ВВЕДЕНИЕ

ВВЕДЕНИЕ

28 января 814 года после сорокашестилетнего правления умер Карл Великий, с исторической арены ушел один из величайших преобразователей мира. Еще при жизни он получил титул «Великий», который с тех пор остался за ним на протяжении столетий. Глубокое впечатление от его личности и деяний определило суждение о нем современников, и потомки это суждение подтвердили, так как поняли, что влияние Карла не закончилось с его смертью. Историческое величие можно оценить только по его последствиям.

Жители средневековой Европы отдавали себе отчет в том, что Карл Великий был ее подлинным героем-основателем. Немецкие и французские монархи по праву ссылались на него, как на своего великого предшественника; в Англии Альфред Великий старался следовать его примеру; в Италии со времен Карла папа всегда считался с его преемниками, и даже славяне увековечили память франкского монарха, называя своих королей его именем (само слово «король» происходит от имени Карл). Его деятельность оставила глубокий след в средневековом праве, образовании и богослужении. И несмотря на то, что попытка Фридриха Барбароссы по политико-прагматическим мотивам причислить Карла к лику святых не нашла отклика в Риме, церковь все равно сохранила особое уважение к Аахену и Оснабрюку. Карл Великий столь властно запечатлелся в памяти средневекового мира, что его окружили сиянием легенд. Тем самым была найдена возможность сосредоточить в его образе старое и новое: многие церкви и монастыри считали Карла своим основателем, во времена крестовых походов он чествовался как крестоносец, а в эпоху рыцарства франкскому королю были приданы рыцарские черты. Считалось, что он основал суд фем[20], коллегию курфюрстов, Парижский университет и многие другие ранние европейские учреждения. Только из-за его имени возрастали легитимность и авторитет любого государственного начинания: первый император Средневековья еще долго оставался незримым правителем Европы.

Карл Великий. Мозаика VIII в. Латеранский собор. Рим.

Только в эпоху Просвещения, когда возникли новые, прогрессивные идеалы, его звезда померкла, но все-таки не закатилась окончательно. В период романтизма и расцвета исторической науки легенда о Карле не возродилась, но образ великого императора был оценен по достоинству, и эта оценка еще и сегодня в основном определяет наше отношение к нему. Значение этого образа для нас еще больше возросло благодаря современным процессам развития.

Фигура Карла выходит за узкие национальные рамки. Поэтому он был подвергнут резким нападкам во время господства националистических идей в гитлеровском рейхе. Великий монарх был, однако, успешно защищен немецкой исторической наукой в дискуссии, которая делает ей честь. Карл Великий настолько же принадлежит немецкой истории, насколько французской или итальянской: германец Карл — это европейская фигура. Еще при жизни придворные ученые называли Карла «Отцом Европы».

Хотя прах Карла более тысячи лет покоится в его любимой капелле Марии в Аахене, этот великий монарх все еще продолжает зачаровывать умы. Его образ еще не освещен достаточно полно, он продолжает оказывать влияние, вызывать как восхищение, так и сомнение. Тогда как одним император средневекового Запада кажется символом новых надежд Европы, другие же, особенно с недавних пор, выражают сомнения в его историческом величии: он якобы был героизирован под впечатлением благожелательно настроенных к нему летописцев. Образ Карла нуждается в корректировке и больше, чем раньше, — в учете слабых сторон. Действительно, для исторической науки было бы мало пользы от замалчивания этих слабостей. Не следует думать, что великий человек потеряет свое величие, если его упрекнуть в человеческих недостатках. Ведь Карл Великий обязан своей славой не нам и не историческим трудам, а своему существованию, своим делам и своему последующему влиянию.

То, что мы можем сообщить о нем, не складывается в биографию в современном смысле этого слова. Мы не можем обрисовать личность первого средневекового императора в ее внутреннем развитии и пытаться понять, исходя из этого его действия. В этом случае мы оказались бы в плену предпосылок, возникших только со времени пробуждения самостоятельной личности, «развития индивида», с которого, по Якобу Буркхардту, началось Новое время. Предпосылки, которые мы должны учитывать, — это средневековый мир и его общественная система, на которую равнялся средневековый человек вообще и Карл Великий в частности, хотя именно он эту систему и создал. Поэтому образ Карла Великого может стать понятным только в контексте его времени, его окружения и его поступков.

Карл Великий