VII. Война с чайками

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

VII. Война с чайками

Чанки во многом были похожи на тех, кого они теперь хотели уничтожить, – на инков. Так же как и «сыновья Солнца», чанки пришли в центральную область Анд с берегов большого озера Чоклокоча (дословно: «кукуруза»), простиравшегося на западе нынешнего перуанского департамента Уанкавелика. От Чоклокочи чанки, опять-таки как и инки, после ряда остановок проникли в одну из горных долин Центральных Анд, где подчинили себе жившие здесь индейские племена, а затем сделали эту Андауальяс, что дословно означает «долина медных лугов», центром своего могущества – так, как это сделали некогда «сыновья Солнца», превратив долину Куско в сердце своего государства.

Агрессивные чанки – опять так же, как и инки, – силой, то есть военным путем, постепенно подчиняли своей власти все новые и новые племена. Воинственные чанки иногда даже сгоняли некоторые индейские племена с их родных мест. Здесь было бы уместно напомните об одном племени, которое особенно сильно испытало на себе власть чанков, – это племя кечуа. Само название «кечуа» можно было бы перевести как «люди из теплой долины». Диалект «людей из теплой долины» являлся вариантом языка, используемого очень многими племенами, жившими в горах около Куско. Именно этот диалект и стал в Тауантинсуйу государственным языком, позднее он стал насаждаться и среди других народов, находившихся в подчинении у инков, пока постепенно не превратился в самый распространенный язык индейцев не только в Перу, но и во всей Южной Америке, – язык, который и поныне используется на всей территории от Эквадора до Аргентины.

Исконные носители кечуанского языка, то есть кечуа в истинном смысле слова, по стечению обстоятельств и стали первой жертвой экспансии чанков. Исконная территория кечуа – субтропическая долина около города Абанкай (отсюда и их название – «люди из теплой долины») – была оккупирована чанками, населявшие ее жители утратили свою независимость. Оставшаяся часть племени ушла из области Абанкай и присоединилась к инкам. Позднее они полностью перешли под защиту «сыновей Солнца», пока наконец окончательно не растворились в народе инков.

Агрессивные чанки, захватив страну исконных кечуа, тем самым вышли непосредственно к границам государства инков, также непрерывно разраставшегося благодаря экспансии. Было лишь вопросом времени, когда обе силы столкнутся в решающей битве, – в битве, от исхода которой зависит, кто же из этих двух соперников станет полновластным хозяином во всей области Центральных Анд.

Было очевидно также, что в выигрыше останется тот, кто нанесет первый удар. Как раз в это время некогда столь активный правитель инков Виракоча спокойно доживал последние годы в тишине своего горного «Эрмитажа». Тот же, с кем он официально делил власть и кто с его согласия уже действительно находился вместе с ним на троне «сыновей Солнца», – молодой Уркон – интересовался лишь одним: девушками, девушками и еще раз девушками – и ничем другим.

В Тауантинсуйу, управляемом в тот период двумя владыками, чрезвычайно мало интересующимися делами государства, никто и не помышлял о начале борьбы, об объявлении войны. В крепнущем государстве чанков в это же время господствовали совсем другие отношения: два наиболее крупные деятеля, два «консула» чанков, – Асту Уаранка и Томай Уаранка – полагали, что мощь их народа теперь уже настолько укрепилась, что ни Куско, ни государство «сыновей Солнца» в целом не в состоянии ей противостоять.

Чанки явно принимали в расчет и недостатки тогдашнего руководства государства Тауантинсуйу, обусловленные полным отсутствием интереса к делам империи у обоих глав государства: очень старого Виракочи и очень молодого Инки Уркона, бывшего к тому же совершенно неопытным в военных делах. И Асту Уаранка, и Томай Уаранка поняли, что настало время нанести смертельный удар «сыновьям Солнца». Вот почему и был отдан приказ о походе на Куско.

Перед тем как выступить, чанки прежде всего украсили мумию основателя своего государства Ускоуилька (Дикая кошка). Облаченную в золотое одеяние, украшенную изумрудами мумию положили на носилки и понесли во главе огромного войска. Так вместе с мумией и отправились в путь. Вне всякого сомнения, это было самое большое неинкское войско, какое когда-либо передвигалось по просторам индейской части Перу. Преодолев на пути к Куско крайне важный перевал Вильканога, имеющий ключевое значение, чанки настолько уверовали в успех начатого похода, что направили к инкам посольство, которое потребовало от «сыновей Солнца» ни больше ни меньше как полной и безоговорочной капитуляции. Инкам было предложено сложить оружие, сдать Куско и признать неограниченную власть чанков.

Неслыханный ультиматум, требование полной капитуляции «сыновей Солнца» вызвало во дворце Инки переполох. До смерти перепугались и стареющий Виракоча, и царствующий вместе с ним незаконнорожденный Уркон. Оба они и не помышляли об обороне Куско. В панике они спешно бежали из столицы империи вместе со своими приближенными, слугами и многочисленными женами, к которым оба – и отец и сын – всегда питали такую слабость. Все они укрылись в том неприступном, как они надеялись, горном гнезде над Писаком – в знаменитом дворце Хакихауана.

В Куско начался страшный переполох. И король, и большинство военачальников бросили его жителей на произвол судьбы. Тем не менее в городе осталась малочисленная группа членов правящего рода, отнюдь не помышлявшая о какой бы то ни было капитуляции и о бегстве из столицы империи. В эту патриотическую фалангу отважных входили и два, теперь уже очень старых, генерала – Апо Майта и Викакирао. В ее составе были также и все три законных сына Инки Виракочи: самый старший – Рока, затем величавый Тупак Уарочири, являвшийся в то время Верховным жрецом Храма Солнца в Куско, и, наконец, едва достигший двадцатилетнего возраста Куси Юпанки, высокоинтеллигентный юноша, находившийся до того периода в изгнании. В детстве он провел три года в Чита, где по приказу Инки пас лам. Впрочем, сейчас, когда Куси Юпанки вернулся в Куско из своего недобровольного изгнания и когда городу угрожала непосредственная опасность от быстро продвигающихся чанков, он стал главным организатором обороны столицы Тауантинсуйу.

Это была, однако, нечеловечески трудная задача. В то время как у чанков «под ружьем» находилось, по утверждению авторов позднейших хроник, до 100 тысяч человек, Куско в этом гигантском хаосе мог выставить на поле боя едва ли 700 солдат. Вполне естественно поэтому, что Куси Юпанки обратился за военной помощью к союзникам своего государства. Однако многие из них, в том числе и те, кто жили в непосредственной близости к городу и формально на протяжении многих лет были подданными «сыновей Солнца», заняли выжидательную позицию. Вместе со своими воинами они наблюдали с окрестных гор за исходом борьбы между «Голиафами» чанков и «Давидами» инков.

Тем временем чанки во главе с мумией своего предка Ускоуильки подошли вплотную к городским воротам. Начался решающий штурм Куско. Вначале главный удар был направлен на предместье, на окраинный квартал Кильисканча. Здесь борьба велась за каждый дом. Жители Кильисканчи под руководством своего начальника кураки Уаранки мужественно противостояли численно превосходящему противнику. Настоящие чудеса мужества проявила жена Уаранки – Чанан Кока, которая собственными руками убила несколько десятков воинов-чанков.

Бои развернулись и на склонах холма Карменка, находившегося на окраине города. В одной из этих схваток был тяжело ранен и генерал Апо Майта, столь долго и преданно служивший империи. На следующий день атакующие намеревались спуститься со склонов Карменка и проникнуть непосредственно в центр Куско. Однако прежде, чем до этого дошло дело, Куси Юпанки нанес неожиданный контрудар, разрядивший критическую ситуацию, сложившуюся в столице государства. С горсткой своих самых преданных и самых отважных воинов он поднялся вверх по склону, прорвался к святому символу чанков-мумии их предка Ускоуильки, захватил ее и унес с собой в Куско.

Потеря мумии – этого небесного покровителя чанков – лишила их уверенности в победе. Они заколебались. После этого на окраине Куско началась настоящая резня, ставшая вскоре подлинной «Березиной» для чанков. В этом решающем столкновении пали тысячи, а может быть, и десятки тысяч воинов агрессора. Позднее инки не без основания переименовали это место в Яуарпампа – «Кровавое поле».

Потерпевшие поражение чанки в панике отступили из Яуарпампы, то есть «Кровавого поля», и были отброшены к их исходному лагерю в Ичупампе. На протяжении всех десяти километров, отделявших один лагерь от другого, воины Куси Юпанки преследовали бегущих солдат Асту Уаранки и Томай Уаранки, нанося чанкам все новые и новые удары.

Тогда-то и произошло то, что обычно происходит в аналогичных исторических ситуациях: увидев страшное поражение, нанесенное Куси Юпанки агрессорам, союзники и вассалы инков, а также вообще все «нейтралы» быстро изменили свою ранее выжидательную позицию, присоединились к войскам юного принца, чем сильно увеличили мощь армии инков. Куси Юпанки повел объединенное войско в новую атаку на чанков, укрывшихся в Ичупампе. Те начали быстро откуда только возможно подтягивать военные подкрепления. Тем самым защищающийся стал нападающим. На этот раз битва приняла особенно затяжной характер. Однако и в этом бою молодому полководцу инков улыбнулась фортуна. Победа была на стороне «сыновей Солнца», один из двух вождей чанков – Томай Уаранка – пал, сраженный ударом каменного топора в висок; вечером того же дня погиб в бою и другой вождь племени – Асту Уаранка.

Битва у Ичупампы, несомненно, была самым кровавым сражением, которое когда-либо происходило в Южной Америке доколумбова периода. Как утверждают, в этой битве погибло 30 тысяч воинов Тауантинсуйу. Впрочем, эта часто приводимая цифра может оказаться и преувеличенной. Потери чанков были во много раз больше. Главный же итог поражения чанков у ворот Куско, а затем и их полного разгрома у Ичупампы заключался в другом: окончательно завершилась борьба за господство во всей области Центральных Анд. Победителями из этой борьбы вышли «сыновья Солнца». Это произошло четверть тысячелетия спустя после того, как первый Инка Манко Капак привел к Куско предков инков.

Итак, победа решила судьбу древнего Перу. Главным героем решающей победы инков стал молодой человек, которому его же собственный отец отказал в праве на трон. Этим героем был принц Куси Юпанки, защищавший свою страну действительно по собственной инициативе и на свой страх и риск. Те же, кто стоял во главе страны и кто должен был защищать и самое страну, и ее столицу, трусливо бежали из Куско.