РИМ

РИМ

В течение долгих лет, проведенных Цезарем в провинции, политическая жизнь в Риме не приостанавливалась, и он все время оказывал на нее влияние. Даже находясь вдалеке, Цезарь был тесно связан с форумом и курией. Цезарь располагал целым рядом агентов. Самым важным являлся Луций Корнелий Бальб, уважаемый гражданин Кадиса; Цезарь привлек его во время своего преторства в Испании, добился для него римского гражданского права и сделал своим постоянным сотрудником. Бальб постоянно осуществлял связь между Цезарем и римскими патрициями, особенно с Помпеем, находясь то в штаб-квартире, то в Риме. Цезарь питал к Бальбу безграничное доверие и ради него предоставил некоторые привилегии его родному городу.

Кроме Бальба, был Гай Оппий, руководитель службы информации, через которого Цезарь получал сведения обо всех политических событиях в Риме. С другой стороны, в штаб-квартире Цезаря существовала особая канцелярия для корреспонденции, которой, по всей вероятности, руководил Авл Гиртий, дополнивший «Записки о Галльской войне» Цезаря 8-й книгой о событиях 51 и 50 гг. до н. э. Цезарь и здесь не знал передышки; во время ночных маршей, при переездах в повозке или носилках рядом с ним всегда сидел писец, которому он диктовал, при этом Цезарь, как это рассказывают также о Наполеоне, мог одновременно диктовать несколько писем.

Все вышеупомянутые люди и многие другие верно служили ему. Он завоевал их верность и любовь своей дружелюбностью, юмором и несравненным шармом, о котором можно судить по некоторым сохранившимся письмам. Служить такому человеку было для них счастьем, как это являлось гордостью для его солдат. В произведениях, которые продолжают описание Цезарем Галльской войны, до нас дошли голоса этих людей, вплоть до фронтового офицера, хотя мы не всегда можем их назвать по именам.

Цезарь постоянно сохранял связь с политическим центром, главным образом для того, чтобы поддерживать контакт с Крассом и Помпеем. Помпей вскоре начал хлопотать о возвращении Цицерона, не в последнюю очередь потому, что Клодий становился все более разнузданным и при случае даже выступал против Помпея и Цезаря. Цезарь дал свое согласие, после того как брат Цицерона Квинт поручился за его лояльное поведение по отношению к триумвирам.

В начале 57 г. до н. э. Цицерон вернулся на родину, и сенат подготовил ему почетную встречу. Еще до этого Помпей получил широкие чрезвычайные полномочия. Бесплатная раздача зерна малоимущим гражданам требовала организованного учета, и народ поручил Помпею заботу о продовольствии (cura annoane). Предоставленная сначала на пять лет, это была чрезвычайная власть с проконсульским рангом, правда, без войск, но действительная по всей империи и с правом распоряжаться учетом, хранением, оплатой, транспортировкой и распределением всех запасов зерна. Из-за этого возвышения или по другим причинам отношения между Крассом и Помпеем испортились; противники-оптиматы из сената сразу же обрели почву под ногами, и существовала угроза, что они продвинутся на высшие должностные посты.

Чтобы предотвратить это, Цезарь после похода на белгов зимой 57/56 г. до н. э. прилагал все усилия для возрождения и усиления триумвирата. Ему удалось помирить Красса и Помпея. После того как Цезарь сначала договорился с Крассом в Равенне, в апреле 56 г. до н. э. в Лукке, южном городке провинции Цезаря, триумвират был возрожден к большому удивлению и разочарованию противников. Встреча «Большой тройки» была одновременно демонстрацией ее силы; многочисленные сенаторы и видные римляне поспешили в Лукку, чтобы засвидетельствовать свое почтение фактическим правителям Рима. Никто даже не надеялся взять верх над «Тройкой». Планы, выработанные в Лукке, они могли легко осуществить. Эти планы являлись такими простыми, их отдельные звенья так точно были пригнаны друг к другу и при этом сохранялось равноправие триумвиров, что можно говорить о единой концепции. Основную часть этих планов можно приписать Цезарю.

После этого Помпей и Красс были избраны консулами в 55 г. до н. э.; результат выборов обеспечили солдаты Цезаря, которых для этой цели отпустили в отпуск в Рим. По этой причине выборы были перенесены на зиму. После окончания срока консульства оба должны были получить провинцию с проконсульской властью до 1 марта 50 г. до н. э. До этого же срока продлевалось командование Цезаря в Галлии. Намечалось также, что до 1 марта 50 г. до н. э. не будет обсуждаться вопрос о его преемнике. По действующему тогда законодательству это означало, что до 7 января 48 г. до. н. э. Цезаря никто не мог сменить. Дело в том, что провинции назначались консулам до их вступления в должность, и они получали наместничество сразу же после истечения срока их консульских полномочий. Таким образом, для консулов 50 г. до н. э. провинции были определены до 1 января 50 г. до н. э. Следовательно, до 1 января 48 г. до н. э. для Цезаря не было преемника.

Смысл этой договоренности заключался в том, что Цезарь после предписанного десятилетнего перерыва должен был во второй раз претендовать на консульство. Поскольку срок выборов совпадал с окончанием наместничества, отпадала возможность в промежуток между двумя должностями привлечь Цезаря к суду и таким образом вывести его из игры. Но для этого ему нужно было освободиться от личной подачи заявления в Риме, что взялся уладить Помпей. Кроме того, уговорили поддержать эти планы Цицерона. В своей речи о консульских провинциях он еще в 56 г. до н. э. высказался против любой попытки отозвать Цезаря из провинции. Если даже в этой речи заметна заказная пропаганда, она тем не менее является явным свидетельством огромного впечатления, которое произвели в Риме завоевания Цезаря. Кроме того, за лояльное поведение Цицерона поручился его брат Квинт, поступивший легатом в войско Цезаря.

Этот широкомасштабный и хорошо продуманный политический план обеспечил триумвирам власть над государством на следующий год. Одновременно он создал предпосылки для будущего конфликта между Цезарем и Помпеем. Тогда как Цезарь снова занялся галльскими делами, Помпей и Красс сначала претворили в жизнь программу триумвиров в Риме, иногда прибегая к силе и помощи банд. После своего консульства Помпей получил в качестве провинции Испанию, а Красс — Сирию. Помпей остался недалеко от Рима и управлял своей провинцией через легатов. Основанием для этого, очевидно, послужила забота о продовольствии (cura annoane), но более глубокой причиной была необходимость контролировать обстановку в Риме по крайней мере одним триумвиром. Красс начал в Сирии войну с парфянами, которые уничтожили его войско у Карр в 53 г. до н. э., сам он пал в бою.

В Риме чем дольше, тем больше возрастали беспорядок, волнения и анархия, вплоть до убийства прямо на улице. В 52 г. до н. э. на Аппиевой дороге шайкой бандитов, которой командовал Милон, был убит Клодий. После того как беспорядки помешали даже законным выборам магистратов, пришли к решению назначить Помпея в 52 г. до н. э. консулом без коллеги, полномочия, которые из-за ограничения срока не шли так далеко, как всевластие диктатора. Позже продлили его наместничество в Испании. Пока Цезарь был занят галльским восстанием, Помпею удалось навести порядок в Риме, частично с помощью чрезвычайных постановлений сената восстановить авторитет государственной власти. Это сблизило его с сенатом и оптиматами, политика которых служила защите конституционных порядков от любой тирании. Этому развитию способствовала гибель Красса, которая положила конец политике тройственного союза, но прежде всего смерть дочери Цезаря Юлии (сентябрь 53 г, до н. э.). Она всегда старалась укрепить связь между отцом и супругом.

Шлем с забралом Рим I в. до н. э.

Итак, Помпей все больше сближался с сенаторами, ведущими борьбу против Цезаря. Это сказалось на многочисленных распоряжениях, которые не всегда замышлялись как мера против Цезаря, но фактически разрушали тщательно уравновешенное политическое здание Лукки. Так вышел закон, по которому консулы после окончания срока своих полномочий могли управлять провинцией только пять лет. Задуманный как средство борьбы с коррупцией, он отразился на Цезаре, так как теперь по истечении срока его полномочий 1 марта 50 г. до н. э. имелись в распоряжении преемники. Еще сильнее ударил по Цезарю закон Помпея о магистратском праве, согласно которому требовалось личное заявление на занятие должности в Риме и не предусматривалось исключения, предоставленного Цезарю народным собранием. То, что Помпей задним числом добавил это исключение, законной силы не имело.

Другие меры были направлены непосредственно против Цезаря. Так, например, стал вопрос об обращении Цезаря с транспаданами как с римскими гражданами. Речь шла о случае, когда противник Цезаря консул Марцелл приказал высечь транспадана, что не разрешалось в отношении римских граждан и латинов. Цезарь ответил передислоцированием одного легиона в Верхнюю Италию «для защиты римских колоний от нападений варваров». Прилагались все усилия для того, чтобы ослабить военное положение Цезаря, отняв для войны с парфянами у Цезаря и Помпея по легиону. Помпей отдал легион, который он одолжил Цезарю для подавления восстания в Северной Галлии, так что фактически Цезарь потерял два легиона, а Помпей — ни одного. Кроме того, в Италии задержали предназначенные для Востока легионы. Цезарь ответил тем, что по-царски одарил покидающих его солдат и тут же набрал два новых легиона.

Но настоящее политическое сражение 51 и 50 гг. до н. э. шло за то, оставить ли Цезарю до его вступления в должность консула главнокомандование в Галлии и позволить ему или нет подать заявление на баллотирование на должность консула заочно, оформив это как «почетный дар римского народа». Ни у кого не вызывало сомнений, что если Цезарь выставит свою кандидатуру на выборы, он станет консулом, но несомненным было также и то, что это консульство означало единоличное правление Цезаря. Поэтому Помпей и оптиматы приложили все усилия, чтобы помешать его избранию. Единственно возможным средством был судебный процесс в промежутке между проконсульством и консульством.

Цезарь прекрасно понимал, как важно для него добиться власти легальным путем выборов. Он пользовался популярностью среди народа, которая когда-то помогла Гаю Гракху. Цезарь обладал властью, прецедентом для которой было единоличное правление Суллы, но он знал, что из узурпации редко развивается прочная власть, понимал, какое значение для любой власти имеют легитимность и традиции. Поэтому в течение долгих лет упорно боролся за легальный путь к консульству. Теперь он мог применить для этого неисчерпаемые средства, которые дала ему победа над Галлией. Цезарь добивался расположения народа великолепными сооружениями, а также поминальными торжествами, которые пообещал устроить в честь своей дочери Юлии. Цезарь оказывал финансовую помощь любому политику, готовому работать на него.

То, что таким образом Цезарь привлек на свою сторону больше неустойчивых элементов, темных людей, авантюристов и банкротов, чем видных представителей сенатской партии, было естественным и давало возможность противникам пропагандистски использовать подобных сторонников. Главный удар в этом направлении настиг Цезаря, когда он привлек на свою сторону Гая Скрибония Куриона в обмен на уплату всех его долгов. Народный трибун Курион умело содействовал делу Цезаря, постоянно требуя, чтобы Помпей одновременно с Цезарем передал свою провинцию. Курион утверждал, что только так сенат и народ смогут без нажима принять свое решение. Это компромиссное решение встретило всеобщее одобрение, благодаря чему Курион растянул переговоры на весь 50 г. до н. э.

Преторианец. Полное боевое вооружение

Оптиматы в свою очередь использовали все средства, чтобы помешать консульским выборам, и для этой цели заранее отобрали у Цезаря командную власть. Их пропаганда приписывала ему намерение развязать гражданскую войну и рисовала ужасающую картину кровавой бойни в духе Мария и Суллы. На выборах они добились успеха: Марцелл, один из консулов в 50 г. до н. э., был оптиматским ультра. Еще в конце 50 г. до н. э., когда Цезарь не смог осуществить чрезвычайное постановление сената, он самолично поручил Помпею защиту государства и командование двумя легионами, предназначенными для войны с парфянами. Консулы 49 г. до н. э. тоже были из рядов оптиматов, тогда как на выборах народных трибунов прошли многие сторонники Цезаря, среди них Марк Антоний.

Естественно, Цезарь не мог игнорировать такую опасную ситуацию, он перевел легионы Верхней Италии в Равенну и отдал секретный приказ на выступление войскам, стоящим в Галлии. Но одновременно Цезарь пытался другими средствами избежать грозящий конфликт. Он заявил через своих посредников, что готов отказаться от Цизальпинской и даже от Трансальпийской Галлии, если ему до вступления в должность консула оставят Иллирию с двумя легионами. В последних переговорах к началу 49 г. до н. э. Цезарь потребовал главнокомандования только до избрания консулом, и Цицерон, бывший посредником, добился того, что парламентеры Цезаря сократили требования и согласились на Иллирию и один легион. Но все попытки потерпели неудачу из-за упрямства противников, настроенных на борьбу и видевших в предложениях Цезаря признак слабости.

1 января 49 г. до н. э. трибуны потребовали оглашения письма Цезаря с предложениями, но консул Марк Лентул не поставил вопрос на голосование, а открыл общие прения о государстве, в ходе которых провел постановление, предписывающее Цезарю в назначенный срок распустить свое войско, в противном случае он будет считаться врагом (hostis) Рима. Трибун Антоний наложил вето, и на многочисленных заседаниях сената обсуждался этот демарш. Это были дни, когда предпринимались безуспешные посреднические попытки Цицерона. После того как он потерпел неудачу, главным образом из-за сопротивления Помпея, сенат 7 января вынес постановление об объявлении осадного положения. Трибуны убежали к Цезарю и обратились к нему с просьбой о защите их якобы нарушенных прав.

На самом деле никакого нарушения не было, чрезвычайное постановление сената являлось передачей диктаторской власти соответствующему правительству, оно основывалось на обычном праве и было принято при соблюдении установленных норм. Это сделали для устранения чрезвычайного положения, в данном случае, чтобы призвать проконсула к повиновению приказам сената. Цезарь в своем описании гражданской войны не оспаривал законность чрезвычайного постановления сената, он только отрицал наличие достаточных оснований.