о том, что он и его товарищи отправились в Рефьюджио и вдогонку им послали своих людей. Как иначе можно объяснить тот факт, что преследователи чуть не загнали лошадей? Только благодаря чистой случайности Мансонам не удалось убить никого из них.

Доброжелательного и в общем-то открытого Дюварни жизнь научила не слишком-то доверять людям. Только очень немногие обладают сильной волей. В основной же своей массе человек слаб. За время службы на границе, где ежечасно подвергаешься опасности, сила и слабость характера проявляются самым неожиданным образом и порой в самое неподходящее время. В условиях войны трудно скрыть недостатки характера, которые в более благоприятных условиях могут никогда и не проявиться.

«Тома Киттери предает кто-то из его ближайшего окружения, из тех, кому он безоговорочно доверяет. Попробую не спеша проехать той дорогой, по которой мы добирались сюда, и тщательно изучу следы, прежде чем делиться с кем-то своими подозрениями», — подумал Тэп.

Возвращаясь в лагерь, Дюварни старался рассчитать каждый свой шаг, пытаясь угадать, какие действия предпримет противник, и соответственно спланировать свои. «Будем делать то, чего Мансоны никак от нас не ожидают, постоянно сбивать их с толку», — решил он.

Когда майор спешился, Том Киттери, сидевший у костра, встал и подошел к нему.

— Начинаем перегонять скот в Канзас послезавтра, — сказал Тэп.