Глава 5. Становление Российского государства в XVI веке
Система сословного представительства, роль государя и боярства. — Посадское и крестьянское самоуправление. — Место церкви в государстве. — Правление Ивана Грозного: реформы середины XVI в.; экспансия Российского государства на Восток и на Запад; опричный террор; экономический кризис. — Походы Ермака. — Царствование Федора Ивановича.
Эволюция государственного и политического строя.
Родившийся за год до падения монголо-татарского ига, в 1479 г., Василий III, вступив на престол в октябре 1505 г., продолжил дело своего отца по «собиранию» русских земель. В 1510 г. к Московскому государству был присоединен Псков, в 1514 г. — Смоленск, в 1521 г. — Рязань. Однако объединенные в первой трети XVI в. российские земли еще сохраняли значительную самостоятельность. В начале правления Василия III существовало четыре удела его младших братьев, имевших реальную возможность претендовать на великокняжеский стол, а к концу правления осталось лишь два удельных княжества, причем удел брата Юрия Ивановича был ликвидирован почти сразу после смерти Василия III. Служилые князья (Вяземские, Одоевские, Трубецкие), обладая огромной властью в своих владениях, на великое княжение рассчитывать не могли. Сложной была социальная структура верхов Российского государства: удельные князья (братья великого князя), служилые князья (те, кто перешел на службу к князю, сохранив власть в своих владениях), князья вновь присоединенных земель, старое московское боярство, боярство удельных и присоединенных княжеств. В XVI в. неуклонно идет процесс превращения вассалов великого князя в его подданных. Так, значительная часть княжеских владений при Василии III становится вотчиной. Если ряд князей оказывались наместниками в своих же владениях, то остальные получали вотчины в других местах. При этом многие вотчины дробились и мельчали. Великий князь был заинтересован в том, чтобы земли получали из его рук, а необходимые для раздач земли еще были [новгородские, княжеские тверские, земли черносошных (государственных) крестьян]. И если в начале века поместья (условные держания) приближались по условиям владения к вотчине, то к концу века, напротив, вотчина стала ближе к поместью. Причем поместья давались не только неименитым людям, но и боярам и князьям. Особой заботой государя были крупные монастыри, увеличивавшие свои доходы за счет вкладов «на упокой души», торговых и ростовщических сделок. Видя в монастырях опору своей централизаторской деятельности, великий князь, однако, стремился если не ограничить монастырские владения (эти попытки ни в XV, ни в XVI вв. успеха не принесли), то хотя бы сделать рост церковных богатств подконтрольным.
Процесс централизации шел по линии усиления власти великого князя, и хотя казненный в 1525 г. Василием III Берсень Беклемишев считал, что отец Василия Иван III любил противоречивших ему людей, это не помешало Ивану III казнить князя Семена Ряполовского и подвергнуть опале князей Патрикеевых за «высокоумничание» в 1499 г. В XVI в. продолжала существовать Боярская дума[2] на правах совещательного органа при великом князе. Количество членов Думы (включая окольничих) не превышало 24 человек. В XVI в. в число думных бояр начинают жаловать и князей. До середины века существовало лишь два общегосударственных центральных учреждения: Дворец — ведавший землями великокняжескими, и Казна (Казенный двор) — не только финансовый центр, но и государственная канцелярия. В середине века из Казны выделяются приказы — центральные органы: Поместный, ведавший земельными раздачами дворянам; Разрядный, обеспечивавший их жалованием и ведший учет всех служилых людей, как бы структурировавший правящий класс; Разбойный, Посольский, Челобитный.
Государство делилось на уезды (территориально близкие к бывшим княжествам), а уезды — на волости. Во главе ставился наместник в уезде и волостель — в волости. Должности эти давались, как правило, за прежнюю военную службу. Поэтому административные и судебные обязанности оказывались лишь обременительным довеском к получаемому наместническому «корму».
Отсутствие стабильных местных органов власти делало личную власть князя наверху сильнее, чем на местах. Вопрос о судьбах централизации в XVI в. был уже решен, но место главы государства при бездетном Василии III оставалось источником династических смут.
Важным этапом в истории России был первый Земский собор, созванный в Москве в феврале 1549 г. Он состоял из Боярской думы, Освященного собора, представителей различных слоев феодалов. Созыв Земского собора стал важным шагом в развитии России на пути сословно-представительной монархии. Сохранились данные о том, что Соборы созывались в 1575, 1576, 1579, 1580, 1584 гг., однако, регулярно действующим органом в XVI в. они так и не стали.
Сословно-представительные учреждения на местах оказались более жизнеспособными. К этим органам относились введенные губной (от слова «губа» — округ) реформой Елены Глинской должности губных старост, выбираемых дворянами в уездах, городовых приказчиков, выбираемых в городах. В черносошных волостях и городах избирались земские старосты из числа крестьян и посадских людей.
Большое значение имели и низовые сословные организации.
В жизни крестьян исключительную роль играла община, функции которой на протяжении столетий расширялись, включая и регулирование землепользования, и использование различных угодий, разверстку и сбор налогов. Община в XVI в. имела свою, пусть очень ограниченную, юрисдикцию, управляясь с помощью разветвленной системы выборных должностей, и имела несколько уровней. Община часто противостояла феодалам и представителям государственной власти, отстаивая интересы своих членов (причем далеко не всегда безуспешно) с помощью обычного права, суда и челобитных.
В русском городе, возникшем как центр феодального властвования, но со временем превратившемся в центр ремесла и торговли, очень большое значение имели низовые формы сословных организаций городских посадских людей. Деятельность выборных в общине и на посаде строго контролировалась рядовыми членами. Демократические традиции этих сословных организаций оказались очень жизнестойкими. Государство всегда было вынуждено считаться с этим сословным демократизмом, временами приспосабливаясь к нему, временами — используя его для своих целей или опираясь на него.
В русле централизации находится и новый Судебник, который был принят в 1550 г. Он базировался на Судебнике 1497 г., но включал в себя более упорядоченные статьи о правилах перехода крестьян, ограничил права наместников, ужесточил наказания за «разбой», вводил статьи о наказании за взяточничество.
Социально-экономическое развитие. Территория Московского государства к концу 10-х годов XVI в. составляла около 2,8 млн. кв. км, население — 6,5 млн. человек. Плотность населения в среднем 2,3 человека на 1 кв. км, что, конечно, не стимулировало ускоренного развития земледелия. На Руси XVI в. оставались и широко использовались возможности внутренней, а с присоединением новых земель — и внешней колонизации. В XVI в. налогом облагается земля, а не крестьянин, поэтому взрослые сыновья и племянники имели право уходить на новые земли. Большую роль в колонизации играют монастыри. Хозяйство сохраняет натуральный характер, однако появляются районы, специализирующиеся на определенных культурах, в Замосковском крае, например, развивается пашенное земледелие и продуктивное скотоводство, в районах Поволжья — скотоводство. Большое развитие получают промыслы, совершенствуются ремесла, идет их специализация. (Только в обработке металла было более двадцати специальностей.) На базе болотных руд растут центры железоделательного производства (Устюжна Железопольская, Тула). Растет число торговых сел (прежде всего, в Новгородской земле), но центром торговли остаются города (Новгород, Москва, Смоленск, Псков). В городах проживало всего около 2 % населения. И если в Москве жило около 100 тыс. человек, то в Новгороде — около 30 тыс., а многие города в XVI в. не насчитывали и 500 посадских дворов.
При великом князе Василии Ивановиче в Москве и ряде других городов России развернулось каменное строительство. В этих целях великий князь широко привлекает иностранцев. Привлекались иностранцы и для пушкарского дела. Своим военным победам первой трети XVI в. московские войска часто были обязаны артиллерии.
Опричнина и Ливонская война 1558–1582 гг. сказались на Руси тяжелыми последствиями. Разоренные деревни и города, разбегающиеся крестьяне. Застойные явления, появившиеся в экономике страны в 60-х годах, усугубились свирепствовавшим в начале 70-х годов «моровым поветрием» — эпидемией чумы, неурожаями и вылились в экономический кризис. В некоторых центральных районах 9/10 земель было запущено. Оставшиеся в живых крестьяне уходили в Поволжье, Приуралье, на юг, а с середины 80-х годов и в Сибирь.
В поисках выхода из кризиса в 1581/82 г. правительство вводит «заповедные годы», в течение которых крестьянам запрещалось переселение. В самом конце XVI в. крестьянам вообще было запрещено уходить от помещиков. Выход из кризиса сдерживался тем, что при сокращении размеров обрабатываемых крестьянами земель величина налогов сохранялась. Вызванная ростом денежных налогов товаризация крестьянского хозяйства не вела к созданию рынка, а случаи сдачи феодалами земли в аренду крестьянам распространения не получили. Хозяйственный подъем наметился в 90-х годах XVI в., но экстенсивный характер сельского хозяйства делал это хозяйство крайне уязвимым, так как двух-трех неурожайных лет было достаточно, чтобы поставить его на грань катастрофы.
Собственниками земли являлись преимущественно светские и церковные феодалы, вотчины которых имели широкие податные и судебные льготы, закрепленные великокняжескими или княжескими грамотами.
В XVI в. в структуре феодальной собственности на землю произошли важные изменения: значительно возросла доля поместного землевладения. Развитие поместной системы вело к резкому сокращению количества черносошных крестьян в центре страны. Отличительной чертой экономического развития средневековой России стало закономерно возникшее территориальное разделение двух форм феодального землевладения, а именно: устойчивое поместно-вотчинное землевладение светских и церковных феодалов в центральных районах и общинное крестьянское землевладение на малонаселенных окраинах, постепенно попадавшее под контроль государства и, как следствие, в сферу широкой эксплуатации. Наличие на окраинах черносошных крестьян и вольных казачьих общин не меняло коренным образом сложной картины социальных отношений, так как определяющей тенденцией было увеличение численности зависимого населения.
При всем разнообразии укладов и социальных отношений в прежде независимых землях закономерностью социально-экономического развития страны в XVI в. было укрепление феодально-крепостнических порядков. Безраздельное господство натурального хозяйства и ничтожная доля городского населения затрудняли возникновение раннебуржуазных отношений.
Экономической основой крепостничества была феодальная собственность на землю: поместная, вотчинная и государственная. По своему социальному положению крестьяне тоже делились на три группы: владельческие крестьяне принадлежали различным светским и церковным феодалам; дворцовые крестьяне находились во владении дворцового ведомства московских великих князей, а позже царей; черносошные (позже государственные) крестьяне жили волостными общинами на землях, не принадлежащих какому-либо владельцу, но должны были выполнять определенные повинности в пользу государства.
В XVI в. значительно выросла торговля, центрами которой были Москва, Великий Новгород, Холмогоры, Нижний Новгород и другие города. В северные земли везли хлеб, а оттуда — рыбу, соль, пушнину. Во внутренней торговле наиболее внушительной силой выступали крупные феодалы, имевшие привилегии, и среди них сам великий князь. Торговали монастыри. Свое место в торговле занимало купечество крупных городов. В сферу товарного обращения входили продукты промыслового хозяйства и ремесленные изделия.
Возрастали обороты внешней торговли. Через Новгород и Смоленск осуществлялись торговые связи с Западом. В 1553 г. открылся морской путь в Англию через Белое море (порт Архангельск). На Запад вывозились продукты русских промыслов и лес, а в Россию доставлялись промышленные товары: сукна, оружие, металлы. После перехода всего волжского пути под сюзеренитет России восточное направление внешней торговли тоже стало одним из важнейших. С Востока в Россию поступали китайские ткани, фарфор, драгоценности, в страны Востока вывозились меха, пенька, воск.
В целом на протяжении XVI в. рост товарного оборота внутренней и особенно внешней торговли привел к развитию денежных отношений и накоплению капиталов. Однако в условиях господства феодально-крепостнических порядков и жесткой фискальной политики государства эти капиталы цши на обогащение казны, на образование сокровищ в феодальных владениях, на усиление ростовщичества и втягивание масс населения в кабальную зависимость.
По мере расширения торговли из различных слоев общества формировалась богатая прослойка купечества. В Москве были созданы привилегированные купеческие объединения — гости, гостиная и суконная сотни, члены которых назначались самим правительством и получали от него податные и судебные льготы. В правовом отношении они в значительной мере были уравнены с феодальными землевладельцами.
Крупнейшими купцами XVI в. были Строгановы. Представители этой фамилии — Спиридон, Кузьма, Лука и Федор, выходцы из поморских крестьян, начали свою деятельность в XV в.и стали основателями могущественного торгово-промышленного дома, продолжавшего свою деятельность до 1917 г.
Внутренняя политика. Важнейшей задачей укрепления великокняжеской власти в последние годы правления Василия III являлось решение вопроса о престолонаследии. Первый брак Василия Ивановича был бездетным, что позволяло получить престол одному из его братьев — удельных князей Юрию Ивановичу Дмитровскому или Андрею Ивановичу Старицкому. В этой обстановке, при поддержке иосифлянина[3] митрополита Даниила Василий III в ноябре 1525 г. развелся с первой своей женой Соломонией Сабуровой, происходившей из древнего рода московских бояр. Она была насильно пострижена в монахини и сослана в Каргополь. В январе 1526 г. Василий III женился на Елене Васильевне Глинской, молодой племяннице князя Михаила Львовича Глинского, выходца из Литвы, который с 1514 г. находился в заточении по обвинению в измене. Выбор невесты свидетельствовал не только о желании иметь наследника, который мог бы претендовать на польско-литовскую корону, но и о стремлении улучшить отношения с Западной Европой. В августе 1530 г. от этого брака родился первенец — Иван.
После смерти в декабре 1533 г. Василия III правительницей государства при малолетнем Иване стала Е. Глинская, а фактически — ее дядя М. Глинский. Вскоре он был отстранен от власти фаворитом великой княгини И. Ф. Овчиной-Телепневым-Оболенским. Время правления Елены Глинской отмечено укреплением центральной власти. Так, уже в декабре 1533 г. был арестован, а затем умер в заточении удельный князь Юрий Дмитровский, в 1537 г. было успешно подавлено выступление князя Андрея Старицкого, а сам он также брошен в тюрьму. В эти же годы с целью укрепления обороноспособности велось строительство крепостей и городов (в том числе каменных стен вокруг Китай-города в Москве). В 1535 г. была проведена денежная реформа, устранившая разнобой между московской и новгородской чеканкой. Все это вызывало раздражение у знатного боярства. В 1538 г. великая княгиня скоропостижно скончалась (возможно, она была отравлена), а вскоре после этого был схвачен и уморен в тюрьме голодом князь Овчина-Телепнев. Вслед за этим наступил десятилетний период ожесточенной борьбы за власть между придворными боярско-княжескими группировками, которые возглавляли князья Шуйские (потомки князей суздальских), Бельские и Глинские (дядья великого князя). Нестабильность верховной власти в стране порождала всевластие и произвол феодалов на местах, сопровождающиеся ростом народного недовольства и открытыми выступлениями в ряде городов. Все это подготовило крупный бунт населения Москвы в июне 1547 г., причиной которого послужил грандиозный пожар, истребивший значительную часть города. В ходе этого бунта, подавленного правительством, был растерзан один из дядьев царя — Ю. В. Глинский, а дома других — разграблены. Этот народный бунт запомнился юному Ивану IV.
В целях укрепления центральной власти 16 января 1547 г. по задуманному митрополитом Макарием ритуалу 17-летний великий князь Иван принял царский титул и формально был приравнен к западноевропейским императорам. Тем самым подчеркивалась неограниченность власти монарха внутри государства. В феврале 1547 г. также по инициативе митрополита был созван церковный собор, канонизировавший большое число местных святых, что идеологически подчеркивало превращение страны в единую Российскую державу.
Реформы 50-х годов XVI в. Бурные события 1547 г. обусловили необходимость глубоких государственных преобразований. Вскоре вокруг молодого царя образовалась группа приближенных к нему лиц, которую один из ее участников князь А. М. Курбский впоследствии назвал Избранной радой. Во главе этого кружка служилой знати и придворных фактически встали дворянин из богатого, но не знатного рода А. Ф. Адашев и протопоп Благовещенского собора Кремля Сильвестр. К ним примыкали знатные князья Д. Курлятьев, А. Курбский, Н. Одоевский, М. Воротынский и др. В состав рады входил и первый начальник Посольского приказа думный дьяк И. М. Висковатый. Активно поддерживал деятельность этого кружка митрополит Макарий. Не являясь формально государственным учреждением, Избранная рада была по сути правительством России и в течение 13 лет управляла государством от имени царя, последовательно осуществляя целую серию крупных реформ. По своему содержанию эти преобразования совпадали с требованиями обращенных к дарю челобитных, которые были написаны в 1549 г. талантливым публицистом дворянином И. С. Пересветовым. Он выступал за решительное укрепление основ Российского, государства.
Важнейшим шагом правительства был созыв в 1549 г. первого Земского «собора примирения», на котором царь выступил с яркой речью. Собор принял решение о составлении нового Судебника (утвержден в 1550 г.), в котором нашли отражение новые моменты судопроизводства (контроль за наместниками, взимание единой государственной пошлины). Право сбора торговых пошлин (тамги) переходило к царской администрации. Население должно было нести тягло — совокупность натуральных и денежных повинностей.
В середине XVI в. была установлена единая для всего государства мера взимания налогов — «соха» (земельная единица, зависевшая от положения владельца и качества земель, в среднем от 400 до 600 га).
В целях укрепления вооруженных сил в 1550 г. правительством Ивана IV начали осуществляться военные реформы. Так, было отменено местничество (порядок замещения должностей в войске в зависимости от знатности) на время походов.
В Московском уезде была «испомещена» «избранная тысяча» — 1070 провинциальных дворян, которые должны были составить ядро дворянского ополчения, опору самодержавной власти. (Этот проект, по-видимому, так и не был до конца реализован.)
Наконец, был определен единый порядок прохождения воинской службы: «по отечеству» (по происхождению) и «по прибору» (по набору). Службу «по отечеству» проходили дворянё и дети боярские (мелкие феодалы на службе князей и бояр). Служба регулировалась изданным в 1556 г. «Уложением о службе», она переходила по наследству и начиналась с 15 лет. До этого возраста дворянин считался недорослем. Эта категория служилых людей формально обеспечивалась окладом от 150 до 450 десятин земли в трех полях и от 4 до 7 рублей в год. Фактически же у государства не было ни таких денег, ни столько свободных земель. С каждых 150 десятин земли бояре и дворяне должны были выставлять одного воина «конно и оружно», в случае недодачи налагался штраф.
В 1550 г. из числа служилых людей «по прибору» формируется стрелецкое войско, имевшее как огнестрельное (пищали), так и холодное (бердыши и сабли) оружие. Сначала в стрельцы было набрано 3 тыс. человек, которые были сведены в 6 «приказов» (полков). Они составили личную охрану царя. К концу XVI в. в постоянном стрелецком войске насчитывалось до 25 тыс. человек, которые являлись наиболее мощной боевой силой русской армии. К «приборным людям» относились также казаки, пушкари, воротники, казенные кузнецы и др. Неся службу по городам и на границах, «приборные люди» селились отдельными слободами, получая за службу коллективные земельные «дачи», а также, крайне редко, хлебное и денежное жалованье. В военную службу нанимались и иностранцы (поляки и немцы), число которых к концу XVI в. составляло около 2,5 тыс. человек.
Правительство Избранной рады уделяло большое внимание укреплению царского госаппарата. В 50-е годы совершенствуется приказная система. Число приказов — центральных государственных учреждений — постоянно растет в связи с усложнением функций управления (к концу XVI в. — 30 приказов). Наряду с учреждениями общегосударственной компетенции появляются и приказы, «ведающие» делами отдельных территорий (например, приказ Казанского дворца — по управлению присоединенным Казанским ханством). Растет и бюрократический аппарат. Во главе приказа стоял боярин или дьяк, которому подчинялись подьячие и другие мелкие служащие.
В 1552 г. была создана Дворовая тетрадь — список членов Государева двора (около 4 тыс. человек), из числа которых назначались высшие должностные лица государства: военачальники, городские воеводы, дипломаты и др.
Стоглавый собор (1551). Царская власть, заинтересованная в поддержке духовенства, не могла остаться в стороне от назревших церковных преобразований. По инициативе царя и митрополита в январе — мае 1551 г. собрался Собор русской церкви, получивший название Стоглавый по количеству глав, в которые были сведены его решения. Собор закрепил унификацию общерусского пантеона святых, единого культа и обрядов, были установлены общие правила — каноны — для церковной живописи. Собор заявил о высоком моральном значении церкви, пастырском служении священников, выступил против распутства, пьянства и бродяжничества монахов. На церковь возлагалось устройство школ для мирян.
Еще при Иване III и Василии III остро стоял вопрос о церковном землевладении. Ряд священнослужителей, духовным предтечей которых был Нил Сорский (1433–1508), выступали за отказ монастырей от землевладения и строгий аскетизм (отсюда их название — нестяжатели). Против этого боролась другая группа церковных деятелей, главой которых был игумен Иосиф Волоцкий (1439–1515), считавших, что только богатая церковь может выполнять в государстве свою высокую миссию. В правление Василия III иосифляне (стяжатели) одержали верх.
В ходе Стоглавого собора вопрос о церковных землях был поднят вновь. Было решено сохранить земли церквей и монастырей, но в дальнейшем их приобретение или получение в дар можно было осуществить только после доклада царю.
В середине XVI в. религиозное брожение не прекращалось, несмотря на казнь «жидовствующих», и вылилось в ересь Матвея Башкина и Феодосия Косого. Осужденный церковным собором за ересь дворянский сын Матвей Башкин отрицал церковные обряды, иконы, а принцип христианского равенства довел до равенства социального: «изодрал» кабалы своих холопов, освободив их таким образом.
Если в «ереси жидовствующих» было много высокопоставленных и образованных людей (дьяк Ф. Курицын, его брат Иван), а в сочувствии еретикам обвиняли даже жену Ивана III и самого Ивана III, то у беглого холопа Феодосия Косого оказалось много приверженцев среди простого люда. Это — самая радикальная из известных на Руси ересей, лежащая в русле реформационного течения. Ф. Косой никогда не записывал своего «рабьего учения», он проповедовал его только устно. Неизвестно и происхождение Феодосия. В то время в холопах мог оказаться человек и из дворянского сословия. Он отрицал божественную сущность Христа, таинства и возможность воскресения из мертвых, объявлял неправедной всякую власть, проповедуя любовь к ближнему. Есть данные, что феодосиане имели свод общины, построенные на раннехристианских коммунистических принципах. Около 1555 г. Феодосию, арестованному незадолго до этого, удалось бежать в Великое княжество Литовское, где он продолжал проповедовать свое ученее, приобретая новых сторонников. Деятельность его сподвижников на территории Московии не прекратилась.
Реформы середины XVI в. значительно укрепили центральную власть и государственное управление, что позволило Ивану IV перейти к решению задач внешней политики.
Избранная рада просуществовала до 1560 г. Важным поводом, вызвавшим ее падение, были разногласия с семьей умершей в этот год перкой жены царя Анастасии Захарьиной. Но главной причиной, однако, являлась проблема выбора основных путей политического развития России. Избранная рада была сторонницей постепенных реформ, ведущих к упрочению централизации. Иван IV, получивший прозвище Грозный, предпочел путь террора, способствовавший быстрому усилению его личной власти. Лидеры Рады А. Ф. Адашев и протопоп Сильвестр оказались в опале и умерли в ссылке. В 1564 г. один из бывших участников Избранной рады князь Андрей Курбский, командовавший русскими войсками, перешел на сторону поляков, опасаясь за свою жизнь. Эта измена усилила подозрительность царя к своему окружению.
Опричнина (1565–1572). В январе 1565 г. Иван IV, прибыв в свою резиденцию — Александрову слободу (ныне г. Александров) вместе со специально отобранными боярами и дворянами, отослал в Москву две грамоты. В первой он обвинял церковных иерархов и всех феодалов в измене, а во второй, адресованной посадскому населению Москвы, писал о том, что на него царский гнев не распространяется. Московский посад вынудил делегацию московских бояр просить царя вернуться на трон. Царь согласился, оговорив себе право казнить и миловать по своему усмотрению.
Иван IV поделил все государство на две части; опричнину (от слова «опричь» — кроме), выделяемую лично ему в особый удел, и земщину. В опричнину царь включил наиболее экономически развитые районы страны: торговые города вдоль судоходных речных путей, основные центры солеварения и стратегически важные форпосты на западных и юго-западных границах. На этих землях поселялись дворяне, вошедшие в особое опричное войско, а бывшие владельцы имений выселялись в земщину. В опричнине складывались свои, параллельные земским, центральные органы управления: Дума и приказы. Земщиной руководило правительство во главе с И. М. Висковатым. Члены «царева войска» носили монашескую черную одежду, а к седлам приторачивали собачьи головы и метлы как знаки преданности царю и готовности вымести любую измену в государстве. Фактически опричное войско представляло собой карательный механизм, сочетавший в себе внешние атрибуты монашеского ордена и обычаи бандитской шайки. На содержание опричников (количество их первоначально составляло 1000 человек, позже возросло в 5 раз) Иван Грозный потребовал огромной суммы в 100 тыс. рублей, равной по стоимости 2 млн. четвертей ржи.
Во главе опричнины оказались родственники покойной царицы Анастасии В. М. Юрьев, А. Д. Басманов и брат второй жены царя Ивана IV (брак был заключен в 1561 г.) кабардинской княжны Марии (Кученей) Темрюковны князь М. Т. Черкасский. Среди опричников выделялись князь А. И. Вяземский, боярин Василий Грязной и незнатный дворянин ГЛ. Малюта Скуратов-Бельский, ведавший казнями и пытками. Одними из первых от рук опричников погибли крупные церковные деятели: в 1568 г. — архимандрит Герман, в 1569 г. в Твери был задушен Скуратовым низложенный митрополит Филипп, публично отказавший царю в благословении. Не миновала эта участь и противника Филиппа новгородского архиепископа Пимена. Осенью того же года была уничтожена вся семья князя Владимира Старицкого и убит он сам. Происходили массовые казни князей и дворян, но опричнина не пощадила и простолюдинов.
Зимой 1569/70 гг. по приказу Ивана Грозного был учинен страшный погром в Новгороде, продолжавшийся почти полтора месяца. За это время в городе было замучено и убито от 3 до 10 тыс. человек всех возрастов и сословий. Летом 1570 г. при личном участии Ивана IV развернулись массовые репрессии в Москве, еде было казнено около сотни человек. Террор был тем ужаснее, что был совершенно непредсказуем. В среднем на одного убитого боярина приходилось 3–4 рядовых землевладельца, а на 1 землевладельца — 10 простолюдинов. В 1570 г. дошла очередь и до самих организаторов опричнины: все они были убиты не менее зверским образом, чем убивали сами.
Конец опричнине помог положить, как ни парадоксально, крымский хан Девлет-Гирей, прорвавшийся к Москве летом 1571 г. по вине опричного войска, не оказавшего ему сопротивления. Хан не стал осаждать город, но сумел поджечь его. Москва выгорела дотла, тела сгоревших и задохнувшихся убирали почти два месяца. Иван Грозный понял: над государством нависла смертельная опасность. Объединенные земско-опричные войска под командованием князя М. И. Воротынского у с. Молоди (в 50 км от Москвы) разбили войска крымского хана. Страна была спасена. (Но это не спасло от смерти самого Воротынского. Через год после своей блистательной победы он был арестован и убит.) Опричнина была отменена в 1572 г., земли были объединены вновь. В 1575 г. царь попытался возродить опричнину в несколько измененном виде. Он принял титул князя московского, «назначив» царем и великим князем служилого касимовского царевича Симеона Бекбулатовича, но эта очередная затея Грозного продлилась недолго (около года). Опричнина ухудшила экономическое и политическое положение России: разоренные деревни и города, разбегающиеся крестьяне. Дополнительные тяготы принесло поражение в Ливонской войне и татарские набеги.
Более благоприятным было в этот период положение на востоке страны. Осколок Золотой Орды, Сибирское ханство, в середине 50-х годов XVI в. признало вассальную зависимость от России, но пришедший к власти хан Кучум начал вести борьбу с ней. В присоединении Западной Сибири к России большую помощь оказали уральские купцы Строгановы, имевшие собственное войско. Казачий атаман Ермак Тимофеевич с отрядом в 600 человек двинулся в 1581 г. на Кучума и в 1582 г. разгромил его войско. Однако победа не принесла окончательного установления контроля над обширными сибирскими землями, а сам атаман Ермак в 1585 г. попал в засаду и утонул в р. Иртыш. В 80-90-е годы продолжается поток русской колонизации в Западную Сибирь, строятся города-крепости Тюмень (1586) и Тобольск (1587).
Итога правления Ивана Васильевича Грозного были для страны крайне противоречивыми. Главным результатом его почти 50-летнего пребывания на престоле явилось оформление централизованного Российского государства — царства, равного великим империям прошлого. Оно приобрело в XVI в. широкий международный авторитет, имело мощный бюрократический и военный аппарат, который лично возглавлял «всея России самодержец». Однако именно в этот период Россия вела изнурительную и бесплодную Ливонскую войну, которая сопровождалась во внутренней политике страшным опричным террором. Опричнина явилась форсированной централизацией без необходимых социально-экономических предпосылок, когда власть маскирует свою слабость «подсистемой» тотального страха.
Фигура самого Ивана IV, необузданного средневекового тирана, вызывала в российской истории самое противоречивое отношение, но, видимо, явление царя-тирана на российском престоле в эпоху становления в Европе единых национальных государств можно считать закономерным. (Примерно в это же время властвовали Генрих VIII в Англии, Людовик XI во Франции, Филипп II в Испании.)
Последние годы Ивана IV были трагичны. Вместе со старшим сыном Иваном, погибшим от руки отца, погибла его надежда на достойного преемника: второй сын, Федор, был слабоумен, а третий — Дмитрий, родился лишь в 1582 г. 18 марта 1584 г. царь Иван IV скончался и царем был провозглашен Федор Иванович.
Правление царя Федора Ивановича (1584–1598). При Федоре Ивановиче был создан совет, самыми видными участниками которого были бояре Борис Годунов и Богдан Бельский. Умело используя противоречия между членами регентского совета, Годунов вскоре сумел стать фактическим главой государства. Для укрепления экономического положения государства правительство Годунова на церковном Соборе в 1584 г. добилось отмены податных льгот церкви и монастырей. В это же время проводится перепись земель для учета всего земельного фонда, в связи с чем запрещаются крестьянские переходы в Юрьев день, а в 1597 г. издается указ о пятилетием сроке сыска беглых крестьян. Это было важным этапом в установлении крепостного права в России. Но следует заметить, что крестьянин прикреплялся еще не к личности помещика, а к земле. Кроме того, прикрепление касалось только хозяина двора, но не его детей и племянников.
Стремясь ограничить экономическое могущество церкви, правительство Б. Годунова вместе с тем заботилось о росте ее авторитета, что нашло выражение в учреждении в 1589 г. патриаршества в России (русская церковь добивалась этого с середины XV в.). На церковном Соборе первым московским патриархом был провозглашен Иов. Учреждение патриаршества делало русскую православную церковь юридически независимой от константинопольского патриарха.
В 1591 г. в Угличе во время приступа «падучей болезни» погиб царевич Дмитрий, и молва объявила виновником его смерти Бориса Годунова. Источники не дают однозначного ответа на вопрос о причинах смерти царевича, но очевидно, что эта смерть расчищала Годунову путь к престолу.
В 1598 г. со смертью бездетного Федора Ивановича правящая династия Рюриковичей прекращает свое существование. Очередной Земский собор избрал царем Бориса Годунова.
Внешняя политика. Основные направления внешней политики России оформились еще при великом князе Иване III: балтийское (северотзападное), литовское (западное), крымское (южное), а также казанское и ногайское (юго-восточное). Объединение русских земель делало возможным активизацию внешнеполитической деятельности.
В начале 1507 г. вновь избранный великий князь литовский и король польский Сигизмунд I (Старый) сумел заручиться поддержкой Крымского и Казанского ханств в борьбе с Москвой. Военные действия начались в марте 1507 г. на западе (Чернигов) и юге (войска крымского хана напали на Козельск, Белев, Одоев).
Ни у России, ни у Литвы не достало сил для решительного столкновения, и в сентябре 1508 г. был заключен договор с Великим княжеством Литовским о «вечном мире», по которому России отходили захваченные ранее северские земли (территория бывшего Черниговского княжества). Ливонский орден не поддержал Сигизмунда в борьбе с Россией, более того, в 1509 г. он заключил перемирие с Россией сроком на 14 лет.
Еще в 1508 г. русскому князю удалось урегулировать отношения и с Казанским ханством, которое не приняло участия в русско-литовском конфликте. В результате трехмесячной осады в 1514 г. московским войскам удалось взять древний русский город Смоленск, захваченный Литвой еще в XV в.
В эти годы Западная Европа добивалась участия России в антитурецкой коалиции. Василий III от участия в ней уклонялся, но, будучи заинтересованным в связях с Германской империей, отрицательного ответа не давал. В то же время он пытался поддерживать устойчивые торговые связи с Турцией, тем более что торговля с Востоком была преобладающей.
После присоединения к Москве Пскова и Смоленска основным направлением внешней политики становится юго-восточное и восточное. Россия не имела достаточно сил для нового военного похода, поэтому основным способом достижения своих целей для Москвы становится дипломатический и династический. Стремясь к сохранению мирных отношений с Крымом, Российское государство пыталось утвердить русский протекторат над Казанью. До 1521 г. удавалось поддерживать некоторую стабильность в отношениях с Казанским и Крымским ханствами. Но несмотря на укрепление южных рубежей, в 1521 г. крымский хан Мухаммед-Гирей совершил опустошительный набег на Московию, когда его войска оказались на расстоянии 15 км от Москвы. Главным оружием нападавших была внезапность. Оправившиеся от неожиданности русские войска сумели не только не сдать осажденную Рязань, но и довольно быстро заставить Мухаммед-Гирея отступить за южные пределы России. Однако крымские и казанские набеги на Русь, совершавшиеся не единожды и до 1521 г., повторялись и позднее.
Война была не единственным содержанием внешней политики Российского государства. Россия поддерживала регулярные дипломатические контакты с Данией, Швецией, Германской и Османской империями.
При Иване IV Грозном, особенно в период Избранной рады, восточное направление оставалось главным. Казанская проблема состояла не только в постоянных набегах на Россию казанских ханов и мурз, но и в отвлечении сил от решения балтийской проблемы. Волжский торговый путь, плодородные поволжские земли также были очень привлекательны для московского правительства. Первые походы против Казани (1547–1548 и 1549–1550 гг.) окончились неудачей.
В 1551 г. Иван IV начал подготовку к решающему походу на Казань. У р. Свияги, при ее впадении в Волгу, за месяц была построена крепость Свияжок, сыгравшая роль опорного пункта для наступления. В августе 1552 г. московские войска приступили к осаде Казани, гарнизон которой насчитывал до 30 тыс. человек. В осаде приняло участие, по некоторым сведениям, до 150 тыс. человек и более 100 пушек. Исход осады решил подкоп, разрушивший участок крепостной стены, и 2 октября после ожесточенного сопротивления Казань пала. Казанское ханство было присоединено к Москве, а хан Ядигар-Магмет попал в плен, позднее крестился и воевал уже на стороне Российского государства. В Казани московские власти начали проводить политику русификации (выселение татар, обращение в христианство и так далее).
В 1556 г. была ликвидирована и Ногайская орда. Хан Дербеш-али бежал из Астрахани, узнав о приближении русских. Все эти завоевания несколько уменьшили крымскую опасность. Иван IV понимал, что за спиной Крыма стоит Османская империя, и не спешил вести военные действия против него, ограничившись строительством оборонительной «засечной черты» из лесных завалов (засек) и крепостей, что несколько сдерживало набеги крымских мурз. Так, в середине XVI в. была построена Тульская засечная черта, а в 30-40-е годы XVIII в. — Белгородская оборонительная линия.
В середине XVI в. Российское государство укрепляет свой международный авторитет, поддерживает отношения со Швецией, Данией, с Германской империей и итальянскими городами-государствами. В России побывали посольства из Индии и Ирана, с 1553 г. Иван IV начинает уделять большое внимание отношениям с Англией.
Ливонская война (1558–1583). После победы над Казанью основным для московского царя вновь становится балтийский вопрос. Позиции по этому вопросу, вероятно, и стали одной из причин разногласий с А. Адашевым — сторонником осторожной политики на северо-западе. Борьба за балтийские земли была чревата опасностью столкновения с государствами Центральной и Северной Европы. В январе 1558 г. царь начинает Ливонскую войну, воспользовавшись как поводом задержкой европейских специалистов, выписанных в Москву, и неуплатой Ливонским орденом дани за город Юрьев (Дерпт). Первый этап войны, казалось, подтверждал правильность позиции Ивана IV. Под ударами русских войск пали Нарва, Дерпт, Феллин и Мариенбург, а сам магистр Ордена был захвачен в плен, что повлекло за собой распад Ордена (1561). Избранный в 1559 г. последний магистр Ордена Г. Кетлер, признав вассальную зависимость от польского короля Сигизмунда II, получил во владение Курляндию, а другая часть бывших владений Ордена оказалась у Швеции и Дании. Россия же в своих притязаниях на территорию Прибалтики оказалась перед лицом сильных государств. Далеко не дружественные в тот момент отношения между Швецией и Данией несколько отвлекли их внимание от Москвы, но соединенные польско-литовские войска Сигизмунда II Августа также представляли серьезную опасность, борьба с которой потребовала напряжения всех сил Российского государства. Последней крупной победой русских было взятие в феврале 1563 г. Полоцка. Поражения у р. Усы в январе и под Оршей в июле 1564 г. показали, что силы России на пределе. Если военные действия первой трети XVI в., носившие характер походов, а не войн, были менее обременительными для Российского государства, то теперь русская армия воевала практически беспрерывно с 1547 г. Крестьянство изнемогало под бременем поборов и налогов, страдало от них и помещичье хозяйство. В это время и появляются первые жертвы террора, который чуть позднее так ярко проявился в опричнине. (Одной из жертв стал последний удельный князь Владимир Андреевич Старицкий и его мать Ефросинья.)
С 1578 г. польский король Стефан Баторий, а с 1579 г. и Швеция отвоевывают у России большую часть Ливонии. Провозглашенный Москвой королем Ливонии в 1570 г. датский принц Магнус в 1578 г. перешел на сторону Речи Посполитой. Шведы захватили Нарву. Стефан Баторий подошел к Пскову (1581). Лишь героическая оборона псковичей не позволила ему взять город, который выдержал осаду 100-тысячного польско-литовского войска. Неудача под Псковом вынудила Стефана Батория заключить с Россией в 1582 г. Ям-Запольское перемирие, по которому Россия потеряла Велиж на границе Смоленской земли, но сохранила устье р. Невы. По перемирию со Швецией в Плюссе в 1583 г. Россия отдавала ей Нарву, Ям, Копорье, Иван-город.
Несмотря на проигранную войну, русское правительство не считало борьбу за выход к Балтике завершенной. Именно поэтому в 1582–1584 гг. активизировались попытки создания союза с Англией. Во второй половине XVI в. не удалось ликвидировать угрозу, исходящую от объединенного в 1569 г. по Люблинской унии польско-литовского государства — Речи Посполитой. Король Стефан Баторий надеялся реализовать планы покорения России и организации похода против Османской империи. В целом задачи, поставленные в ходе активной внешнеполитической деятельности России во второй половине XVI в., были осуществлены значительно позже — в начале XVIII в., в период правления Петра I.
Культура. Процесс складывания единого централизованного государства отразился и на развитии русской культуры. Причем влияние его было неоднозначным. В частности, были утрачены многие особенности развития местных культурных традиций, «не вместившиеся» в общий ее ход. Так, например, местное летописание сменяется единой великокняжеской летописью, исчезают целые иконописные школы, как это случилось, например, с тверской иконописью.
В XVI в. интерес к повествовательной, беллетристической литературе, характерной для второй половины XV в., значительно падает. Большое развитие получает публицистика. Важнейшие вопросы жизни общества становятся предметом широкого обсуждения не только церковных, но и светских авторов.
В «Сказании о князьях Владимирских» обосновывались важнейшие идеи официальной доктрины самодержавия, а сам род московских государей возводился от «Августа Кесаря». Вопрос о характере власти обсуждался и в полемике иосифлян и несгяжателей. И если Нил Сорский участия в полемике не принимал, то его ученик, бывший опальный князь Вассиан Патрикеев, уделял ей большое внимание.
Вопрос о власти и государстве занимал дипломата Федора Карпова и «бедного воинника» Ивана Пересветова, но уже как светских людей. И Ф. Карпов в своих посланиях, и И. Пересветов в своих произведениях, особенно в так называемых Челобитных (написанных в 40-е — начале 50-х годов), обосновывали необходимость сильной государственной власти, но построенной на принципах справедливости и права. Царистские настроения сильнее выражены у Пересветова, яркого защитника дворянских интересов, Ф. Карпов же, пожалуй, впервые в русской публицистике рассматривает государство не как божественное, а как людское установление и подчеркивает, что «милость без правды малодушество есть», а «правда без милости мучительство есть».
Нужно отметить, что яркие, талантливые публицисты — А. Курбский и Иван Грозный — в полемике, которую открыл Андрей Курбский своим посланием Ивану после бегства в Литву в 1564 г., выражают более архаичную позицию: отношение к государству как творению божественному. Правда, делают они из этого противоположные выводы. Иван — о праве на самовластие, Курбский — о долге государя заботиться о своих подданных.
Большое место в полемике первой половины века занимал вопрос о праве монастырей владеть землями, заселенными крестьянами. Противники такого землепользования получили название нестяжателей. Чисто церковный вопрос приобрел такое значение потому, что из него можно было сделать реальный политический и экономический вывод — попытаться ликвидировать или, во всяком случае, уменьшить размеры монастырских владений, что и пытался сделать Василий III. За отказ от стяжательства и монастырских владений высказывался и афонский монах Максим Грек (он же Михаил Триволис), прибывший в Россию в 1518 г. в качестве переводчика и справщика книг Святого писания. Много лет проживший в Италии, широко гуманистически образованный иностранец вызвал у русских большой интерес. Вокруг него собрался кружок людей, который иноща называют академией Максима Грека. Русских собеседников и адресатов Максима интересовали богословские вопросы, история западного мира и религиозных епоров на Западе и многое другое. После периода фавора Максим Грек попадает в опалу и решением соборов 1525 г., а затем и 1532 г. приговаривается к монастырскому заточению. И если Максим Грек и Вассиан Патрикеев осуждали эксплуатацию монастырских крестьян с религиозной точки зрения, Иван Пересветов клеймил всякое рабство, исходя из интересов дворян и государя, то Ермолай (постригшийся в 60-е годы в монахи под именем Еразма) считал эксплуатацию недопустимой в силу того, что крестьяне — необходимейший элемент общественного устройства. Особенно ярко эту мысль он выразил в своем трактате «Благохотящем царем правительница и землемерие»: «В начало же всего потребна бо суть ратаеве: от них бо трудов есть хлеб от сих же всех благих главизна».
Второй своеобразной академией в Москве был кружок митрополита Макария. Из его среды, в частности, вышло такое монументальное собрание древнерусской литературы, как «Великие Четьи-Минеи». Это 12-томное (по числу месяцев) собрание житий святых, поучений, произведений канонического права и других текстов, расположенных по дням христианских праздников и дням памяти святых. «Четьи-Минеи» предназначались не для богослужебных целей, а для личного чтения. Собирались «Четьи-Минеи» в течение 30-50-х годов и, по мнению создателя, должны были охватить всю литературу (кроме летописной), допускаемую к чтению. Их создание способствовало собиранию в единое целое громадного литературного наследия Древней Руси. «Четьи-Минеи» отразили рост интересов русского общества, включив в себя все те произведения, которые в XV в. были особенно популярны у еретиков, но в то же время произведения, по какой-либо причине в «Четьи-Минеи» не попавшие, стали реже переписываться и читаться, оказавшись на периферии литературного и культурного процесса. (Митрополит Макарий и Максим Грек в 1988 г. причислены к лику святых.)
В эти же годы создается и новая редакция «Домостроя» (говоря современным языком — домоводства), приписываемая попу Сильвестру. Это один из многих сборников «учительного» содержания на Руси, предназначаемый для домашнего чтения. «Домострой» объединяет статьи не только духовного, но и бытового содержания, и «как богу молиться», и «как обрезки беречь». В нем впервые на Руси идеал аскетический «примиряется» с идеалом житейским, а добытый трудом достаток и благополучие объявляются угодными Богу.
Идеология православной церкви разрабатывалась не только в решениях Стоглавого собора, но и в таких публицистических произведениях, как послания старца Пскова-Печерского монастыря Филофея (в 20-е годы) и «Повести о новгородском белом клобуке», время создания которой ряд исследователей относит еще к XV в. В этих произведениях проповедуются идеи греховности всего католического и России как единственного после падения Константинополя в 1453 г. центра истинного христианства. «Два убо Рима падоша, а третий стоит, а четвертому не быти».
В начале 50-х годов в Москве начинает свою деятельность первая типография. В 1563 г. в Москве приступает к работе Иван Федоров. Он был не только издателем, но и редактором книг. Первые его издания в Москве — книги Святого писания. При не совсем ясных обстоятельствах Иван Федоров вынужден был перебраться во Львов.
В первой половине XVI в. в России идет интенсивное строительство каменных церквей и крепостей, хотя в целом Русь, и деревенская и городская, остается деревянной. Деревянный шатровый стиль проникает и в каменное зодчество. Одним из лучших образцов этого стиля является церковь Вознесения в Коломенском, построенная в 1536 г. Сын гречанки, Василий III привлекал к строительству в Москве иностранных (итальянских) мастеров. Аристотель Фиораванти, Алевиз Новый, Петр Фрязин, Бон Фрязин строили в России с учетом русских традиций, как, например, Успенский собор Кремля. Итальянские мотивы чувствуются в архитектуре Архангельского собора — усыпальнице князей. Благовещенский собор Кремля, как и храм Василия Блаженного, строили псковские мастера. Храм Покрова Богоматери (собор Василия Блаженного) построен архитекторами Бармой и Постником в 1555–1560 гг. и первоначально был белым. Свою пеструю раскраску он получил в XVII в.
Много церквей строилось на средства богатого купечества (Ю. Г. Бобынина, В. Бобра, Ф. Вепря). Строительство крепости в начале XVI в. ведется в Пскове. Около 1516 г. заканчивается строительство кирпичного Московского Кремля, который сменил белокаменный кремль времен Дмитрия Донского. В конце века Федор Конь строит Белый город (по современному Бульварному кольцу) в Москве и кремль в Смоленске.
Продолжателем традиций Андрея Рублева в иконописи называют Дионисия. Его работы отличает изысканный, утонченный колорит и рисунок. Дионисий работал и в технике фрески. Хорошо сохранились его фрески в Ферапонтовой монастыре (под Вологдой).
Вторая половина XVI в. оказалась неблагоприятной для развития русской культуры. В бедствиях конца века многие культурные процессы уходят вглубь и заявляют о себе вновь только в следующем столетии.