Глава 8. В тени Нюрнбергского процесса

Глава 8. В тени Нюрнбергского процесса

Забежим немного вперед по времени и рассмотрим события, произошедшие сразу после окончания войны. Германия разгромлена и осенью 1945 года в Нюрнберге начался суд над главными военными преступниками в лице руководителей Третьего рейха. На этом процессе века находился и главный фигурант нашего расследования — Рудольф Гесс, которого англичане доставили туда из Лондонской тюрьмы. И вот третье лицо руководства рейха оказалось на скамье подсудимых.

Я опускаю «приключения» Гесса на «английской» земле, так как это тема обширная и ей будет уделена отдельная глава, а перехожу сразу к осени 1945 года — Нюрнбергскому процессу.

Многие ли знают, кем был Р.Гесс в действительности, находясь на вершине власти? Разумеется, все энциклопедии в один голос пояснят, что данное лицо было третьим человеком в Третьем рейхе и вторым в партийном руководстве нацистской партии после Гитлера и т. д. и т. п., но, не приведут, на мой взгляд одно важное обстоятельство. Придется уточнить эту малознакомую деятельность из биографии Гесса, которая заставит по-новому взглянуть и на него самого, и на то дело, которым он руководил, возглавляя, по сути, нацистскую партию. Обратимся к материалам Нюрнбергского процесса.

Английский представитель обвинения Гриффит-Джонс на заседании суда 7 февраля 1946 года сделал следующее заявление:

«Я буду говорить о той роли, которую подсудимый (Гесс) играл в подготовке к агрессивной войне… Одним из наиболее важных видов участия, которое принял этот подсудимый в подготовке к агрессивной войне, явилась организация германской «пятой колонны». В качестве заместителя фюрера он был ответственным за заграничную организацию нацистской партии. История этой организации кратко изложенная, имеется в американском официальном издании — документ ПС-3258, ВБ -262».

Конечно, неплохо было бы почитать эти документы, но в советском издании материалов Нюрнбергского процесса данные документы не приведены, что, ни сколько не удивительно (автор использовал материалы «Нюрнбергский процесс» в 7 томах, изд. 1958–1961 гг.).

Далее, обвинитель приводит отрывок из немецкой газеты, являющейся официальным рупором нацистской партии «Фелькишер беобахтер», где с бахвальством говорится по поводу данной организации.

«Деятельность заграничной организации охватила буквально земной шар, и следующий лозунг мог бы вполне справедливо быть вывешен в помещении этой организации в Гамбурге: «Поле моей деятельности — весь мир». Заграничная организация под руководством гауляйтера Боле (заместитель Р.Гесса — В.М.), которому помогает большой штат экспертов и квалифицированных сотрудников, сейчас, включает более 350 национальных групп и центров нацистской партии во всех частях света и в дополнение к этому она также связана с большим числом отдельных работников партии в самых различных местах».

Как вам это нравится: «пятая колонна» во всем мире! Сразу видно, серьезная была организация, во главе которой стоял Р.Гесс, если ею, как паутиной опутали земной шар. Далее обвинитель приводит дополнительную структуру этой организации.

«Две другие организации, которые подчинялись заграничной организации, назывались: «Национальный союз немцев, живущих за границей» — ФДА и «Союз немцев Востока» — БДО».

А вот выдержка из циркулярного приказа, не подлежащего оглашению и подписанного Гессом.

«ФДА является единственной организацией, отвечающей за работу по расовой линии за границей. Настоящим я запрещаю партии, ее организациям и ее дочерним ассоциациям проводить какую-либо работу по расовой линии за границей. Единственным компетентным органом для выполнения этой задачи является агентство по вопросам, касающимся немцев вне империи, и ФДА в качестве его замаскированного орудия… Партийные организации должны всемерно поддерживать ФДА. Однако следует избегать любого внешнего проявления связи партии с ней».

Теперь читателю ясно, какой тайной разрушительной силой руководил Гесс? Недаром предупреждал он товарищей по партии, чтобы здорово не афишировали деятельность своей организации. В дальнейшем английский обвинитель станет приводить факты причастности «пятой колонны» по захвату Австрии, Чехословакии и Польши при участии в этих действиях подсудимого Гесса. Почему-то были опущены факты по «пятой колонне» при захвате стран западной демократии и Франции, в частности. Возможно, речь о них и шла, но в опубликованных у нас материалах по Нюрнбергскому процессу, которых едва ли наберется треть от существующих, данный момент не показан и был ли показан вообще, на процессе — неизвестно. Сравним, для примера с изданиями в Англии — 42 тома материалов по Нюрнбергскому процессу или в той же Германии — 22 тома, но, которые по объему считаются самыми полными в мире. А мы то, чего боимся Нюрнберга, со своими изданными 7-ю томами в 50-х годах и 8-ю томами в 80-х годах?

Но в Большой Советской энциклопедии за 1947 год (стр. 701) есть, правда небольшое, но упоминание об подрывных элементах, действующих в странах Западной демократии, которые опущены в показаниях на Нюрнбергском процессе в наших последующих изданиях.

«…В мае германские войска перешли в наступление на Западном фронте и в короткий срок и при содействии «пятой колонны» овладели Голландией, Бельгией и Люксембургом. Вслед за этим немецкие войска вторглись во Францию. Профашистское правительство Франции (Та же «пятая колонна», только под другим названием. — В.М.), больше боявшееся своего народа, чем немецких захватчиков, предало Францию».

В то время, об этом можно было писать, тем более, свежо предание, да и Сталин был еще у руля государства.

И в своей речи английский представитель Гриффит-Джонс тоже подошел к тому моменту, когда, наконец, настала очередь говорить об агрессии Германии против Советского Союза. И нам, разумеется, хочется узнать, как проявляли себя Гесс и его «пятая колонна» накануне нападения на нашу страну? А обвинитель почему-то начинает рассказывать суду о полете Гесса в Англию и о «пятой колонна» что-то уже и не вспоминает. Неужели деятельность этого «подрывного элемента» на период подготовки «Барбароссы» была «заморожена»? А может наша советская цензура подсократила чего-нибудь в данном выступлении? Английский обвинитель много чего порассказывал суду о перелете Гесса в Англию и даже сделал вывод, что, дескать, Гесс

«прилетел лишь для того, чтобы дать возможность Германии вести войну против России только на одном фронте».

Наши официальные историки ухватились за этот неуклюжий перевод с иностранного языка (?) и стали его истолковывать таким образом, что, дескать, Гесс предлагал Англии предоставить Германии гарантии нейтралитета на Западе, с тем, чтобы развязать себе руки в войне на Востоке.

А мне хочется обратиться к читателю с вопросом: «Все ли он понял из прочитанного выше текста, что выделено жирным шрифтом?» Разве Гитлер собирался воевать с Россией на двух, трех или более фронтах, так что ли? Да всю войну Германия воевала с нашей страной на одном единственном Восточном фронте. Опять эти переводы с англо-немецко-французского под контролем советского официоза. Чувствуете, что приведенный перевод, звучит не совсем, по-русски? Не такого уровня был Р.Гесс, чтобы по прилету в Англию (или еще куда-нибудь?) заниматься разными глупостями.

Давайте-ка с вами проделаем маленькую хитрость. Заменим практически, только одно слово в приведенном выше тексте и посмотрим, что из этого получится, тем более что слова «один» и «един» в русском языке в количественном отношении практически воспринимаются, как одно и то же. Вновь прочитаем реконструируемый нами отрывок данного предложения: … Гесс «прилетел лишь для того, чтобы дать возможность Германии вести войну против России единым фронтом». Выглядит ли теперь данный текст похожим на глупость, ради которой Гесс совершил перелет? Думается, что вот ради «единого фронта» и можно было рискнуть полететь на самолете к своим собратьям по «пятой колонне», чтобы скоординировать общие действия. Конечно, можно упрекнуть автора в подобном лингвистическом эксперименте, но согласитесь, что какое-то соглашение между Англией и Германией было: раз протоколы «допросов» Гесса с представителями своего правительства англичане засекретили, аж, до 2017 года?

И произошло это событие (полет Гесса) накануне нападения, именно на нашу страну. Но, разумеется, что к общему знаменателю, все же, Гесс и компания, не пришли (или не дали?), так как военные действия друг против друга, Англии и Германии продолжались до капитуляции последней.

Мы вправе задаться и таким вопросом: «Неужели нельзя было спросить у самого Гесса о цели его полета в Англию?» Тем более что данный обвиняемый сидел в это время в зале суда в Нюрнберге. Кстати, попытали бы его насчет «пятой колонны» в Советском Союзе накануне войны. Представь себе, читатель, что Гесс отказался давать показания и суд никоим образом не стал настаивать на этом. Кроме того, по воспоминаниям бывшей переводчицы Маргариты Неручевой, участвовавшей в работе советских представителей на процессе,

«на заседании 31 августа 1946 года Гесс пожелал сообщить о своей миссии в Англии, но едва успел произнести: «Весной 1941 года...», как его прервал председатель трибунала англичанин Лоуренс». (http://www.ogoniok.com/archive/2000).

Больше Гесс таких попыток не делал. А нам было бы очень интересно узнать, что же там, в Англии, произошло на самом деле, но, как видите, Гессу сразу заткнули рот. Понятно, что в обмен на молчание, Гессу и была гарантирована жизнь. Но, думается не только за это Гессу дали пожизненное сидение в тюрьме Шпандау. Живой Гесс был, к тому же, наиважнейшим свидетелем, которым можно было шантажировать при удобном случае любого политика причастного к «пятой колонне». Например, в первую очередь, наших заговорщиков, которые могли, в конце концов, захватить власть в нашей стране. Так ведь и случилось в марте — июне 1953 года, когда внезапно «умер» (?) Сталин и через два месяца был убит его верный помощник Л.Берия. То, что Хрущев был на «крючке» у Запада, и в первую очередь США, становится понятным из-за проводимых им «реформ», в результате чего стране был нанесен колоссальный урон. Хрущевские метастазы, как раковая опухоль поразила здоровый организм советского общества, и привели, в конце концов, к его гибели. Недаром, Черчиллю приписывают слова, где он, говорил, что Никита Сергеевич во много раз превзошел его самого по части нанесения вреда Советскому Союзу.

Поэтому, в дальнейшем, как я уже упоминал ранее, и велась своеобразная игра с Западом по «не выпусканию» Гесса из тюрьмы между нашими постсталинскими руководителями государства и лидерами Запада.

Давая интервью российскому корреспонденту Георгию Зотову, сын Р.Гесса — Вольф Рюдигер — Гесс сообщил, что

«еще в 1979 году… (ему) рассказывали высокопоставленные источники правительства ФРГ, Брежнев думал над тем, чтобы дать Гессу свободу: он не хотел, чтобы «все видели, что мы держим в тюрьме больного старика и делали соратника Гитлера мучеником в глазах людей». У меня есть все свидетельства, что Горбачев тоже намеревался освободить Гесса — это должно было случиться в ноябре 1987 года, когда наступал месяц советского дежурства в Шпандау. Эту акцию хотели приурочить к визиту в СССР президента Западной Германии Рихарда фон Вайцзеккера. Но если бы отец вышел из тюрьмы, то у англичан, мягко говоря, возникли бы проблемы — молчать Гесс не собирался» (www.thepaganfront.com).

Видимо, когда Горбачев по недомыслию (или по другим причинам) дал согласие на освобождение Гесса (Очень, видимо, хотелось ему стать «лучшим немцем года»), то тем самым, невольно нарушил правила игры (А может это и была сама игра?). Пришлось англичанам пойти на крайние меры. Даже в глубокой старости Гесс мог предать огласке то, что представляло тайну со времен начала войны. Между прочим, в 1946 году в Нюрнберге, представитель нашей страны в составе суда И.Т.Никитченко потребовал Гессу смертной казни, но его голос был один против трех голосов судей представлявших Америку, Англию и Францию. Значит, им было выгодно оставлять Гесса в живых, как свидетеля, о чем я уже говорил выше. Обратите внимание, советский представитель в суде требовал смертной казни. Значит, Сталин узнал тайну Гесса и тот уже был не интересен нашей стороне, даже в качестве свидетеля чего-либо. Тогда, с какими же целями западное правосудие оставило Гесса в живых? Но не затем же, чтобы тот до конца своих дней «мучился за совершенные преступления против человечества» находясь в тюрьме Шпандау, а «человечество» выделяло в год миллион долларов на его содержание? Чем же было обусловлено такое щедрое финансирование для «наказания»?

Советское обвинение в ответ на доводы защиты о смягчающем, дескать, вину Гесса обстоятельстве, что после весны 1941 года он просидел в английской тюрьме, заметило, что даже за все то, что Гесс совершил до 1941 года, он трижды должен быть казнен. Как видите, Западу, в то время, Гесс нужен был живой и тот, «заслуженно» получил именно, пожизненное заключение.