Из главкомов в председатели трибунала

25 декабря 1917 года верховный главкомандующий Крыленко подписал приказ и одновременно инструкцию о формировании из солдат-добровольцев народно-социалистической гвардии.

«Товарищи.

Армия устала. Армия изнемогла…

Должна быть создана новая армия вооруженного народа. К такой армии, зачатками которой явилась Красная гвардия рабочих, я призываю всех, кому дорога свобода…»

«Народно-социалистическая гвардия создается из солдат действующей армии, запасных частей и всех добровольцев, желающих вступить в ее ряды для защиты завоеваний революции и борьбы за демократический мир и торжество социалистической революции на Западе и в России».

Но таких планов формирования добровольческих частей было много. Ни один не удавалось воплотить в жизнь. На это обратил внимание Жак Садуль:

«Крыленко подготовил длинный, резкий, напыщенный манифест, чтобы призвать русский пролетариат в массовом порядке записываться в Красную Армию. Я упорно не верю в результаты этого предприятия.

Большевики наберут людей, без сомнения. Они не сделают из них солдат. Они не создадут из них командиров».

С 18 декабря по 12 января военный комиссариат в Петрограде и Ставка в Могилеве работали над созданием новой армии, потому что на старую нельзя было полагаться. Ее следовало как можно скорее распустить.

Комиссариат по демобилизации под руководством Михаила Кедрова разрабатывал план спокойной демобилизации. От него пришлось отказаться. Демобилизация началась еще при Керенском. Теперь пришлось проводить ее ускоренными темпами. И все равно не поспевали за быстро усиливавшимся разложением армии. Иногда приказы о демобилизации приходили, когда демобилизуемые солдаты уже были дома. Главное было сохранить оружие, артиллерию и воинское имущество. Тяжелую артиллерию отводили в тыл, вместе с санитарными и хозяйственными обозами.

23 декабря Совнарком выделил наркомату по военным делам десять миллионов рублей на формирование добровольческих отрядов. Первыми вступили латышские части, которые избежали развала. Две латышские бригады были развернуты в дивизии и сведены в Латышский корпус.

15 января 1918 года Совнарком принял Декрет об организации Рабоче-Крестьянской Красной армии. Декрет подписали Ленин, верховный главкомандующий Крыленко, народные комиссары по военным и морским делам Дыбенко и Подвойский.

При комиссариате по военным делам учреждалась Всероссийская коллегия по организации и формированию РККА. 21 января Совнарком назначил членами коллегии Крыленко, Мехоношина и Подвойского.

«Фронт был обнажен, — вспоминал Крыленко, — и полки из линии окопов отведены в линию расположения ближайших резервов с обслуживанием окопов только сторожевыми охранениями. Для тех, кто оставался для охраны имущества, устанавливалось повышенное жалованье. На железных дорогах всюду располагались дежурные роты для поддержания порядка, и в иных случаях, как это было на Северном фронте, пришлось прибегнуть к угрозе оружием и пулеметным огнем, чтобы заставить вернуться полки, не считавшиеся с очередями».

Но попытка провести демобилизацию организованно была перечеркнута немецким наступлением. Троцкий отказался принять грабительские условия мира, выставленные Германией (подробнее об этом говорится в пятой главе).

Тогда немецкое командование решило силой принудить Россию согласиться с этими условиями.

16 февраля 1918 года в 19.30 в ставке Крыленко получили заявление немецкого генерала Гофмана о прекращении перемирия и возобновлении военных действий с полудня 18 февраля.

Российская армия и не собирались сопротивляться. Она просто бежала, бросая оружие и обозы и сметая наспех мобилизованные части, которые выдвигались из тыла.

Фронт от Украины до Петрограда перестал существовать. Немецкие войска заняли Киев, Минск, Могилев, Ревель, Нарву, подошли к Пскову и 25 февраля заняли город. Латышские части пытались сопротивляться и были сметены. Немцы уже стояли под Петроградом.

Крыленко доложил Совнаркому о катастрофе:

«Изголодавшиеся массы бегут и, движимые инстинктом самосохранения, затевают в местностях прифронтовой полосы погромы в поисках недостающих денежных знаков и хлеба. Недостаток фуража и ослабление конского состава делают невозможным вывоз материальной части и артиллерии.

Армия оказывается неспособной даже стоять на позиции. Фронта фактически нет. В отдельных местностях фронта идет торг лошадьми и солдатским имуществом с немцами… Необходимость заключения мира диктуется теперь не невозможностью сопротивляться, а невозможностью произвести организованный отход и спасти стоящие миллиарды материальные части. Мы обязаны подписать мир».

Ситуация была катастрофической. Решили попытаться отстоять хотя бы Петроград.

Петроградский совет образовал Комитет революционной обороны Петрограда под руководством Якова Михайловича Свердлова. Крыленко, Подвойский и Склянский создали чрезвычайный штаб Петроградского военного округа.

Ставка в Могилеве прекратила свою деятельность. Командование сосредоточилось в Петрограде. Ко всем фронтам обратились с требованием немедленно сформировать из добровольцев боеспособные части, которые могли бы вступить в бой с немецкими войсками.

23 февраля 1918 года Крыленко приказал провести в Петрограде революционную мобилизацию — и для этого образовать в городе вербовочные комиссии, а гражданское население заставить рыть окопы.

Но немцы до Петрограда не дошли. Ленин выкрутил руки своим соратникам по руководству партией и правительством и вынудил их согласиться на немецкие условия мирного соглашения. Получив сообщение из Петрограда о готовности подписать мир, германские войска остановились.

Поздно вечером 3 марта 1918 года Ленин вызвал Крыленко. Владимир Ильич уже принял решение создавать новую армию и реорганизовать всю систему военного управления, обратившись за помощью к профессионалам. Прапорщик Крыленко не мог оставаться в прежней должности главнокомандующего.

Должность главкома и сама Ставка упразднялись. Пока что все полномочия по управлению вооруженными силами получал Высший военный совет. Ему переподчиняли все, что осталось от гигантской армии. Руководителем Высшего военного совета назначался бывший генерал Михаил Бонч-Бруевич.

Крыленко категорически возражал против назначения на высокую должность бывшего генерала царской армии. Ленин объяснял Крыленко, что без военных специалистов обойтись невозможно, надо у них учиться и с их помощью создавать новую армию. Николай Васильевич доказывал, что генералам доверять нельзя. Впрочем, скорее, главком, привыкший к полной самостоятельности, не хотел идти в подчинение генералу, который еще недавно сам был его подчиненным.

Ленин не стал удерживать Крыленко на военной работе.

4 марта 1918 года Ленин подписал постановление Совнаркома о создании Высшего военного совета:

«Высшему военному совету в составе М.Д. Бонч-Бруевича, военного руководителя, политических комиссаров П.П. Прошьяна и К.И. Шутко поручается руководить всеми военными операциями с безусловным подчинением Высшему военному совету всех без исключения учреждений и лиц».

Проша Перчевич Прошьян был одним из лидеров левых эсэров, которые тогда еще поддерживали большевиков и входили в правительство. В декабре 1917-го — марте 1918-го Прошьян занимал пост наркома почт и телеграфа.

Кирилл Иванович Шутко, старый большевик, после революции работал в наркомате труда, потом вступил в Красную армию. Он занимал должность в Высшем военном совете всего две недели и написал в Совнарком заявление с просьбой освободить от должности «по болезненному состоянию».

5 марта 1918 года был подписан мирный договор в Брест- Литовске. Боевые действия прекратились. Большевики получили передышку и должны были попытаться создать свою армию.

Крыленко написал Ленину заявление:

«Настоящим прошу освободить меня от обязанности Верховного главнокомандующего и комиссара по военным делам».

Ленин принял его отставку с легким сердцем. Военные дела он решил поручить другому человеку. Это заметил даже француз Жак Садуль, наблюдавший за событиями со стороны:

«Ленин и Троцкий отдают себе отчет в том, что одного Крыленко, которого они ценят за его волевые качества при очевидной нехватке технических знаний, будет недостаточно для такой значительной задачи, как реорганизация армии».

Заботясь о репутации Николая Васильевича, договорились объяснить его отставку ликвидацией поста главковерха в связи с окончанием войны с немцами.

13 марта Ленин подписал постановление Совнаркома:

«Должность главнокомандующего согласно предложению, сделанному товарищем Крыленко Совету Народных Комиссаров, упраздняется».

Через пол года, 2 сентября 1918 года, должность главнокомандующего была восстановлена, 6 сентября Совнарком назначил им бывшего полковника Иоакима Иоакимовича Вацетиса.

Появление Высшего военного совета привело к расформированию Комитета революционной обороны Петрограда и Революционного полевого штаба при бывшей ставке верховного главнокомандования. Упразднили и Всероссийскую коллегию по организации и управлению Красной армией.

Фактически все, кто занимался военными делами в первом советском правительстве, остались без работы и стали искать себе новое применение.

Николай Васильевич вспомнил, что он дипломированный юрист. Его тут же назначили членом коллегии наркомата юстиции, а меньше чем через два месяца, в мае, еще и председателем Революционного трибунала (с 1919-го Верховного трибунала) при ВЦИК.