Архивная справка
ВСЕ статьи в британской прессе, касавшиеся рассекреченных несколько лет назад материалов МИ5 о Муре, были как две капли воды друг на друга похожи, а цитаты из документов в них были и вовсе словно под копирку откуда-то списанные.
Найти это «откуда-то» большого труда не составило. Использовали журналисты пресс-релиз британского Национального архива с аннотацией очередной порции документов, выпущенных из спецхрана МИ5 в свободный доступ (приведённые выше сведения о связях Муры и Даффа Купера взяты именно из этого релиза). Так что всё британские журналисты сделали добросовестно и по правилам. Все, как один, списали свои цитаты из официальной шпаргалки, специально для них заготовленной архивариусами.
Ну и уж коли оказался у меня под рукой журналистский первоисточник, то я, естественно, заодно ради интереса сопоставил, что журналисты посчитали важным для меня (их читателя) и процитировали, а что — видимо второстепенным или вообще не важным и не процитировали.
Приведу, как наиболее наглядные в этом смысле, два абзаца из пресс-релиза и процитирую каждый из них в двух вариантах.
В первом сохраню только то, что все британские репортёры дружно цитировали, а потом старались каждый как-нибудь по-своему прокомментировать.
Во втором же варианте сохраню и выделю курсивом то, что британские журналисты не процитировали и даже ни словом не упомянули.
Сразу отмечу: именно эти два абзаца я выбрал потому, что с ними случилась удивительная штука — работая с ними, британские журналисты выбрали, о чём читателям поведать, а о чём промолчать, на удивление все одинаково, без единого исключения. Удивительно здесь, естественно, не то, что в британской периодической печати тенденциозно процитировали архивные документы, а то, что одна и та же тенденциозность проявилась одинаково и одновременно у всех журналистов из всех газет, независимо от заявленной их издателями политической ориентации.
ИТАК, что журналисты цитировали, а что нет.
Единицы хранения KV 2/979-1024 «Документы об агентах и предполагаемых агентах советской разведки». Из них цитировали: В 1922 г. Мура запросила визу для въезда в Великобританию. В связи с этим SIS подготовила справку о ней. В справке говорится, что Мура от своего мужа барона Будберга ушла, стала секретарём и одновременно любовницей Горького (про которого, кстати, сказано, что он «такой же пустослов, как и Бернард Шоу»). И далее:
…Лист 70а содержит письмо из посольства Великобритании в Москве. Из этого письма следует, что по мнению посольства она очень опасная женщина… она… встречалась… со Сталиным и подарила ему аккордеон…
Теперь тот же абзац второй раз. Сохранены и курсивом выделены купюры — сведения, в прессе не цитировавшиеся (ничто из выделенного ниже курсивом я ни в одной британской газетной статье не встретил ни в виде прямой цитаты, ни в пересказе):
…судя по тексту докладной записки SIS на листе 65а, оснований подозревать Будберг в связях с Советами нет, а обвинения в её адрес объясняются ненавистью, которую к ней испытывают русские «белые» монархисты… (Из письма британского посольства в Москве) следует, что по мнению посольства она очень опасная женщина, поскольку её видели в обществе Герберта Уэллса, она неоднократно встречалась лично со Сталиным… Так же предполагается, что после встречи с Даффом Купером в Лондоне она вернулась в Москву и доложила о ней Сталину.
Нетрудно заметить, что в своих сокращённых «вариантах» (цитатами их назвать язык не поворачивается) британские журналисты все, как один, радикально и одинаково изменили смысл оценки: по мнению их же британской спецслужбы Мура была «очень опасной женщиной» в силу того, что «её видели в обществе Герберта Уэллса» — а вовсе не потому, что она «неоднократно встречалась лично со Сталиным», как получилось в журналистской интерпретации.
___________________
Обращу попутно внимание читателя: с точки зрения британских спецслужб образца 1920-х гг., когда они ещё защищали интересы британской империи, а не чьи-то другие, любой, кого видели в обществе Герберта Уэллса, был человек для суверенных интересов империи опасный. Объясняется это просто: Герберт Уэллс уже тогда неутомимо пропагандировал тот самый новый мировой порядок, который сегодня в ущерб всем национальным суверенитетам пытаются строить глобалисты. Очевидно, что, не зная о таких тонкостях, отыскать истинную стратегическую суть -измов той эпохи вряд ли получится. Не менее очевидно, что нынешние британские журналисты в таком поиске помощники никудышные.
____________________
Единицы хранения KV 2/979-981 «Документы о Марии Игнатьевне Будберг, бывшей графине (sic) Бенкендорф». Цитировалось в прессе:
…записка по поводу Гая Бёрджесса с замечанием, что человеку с его положением и репутацией не подобает поддерживать дружеские отношения с Будберг (эта запись сделана в августе 1950 г., когда ещё не было известно, что Бёрджесс «советский шпион». — А.Б.).
Такую смешную цитату, спору нет, ни один журналист пропустить не мог. Теперь вторая часть того же абзаца. Ни один английский журналист не процитировал и не упомянул в своей статье:
…на листе 124а сообщение контрразведки (Special Branch) о том, что у Будберг был контакт с Даффом Купером, и что после этого она скрытно сносилась с российским послом в Лондоне Майским…
Ну и последний архивный факт «на десерт».
Димитри Коллингридж читал в Национальном архиве в Лондоне дело, которое имелось на Муру в МИ5 (архивную справку о нём я только что обильно процитировал), и, как мы в молодости выражались, балдел:
Дело заведено в 1921 г., закрыто в 1952 г. Мне в глаза бросались слова: «В 1922–1931 гг. двойной агент на службе у большевиков и у немцев… В июле 1941 г. — агент нацистов… В ноябре 1942 г. устраивала заговор с целью отстранить генерала де Голля от руководства Движением Свободная Франция… В июле 1951 г. — советский агент.»
а тем временем в Москве:
…8 июля 1938 г. директор Гослитиздата С. Лозовский сообщал Сталину и Молотову, «что баронесса Будберг — заведомо подозрительный тип. После обыска у нее в Сорренто в 1925 г. стало известно, что она является агентом Интеллидженс Сервиса.»
Можно пофантазировать и представить себе, как Сталин с Молотовым в Москве, а Черчилль с Даффом Купером в Лондоне в ответ на подобные донесения молча и многозначительно кивали головами, благодарили контрразведчиков за проделанную работу и отсылали их трудиться дальше. Потом прятали папки с только что полученными от них докладами в свои личные, никому больше недоступные сейфы — навечно.